Занятия закончились рано, так что для обеда было ещё рановато.
Но чтобы чем-нибудь занять рот, Нарин заглянул в кафе. Кофеин – жизненная необходимость для современного человека, так что его запасы нужно пополнять регулярно.
Ирин с её старомодными вкусами не понимала Нарина.
— Зачем платить деньги за эту горькую грязную воду? Молоко или холодный чай куда вкуснее.
— Чтобы проснуться. Да и вкус вполне нормальный, если привыкнешь – пить можно.
— Если пить много, это вредно для здоровья. Все ходят с этими стаканами в руках, это сейчас мода такая? Людям, похоже, нравится только то, что вредно. Я слышала, раньше был популярен танхулу, так там столько сахара, что он якобы вреднее сигарет.
— Вот как. Понял. Наша Змейка и Плакса просто без ума от танхулу, так что теперь придётся сунуть им в зубы по сигарете.
— Я подумала и решила, что танхулу всё-таки лучше.
Погода для лета выдалась прохладной, поэтому они гуляли на свежем воздухе.
Прогулочная дорожка привела их к большой тренировочной арене, где на одной из площадок собрались студенты и пинали мяч.
Судя по всему, первокурсники вглухую прогуливали занятия первой же недели.
— Почему мы вышли? В кафе ведь полно свободных мест.
— Скоро сюда набежит целая орава и станет шумно. Это мудрость профессора, досконально знающего расписание лекций. К тому же брать навынос дешевле.
— Скупердяй.
— Так дай денег.
— Какая хорошая погода.
Ирин тут же обхватила губами трубочку. Похоже, сладкий вкус пришёлся ей по душе, потому что она с удовольствием запригубила холодный чай.
Погода и вправду была отличной. Нарин присел на ступени трибуны тренировочной арены и, потягивая прохладный кофе, стал наблюдать за игрой студентов.
Глядя на катящийся по земле мяч, он невольно вспомнил башку одного таракана.
— А у тебя что с занятиями?
— Я на четвёртом курсе, так что расписание свободное. Сегодня у меня вообще нет пар, просто решила прогуляться.
— Поздравляю. Скоро выпуск.
— Хм… Не знаю, стоит ли поздравлять. Я ведь сама сюда поступила, да и после выпуска возвращаться в Лунный ореол не планирую.
— Всё ещё не доверяешь йосонам?
— Дело не в этом. По крайней мере, Лисицы встанут на мою сторону.
Ирин не забыла подробных советов Нарина.
— Пока что у меня есть кое-какие дела здесь. Я буду искать способ вернуться на родину и одновременно продолжать выступать.
— Предсмертная записка?
— Не сдохну я. Я буду поставлять магические камни Великому магу, но если почувствую, что это вредит моему телу, сразу же прекращу. И оставлю достаточно сил, чтобы защитить себя.
Нарин без возражений кивнул.
Этого вполне достаточно. Куда лучше, чем её прежнее упрямое слепое стремление вернуться домой.
— И ещё, я хочу отправиться в турне по Северу Империи. До сих пор выступления проходили в основном на Юге.
— Отличный шанс получить нож в спину.
Для изгнанницы Ирин это решение далось непросто.
Чем дальше на Север, тем отчётливее проявляются дискриминация и ненависть к изгнанникам. Люди там прекрасно помнят войну десятилетней давности.
Поездка явно не обещает быть приятной.
— Я знаю, что меня там не ждут. Но всё равно хочу попробовать. С какими бы трудностями я ни столкнулась, я хочу показать им, что я такой же человек, как и они. Совсем как дедушка. Придётся хорошенько подготовиться.
— Похвально. Ну, хотя бы поддержу тебя словом.
— Но одной мне немного страшно. А вдруг мне снова всадят меч в горло, как в тот раз? Мне нужен надёжный человек рядом. Так вот…
Ирин косо взглянула на Нарина.
— Учитель, не хочешь стать моим менеджером?
— Нет.
— Проживание и питание за мой счёт, а жалованье назначишь сам. Если будешь хорошо работать, выпишу премию.
Нарин на мгновение заколебался.
Личный менеджер Ирин. Хоть и зовётся менеджером, на деле это предложение наняться телохранителем.
И ведь не нужно таскаться за ней постоянно, достаточно сопровождать только во время гастролей.
Отличная возможность обобрать знаменитую певицу до нитки.
— Делим девять к одному. И девяносто процентов мои.
— Я лучше одна поеду.
Переговоры провалились. Всё-таки она не дура.
— А как насчёт восемьдесят на двадцать?
— Перестань болтать попусту. Ты всё равно со мной не поедешь.
— В точку.
На самом деле за восемьдесят процентов он бы поехал.
— Твои грандиозные замыслы я понял. Но всё же пока сиди тихо и не высовывайся.
— «Пока» – это до каких пор?
— Пока я не убью Кровавого Святого.
— Порой я не понимаю, шутишь ты или говоришь всерьёз.
— Похоже на шутку?
— …
Ирин какое-то время молчала, а затем неуверенно пробормотала:
— …И как ты собираешься его убить?
— А вот об этом нужно подумать прямо сейчас. Если хочешь поскорее вернуться к работе, помоги мне. Чем длиннее перерыв, тем сложнее потом зарабатывать на жизнь.
— У меня полно накоплений.
— Не хвастайся.
Хлоп! Прилетевший спереди мяч оказался в руке Нарина.
Мельком взглянув вдаль, он увидел бегущего к ним первокурсника.
— Ой, простите! Мяч улетел к вам… Кхек!
Заметив Нарина, первокурсник побледнел как полотно.
— Ты чего застыл, тащи мяч быстрей! Подумаешь, кто там лежит…
Студенты, торопившие его, подбежали гурьбой, но мгновенно развернулись на сто восемьдесят градусов.
Собравшиеся на арене ребятишки с крайне серьёзным видом устроили экстренный консилиум.
Нарин почувствовал себя так, словно его считают стихийным бедствием.
— Эй, приятель.
— Пощадите!
— Забери мяч.
— …А?
Опешивший первокурсник растерянно огляделся по сторонам.
Затем, опомнившись, нерешительно направился к Нарину.
— Играйте осторожнее. Не калечьтесь и во время борьбы никого не прикончите.
— Да… Да! Я буду осторожен.
Первокурсник с ошарашенным видом забрал мяч. Судя по его реакции, он чувствовал себя так, словно встретил дикого зверя, умеющего говорить.
Насколько же паршивой должна быть репутация, чтобы на Нарина смотрели такими глазами?
— А… автограф, пожалуйста!
Дрожа всем телом, первокурсник внезапно протянул мяч. Вот только не Нарину, а Ирин.
Настоящий фанат, выжавший из себя небывалую храбрость.
— А ты популярна.
— Ещё бы, я ведь звезда.
Ирин ловко достала ручку и расписалась. На мяче крупно вывелось её имя.
«Рин» (潾) – в значении «чистая».
Не «упрямство» (吝), а её настоящее имя, данное стариком.
— Ой? А разве у вас раньше был не другой автограф?
— Я недавно изменила его. Это самый первый раз, так что береги его и храни до конца дней.
— Это такая честь!
Первокурсник низко поклонился и помчался к приятелям.
Подняв мяч над головой, парень радостно загрохотал, а обступившие его студенты завистливо ахнули.
Глядя на это, Нарин невзначай спросил:
— За сколько такой можно продать?
— Тебе я ни за что автограф не дам.
— Что-то у меня внезапно заныла сломанная правая рука.
Нарин резко повернул голову и посмотрел на Ирин.
Ирин тут же застыла и нервно сглотнула.
— За эти несколько дней я пережил удивительные приключения. Резал вампиров, мочил тараканов, состязался в красноречии с Кровавым Святым, встретился с Владыкой-Завоевателем, чего вообще не намечалось… Честно говоря, мне и десяти жизней не хватило бы. И всё это – ради спасения упрямого водяного змея.
— Н-награду выплатит Церковь Правосудия! Я заплатила им за охрану! Да и вообще, разве ты уже не получил кое-что? Эта ткань вокруг твоего меча – священная реликвия Церкви!
— Моя жизнь не ценится куском тряпки. Я не только заберу ещё плату с них, но и с тебя лично сорву должок. Как думаешь, водяной змей, что бы это могло быть?
— «Спасибо, что спас»?
— Невероятно. Ты думаешь откупиться одним спасибо? Водяной змей, неужели между нами, связанными общим прошлым, всё так дёшево стоит? Я для тебя всё, а ты мне ни шиша. Знал бы – отдал бы священное сокровище Кровавому Святому…
— Ладно, ладно! Чего ты хочешь?
Вот теперь ты говоришь дело.
Нарин разгрыз и проглотил кусочек льда, а затем произнёс:
— Мы с тобой земляки и состоим в близких отношениях, деля воспоминания и секреты. Может, мы вообще дальние родственники.
— Но я ведь раньше была змеёй?
— Мне тоже часто говорят, что я похож на змею. Может, и мои предки были змеями? Как подумаю об этом, сразу чувствую такое родство! Водяной змей, разве мы чужие друг другу? А если не чужие, то должны помогать друг другу от всей души.
— Хм… И как мне тебе помочь?
— Об этом я ещё не думал.
Нарин погрузился в глубокие раздумья, а Ирин посмотрела на него с неким удивлением.
Ничего дельного в голову не приходило.
Впрочем, пока достаточно и того, что между ними установилось доверие.
— Погадай-ка мне на судьбу. Я не особо верю в лженауку, так что просто шутки ради.
— Это не лженаука!
Бурча под нос, Ирин протянула ему три монетки.
— Сегодня погадаю в упрощённом виде. Этот способ с монетками, нужно подбросить их шесть раз подряд, чтобы получить шесть линий…
— Всё предельно понятно.
Нарин цапнул монетки и махом подбросил их. Объяснения всё равно бессмысленны.
Дзынь-дзынь-дзынь! Монеты упали на землю, и глаза Ирин округлились.
— Э…
Ни орёл, ни решка.
Все три монеты встали на ребро.
*
В общем и целом гадание Ирин оказалось чистейшей лженаукой.
Нарин честно высказал своё мнение, отчего девушка чуть не взбесилась, но раз уж первая попытка сорвалась на корню, доказать обратное она не могла.
— Н-не может быть! — возмущалась она. — Учитель, ты что, применил какую-то магию?
— А просто перебросить нельзя?
— Нельзя! Тогда результат будет неверным. Странно… Как ты вообще сумел поставить их на ребро?!
Ситуация искренне изумила даже самого Нарина, подбросившего монеты.
Как ему удалось поставить на ребро сразу три монеты? Ведь даже поставить пластиковую бутылку дном вниз, подбросив её, задача не из лёгких.
«Я сам боюсь своего таланта».
Это тоже было проявлением таланта. Если уж называть вещи своими именами – перед нами гений в установке монет на ребро.
Нарин почувствовал глубокий трепет от собственного таланта, открывающегося с новых сторон.
— Скрытый потенциал, о котором я и сам не подозревал! Гений монетного баланса! Человек трёх монет! Моя ловкость рук возобладала над судьбой…
— Брат, вы повторяете это уже в пятый раз, — заметил Белал.
— Тебе совсем больше нечем хвастаться, кроме монет?
Наступил вечер, и началась пьянка. Местом действия, естественно, стала лаборатория Хасселя, а за столом собралась троица: двое красавчиков и один урод.
Нарин уставился на рюмку Хасселя:
— Не оставляй на дне.
— Я пью в своём темпе, тебе-то что? Нынче в тренде пить со своей скоростью.
— Ты только нигде не говори, что умеешь пить. Тоже мне, любитель выпить – да твой предел даже до Амутара не дотягивает. Я-то знаю, что он однажды ушатал три бутылки виски за раз. А потом получил от тебя по полной программе.
— …Зачем вспоминать старое? Да и вообще, тогда он получил за дело.
— Хм.
Нарин глубоко согласился и налил Хасселю полную рюмку.
Хассель скривился, но всё же сделал глоток.
— Моя рюмка пуста.
— Сам налей.
— Тебе же сказали, рюмка старшего брата пуста.
— …Слушаюсь.
Хассель послушно наполнил рюмку Нарина.
Нарин с восхищением взглянул на довольного Белала.
Говорили, они подружились за выпивкой, а иерархия у них выстроилась идеальная.
— Младший брат, наливай и себе. Приятно собраться вместе спустя долгое время. Кажется, мы не виделись почти два месяца?
— Мы встречались на Празднике Падающей Луны. А с Хасселем мы виделись пару раз сами по себе.
— Я наслышан о твоих проделках. Как тебе вообще удалось разнести потолок концертного зала?
— Всё потому, что мои кулаки крепки и сильны. На самом деле пробить потолок было сложнее, чем уложить Заядлого курильщика.
— Пойдём выйдем.
Дело едва не дошло до второго раунда драки с Хасселем, но благодаря умелому вмешательству Белала всё уладилось.
После этого они чокались рюмками и беседовали о разных вещах.
Главной темой разговора стали бесчинства Кровавого Святого в Двелле.
— Чего он только не вытворяет. Вымогать священное сокровище, чтобы победить в войне. Неужели он и за Лисьим нефритом охотился по той же причине?
— Это означает лишь то, что Кровавый Святой загнан в угол. Подумать только, попытаться устроить покушение прямо на территории Империи!
Как только ситуация улеглась, Церковь Правосудия раскрыла деяния Кровавого Святого на весь мир.
Нападение прямо в центре города. Покушение на Ирин.
Газета «Дейли Примера», как и другие СМИ, оперативно опубликовала статью с осуждением Кровавого Святого.
— На этот раз ему так просто не отвертеться. В дело было вовлечено множество чистокровных вампиров, так что подстрекательство Кровавого Святого очевидно. К тому же жертвы и свидетели живы-здоровы.
— Владыка Меча теперь от души потрясёт Кровавого Святого. Заядлый курильщик, а ты сам ничего не слышал?
— Никакой особенной информации нет. Но я примерно догадываюсь о намерениях отца. Под предлогом этого инцидента он потребует вернуть всю провинцию Канан. Всё-таки раньше это была территория Империи.
— А какова вероятность, что он ударит прямо по Кровавому Святому?
— Да ну. Он не станет делать подарок Владыке-Завоевателю. Мне неловко говорить это самому, но отец терпеть не может изгнанников.
Это означало, что Империя не станет вмешиваться в междоусобицу.
Каким бы жёстким ни был Владыка Меча, к эскалации он отнесётся с осторожностью.
«Вот если бы Владыка-Завоеватель убил Кровавого Святого…»
Именно такой расклад был бы на руку Нарину. А ещё лучше, чтобы они взаимно уничтожили друг друга.
Вот только беспокоило его совсем другое.
«Безумная Луна».
И бессмертие Кровавого Святого. Эти две вещи являлись непредсказуемыми переменными.
Сможет ли Владыка-Завоеватель убить Кровавого Святого, засевшего в своём замке?
Пока Нарин размышлял, раздался голос Белала:
— Что касается Кровавого Святого, у меня есть новости для вас, брат. Скоро прибудет один гость…
Тук-тук. И в тот же миг кто-то постучал в дверь.
Тайминг просто мистический.
За распахнувшейся дверью стоял Бэкян.
— Молодой господин, я пошёл домой. Сиволь беспокоится, так что не задерживайтесь слишком поздно.
Как только Бэкян ушёл, Нарин пристально уставился на Белала.
— …Это не господин Владыка Яда.
Тук-тук. В дверь снова постучали.
На этот раз пришёл тот самый гость, о котором предупреждал Белал.
Аделия открыла дверь и вошла в лабораторию.
— Надеюсь, и не она.
— Что значит «не она»? Я после работы, горло пересохло, налейте стаканчик!
Аделия протиснулась и присоединилась к застолью.
Осушив три рюмки подряд, она наконец заговорила:
— Отличный алкоголь. Это господин Хассель купил? Попозже захвачу бутылочку в подарок.
— …Священнослужителю прилично быть настолько наглым?
— Слуга Божий должен быть толстокожим. С кротким характером трудно проповедовать. У вас, часом, нет своей веры?
— Хватит.
— Я не настаиваю. Просто налейте ещё.
Двое красавчиков, один урод и одна вегетарианка-слепыш сдвинули рюмки.
— Зачем ты её позвал?
— Брат мой, отчего же вы так обижаете? Разве мы не боевые товарищи, прошагавшие бок о бок сквозь пламя войны?
— Твоя правда. Нас связывает узами особая судьба – мы разделили две тряпки.
— Не вспоминайте об этом, а то я сейчас ругаться начну.
Осушив ещё одну рюмку, Аделия перешла к делу:
— Вышел указ о сборе.
— Указ о сборе?
— Регулярное собрание Десяти великих. Хотя названием ему «совещание», на деле это скорее судилище. Вызовут Кровавого Святого и будут разносить его в пух и прах.
— Священнослужителю допустимо использовать подобные выражения?
— Господин Белал, это устаревшие предрассудки. Разве жрецу запрещено открыто выражать чувства? Как вспомню о Кровавом Святом, так кровь в жилах закипает. Эту тварь мало на куски порвать…
— Я молчу, продолжай.
— В общем, это заседание особое. Впервые на него вызывают посторонних, не входящих в Десять великих или Трёх Владычествующих.
Слова, что должны были следовать дальше, угадать было нетрудно.
— Меня и вас, брат мой. Вдвоём.
Лицо Нарина в мгновение ока перекосилось.