Глава 76: Так или иначе, всё дело в разнице лесников.
Снова наступила ночь. Настало время для консультации.
Каким-то чудом мне удалось проникнуть в комнату Моки Меллоу.
Единственным небольшим утешением было то, что комната выглядела, по крайней мере, чуть более пригодной для жизни, чем вчера. Конечно, это если судить по меркам самой Моки Меллоу. Там, в углу, все еще оставались неопознанное пятно и брызги крови, въевшиеся в пол, словно в асфальт, но...
— Хафф, хуух...
— ......
С состоянием этой задротки явно было что-то не так.
Куда подевался тот внушительный «Калькулятор резни», в чьих руках еще вчера находилась моя жизнь? Сейчас передо мной предстал лишь дрожащий, промокший под дождем хомячок. Ее взгляд блуждал где-то в районе моих ног, ни разу не поднимаясь выше.
— ...По крайней мере, воздух здесь стал немного чище.
— Хюю, от... от меня не воняет и все такое, понятно...
Ее бормотание сошло на нет.
Волосы, которые она вымыла только вчера, примялись и спутались от того, что она весь день просидела в наушниках. Они наполовину закрывали ее лицо, и сквозь пряди я видел ее уши, ярко-красные от страха.
— Вы ведь не забыли, что «биологические эксперименты» строго запрещены, пока я нахожусь здесь, верно?
— ......
Несмотря на мое предупреждение, тишина затягивалась, и воздух в комнате становился тяжелым, как свинец.
Слишком медленная реакция.
— Треск-треск-треск.
...Как я и думал. Ей не нравится мой приказ?
Холодок пробежал по спине, и в тот же момент в углу моего зрения красным замигало системное сообщение.
Стоит ли мне бежать, если дела пойдут наперекосяк?
Мои инстинкты выживания ревели, как сирена тревоги, когда...
— КРАК!
Из кармана ее мешковатой футболки раздался зловещий треск. Фиолетовые искры прыгнули, словно гадюка, издав леденящий душу всплеск статического электричества.
Я рефлекторно прищурился.
Неужели она все это время притворялась напуганной, чтобы показать свое истинное лицо в тот момент, когда я попытаюсь сковать ее «запретом на эксперименты»?
— Мисс Мока...?
— ...Я убью его.
— ...П-прошу прощения?
Опустив голову так низко, как только возможно, она пробормотала, словно выплевывая каждое слово. Всё еще отказываясь смотреть мне в глаза, она уставилась на пылинку на полу так, будто намеревалась стереть ее с лица земли.
— ...Я должна разорвать его на куски. Это единственный выход.
Это явно была жажда крови.
Ее плечи дрожали, когда она выплевывала эти слова, ненависть спрессовалась внутри нее, словно тлеющий вулкан.
Может ли она восстать против моего контроля?
— Убить его... подождите, вы сейчас про меня?
— Ннгх, нгх... почему он еще не сдох...
— М-мисс Мока? Пожалуйста, успокойтесь и выслушайте меня на...
Я осторожно позвал ее по имени и сделал шаг ближе, но она вздрогнула, словно от удара током, и ссутулила плечи.
Но крик, вырвавшийся из ее рта, не вписывался ни в один сценарий, который я мог предвидеть.
— ...Я про Тарзана! Этого ублюдка-мясника из джунглей!
— ...Тарзана?
— Э-эту макаку-переростка...!
Продолжая вести себя так, будто меня не существует, она выплескивала свою ярость в пустоту. Словно человек, сошедшийся в смертельной схватке с невидимым врагом.
— Игра, в которую я играла сегодня днем! Я даже использовала Скачок, чтобы ответить на призыв, а этот сукин сын не пришел на ганк мида — он просто продолжил фармить Остроклюва!
— ...Ха.
Напряжение спало с меня так внезапно, что я чуть не рухнул на колени.
Это была не угроза расправы. Это просто звучало до жути похоже на одну известную игру из моей прошлой жизни в современной эпохе...
Судя по всему, она проиграла матч в "League of Arke" и была настолько взбешена этим, что теперь устраивала бой с тенью в своем собственном мирке, не обращая внимания на присутствие кого-либо еще.
— Так несправедливо... Я просто умереть могу от того, насколько это несправедливо...
— ...И что же тут несправедливого?
Она заколотила кулаками по собственным бедрам, не в силах сдержать разочарование.
Шлеп, шлеп.
При каждом ее резком движении мокрая от пота челка прилипала ко лбу, а сквозь свободный ворот ее огромной футболки виднелись ключицы, бледные до призрачности и глубоко очерченные.
Каждый раз, когда она судорожно глотала воздух от гнева, некая полнота, которую невозможно было скрыть даже под тканью, угрожающе покачивалась.
Мой взгляд непроизвольно скользнул вниз.
Она сидела на корточках, колотя себя по бедрам, и бледная плоть, выглядывающая из-под коротких шортиков-дельфинчиков, дрожала с желеобразной упругостью.
Подумать только, такое тело пропадало зря, сидя в комнате за играми. Преступная растрата таланта.
Каждый раз, когда я обращал внимание на это тело, я вспоминал — как и положено, она в конечном счете была типом сладострастной героини... Объем и изгиб ее груди могли бы затмить даже Элару или Руби.
— Формула моего обмена уроном была безупречной! От проверки их заклинаний до расчета кулдаунов — всё! Единственной переменной был интеллект этого животного, и именно он меня и подвел...!
Она шмыгнула носом и обвиняюще ткнула пальцем в пустой воздух.
Калькулятор Резни, которая еще вчера угрожала смертью, теперь кипела от злости в своей комнате из-за какой-то игры...
Она действительно была дипломированной, социально-кастрированной «неудачницей». Тут двух мнений быть не может.
...И все же я поймал себя на мысли, что это на самом деле играет мне на руку.
Если бы нашлась точка соприкосновения, чтобы наладить контакт, завоевать ее сердце стало бы сущим пустяком. Проглотив подступивший смешок, я накрыл своей рукой ее руку, все еще дрожащую от остаточного возбуждения.
— Успокойтесь, мисс Мока. Это была не ваша вина. Это просто разница в... Тарзанах.
— Разница в Тарзанах.
Волшебные слова достигли цели, и она замерла на полудвижении. Ее расфокусированный взгляд, блуждавший в пустоте, медленно — очень медленно — повернулся ко мне.
— ...А? А, а... п-простите. Я— я немного завелась...
Какой бы огонь ни овладел ею мгновение назад, он испарился, и его место вновь заняла съежившаяся, отводящая взгляд задротка.
Ее рука, оказавшаяся в моей хватке, была удивительно маленькой и мягкой, настолько, что я едва мог прощупать под ней хоть какие-то кости. Будто держишь в руках свежеиспеченный рисовый пирожок. Слегка влажная от пота, но при этом обжигающе горячая, температура ее тела передавалась мне прямо через ладонь.
Когда я наклонился ближе, от нее повеяло странным запахом. Как бы это описать — что-то вроде старой бумаги вперемешку со сладко-кислым потом. Этот запах резко ударил мне в нос.
— ...А?
В тот момент, когда тепло моей ладони коснулось тыльной стороны ее руки, все тело Моки Меллоу окаменело.
Яростное прерывистое дыхание мгновенно прекратилось.
Подобно машине, перегруженной сверх меры, ее взгляд судорожно метался между моей рукой и моим лицом, не в силах ни на чем сфокусироваться.
— Мисс Мока. На самом деле я не видел ваш матч.
Я честно признался.
Но сразу после этого посмотрел ей прямо в глаза и тщательно подобрал именно те слова, которые она больше всего хотела бы услышать.
— Но слушая через стену, я мог сказать...
— А-а, а-а-а-а?! Вы слышали это!?
Она покраснела от смущения, и я издал тихий смешок.
— Ха-ха... ну, я действительно слышал это. Но, честно говоря, мне не нужно было видеть это, чтобы точно знать, что произошло. Вся эта сцена промелькнула в моем воображении ясной как день.
По правде говоря, я не знал абсолютно ничего.
Бросала ли она в Тарзана Остроклювом или Бароном — я понятия не имел. Но одно было несомненно.
Есть только два типа игроков, которые так яростно беснуются и винят всех остальных после поражения. Либо их действительно кинули, либо они — живое воплощение «тильта и обвинений», хотя сами же и слили игру.
Как бы то ни было, это не имело значения.
То, что ей сейчас было нужно, это не правда — это безоговорочный союзник.
— Тот факт, что вы настолько в ярости, лишь доказывает, как сильно вы хотели победить... и разве это не доказывает, что ваша игра была безупречной?
Стоит прояснить, я ровным счетом ничего не понимал в том, что такое "League of Arke". Но одно лишь сочувствие могло обеспечить мне половину успеха.
И, как я и предсказывал —
— В-верно...! Если бы этот ублюдок не фармил без конца своих RPG крипов...!
Ее голос тоненько задрожал. Словно щенок, который наконец нашел кого-то, кто понял его обиды, на ее глазах навернулись слезы.
Я кивал в такт ее словам, подзадоривая:
— Конечно. Это очевидно даже на слух. Вы увидели возможность для убийства и пошли на нее, а этот мясник задохнулся и не ответил на призыв. Классический сценарий.
— Д-да! Именно! Я даже пинганула, а этот ублюдок—!
Она энергично закивала, и наши сцепленные руки запрыгали вверх-вниз в такт. Захваченная возбуждением, она в ответ крепко сжала мою руку. Мягкое ощущение ее ладони, прижавшейся к моей, оказалось на удивление волнующим.
— Так что не злитесь. Тратить свою благородную ментальную энергию на такого «жука» — это пустая трата вашего таланта, вам не кажется?
Забивая последний гвоздь, я нежно погладил руку, которую держал, и тихо пробормотал:
— Вы не ошиблись. Мир — нет, этот Тарзан — ошибся.
Динь.
[Вторичный защитный механизм Моки Меллоу уменьшился.]
[У Моки Меллоу появился "легкий" интерес к вам.]
Значит, фаза разрушения защитного механизма уже началась?
Совсем как с Эларой фон Хайм, сообщила мне система.
— В любом случае. Разница лесников.
— ...!
В этот момент —
Красный румянец распространился от шеи Моки Меллоу, стремительно пронесся мимо мочек ушей и в мгновение ока захватил обе щеки. Ее некогда бледная кожа вспыхнула жаром, расцветая сладострастным розовым оттенком.
Ярость, бушевавшая в ней несколько мгновений назад, исчезла без следа, сменившись запоздалым осознанием того, что она держится за руки с незнакомым мужчиной. Эйфория от того, что кто-то встал на ее сторону, казалось, ударила ей в мозг, словно молотком.
— А-а, э-э, э-это...
Ее губы задрожали, она поспешно попыталась выдернуть руку, но я удерживал ее еще мгновение, применяя ровно столько силы, сколько нужно. Чтобы не попасться на лжи, мне нужно было казаться еще более уверенным в себе.
— ...Чувствуете, что несправедливости стало немного меньше?
— Я-я в порядке! Всё разрешилось, так что... н-не могли бы вы отпустить это...!
Лишь после этого я отпустил ее руку, притворяясь, что делаю это неохотно. Она вздрогнула и отползла назад, свернувшись калачиком в своем игровом кресле и обняв колени.
Сквозь ее растрепанные волосы было видно, что ее уши готовы взорваться от красноты. А перед моими глазами всплыло радостное уведомление.
Один-единственный раунд словесных манипуляций перевернул всю динамику. С задротами и впрямь было легко справляться.
Единственная проблема заключалась в том, что эта конкретная задротка по случайному стечению обстоятельств оказалась «злой ведьмой», убившей десять тысяч человек...
— Кхм, хмф! ...Что ж. У вас острые инстинкты, раз вы так считываете атмосферу.
Она пробормотала это, сжавшись в углу своей кровати и откашливаясь. Всё еще избегая моего взгляда, но от былой жажды убийства не осталось и следа. Напротив, я заметил, как она украдкой поглядывает на меня, проверяя мою реакцию своими влажными глазами.
— Между прочим...
Гррррррр——.
Звук, громоподобный, как буря, разорвал тишину. Она вздрогнула от неожиданности, схватившись за живот.
— ...Думаю, мне стоит поесть перед тем, как мы начнем консультацию.
Я кивнул, подавляя смех, готовый вырваться наружу.
— Углеводы необходимы для поддержания безупречной физической формы. Хотите, я что-нибудь состряпаю?
При этих словах глаза Моки Меллоу загорелись нескрываемой жадностью.
— О-о-о-о...! Вы еще и готовить умеете!?
— Разумеется, хотя вам придется помочь...
Консультант, который еще и готовит — был ли когда-нибудь больший простофиля?
Но это тоже была необходимая часть процесса. Чтобы открыть ее сердце, мне сначала нужно было установить раппорт. Доверие, чтобы создать впечатление, что я хороший человек.
Как только это доверие будет заслужено, следующим шагом станет понимание того, что же с ней произошло на самом деле. К тому же, судя по мягкой плоти, предположительно скрывающейся под этой мешковатой футболкой, приманить ее едой было, пожалуй, самой простой из доступных стратегий.
С этими мыслями я поднялся со своего места.
Пространство, которое было даже жалко назвать кухней.
Вместо того, чтобы нахмуриться, открывая холодильник, я почувствовал странное чувство триумфа. Ингредиентов, забитых в углу, было до смешного мало, но более чем достаточно для осуществления моего плана.
— ...Мисс Мока. Срок годности этого молока истек еще в прошлом году.
— Н-нет! Оно ферментируется! Я собиралась сделать сыр...
— Выбрасываем.
Я решительно прервал ее оправдания и выбросил молоко в мусорку.
Она вздрогнула от моей категоричности. Маленькие отказы. Небольшой контроль. Это был первый шаг к завоеванию превосходства в отношениях.
Замороженная тонко нарезанная свиная грудинка, рис быстрого приготовления, увядший зеленый лук. Этого хватит.
— Разделочной доски нет, поэтому я просто грубо нарежу всё ножницами. Мисс Мока, просто посидите там тихонько.
— Д-делайте, как считаете нужным... У меня совершенно нет таланта к готовке...
Она сидела, сгорбившись, на обеденном стуле и смотрела на мою спину не моргая. Как птенец в гнезде, ожидающий, когда мама принесет ему еду. Или как возбужденный щенок, с нетерпением ожидающий ласки своего хозяина.
Шшшшшшш——!
Свиная грудинка закричала на раскаленной сковороде. Когда поднялся пикантный запах жира, я услышал безошибочный звук сглатывания за спиной. Я намеренно сильно встряхнул сковороду, атакуя сразу и зрение, и обоняние.
Жареный рис — перед ним никто не устоит.
Я влил туда ложку соевого соуса, заставляя умами взорваться. Невероятный аромат наполнил тесную комнату.
— Ха-а-ах...
Взглянув назад, я увидел, что Мока Меллоу уже наполовину отключилась мысленно. Она смотрела на сковороду расфокусированным взглядом — от жажды убийства, что была раньше, не осталось и следа, ее место полностью заняло существо, движимое чистым инстинктивным голодом.
— Готово. Жареный рис со свиной грудинкой и зеленым луком.
Я поставил дымящуюся тарелку перед ней. Но я не отдал ложку сразу — я держал ее в руке, смотря на девушку сверху вниз.
— Прежде чем вы начнете есть.
— ...?
— Оно горячее, так что ешьте медленно.
Я улыбнулся с напускной нежностью и протянул ложку. В тот же момент, как я дал разрешение, она выхватила ее у меня из рук.
— Ням-ням... ммф, ммм!
Ее глаза округлились в тот момент, когда жареный рис наполнил рот.
— Э-эшо шак вкушно! Что это? Почему он такой пикантный?!
— Просто смешал всё, что валялось под рукой.
— Гений! Вы кулинарный гений, без сомнений!
Она жевала с набитыми щеками, показывая мне большой палец. Каждый раз, когда ее пухлые губы, блестящие от свиного жира, двигались, между ними мелькал красный язычок. Ее взгляд стал расфокусированным, полностью подчиненным первобытному инстинкту аппетита.
Это беззащитное выражение лица пробудило во мне что-то странно-садистское.
Это было так просто, что даже смешно.
Сидя напротив нее, подперев подбородок рукой, я неторопливо наблюдал, как она поглощает еду. Ешь на здоровье, Мока Меллоу. Как только твой живот набит, а спина в тепле, твоя бдительность имеет свойство рушиться. И чем больше ты привыкнешь к моей стряпне, тем больше не сможешь без меня жить. Эта еда — не просто проявление доброты. Это приманка, чтобы держать твой поводок.
— Мисс Мока.
— Ммф? П-почему вы меня зовете? Больше ничего нет. Это мое.
Она защищала свою тарелку с настороженным видом.
Я усмехнулся и протянул руку. Большим пальцем я медленно провел по уголку ее жирных губ.
— ...А?
В тот момент, когда мой грубый палец прижался к ее мягким губам, я почувствовал, как у нее перехватило дыхание.
— Вы такая неряха, когда едите.
От моего прикосновения она замерла, как вкопанная. То, как ее глаза беспомощно забегали по раскрасневшемуся лицу, было довольно очаровательно.
Я снял единственное зернышко риса, прилипшее к моему пальцу, вытер его салфеткой и сменил настроение с намеренно серьезным выражением лица.
— Теперь, когда ваш желудок полон, вы должны отработать свой хлеб, не так ли?
— ...Глоть. Ч-что вы имеете в виду?
Она нервно сглотнула.
Инстинктивно я почувствовал, что это самый идеальный момент.