Говорят, Королева Драконов властвует над морями, реками, озёрами и долинами. Что она повелевает ветром и дождём, словно те — послушные слуги.
Разве не замечали, как быстро меняется погода над морем?
То штиль, то гроза с молниями. То водяные смерчи, закручивающие волны в спирали.
А если магия по сути ничем не отличается от колдовства…
Волшебница.
Королева Драконов — невероятная волшебница, способная переписать климат целого региона одним движением воли.
И вот теперь я стою перед ней.
И осознаю: фраза [Уничтожение Земли подтверждено!], нацарапанная в конце приглашения, не была пустой угрозой.
Тёмно-синяя энергия вырывалась из неё, как взрыв.
Мана, сжатая до предела, до звенящей плотности, — лучшее тому доказательство.
Она на другом уровне?
Нет. Тут даже не в уровнях дело.
Люди, пожалуй, не достигли бы такого никогда. Ни при каких обстоятельствах. Даже за тысячу лет.
Королева Драконов, стоящая передо мной, была настолько далёким, запредельным существом, что сама мысль об этом казалась нелепой.
Настолько далёким, что её, пожалуй, и разглядеть-то невозможно.
— ...!
В тот же миг голова закружилась так, что мир поплыл перед глазами. Дыхание перехватило, словно кто-то невидимый сжал горло ледяной ладонью.
Это потому, что её мана бьёт по мне напрямую…?
Я цеплялся за сознание из последних сил, стараясь не улететь, как листок в ураган…
— Прошу прощения. В гневе я забыла сдержать поток.
Голос — странно чарующий, с бархатной хрипотцой — коснулся слуха, и тело тут же начало приходить в норму.
Когда я наконец поднял голову, мана, струящаяся от Королевы Драконов, превратилась из ревущего водопада в тонкий ручеёк.
Видимо, она подстроила поток ради меня.
Но общий объём маны не изменился ни на каплю. Так что давление, которое я ощущал, оставалось прежним.
Она и правда на совершенно ином уровне. Во всех смыслах…
***
Комната, в которую меня привела Королева Драконов.
Пока русалки накрывали на стол, я начал рассказывать всё с самого начала.
Честно говоря, Мари ни в чём не виновата.
Это я забыл про приглашение. Это я застрял в подземелье.
Выслушав мою защиту — а это была защита уровня топовой Академии, не меньше, — Королева Драконов кивнула:
— Значит, Мари не тайно с тобой встречалась.
— Именно. Она пыталась утихомирить ваш гнев.
Рядом с Королевой Мари шмыгнула носом и закивала, подтверждая каждое слово.
Бедняга. Похоже, она до смерти боялась наказания.
Я уже было решил, что моя защита сработала и мы в безопасности…
Но тут с уст Королевы Драконов сорвалась фраза, ударившая, как гром среди ясного неба:
— Твои старания доказали, что тайного свидания не было. Однако преступление остаётся: перелезть через стену, проникнуть во дворец через неохраняемый вход — за это положено наказание. И оно будет исполнено.
— А-а-а…! Я виновата! Я совершила смертный грех!
Мари вздрогнула и закланялась, словно китайский болванчик, но Королева Драконов и бровью не повела.
— Мари, я ценю твои старания. Но закон есть закон. Он должен быть строг и одинаков для всех.
Что ж, в её словах была железная логика. Стоит нарушить установленные правила — и посыплется.
- Почему ему можно, а мне нельзя?!
- Ты тоже нарушил правила! Почему наказывают только меня?!
- Ну, главное — не попасться…
Подобное недовольство копится, растёт, а потом — бац. Как выдернуть нижний камень из башни. Всё рухнет в одно мгновение.
Но какое именно наказание её ждёт?
Если Мари так трясётся, значит, это что-то из ряда вон…
— Три дня в подземной темнице. Думаю, это справедливо.
Едва Королева Дракон произнесла приговор, в комнату кто-то вошёл. Мари, опустив плечи и явно смирившись с судьбой, увели.
Но разве три дня в темнице — это так страшно? Не тридцать же.
Для того, кто вечно носится как угорелый, это, может, и отдых.
Словно прочитав мои мысли, Королева Драконов добавила:
— Единственная еда в подземной темнице — пельмени на пару. Каждый день. Без соевого соуса.
— Ох…
Вздох вырвался сам собой.
Пельмени на пару. Без соевого соуса. Три дня подряд.
Как ни крути, это уже издевательство. К концу второго дня от одного запаха масла будет воротить.
Так или иначе, теперь в комнате остались только мы вдвоём. Похоже, пора переходить к главному.
— Королева Драконов, я…
— Мир. Мне не особенно нравится, когда меня называют Королевой Драконов.
Мир. На древнем языке — «дракон»…
— Леди Мир, я…
— Просто Мир. Ты так официален, что мне неловко. И говори со мной на равных. Даже без тебя хватает тех, кто расшаркивается.
Мир произнесла это и тяжело, почти устало вздохнула.
Я думал, раз она так строго блюдет закон, то и характер у неё железобетонный. Но нет.
И, честно говоря, мне так даже проще.
Не то что с профессорами, где титул прирос намертво. А прибавлять к имени уважительный суффикс как-то… неловко.
В этом смысле «Королева Драконов» звучало бы привычнее. Но раз ей не нравится — ничего не поделаешь.
— Ладно. Мир, я хочу знать, зачем ты пригласила меня на ужин.
Я подозревал: помимо того, что я получил приглашение, у неё могла быть своя причина.
Как в новеллах, когда герой находит случайный предмет, а тот открывает целую сюжетную ветку.
Конечно, я не главный герой, и мир уж точно не вращается вокруг меня. Так что это лишь догадка.
Может, Мир просто хотела отблагодарить меня за добрый поступок. Угостить ужином, и всё.
Но есть одно чувство. Знаете, такое…
В дни, когда клёв будет хорошим, просыпаешься — и душа тянет к воде. Хочется забить на Академию и сидеть с удочкой до заката.
В такие дни, если выйти на рыбалку после обеда, в девяти случаях из десяти улов будет знатным.
И наоборот — в «пустые» дни сомневаешься: а стоит ли вообще идти?
Хотя я всё равно иду. Просто посидеть у моря, послушать волны — уже удовольствие.
В такие дни клёва нет, зато хоть свежим воздухом подышишь.
Так вот. Сейчас мой инстинкт рыбака — тот самый, острый, как крючок, — орёт во весь голос.
Что нужно не просто прогулять Академию. А сидеть всю ночь напролёт, не сводя глаз с поплавка.
Мир нахмурилась, услышав мой вопрос.
Её взгляд — острый, пронизывающий, словно игла, вонзающаяся в самую душу, — прошил меня насквозь. По спине пробежал холодок.
А потом на её губах появилась улыбка.
Осмысленная и в то же время неловкая. Как у человека, который что-то прячет.
— Причина, по которой я пригласила тебя на ужин… Я просто хотела отблагодарить. Ведь ты отпустил тех малышей, которые по глупости попались на крючок, верно?
Есть и другая причина.
Эта улыбка. Долгий вздох. Неловко отведённый взгляд. Всё это кричало: «Я не договариваю».
Но если она молчит — значит, у неё есть основания.
Невежливо лезть в то, что человек хочет скрыть.
Но с моих губ сорвались совсем другие слова:
— Мир, пожалуйста, будь со мной честна.
Всё из-за тревоги.
Мир вокруг меня сходил с рельсов. Сюжет, который я знал, трещал по швам, и каждый новый поворот уводил в неизведанное. Герой, не связанный с главными персонажами, — это пугало. Не давало покоя.
А в последнее время я и вовсе начал думать: а не рухнет ли всё? Не закончится ли этот мир? И, скорее всего, по моей вине. Не вмешайся я — всё было бы спасено.
Бред, конечно. Но с тем объёмом знаний, который у меня был, этот бред ощущался пугающе реальным.
Мир, до этого неловко отводившая взгляд, снова посмотрела мне в глаза.
— Возможно, это прозвучит забавно. Но я только что поняла одну вещь. Ты — не изначальный хозяин этого тела. Стыки почти идеальны. Почти незаметны.
— ...!
Сердце будто ударили молотом.
Наверное, так себя чувствуешь, когда тебя застали на месте тяжкого преступления.
Она знает, что я переселился…?
— Ты очень удивлён. Понимаю. Я скрывала истинную причину приглашения, потому что не могу просить тебя исполнить обещание, данное изначальным хозяином тела. Однако…
— Однако…?
— Это обещание было дано в младенчестве. Поэтому я подумала: если ты действительно хочешь знать — я расскажу.
Я не смог ответить.
Точнее, рот просто отказался двигаться.
После короткой тишины Мир заговорила первой:
— Прежде чем мы перейдём к сути. Тэгон, что ты знаешь о рыболовах?
Если подумать, я исследовал Особенность «Рыболов» вдоль и поперёк. Но никогда не задумывался о самих рыболовах. О том, что это значит.
Честно говоря, и нужды не было.
— Люди, которые страстно любят ловить рыбу…?
Слишком просто.
Мир рассмеялась. Искренне, открыто, без единой тени скрытности.
— Да. Твой ответ верен. Тогда позволь перефразировать вопрос. Что именно ты можешь поймать?
— Рыбу… А, русалок.
— Русалок… Вот это неожиданно.
Сам в шоке.
У неё даже оценка была. Семьдесят пять А.
И тут в голове вдруг вспыхнуло слово.
— Время...
— Вот теперь мы начинаем понимать друг друга. То, что можно поймать, не ограничивается осязаемым. Время. Жизнь. Года. Ты можешь счесть это бредом. Но если стать достаточно сильным — это возможно.
— П-подожди…
Голова отказывалась переваривать подобные откровения.
Все мыслительные цепи сгорели от перегрузки.
Если тебе вдруг говорят, что у тебя есть скрытые силы, — это невозможно принять вот так, сразу. Мозг просто отказывается.
Но Мир продолжала, не обращая внимания:
— Судьбу мира не так-то просто изменить. Она почти предопределена. Но если ты рыболов — рыболов, способный поймать саму судьбу и встряхнуть мир, — тогда, возможно, всё иначе. Нет… пожалуй, мир уже дрожит от одного твоего появления…
Мир произнесла это и рассмеялась. Громко, от души.
Словно вся эта ситуация казалась ей невероятно забавной.