Закончив долгий отпуск, Нарин вернулся на остров Ириан.
Впрочем, отпуском эти дни можно было назвать с натяжкой – сопровождение стало настоящей каторгой.
Ушам-то было приятно, а вот разуму и глазам – совсем нет. Ему не хватало сна, да и, уничтожая вампиров, он насмотрелся на всякую мерзость.
Поэтому по возвращении домой он весь день только и делал, что спал.
Он забыл купить сувениры, из-за чего Дан Сиволь надулась, но как раз вовремя приспел персик бессмертия, присланный из Персикового источника. Сочный персик смягчил гнев названой сестры.
Бэкян без лишних слов приготовил острую лапшу.
Видимо, его кулинарные навыки за время отсутствия Нарина шагнули вперед: лапша на вкус стала куда ближе к настоящему рамёну. Недаром Нарин при каждом удобном случае давал ему советы.
До идеального рамёна оставалось совсем немного.
Когда-нибудь он отведает настоящий вкус родного дома…
— Учитель, ты знаешь, какова моя мечта?
Первый день семестра. Нарина с самого утра вызвали в кабинет ректора.
Ректор Рудвик выглядел куда более дряхлым стариком, чем пару месяцев назад.
Морщины стала глубже, а редкие волосы на голове поредели ещё сильнее.
Старый пердун превращался в настоящего древнего старца.
Но и у этого упрямого деда была мечта. Кто-то ведь сказал: «Человека можно уничтожить, но не победить»…
Несмотря на катастрофическую плешь, ректор не сдавался облысению.
Поразмыслив, Нарин ответил:
— Лечение от облысения?
— Заткнись.
Старик и плешь. Нарин сильно промахнулся.
— Моя мечта – жить долго и без болезней. Дожить до преклонных лет в полном здравии – вот цель моей жизни.
— Замечательная мечта. Желаю успехов.
— Вот только один псих постоянно угрожает моей мечте. В прошлом месяце у меня случился спазм желудка, я несколько дней не вставал с кровати. Источник всех болезней – стресс, а источник стресса – именно этот псих.
— Подумать только, кто-то дерзнул довести до спазмов желудок господина ректора! Как человек, привыкший уважать старость, я глубоко возмущен. Назовите имя этого мерзавца. Я готов выслушать.
— Он прямо перед моими глазами.
Нарин понимающе кивнул.
Жить долго и без болезней – мечта не из легких.
— Жизнь – это череда страданий, ничего не поделаешь. Без болезней обойтись уже не вышло, так что постарайтесь хотя бы дожить до глубокой старости. Ах да, вы и так затянулись на этом свете, так что половина цели достигнута. В общем, держитесь. Естественная смерть уже не за горами.
— Ох…
Ректор схватился за затылок.
Чуть было не отправил полуживого старика на тот свет. В знак раскаяния Нарин молча выслушал последующий вопль ректора.
Исповедь для умирающего старика.
Раз уж он оказал ему такую услугу, дед должен умереть со спокойной душой.
— …Изыди.
Вскоре силы ректора иссякли. Едва начав ругаться, он тут же выдохся.
Старые йосоны отличались куда лучшей выносливостью. Все-таки земледельцы – племя крепкое.
— Подводя итог: впредь вовремя подавать отчеты, не отпускать студентов по домам без оформления, не устраивать беспорядков снаружи и, учитывая шквал жалоб от Церкви Правосудия, вести себя подобающим профессору образом.
— Совершенно верно. А теперь проваливай.
— У меня один вопрос. Моя должность – профессор, так почему меня все зовут просто «учитель»? Хотя бы вы, господин ректор, звали бы меня профессором. Я хоть и учитель, но всё же профессор, так что у меня иногда возникает кризис идентичности…
— …Вон отсюда, я сказал!
Его без церемоний выставили за дверь. Задень он ректора ещё сильнее, и естественная смерть наступила бы прямо сегодня.
Аудиенция у ректора закончилась, а время лекции подходило к концу.
Нарин не спеша направился к аудитории, погруженный в глубокие раздумья.
Почему никто не зовет Нарина профессором?
— …И вот тут музыка и пение доходят до кульминации, и бац – потолок рушится!
— Я понял! Нарушение строительных норм!
— Гарм, передай Амутару, чтобы заткнулся.
— Кая велела тебе заткнуться.
— Да слушай ты внимательнее! Я же сказала, что брат ждал на потолке!
Едва он подошел к аудитории, как мелкие сомнения испарились.
За дверью доносились голоса Сёльён и остальных студентов.
— И тут вместе с господином валом валят вампиры, а Хян как выдаст «Прозрачный снег и луну» – бабах!
Скрип. Нарин открыл дверь и вошел в аудиторию. За кафедрой стояла Сёльён, увлеченно рассказывавшая байки с широко расставленными руками.
Встретившись с ним взглядом, она опустила руки.
Лицо Сёльён стремительно заливалось краской.
— Иди садись.
— Есть.
Сёльён села на место, а Нарин неспешно подошел к кафедре.
В неловкой тишине Кая из последних сил прикусывала язык, удерживаясь от смеха.
Нарин прислушался к щебету птиц за окном. Неторопливо разглядывая пейзаж на улице, он произнес:
— «Бабах». Что бы это мог быть за звук? А это звук лопнувшего стыда одной Лисицы. Назначил её старостой, чтобы присматривала за малышней, а она обратилась в сказителя. «Бабах». И что же было дальше…
— …Встать! — Визгливо выкрикнула Сёльён, мгновенно подскочив.
Остальные студенты, как по команде, нехотя поднялись со своих мест.
— Господину – поклониться!
Пэк Вишин и Чжу Сончхон сложили руки в традиционном приветствии, Дан Сиволь лишь кое-как стукнула кулаком о ладонь.
Гарм с прохладцей кивнул, а стоявший рядом Амутар вслед за Сёльён приложил ладонь к бровям.
У обоих с дисциплиной был полный отстой.
Кая вообще откуда-то выучила и отдала честь обеими руками. На взгляд Нарина, отслужившего в армии, это выглядело удручающе.
Впрочем, не то чтобы он был великим воякой: он лишь прошел учебку и отбыл альтернативную службу охотником.
Русалка с самого начала даже не подумала вставать.
— Садитесь.
Нарин окинул садящихся учеников довольным взглядом.
Пару месяцев назад эти бестии только выматывали нервы, а теперь выросли настолько, что научились соблюдать приличия. На душе стало тепло.
Наконец-то ученики оценили искренность учителя.
Недаром он сругался прямо в лицо Владыке Меча.
— Ну вот, хоть какая-то дисциплина. Приветствие хорошее, только армейскими играми не увлекайтесь. Если Владыка Меча придерется, мне голову снесут.
— Есть! — Звонко отозвалась Кая.
Честно говоря, именно она представляла наибольшую угрозу.
— Сегодня исторический день – начало нового семестра. Чем стоит заняться в такой день? Пусть нам ответит умница Амутар.
— Проводить занятия.
— Прекрасный ответ на умный вопрос. Открываем учебники.
Взгляды студентов, устремленные на Амутара, стали свирепыми.
Ответ-то правильный, но никому не хотелось учиться с первого же дня.
Недогадливый Амутар усердно копался в портфеле.
— Учитель, я забыл купить учебник.
— Иди встань в угол.
— Понял…
Амутар уныло побрел в конец аудитории. Но тут поднялся Пэк Вишин, хотя его никто не звал.
— Разбойник, ты-то чего встал?
— У меня тоже нет учебника. И вообще, я Громовой Дракон.
— Как и подобает Разбойнику, решил прохалявить первую лекцию. Сел на место.
— Есть. И все же я Громовой Дракон…
— Учитель, мне можно сесть?
— А ты наказан за наглость, так что стой.
У кого нет учебников – к занятиям не допускаются.
Поскольку без учебников оказалась добрая половина, лекция была сорвана.
— Долг студента – учиться. Но поскольку вы забили на свой долг, сегодня вы не студенты. Я сегодня тоже не учитель, так что вместо лекции будем пинать балду.
— Нарин, а чем ты занимался на каникулах?
— Я передумал. Тема сегодняшнего урока – как выпороть Змейку…
— Мне тоже интересно, как учитель провел каникулы.
Так и быть, на этот раз он спустит с рук.
Нарин посмотрел на Каю, сидевшую с прямой спиной.
— Расскажу в конце. Змейка, а ты чем занималась на каникулах?
— Ездила домой, проводила время с братом. Помогала с бумагами, ходила на охоту за монстрами… Ах да, брат сказал, что скоро заглянет проведать учителя.
— Надо позвать Хасселя и пропустить по рюмочке.
Разумеется, пить они будут в личной лаборатории Хасселя.
Следующим подал голос Амутар:
— Мы с Гармом усердно тренировались. Иногда профессор Хассель приходил поправить стойку.
— Ты изгнан из учеников.
— На самом деле я соврал! Я категорически отказался от помощи профессора Хасселя! Только не изгоняй! Учитель, ответь! Учитель!
— Разбойник, младший соученик, а вы чем занимались?
Мольбы Амутара разносились где-то вдалеке. Задние ряды были слишком далеко, и до ушей Нарина крики не долетали.
— Мы примерно так же, как Амутар. С острова выходить нельзя, было немного скучно, — ответил Чжу Сончхон.
Пэк Вишин стоял с мрачным видом и молчал.
Наверняка бастует, требуя назвать его прозвище.
— Эй, Громовой Дракон.
— Да! Я – Громовой Дракон! Эти месяцы я неустанно точил свой меч, чтобы стать достойным этого титула. Пожалуйста, и впредь зовите меня Громовым Драконом!
— Хорошо, Разбойник.
Лицо Пэка Вишина снова помрачнело.
Дан Сиволь подняла руку:
— А почему меня не спрашиваешь?
— Плакса, между членами семьи о таком не спрашивают.
— У меня тоже есть прозвище! Отныне зови меня не Плаксой, а Ядовитой Бабочкой!
У Нарина, у которого не было своего прозвища, на душе стало муторно. Ему тоже хотелось, чтобы его звали как-то более красиво, а не «ищейка».
Или хотя бы называли профессором, но к нему намертво прилипли «учитель» или «ищейка». А иногда и вовсе «ублюдок – военный преступник».
От этой несправедливости в нем закипела злость.
— В итоге вы весь отпуск проторчали на острове. Насколько же у вас паршивые оценки, что ни одному не разрешили съездить домой? Змейка, опусти руку. Хвастаешься, что у тебя есть гражданство Империи? У меня вот есть вид на жительство, а гражданства нет. Короче говоря, Владыка Меча – сука.
— Я тоже…
— Лисица, опусти руку по-хорошему. Хорошо тебе, как старосте, сдать все на отлично и сгонять домой? Отныне головой отвечаешь за успеваемость остальных. Если средний балл в этом семестре будет таким же, следующим старостой станет Амутар.
— Я буду стараться!
— Заткнись.
Вскоре он вернул себе самообладание.
Наконец взгляд Нарина упал на Русалку, которая обычно много шумела, а сегодня почему-то хранила молчание.
Поражение на Празднике Падающей Луны: похоже, проигрыш Сёльён стал для нее слишком большим шоком.
— Но отличники у нас все-таки есть. Эй, боевая девчонка, чего скисла? Давай, наш демонический друг, отвечай. Домой ездила?
— …Нет.
— Почему?
— Там война, нельзя.
— Опять Кровавый Святой и Владыка-Завоеватель пакостят. Вини Амутара, которому не повезло с папашей.
— А я тут при чем?! Владыка-Завоеватель был куском дерьма еще до моего рождения! — Донесся бубнеж Амутара.
Послушать – так настоящий отморозок, но такой папаша, как Владыка-Завоеватель, и впрямь заслуживал любых проклятий.
Где это видано, чтобы отец пытался сожрать собственного ребенка?
— Наставник, расскажи лучше про себя! Правда, что ты сражался с вампирами?
Наконец дошла очередь и до Нарина.
Первым начал Чжу Сончхон, за ним посыпался град вопросов от остальных.
— Мне, Громовому Дракону, тоже интересно. Правая рука Кровавого Святого действительно была так сильна?
— Слышал, ты встретил Владыку-Завоевателя. Он правда вылитый Амутар?
— Я симпатичнее!
— А как вы пробили потолок в зале? Церковь Правосудия оплатила ущерб?
— А почему сестра Ирин плакала? Вы что, ее поколотили?
— А почему сувениры не привез?
— …Ты правда дрался с Кровавым Святым? — Тихо спросила даже Русалка.
Нарин намеренно тянул паузу, подогревая детское воображение.
Искусство паузы ради драматического эффекта. Захватить внимание публики – базовая обязанность сказителя.
— Правая рука Кровавого Святого… Начну с нашей истории вражды. Впервые я встретил его в поместье Астезии. В тот день, когда меня похитили ручные псы Владыки Меча. Когда вы вместе с младшими и инквизиторами приперлись устраивать протест.
— О-о-о…
Реакция публики была весьма обнадеживающей.
Нарин поднял сжатый кулак и с торжественным видом произнес:
— В тот день я размозжил ему башку. Причина была абсурдной: будучи трупом, он привередничал в еде. Думал, все вокруг питаются одной лишь кровью, как он. Поскольку он отказался есть нормальную еду, я сразу снес ему башку.
— …Размозжил башку за то, что тот привередничал в еде?!
— Если привередничать в еде – башня отлетит.
Причина и впрямь была дикой, но Сёльён смирилась и продолжила слушать.
— Но он не сдох. Тогда-то я и понял, что перед нами гибрид комара и таракана. Когда мы встретились снова и я опять проломил ему череп, стало ясно, что он все-таки ближе к таракану. А звали того таракана…
Как бишь его…
— Неважно. В общем, раз уж он никак не дох, я оторвал ему голову. Она отлично катилась по полу, так что я с удовольствием футболлил ее туда-сюда. И использовал пол как барабан. А рядом водяной змей отжигала в пляске с мечом.
— Лисица, а кто такая «водяной змей»?
— Сестра Ирин.
— Странная какая-то… Зачем плясать с мечом перед отрубленной головой?
— И не говори… — с сомнением протянули Кая и Сёльён.
— Так засияла моя борьба за превращение трупа в труп. Забить или сжечь его не выходило, и я решил его зарезать. Выхватив этот хренов меч, подобно луне, и выхватив лунный меч, подобно хрени…
Нарин осекся и бросил взгляд на настенные часы.
Заканчивать лекцию было рановато, однако отпустить студентов пораньше на первом занятии – священный долг профессора.
К тому же за дверью появился гость.
— Лекция окончена. Продолжение додумайте сами.
Аудитория тут же зашумела от возмущения учеников.
Нарину было плевать: он собрал вещи и направился к выходу.
— Привет!
За дверью стояла и жизнерадостно улыбалась Ирин.