Дима. Ад. Пустырь после школы.
Удары сыпались градом.
— Говори, кто ты! — рычал главный, занося кулак.
Кулак светился тусклым багровым светом — он вкладывал в удар свою энергию. Обычный приём для демонов: усилить удар, сломать кость, выбить дух.
Дима принял удар. И ещё один. И ещё.
— Молчишь? — усмехнулся второй, пиная его в бок. Его нога тоже светилась.
С каждым ударом в Диму вливалась чужая сила. Она не разрушала — она накапливалась. Где-то глубоко внутри, в том самом месте, где жил голод после плода.
— Дима! — крикнула Фе из сумки.
Он хотел ответить, но не мог. Тело горело. Энергия распирала изнутри, искала выход, билась о стенки, как зверь в клетке.
— Слышь, безрогий, — главный наклонился к нему. — Ты странный. Слишком быстро впитываешь. Мы хотим знать, почему.
— Я... не знаю, — прохрипел Дима.
— Врёшь!
Очередной удар. Светящийся кулак врезался в челюсть.
И тогда внутри что-то оборвалось.
Энергия хлынула наружу. Не по его воле — сама. Чужая сила, смешавшись с его собственной, выплеснулась через край.
— Что за... — отшатнулся главный.
Дима поднял голову. Вернее, нечто подняло голову.
— Дима? — позвала Фе.
Он посмотрел на свои руки. Они дрожали, но не от страха. От силы.
— Что со мной? — спросил он. Голос был чужим. Глубже. Страшнее.
— Твоё лицо... — прошептала Фе. — Оно... плывёт.
Дима коснулся щеки. Кожа под пальцами была мягкой, податливой, как пластилин. Она двигалась, менялась, текла.
Он посмотрел в лужу. Из неё на него смотрело нечто.
Глаза — его. Нос — чужой. Рот — вообще непонятно чей. Лицо менялось каждую секунду, как калейдоскоп. То появлялись чужие черты, то исчезали, то смешивались в невозможные комбинации.
— А-а-а-а! — закричали старшеклассники.
— Это он из пустошей! — заорал второй. — Там такие! Там все такие!
— Бежим!
Они бросились врассыпную, даже не оглядываясь.
— Стойте! — крикнул Дима, но они уже скрылись.
Он перевёл взгляд на свои руки. На лбу что-то чесалось. Он потрогал — рога. Маленькие, острые, только что выросшие. Скрытые раньше — теперь явные.
— Дима... — Фе вылезла из сумки, подошла ближе, но остановилась в шаге. В её глазах был страх. Настоящий, нешуточный. — Ты... ты как?
— Не знаю, — честно ответил он. Голос всё ещё был чужим.
Он закрыл глаза. Сжался в комок.
Вернись. Вернись. Вернись. Будь собой.
Когда открыл — лицо было его. Уставшее, испуганное, но его.
— Получилось, — выдохнул он.
Фе шагнула ближе, коснулась его лба. Пальцы дрожали.
— Рога остались, — сказала она.
Дима потрогал. Да. Маленькие, едва заметные, но здесь. Навсегда.
Перед глазами вспыхнуло окно. Прозрачное, пульсирующее, с идеально ровными краями.
[Поздравляем!]
[Получен навык: «Хаотичная форма» (F-ранг)]
[Описание: Позволяет временно менять черты лица, пугая врагов. Эффект зависит от количества поглощённой энергии.]
— Система? — удивился Дима. — Но у меня же нет...
Он не договорил.
Окно задрожало. Пошло рябью, как старый телевизор. Буквы поплыли, смешались, превратились в нечитаемую кашу.
[ОШИБКА!]
[ОШИБКА!]
[ОШИБКА!]
А потом появилось другое окно. Багровое. Тяжёлое. Живое.
[Демонический контракт активирован.]
[Навык «Хаотичная форма» перехвачен.]
[Поглощение...]
[Статус: Навык принадлежит контракту от лица Димы.]
Первое окно исчезло. Багровое померцало и тоже погасло.
Тишина.
— Что это было? — прошептал Дима.
Фе смотрела на него с ужасом и восторгом одновременно.
— Контракт, — сказала она. — Он теперь... твой. Ты не просто связан с ним. Ты — его часть.
— Я не хочу быть частью.
— Поздно. — Фе покачала головой. — Ты впитал слишком много. Имён не спрашивают, когда едят.
Дима посмотрел на свои руки. Они всё ещё дрожали.
На лбу, под пальцами, пульсировали рога. Маленькие. Его.
Дима сидел на земле, трогая свои новые рога. Фе прижалась к нему, пытаясь согреть.
— Они вернутся, — сказала она. — Те старшеклассники. Они расскажут всем.
— Знаю.
— Что будешь делать?
Дима посмотрел на свои руки. Они всё ещё дрожали.
— Не знаю, — честно ответил он.
А потом вдалеке раздались шаги. Много шагов. Тяжёлых, уверенных, чужих.
— Дима... — прошептала Фе.
Из темноты выступили силуэты. Не трое — десятки. Старшеклассники, учителя, даже кто-то из города.
Они смотрели на него. На его рога.
— Это он, — сказал кто-то.
— Тот, кто сменил форму.
— Из пустошей.
Толпа загудела. Кто-то боялся, кто-то злился, кто-то смотрел с любопытством.
Дима медленно поднялся.
— Чего вам? — спросил он. Голос был твёрже, чем он ожидал.
Толпа расступилась. Из неё вышел учитель К'Тарр. Его огромные глаза с вертикальными зрачками смотрели прямо на Диму.
— Я же говорил, — прошипел он. — Ты пахнешь иначе.
— И что теперь?
Учитель склонил голову.
— Теперь ты наш.
---
Ян. Эфирия. Ночь.
Ян сидел на подоконнике и смотрел на звёзды. После сегодняшней тренировки тело ломило, но спать не хотелось.
Ким Дэ Мин стоял рядом, задумчиво жуя яблоко.
— Знаешь, — сказал он вдруг. — Ты слишком зациклен на навыке.
— А что ещё? Это же навык.
— Навык — это только вершина. — Ким откусил кусок. — У него могут быть корни.
— В смысле?
— В прямом. Твой «Слабый приток маны» — это не просто умение. Это дерево. У него есть ветви, листья, плоды. Если научишься их видеть — откроешь новое.
— И как?
— Не знаю. Я просто знаю, что они есть.
Ян хотел спросить ещё, но вдруг небо загорелось.
Не просто засветилось — оно раскрылось.
Сначала проступили лица. Человеческие лица — старые, молодые, мужские, женские. Тысячи глаз смотрели на него сверху. Холодные, изучающие, чужие.
— Что это? — прошептал Ян.
— Созвездия, — ответил Ким. Голос его был спокоен, но в глазах мелькнула тень.
А потом появились другие.
Там, за людскими лицами, проступили иные. Старше. Спокойнее. Почти без эмоций. Они смотрели иначе — не как на букашку, а как на... равного?
— Кто они? — спросил Ян.
Ким молчал.
— Кто они?! — повторил Ян.
— Везде есть свои, — тихо сказал Ким. — И чужие.
Один из «других» — с глазами, полными звёздной пыли — посмотрел прямо на Яна. Его губы шевельнулись, но слов Ян не услышал. Только холод пробежал по спине.
А потом небо погасло.
Ян стоял, тяжело дыша.
— Они... они видели меня, — прошептал он.
— Видели, — кивнул Ким. — И теперь ты им интересен.
— Это хорошо?
— Не знаю. — Ким пожал плечами. — Но жить станет веселее.
---
Ян. Эфирия. Утро после.
Ян проснулся с первыми лучами солнца. Всю ночь ему снились лица. Тысячи лиц, смотрящих с неба.
Он сел на кровати, потёр лицо. Ким Дэ Мин уже не спал — сидел на подоконнике и смотрел вдаль.
— Не спится? — спросил Ян.
— Я мало сплю, — ответил Ким. — Привычка.
— С детства?
— С того дня, как всё началось.
Ян подошёл и сел рядом. Внизу просыпался город. Эльфы спешили по делам, феи кружили над крышами, где-то вдалеке открывались врата.
— Ким, — спросил Ян. — А ты скучаешь по дому?
Ким долго молчал.
— Там не по чем скучать, — наконец сказал он. — Там всё сгорело.
— Прости.
— Не надо. Это просто факт.
Они помолчали.
— А ты? — спросил Ким.
— Скучаю, — честно ответил Ян. — По друзьям. По Диме, по Алексею. По тому, как мы вместе пили кофе и ни о чём не думали.
— Найдёшь их.
— Ты думаешь?
— Знаю. — Ким посмотрел на него. — Такие, как вы, не теряются. Они просто ждут, когда придёт время.
Ян смотрел на небо, которое снова стало обычным. Ким Дэ Мин стоял рядом и молчал.
— Они вернутся? — спросил Ян.
— Обязательно, — ответил Ким.
— И что тогда?
Ким посмотрел на него долгим взглядом.
— Тогда ты узнаешь, кто ты на самом деле.
Ян хотел спросить, что это значит, но вдруг небо вспыхнуло снова.
Всего на секунду. Один миг.
Но в этот миг Ян увидел лицо. Одно единственное лицо, приближённое настолько, что можно было разглядеть каждую морщину.
Оно смотрело прямо на него. Глаза — древние, мудрые, почти родные. Губы шевельнулись:
— Жди.
Небо погасло.
Ян стоял, не в силах пошевелиться.
— Ты видел? — прошептал он.
— Видел, — тихо сказал Ким.
— Что это значит?
— Не знаю. — Ким покачал головой. — Но теперь ты точно не просто ошибка.
---
Алексей. Мурим. Врата Е-ранга.
— Ты уверен, что мы готовы? — спросил Алексей, глядя на пульсирующий вход.
— Нет, — честно ответил Ли Вэй. — Но если ждать готовности, можно всю жизнь просидеть.
Они шагнули внутрь.
Врата встретили их не темнотой, а гулом. Низким, давящим, от которого закладывало уши.
— Здесь не так, как в прошлый раз, — сказал Алексей.
— Потому что ранг выше. Здесь твари сильнее.
Первая тварь выскочила из темноты неожиданно. Огромная, покрытая шипами, с тремя пастями. Она не бежала — она летела.
Алексей едва успел уклониться.
— Сзади! — крикнул Ли Вэй.
Вторая тварь. Третья. Четвёртая.
— Их слишком много!
— Держись!
Они сражались минут десять. Потом Ли Вэй вскрикнул — шип твари пропорол ему бок.
— Ли Вэй!
— Не отвлекайся!
Алексей зарычал. Схватил камень накопления, сжал в кулаке.
— Дай мне силу, — прошептал он.
Камень вспыхнул. Энергия хлынула в него, жгла каналы, разрывала изнутри. Но он держался.
Он рубил тварей одну за другой, не чувствуя боли. Только ярость. Только желание защитить.
Последняя тварь упала.
Алексей опустился на колени. Камень в его руке треснул и рассыпался в пыль.
— Ли Вэй... — прохрипел он.
— Жив, — ответил тот. — Ты... ты ненормальный.
— Знаю.
— Пошли домой.
— Пошли.
Они вышли из врат, поддерживая друг друга. Алексей не знал, что за ними следят. Тени. Много теней.
---
Алексей. Мурим. Рассветная обитель. Ночь.
Алексей сидел у постели Ли Вэя и смотрел, как тот спит. Дышал ровно — значит, жить будет.
Сам он не мог уснуть. Каждое движение отдавалось болью в мышцах, но это была приятная боль. Боль победы.
За окном ухнула сова. Или не сова.
Алексей напрягся. Ему показалось, что в темноте мелькнула тень.
— Ты чего не спишь? — раздался хриплый голос.
Ли Вэй открыл глаза.
— За тобой слежу, — буркнул Алексей.
— Следильщик из тебя так себе.
— А ты лучше?
Ли Вэй усмехнулся, поморщился от боли.
— Расскажи, что там было. Я мало что помню.
Алексей рассказал. Про тварей, про камень, про то, как выносил его на себе.
— Камень треснул, — закончил он. — Но мы выжили.
— Третий раз за сегодня говоришь «мы», — заметил Ли Вэй. — Раньше говорил «я».
— Привыкаю.
— Это хорошо. — Ли Вэй закрыл глаза. — Значит, не зря я тебя взял.
Алексей посмотрел в окно. Тени больше не было.
Но ощущение, что за ними следят, осталось.
Алексей сидел у постели Ли Вэя и смотрел в окно. За окном было темно.
— Ли Вэй, — позвал он.
— М?
— Нам надо уходить.
— Куда?
— Не знаю. Но здесь оставаться нельзя.
Ли Вэй приподнялся на локтях.
— Почему?
— За нами следят.
В этот момент за окном что-то мелькнуло. Тень. Большая, быстрая, явно не человеческая.
Алексей вскочил, схватил меч.
— Не выходи, — прошептал Ли Вэй.
Тень замерла у окна. А потом в стекло постучали.
Тук. Тук. Тук.
— Кто там? — крикнул Алексей.
Ответа не было.
Только тихий, едва слышный шёпот:
— Мы знаем, кто ты. Мы придём.
Тень исчезла.
Алексей стоял, сжимая меч. Ли Вэй смотрел на него с ужасом.
— Что это было?
— Не знаю, — ответил Алексей. — Но теперь мы не одни.
---
Регрессор. Мир Р. Лагерь охотников. Ночь.
Ночью ему приснился дом.
Маленькая кухня, запах яичницы, мама что-то напевает. Он сидит за столом, листает старый альбом с фотографиями.
— Сынок, ты где? — слышит он голос.
— Я здесь, мам. Я рядом.
Но когда поднимает глаза — её уже нет. Только пустота и тишина.
Он просыпается в холодном поту. Вокруг — чужие лица, чужие звуки, чужая жизнь.
— Я скучаю, — шепчет он в темноту. — По всему.
Вход в палатку откинулся. На фоне света стоял силуэт.
— Ты новенький? — спросил голос.
— Да.
— Слышал, ты уделал трёх тварей за секунду. Это редкий навык.
— Повезло.
— Не ври. — силуэт шагнул внутрь.
Это был мужчина в чёрном. Обычный. Почти.
Регрессор смотрел на него и не мог понять, что не так.
Лицо — человеческое. Глаза — человеческие. Улыбка — человеческая.
Но что-то было не так.
Глаза смотрели чуть дольше, чем надо. Улыбка не доходила до уголков. Движения были слишком плавными, как у марионетки.
У Регрессора побежали мурашки по коже.
— Мы ищем таких, как ты, — сказал человек в чёрном. Голос тоже был почти правильным. Почти.
— Зачем?
— Чтобы предложить работу. Настоящую работу.
Регрессор хотел ответить, но не мог. Его тело кричало: беги. Но разум говорил: «Это же просто человек».
— Подумай. Мы вернёмся.
Человек в чёрном вышел. Движения были слишком плавными.
Регрессор остался один. Сердце колотилось где-то в горле.
— Что это было? — прошептал он.
Ответа не было.
---
Регрессор. Мир Р. Утро.
Утро встретило его шумом лагеря. Кто-то точил оружие, кто-то ругался, кто-то просто сидел у костра и смотрел в огонь.
Регрессор вышел из палатки. Тело ломило после бессонной ночи, но голова была ясной.
— Эй, новенький! — окликнул его один из охотников. — Иди завтракать.
Он подошёл к костру. Ему протянули миску с кашей. Обычной, человеческой.
— Спасибо.
— Не за что. Держись нас — выживешь.
Регрессор ел и смотрел на людей вокруг. Обычные лица. Обычные голоса. Обычные улыбки.
Никакой зловещей долины.
— Слушай, — спросил он у соседа. — А те, в чёрном... кто они?
Сосед помрачнел.
— Не знаю. Появляются иногда. Ищут кого-то. Лучше с ними не связываться.
— Почему?
— Потому что те, кто с ними связывался, пропадали. Или возвращались... другими.
Регрессор кивнул.
Он знал это чувство. «Другими» — значит, почти людьми. Почти.
— Я запомню, — сказал он.
И продолжил есть. Каша была пресной, но горячей. Как воспоминания о доме.
---
Регрессор. Мир Р. Финал.
Регрессор сидел у костра и смотрел на огонь. Разговоры о людях в чёрном не выходили из головы.
«Пропадали... возвращались другими».
Он вспомнил лицо того мужчины. Почти человеческое. Почти.
— Эй, — окликнул его охотник. — Ты чего такой хмурый?
— Ничего.
— Ладно, держись. Завтра новый рейд.
Охотник ушёл. Регрессор остался один.
Он смотрел на огонь и думал о доме. О маме. О том, что никогда не вернётся.
А потом огонь дрогнул.
Пламя взметнулось вверх, на миг приняв форму лица. Того самого лица. Почти человеческого.
— Мы уже идём, — прошептал голос из огня.
Регрессор отшатнулся. Пламя снова стало обычным.
Он оглянулся. Никто ничего не заметил.
Только он.
— Что вы такое? — прошептал он в темноту.
Ответа не было.
Но где-то вдали, за горизонтом, зажглись огни. Много огней. Они двигались сюда.
Их было много. Слишком много.
Огни приближались. Регрессор стоял на краю лагеря и смотрел в темноту.
— Тридцать два, — прошептал он, пересчитав огни в очередной раз. — Нет, уже тридцать три.
За его спиной зашевелился лагерь. Кто-то вылезал из палаток, кто-то хватал оружие, кто-то просто смотрел в ту же сторону, не в силах пошевелиться.
— Что это? — спросил подошедший охотник. Тот самый, что давал ему кашу утром.
— Не знаю. Но они идут сюда.
— Откуда ты знаешь, что именно сюда?
Регрессор повернулся и посмотрел на него. В глазах охотника был страх. Настоящий, не притворный.
— Потому что я их чувствую, — сказал Регрессор. — Они ищут таких, как я.
— Таких, как ты?
— Особенных. Сломанных. Тех, у кого есть то, чего быть не должно.
Охотник сглотнул.
— И что им надо?
— Не знаю. — Регрессор снова посмотрел в темноту. — Но скоро узнаем.
Огни приближались. Теперь их можно было разглядеть — факелы. Много факелов. И люди. Сотни людей.
— Это армия, — прошептал кто-то.
— Нет. — Регрессор покачал головой. — Это не армия. Это... охотники.
— На кого?
Регрессор не ответил.
Он смотрел на огни и вспоминал лицо человека в чёрном. Почти человеческое. Почти.
— Они охотятся на нас, — сказал он наконец.
Тишина. Только треск факелов вдали.
— На кого — на нас? — спросил охотник.
Регрессор повернулся. Посмотрел на него долгим взглядом.
— На всех, у кого есть дар. На всех, кто выжил там, где выжить нельзя. На всех, кто стал другим.
Охотник побледнел.
— Я... я обычный, — прошептал он. — У меня нет дара.
— Тебе повезло. — Регрессор отвернулся. — Иди. Спрячься. Может, не заметят.
— А ты?
— А я встречу.
Он шагнул вперёд, навстречу огням. Один против сотен.
За спиной кто-то крикнул: «Куда ты?!». Но он не обернулся.
Он знал, что бежать некуда.
Огни приближались. Теперь он видел лица. Людские. Почти.
Слишком правильные. Слишком симметричные. Слишком... чужие.
— Здравствуй, — сказал первый, останавливаясь в нескольких шагах. Голос был мелодичным, но каким-то пустым.
Регрессор молчал.
— Мы искали тебя, — продолжил другой. — Ты особенный.
— Я знаю.
— Тогда иди с нами. Не сопротивляйся.
Регрессор посмотрел на свои руки. На ту самую секунду, которая была его единственным оружием.
— А если я откажусь?
Первый улыбнулся. Улыбка была слишком широкой. Слишком идеальной.
— Тогда мы заберём тебя силой. И твоя секунда не поможет.
Регрессор вздохнул.
Он знал, что они правы.
— Хорошо, — сказал он. — Я пойду.
— Умный мальчик.
Они окружили его. Сотни людей в чёрном, с пустыми глазами и слишком правильными лицами.
Он пошёл с ними. Потому что выбора не было.
Но прежде чем скрыться в темноте, он обернулся. Посмотрел на лагерь, на людей, на огни.
— Простите, — прошептал он.
И исчез.
---
Где-то в Эфирии Ян смотрел на небо и ждал. Где-то в Аду Дима стоял перед толпой и слушал учителя. Где-то в Муриме Алексей сжимал меч и смотрел в окно.