Борьба нервов со сбродом, вооружившимся мечами, в конечном счёте завершилась победой Нарина.
Переговоры прошли не так чтобы гладко, однако стоило ещё раза три съездить по физиономии Калиону, подмятому под себя, как разговор сразу наладился.
— Кулак ближе, чем меч. Всё-таки кулак – лучшее средство.
Нарин внутренне остался доволен и кивнул. Без лишних слов, одними кулаками он выбил себе и удобное кресло, и сытную еду.
— И стул лучше, чем человек.
Нарин находился во флигеле поместья Астезии.
Судя по всему, чужаку вроде него доступ в главный дом был закрыт. Или же его дискриминировали как изгнанника.
Приём оказался весьма нескверным. Изолируя его с едва скрываемой жаждой крови, рыцари провели Нарина в просторную комнату, и поскольку стол был пуст, он без тени смущения потребовал немедленно подать еду.
Разве основа гостеприимства – это не доброжелательная улыбка и обильное угощение?
— Псы шелудивые, вы-то сами поужинали? — Вежливо поинтересовался Нарин, прежде чем взяться за приборы.
Рыцари, сверкая белкам от ярости, сухо буркнули:
— …Без нужды.
— Тогда сгиньте с глаз, дайте человеку спокойно поесть. Гостю с вами неуютно. И даже не думайте подбирать крошки.
Бам! Рыцари, как один стиснув зубы, выскочили за дверь, грохнув ею напоследок. Да уж, обучать манерам комнатных собачонок – задача не из лёгких.
Нарин некоторое время орудовал приборами, наслаждаясь разнообразием блюд.
У богатого рода нашлась куча изысканных яств, которых он в жизни не видывал, однако Нарина, привыкшего к ярким и острым вкусам, они не особо впечатлили.
Главным разочарованием стало отсутствие бульона и лапши.
— Местный повар уступает даже старику, — пробормотал Нарин, пережёвывая рыбу.
Он отложил приборы, уловив чьё-то приближение за дверью.
Владыка Меча? Для него шаг слишком мелкий и лёгкий. Походка не просто спокойная, а скорее даже скромная.
Вряд ли столь великая фигура, как Владыка Меча, перемещалась бы так тихо.
— …
Дверь прямо перед ним распахнулась, и Нарин встретился взглядом со стоящей на пороге женщиной.
Точнее, встретиться взглядом не получилось: женщина стояла с закрытыми глазами.
Но её голова была чётко обращена к Нарину. Либо незрячая от природы, либо специально зажмурилась.
Вскорости замершая незнакомка заговорила:
— Кто вы?
— Гость.
— А…
Легко приняв этот ответ, женщина присела неподалёку. Судя по естественности движений, она всё-таки что-то видела.
Нарин ради проверки указал кончиком вилки на одно из блюд. Женщина мягко улыбнулась и качнула головой:
— Спасибо, не стоит. Я не слишком жалую мясо.
«Точно видит», – подумал Нарин и указал на салат подле мяса.
— О, вот это я бы отведала. Не найдётся ли лишних приборов?
— Нет.
Завершив проверку, Нарин молча продолжил жевать мясо.
Он лишь констатировал факт, а скверная организация гостеприимства – упущение хозяев дома.
К тому же его слегка раздражало, что она ходит с закрытыми глазами. Хотя, будь она хоть трижды слепой, его поведение ничуть бы не изменилось.
По одеянию Нарин легко угадал её принадлежность:
«Церковь Правосудия».
Тёмно-синяя сутана, какую обычно носят священнослужители.
Вуаль на голове и серебряный кулон Весов лишь подтверждали догадку. Весы – главный символ Церкви Правосудия.
Женщина, словно смутившись, выпрямила спину. Мельком взглянув на Нарина, она достала священное писание и погрузилась в чтение.
Звяканье приборов и шелест переворачиваемых страниц странным образом переплелись.
Вскоре Нарин снова отложил вилку и нож.
«А вот у этого шаг широкий».
Неужели на этот раз сам Владыка Меча? Взоры Нарина и женщины устремились к входу.
Дверь отворилась, и вошёл мужчина, облачённый в иссиня-чёрную мантию.
Это был не Владыка Меча.
«Высший вампир».
По алым глазам Нарин мгновенно распознал его сущность. С первого взгляда ясно: иерархически он стоит выше недавно убитого Феликса.
Зачем он здесь – не имело значения.
Первым делом нужно понять: смогу ли я его прикончить?
Убив Феликса, Нарин нажил себе в враги Кровавого Святого и всех подчиненных ей вампиров. Иными словами, если этот ходячий труп бросится на него, удивляться не придётся.
Нарин медленно отодвинул стул и поднялся.
Бах!
Однако женщина опередила его, сорвавшись с места. Глаза её по-прежнему оставались закрыты, но от прежней улыбки не осталось и следа.
Вампир тоже не растерялся и рванул ей навстречу.
Стоило ему взмахнуть длинными когтями, как его голова разлетелась вдребезги. Нарин впервые осознал, что увесистый том священного писания способен служить грозным оружием.
Хрусь!
Обезглавленное тело вампира, фонтанируя кровью, отлетело назад. Женщину тоже отбросило волной демонической энергии, и она покатилась по полу. Чтобы превратить комнату в руины, хватило одного мгновения.
Звон и грохот утихли. Нарин вновь уселся на место и отломил кусок хлеба.
Из-за запаха крови во рту появился металлический привкус.
«Оба целы».
Поднявшись на ноги, двое молча одаривали друг друга свирепыми взглядами.
Вампир успел регенерировать голову, а женщина и вовсе не получила повреждений. В отличие от изорванной сутаны, на её обнажённой коже не виднелось ни единой царапины.
Не мана, а священная сила. Чужеродная мощь, даруемая объектом веры.
«Быстро это не закончится».
Если бой продолжится, один из них гарантированно погибнет. Вероятно, верх одержит вампир, хотя даже в этом нельзя быть уверенным на сто процентов – их силы казались равными.
Посему Нарин решил просто наблюдать. Влезать и пачкаться чужой кровью ему совершенно не хотелось.
Подохнут ли оба или выживет кто-то один – Нарину было абсолютно всё равно.
Да и похоже, они прекрасно справятся и без его участия.
Взгляды женщины и вампира наконец оторвались друг от друга.
— Все в сборе, я смотрю.
Нарин не сумел рассчитать его шаг.
Он зафиксировал приближение к двери, но зацепиться было не за что.
Тот вроде и не скрывал своего присутствия, но Нарин не мог уловить ни единого закономерного паттерна в его движениях.
Мужчина полностью стёр любые повадки, присущие воину.
— Вы уже поели?
Владыка Меча, Берн Астезия.
Наконец-то он явил им свою улыбающуюся физиономию.
*
Владыка Меча перебрался в столовую флигеля.
Учитель, Владыка Меча, жрица и вампир. Совершенно не сочетающаяся четвёрка расположилась вокруг уставленного едой стола.
Хотя Нарин только что поел, отказываться от бесплатной халявы он не собирался. Пока он уплетал свежие блюда, Владыка Меча обратился к нему:
— Хороший аппетит.
Нарин проглотил сочный кусок мяса. Поскольку они виделись впервые, он решил соблюсти приличия:
— Разве не для этого накрывали?
— Верно. Вот только, похоже, у оставшихся двоих иное мнение.
Женщина и вампир всё так же не спускали друг с друга глаз: одна поглаживала окровавленное священное писание, другой сверкал алыми глазами.
— Не привередничайте с едой, — с серьёзным видом произнёс Нарин, глядя на них.
Вздрогнув, женщина убрала руку от книги, а вампир насупился и впился в Нарина тяжелым взглядом.
— Прищуренная вегетарианка. Негниющий мешок с кровью. Кем бы вы ни были, я терпеть не могу приверед в еде. И дело не в том, что я учитель, просто смотреть тошно, как взрослые лбы крутят носом перед тарелкой.
— Я не прищуренная… — обиженно пробормотала женщина.
— …Владыка Меча, что здесь, черт возьми, происходит? — Не выдержал вампир, требуя объяснений.
— Я ясно просил вас о личной встрече. По приказу моего владыки, ради мирного урегулирования нынешнего инцидента, я прилетел сюда с далекого Севера. И что же?
Алые глаза вампира, оглядевшего Нарина и женщину, наполнились откровенным презрением:
— Какая-то незапланированная шваль мутит воду. Псих из Тоски по родине и необразованная фанатичка.
— Аделия, — с ядовитой ухмылкой перебила жрица Аделия. — У меня есть имя – Аделия Люмен, негниющий мешок с кровью. Раз вы даже запомнить его не в состоянии, ваш мозг давно сгнил и превратился в труху.
«Негниющий мешок с кровью». Похоже, прозвище, придуманное Нарином, пришлось ей по душе.
«Так эта женщина – Аделия».
Персонаж, чьё имя ему уже приходилось слышать. Охотница из Бюро инквизиции «Бекет». Просветительница Аделия.
Помимо выдающихся навыков, она запомнилась ему как жрица Церкви Правосудия, весьма лояльно настроенная к изгнанникам.
Впрочем, демоны, судя по всему, в число исключений не входили.
— Я прибыла сюда по просьбе Владыки Меча. Как вершительница правосудия, дабы осудить ужасающую трагедию, учинённую вашим повелителем из Культа Алой Крови.
— Ошибаешься. Разумеется, я явился как представитель моего владыки, но это не значит, что мы признаём всю вину и намерены терпеть нападки. Я здесь, чтобы развеять заблуждения.
— Заблуждения?
Хрусь. Пальцы Аделии впились в обложку священного писания. Нарин ощутил исходящие от неё остаточные волны священной силы.
Это своего рода оружие. Сейчас оно выглядит как книга, но по воле владелицы легко превратится в гильотину для искоренения зла.
— Подбирайте выражения осторожнее. Одной лишь вашей головы не хватит, чтобы расплатиться за слова.
— Значит, ты с самого начала пришла меня убить. И что, Церковь собирается развязать священную войну?
Сдавленно хмыкнув, вампир повернулся к Владыке Меча:
— Владыка Меча, вы должны кое-что уяснить. Владыка Крови выражает глубочайшее сожаление по поводу случившегося. Потерять законного наследника рода… я даже не смею вообразить глубину вашей утраты.
Выражение лица Владыки Меча оставалось неизменным, как и в самом начале.
— Главный виновник этого инцидента – Феликс. Нами он считался крайне перспективным юношей, ставшим вампиром в молодом возрасте. Мальчик обладал недюжинным талантом. Кто же знал, что этот талант станет для него ядом…
Взгляд вампира на мгновение задержался на Нарине. Он знал, что именно Нарин прикончил Феликса.
— Феликс был ослеплён гордыней. Чрезмерное амбициозное стремление заставило его переступить черту. Он жаждал силы, чтобы самому стать ещё одним Владыкой Крови, и в итоге создал эту иллюзию под названием «Культ Алой Крови».
Вампир шевельнул пальцем, и его длинная тень выползла на стол.
Закончивший трапезу Нарин равнодушно бросил туда приборы. Они, как и остатки пищи, бесследно растворились в темноте.
«Там внутри отдельное пространство, что ли?»
— Ему требовались жертвы для наращивания мощи. По сути, он открыто восстал против всех сородичей. Поэтому Владыка Крови принял решение: дабы восстановить порядок среди сородичей и почтить память жертв…
Хлынул густой запах крови, и из тьмы кое-что поднялось.
Человеческие головы с широко распахнутыми алыми глазами. Покачиваясь в тени, они уставились на присутствующих.
— Это братья Феликса. У вампиров тоже есть семьи – мы называем их Кровавым союзом. Кровавый союз, к которому принадлежал Феликс, был уничтожен пару дней назад. Их немало, желаете проверить?
— Воздержусь, — ответил Владыка Меча, качнув головой, и отрубленные головы канули обратно в тень.
Тьма рассеялась, и обеденный стол принял прежний вид.
— Если пожелаете, я передам эти трупы дому Астезия. Не знаю, хватит ли этого, но надеюсь, хоть немного облегчит скорбь о потере дитя.
— Хочешь сказать, Кровавый Святой к этому не причастна?
— Именно.
— Наглая, шитая белыми нитками ложь! — выкрикнула Аделия, вскакивая с места. Но жест Владыки Меча заставил её умолкнуть.
Биргель Астезия. Лицо Владыки Меча, потерявшего родного сына, выглядело чересчур невозмутимым.
— Маловато.
Впрочем, это вовсе не означало великодушного прощения.
— Род Астезия лишился наследника.
Взгляд вампира, уставившегося на Владыку Меча, сузился.
— Кейган, скажи-ка своими губами. Наследник Астезии и сброд вампиров… ты уверен, что они имеют равную ценность?
Владыка Меча сцепил пальцы в замок и подпёр подбородок.
— А вот я считаю, что нет. Как минимум твоя голова смогла бы уравновесить чаши весов. Каковы бы ни были причины, я потерял драгоценную плоть и кровь.
— Чего вы хотите?
— Часть земель, подвластных Кровавому Святому. Половины провинции Канан будет вполне достаточно.
— Это невозможно…
Вшш.
Кейган застыл, чувствуя, как по коже пробегает леденящий мороз.
Его зрение медленно накренилось. Тяжело вздохнув, он подхватил соскальзывающую голову:
— …Давайте лучше словами.
Меч даже не обнажался.
Подавив зловещее чувство, Нарин косо взглянул на рану Кейгана.
Длинный порез наискось рассекал самый центр лица.
«Меч разума?»
Предел мечника, воплощающий явления одной лишь волей.
Пусть формы разнились, но как фехтовальщик, идущий тем же путём, Нарин не мог не восхититься.
Ибо это и была та самая вершина, к которой стремился Ким Уджун, но так и не смог преодолеть вставшую перед ним преграду.
— Хорошо. Как тебе известно, провинция Канан изначально принадлежала Империи. Кровавый Святой захватила её, воспользовавшись войной. Разве вернуть отнятое – непомерное требование?
— Война окончилась десять лет назад! Множество вампиров уже пустили корни в провинции Канан и живут там! Вы предлагаете выгнать их всех теперь?
— Потому я и сказал: половину. На переселение дам более чем щедрый срок. Вот, жрица Аделия из Церкви Правосудия выступит свидетелем.
Аделия впилась взглядом в Владыку Меча, словно слышала об этом впервые. Нарин это почувствовал, пусть её глаза и были закрыты.
Она-то пришла сюда исключительно ради смерти Кейгана.
— Это… не то, что может решать простой слуга вроде меня, — с трудом проговорил Кейган, прикусив нижнюю губу. — Придётся просить позволения не только у Владыки Крови, но и у Теневого Владыки…
— С каких это пор Трое Злых оглядываются на Теневого Владыку? — Фыркнул Владыка Меча, качая головой. — Будь честен. Из-за междоусобицы среди Троих Злых вы цепляетесь за каждый кусок земли. Теневой Владыка? Девчонка, которую я знаю, не слишком-то жаждет править.
— …
— Посягнули на Астезию – будьте готовы платить по счетам.
Хрусь. Челюсти Кейгана сжались с такой силой, словно готовы были разлететься в крошку.
Наглый шантаж. Владыка Меча уже распутал всю подноготную. Хочет замять дело в обмен на возврат старых земель?
Похоже, месть за сына его с самого начала вообще не волновала.
— …Вы пожалеете.
— Пусть сожаления останутся твоему владыке. Расплата за жадность оказалась весьма суровой.
— Прекрасно. Я передам ваши слова Кровавому Святому.
Кивнув, Кейган намеревался немедленно убраться прочь. Отбросив отвращение, он просто не хотел больше иметь дел с этим опасным человеком.
— Куда нацелился? — Вставил слово Нарин.
Нарин указал подбородком на остывшие блюда:
— Садись. Как бы ни спешил, а поесть обязан.
— …Что?
— Дочиста всё схавай. Не капризничай.
От этих слов Кейган не удержался от смешка.
Он знал, кто такой Нарин. Ищейка Тоски по родине. Психопат, прикончивший Феликса и посрамивший Владыку Крови.
— Сумасшедший. Знай своё место и не лезь не в своё дело.
Культ Алой Крови был частью грандиозного замысла Кровавого Святого.
Чтобы поставлять кровь и жертвы, они прикрылись личиной религии, а Феликс выступал одним из управлявших этой махиной высших вампиров.
Но раз хвост прижали, следы пришлось зачищать. Всех вампиров, связанных с Феликсом, и вассалов, замараных в Культе Алой Крови, вырезали без остатка. И всё же обмануть Владыку Меча не удалось – тот мёртвой хваткой вцепился в компромат.
План пошёл прахом. И в самом центре этой катастрофы стоял безумец Нарин.
— Задумывался ли ты, почему твоя башка всё ещё держится на плечах? — Прошептал Кейган, наклонив голову. На искривлённых губах застыла смесь ярости и насмешки. — Только потому, что таково желание Владыки Крови. Она проявила милосердие к ничтожеству вроде тебя.
Кровавый Святой не гневалась. Напротив, она проявила к Нарину ещё больший интерес, чем прежде.
Кейгану это не нравилось, но, уважая волю своей госпожи, он решил оставить Нарина в живых.
Ведь этот парень однажды мог стать их сородичем.
— Так что пока ценишь свою жизнь, не смей…
— Кровавый Святой проявила ко мне милосердие? — Нарин изумлённо округлил глаза, будто искренне удивившись. — Серьёзно? Я переломил шею её подчинённому-вампиру, а она великодушно прощает и закрывает на это глаза?
Кейган опешил от такой реакции.
Совершенно непонятный отклик. Вместо того чтобы содрогнуться от страха и склонить голову, отчего этот псих шумит так, будто в восторге?
— Воистину великий лидер! Не думал, что проникнусь уважением к вампиру. Тебя ведь Кейган зовут? У твоей госпожи, похоже, воистину благородная душа.
— Ты что вообще вытворяешь? — Ошеломлённо выплюнул Кейган.
Нарин без остановки тараторил, кивая. Кейган опешил от такого бреда, а Аделия и Владыка Меча молчали, не в силах понять замысел Нарина.
— Раз у тебя столь замечательная госпожа, верность твоя должна быть безграничной. Негниющий труп, мне чисто из любопытства интересно: если хозяйка прикажет тебе сдохнуть, ты сдохнешь?
— …Разумеется. Жизнь любого вампира, включая мою, без остатка принадлежит Владыке Крови.
— Превосходно! — Нарин захлопал в ладоши, не скрывая восхищения. — Значит, мне не о чем беспокоиться – ты меня не убьёшь. Ведь таков приказ Кровавого Святого. А я-то напрягся, когда ты начал угрожать! Выходит, драться нам тут не придётся.
— Ну… да.
— Вот и славно.
Нарин удовлетворенно усмехнулся и дружески похлопал Кейгана по плечу.
— Ах ты ублюдок!
Рука, соскользнувшая с плеча, в следующее мгновение разможжила Кейгану череп.