В отличие от Джулии, святой Астреи, для которой не готовили особого места, появление второй святой, Ланы, мгновенно потрясло академию до самого основания.
Причина была простой и понятной. Её присутствие ощущалось слишком сильно.
Разумеется, для святой обладать подобным присутствием — дело естественное, но в реальности всё обстояло несколько иначе. Сам статус святой, конечно, привлёк к ней внимание, но всё же не он стал причиной того, что к ней оказались прикованы все взгляды.
Виной тому была сама Лана Флор как личность.
Красота, словно у богини, спустившейся в мир людей. Мягкая аура, в которой, казалось, воплотилась сама богиня милосердия. Доброжелательное и приветливое поведение по отношению к каждому.
Всё это в совокупности заставляло людей обращать на неё внимание, смотреть на неё, не отрываясь.
Как можно было не проникнуться симпатией к столь благородной даме, которая ведет себя как обычный человек, заговаривает с тобой и ведет беседу?
Тем более что перед глазами был пример первой святой, Джулии.
После Джулии, к которой было почти невозможно подойти и которая не позволяла никому приблизиться, появление кроткой и необычайно доброй Ланы создавало разительный контраст.
Так, едва появившись в академии, святая Лана Флор прочно запечатлела свое присутствие в сознании студентов.
Академия гудела от новостей о ней, и слухи, естественно, долетели даже до тех, кто вовсе не интересовался святыми.
Парень по имени Себастьян Эбенрос был одним из них.
— Святая, значит.
Себастьяна это не особо заботило. То же самое было и тогда, когда в академию прибыла Джулия.
«Хотя красива она была, спору нет».
Джулия была прекрасна. Она превосходила любую женщину, которую ему доводилось видеть.
Но это было единственным, что приходило ему на ум при воспоминании о ней. Он любил выдающихся людей, но Джулия Либрель была слишком колкой и холодной.
Было ощущение, словно перед тобой не человек, а острый клинок.
Он уважал статус святой и то, что это нечто особенное, но на этом интерес заканчивался. В конце концов, Себастьян никогда особо не придавал значения происхождению. Скорее, он считал, что те, кто наделен высоким статусом, должны вести себя подобающим образом, не более того.
В этом смысле святая не была для него чем-то исключительным.
Однако.
«…Всё же стоит встретиться с ней».
Учитывая его положение в академии и в Империи, Себастьян был одной из тех фигур, которую можно было назвать представителем обеих сторон. Он был будущим главой великого дворянского дома Эбенрос и фактически главой студенчества в академии.
Конечно, пост председателя студсовета занимал Эрнен. Однако, если говорить откровенно, это была лишь дань уважения его статусу принца.
Члены императорской семьи, безусловно, знатны, но не более. Принц, не являющийся императором, лишь пользуется уважением, но не властвует.
Текущая борьба за трон фактически была решена в пользу наследного принца. Со временем Эрнен будет терять влияние.
Напротив, Себастьян уже давно был назначен следующим главой дома Эбенрос. Если император едва ли мог вести себя вольно с таким великим родом, как Эбенрос, то что говорить о принце, который по факту проиграл в борьбе за трон? Сравнивать их не было смысла.
Поэтому, хотя пост председателя занимал Эрнен, реальным лидером студентов был Себастьян.
Конечно, у него был конкурент — Беллад Бервен, наследник дома Бервен, имевший сходное влияние. Однако если посмотреть на ситуацию сейчас, то их возможности были несравнимы.
Себастьян создал свою собственную опору, а Беллад этого сделать не сумел. Нельзя быть уверенным в будущем, но сейчас силы Себастьяна были куда значительнее, поэтому считалось, что именно он представляет студентов нынешнего поколения.
Именно поэтому Себастьян принял решение встретиться со святой.
Будь то с точки зрения будущего главы дома Эбенрос или с позиции представителя студентов — нельзя было проигнорировать визит такой гостьи, как святая, и не показаться ей на глаза.
Так Себастьян двинулся в путь.
Найти святую было нетрудно. Поскольку она притягивала людей словно магнит, вокруг неё постоянно толпилась огромная масса народа.
Себастьян тихо вздохнул при виде такого количества людей, но тут же взял себя в руки и начал пробираться сквозь толпу.
Спустя некоторое время он наконец увидел её своими глазами — и...
— ……
Потерял дар речи.
Внешность, словно вся свежесть мира досталась ей одной, и мягкая, теплая улыбка, будто воплощение самой богини милосердия явилось на землю.
Она была красива. Невероятно красива.
Он знал по слухам, что её внешность необычайна, но реальный облик святой Ланы и её аура превосходили все его ожидания.
Тук-тук...
Сердце Себастьяна, обычно всегда спокойное, сбилось с ритма и застучало как сумасшедшее.
— ……
Даже не пытаясь скрыть широко раскрытые глаза и приоткрытый в изумлении рот, Себастьян во все глаза смотрел на лицо святой.
Джулия ушла, а Лана пришла в академию. Я испытал противоречивые чувства: сожаление и радость одновременно.
Пусть это не было вечным прощанием, но я жалел, что некоторое время не увижу Джулию, и в то же время был рад, что вновь могу видеть лицо Ланы.
Терзаемый этими смешанными чувствами, я принял решение.
«…Надо пойти».
Я решил встретиться с Ланой. Точнее сказать, взглянуть на неё.
Найти Лану было легко. Вокруг неё постоянно образовывалась людская толпа. Это значило, что она была заметна отовсюду. Более того, местоположение Ланы фактически пересылалось между студентами в реальном времени, так что найти её не составляло труда.
И правда, я сразу же обнаружил толпу, а за ней — и знакомое лицо.
Волнистые зеленые волосы, ниспадающие до поясницы. Светло-зеленые глаза, наполненные свежестью, словно ростки в лучах весеннего солнца.
Это была Лана.
— ……
Увидев её, я тоже лишился дара речи.
И дело было вовсе не в восторге от её красоты. Лана была очень красива, но я уже знал, как она выглядит, по игре.
Я был взволнован её выражением лица, а именно — той улыбкой, что играла на её губах.
В моих воспоминаниях, то есть в самой игре, Лана тоже всегда улыбалась. Однако в той улыбке не было ни капли мягкости. Напротив, она казалась пугающей.
Но посмотрите на Лану сейчас. Её улыбка была мягкой и тёплой, как весеннее солнце.
Это была настолько красивая и нежная улыбка, что от одного взгляда на неё у других людей поднималось настроение.
«…Как же хорошо».
Пробормотал я про себя.
Уже по одной этой улыбке я понял: эта Лана отличается от той, что была в игре.
Точно так же, как и Джулия, Лана изменилась. Увидев это собственными глазами, я ощутил облегчение и радость.
В то же время мне захотелось заговорить с ней. Мне хотелось немедленно подойти к Лане.
Однако возможности такой, конечно, не было.
Я находился в положении, когда не мог раскрыть свою личность. Сейчас я — Кайл Бервен, а не Гюнтер, и для Ланы я просто незнакомец, которого она видит впервые в жизни.
Я не мог просто взять и подойти к ней.
«Впрочем, кажется, она не отказывается от общения, как Джулия...»
Судя по слухам и тому, что я видел сейчас собственными глазами, всё было именно так.
Лана, в отличие от Джулии, была добра к окружающим и не отвергала попытки подойти. Напротив, она была мягка и любезна с каждым, и старалась ответить даже тем, кто внезапно заговаривал с ней.
Это и было истинной причиной того, почему вокруг неё собралась такая толпа. Все хотели хотя бы немного пообщаться с ней.
Многие надеялись, что им повезет — ведь в такое время, как еще можно поговорить с такой благородной святой?
И эти мысли не были беспочвенными: Лана была добра даже к тем, от кого веяло такими намерениями.
Однако это вовсе не означало, что к ней мог подойти каждый желающий.
— Эй, стоять.
— Ну чего еще, я же сказала, проваливайте?
Рядом с Ланой была жрица, чья задача, судя по всему, состояла в том, чтобы охранять её. Она пресекала чрезмерно навязчивые попытки сократить дистанцию.
Она не позволяла подходить ближе определенного расстояния, а тех, кто с первого взгляда казался подозрительным, отсекала сразу. К тому же она прерывала разговоры, если видела, что Лана слишком долго занята с кем-то одним.
Те, кто приходил с целью завязать знакомство, морщились от такого обращения, но я, глядя на неё, почувствовал облегчение.
Если рядом с Ланой есть такой человек, значит, она не ввяжется в неприятности с какими-нибудь проходимцами.
Единственное, что меня беспокоило, это:
«Проблема в том, что мой доступ тоже будет заблокирован».
Это было лишь предположение, но я был уверен, что эта жрица наверняка меня знает.
Я не страдал манией величия, это был просто расчет. Вряд ли они отправили святую в академию, не изучив список опасных лиц, а в том, что в списке есть Кайл, я не сомневался.
Недавно я победил Джерима, и моя репутация немного изменилась, но назвать её «хорошей» было нельзя.
Я просто сменил статус «бездарного мерзавца» на «мерзавца, который, кажется, что-то умеет». Репутация всё ещё была на дне.
Человек, чей долг — защищать и сопровождать святую, ни за что не допустил бы меня к ней. Да что уж там — даже если бы она пропустила, люди вокруг подняли бы шум.
Короче говоря, возможности подойти к Лане у меня сейчас не было. Единственный шанс — подловить момент, когда рядом с ней не будет людей... но, признаться, шансы мне казались невысокими.
Толпа и не думала редеть. Наверняка, куда бы Лана ни пошла, за ней везде будут следовать люди.
«Сейчас это невозможно».
Придя к такому выводу, я решил уйти. Подумал, что нужно дать себе время и найти другой способ.
Жаль, но в ближайшее время у меня не было ни единого шанса пересечься с ней.
…Я был в этом абсолютно уверен.
— Здравствуйте, вы ведь Кайл Бервен, верно?
…Ровно до тех пор, пока Лана сама не нашла меня.
***
[П/П: Друзья, спасибо, что читаете мой перевод этой новеллы! Хочу напомнить, что я покупаю главы на корейском платном сайте, чтобы делиться с переводом. Это требует немалых затрат, поэтому буду очень благодарен за вашу поддержку! Если вам нравится мой труд, пожалуйста, подумайте о покупке платных глав — это помогает мне продолжать переводить и приносить вам новые главы без задержек. Спасибо за вашу поддержку! И, пожалуйста, подписывайтесь на группу ВК, где есть и будут ещё больше новелл!
Главы до 200 можно найти в закреплённом комментарии под страницей тайтла. Также скидка 50% для подписчиков группы ВК, пишите в лс. Новелла закончена и полностью переведена.]