-----Часть 1-----
Утро выдалось хмурым — низкие тучи затянули небо над долиной, придавая покинутой деревне ещё более гнетущий вид, чем накануне. Агата проснулась первой, всё ещё ощущая тепло присутствия Луны рядом, и позволила себе несколько лишних мгновений неподвижности, прежде чем тихонько высвободиться, стараясь не потревожить сон напарницы.
Лаплас, менявший вахту у окна на рассвете, встретил её коротким кивком.
— Спокойная ночь, — сказал он тихо. — Никакого движения со стороны холма. Что, признаться, тревожит меня не меньше, чем тревожило бы обратное.
— Почему? — спросила Агата, устраиваясь рядом.
— Потому что тишина иногда означает не отсутствие угрозы, а то, что угроза не нуждается в спешке, — ответил демон. — Уверенность хищника, знающего, что добыча никуда не денется.
К тому моменту, как проснулась Луна, а скромный лагерный завтрак — вяленое мясо и остатки хлеба из Ольхового Стана — был съеден, все трое вернулись к обсуждению предстоящего спуска в пещеру с той серьёзностью, какой не хватало вчерашнему решению отложить исследование до утра.
— Прежде чем мы туда сунемся, — сказал Лаплас, чертя веткой на земле грубую схему того немногого, что успел рассмотреть у входа накануне, — нужно понять, с чем мы можем столкнуться. Мёртвая земля, опустевшая деревня, тишина, которую я упомянул, — всё это указывает на нечто, питающееся не столько плотью, сколько самой жизненной силой места. Такие создания редки, но не то чтобы неслыханны.
— У тебя есть предположения, что именно это может быть? — спросила Луна, вглядываясь в грубый чертёж с обычной аналитической сосредоточенностью.
— Есть, — признал Лаплас, — но озвучивать догадки прежде, чем мы увидим хоть что-то своими глазами, — плохая привычка. Домыслы имеют свойство подменять собой наблюдение, а в подобных делах это может стоить жизни.
Агата, слушая их разговор, вызвала собственную панель, ещё раз пробегая взглядом по навыкам и характеристикам — привычка, укоренившаяся за последние недели всякий раз перед чем-то серьёзным.
[ Имя: Агата ]
[ Раса: Кролик Лапласа ]
[ Уровень: 3 ]
[ Сила: 7 ]
[ Ловкость: 7 ]
[ Выносливость: 6 ]
[ Магия: ░ (запечатано, близко к пределу)]
[ Навыки: ]
[ Контактный некрокинез Lv.2 ]
[ Сверхрегенерация Lv.1 ]
[ Связь Lv.2 ]
Строка «Магия: близко к пределу» отозвалась у неё лёгким беспокойством — та самая печать, о происхождении и природе которой она до сих пор знала непозволительно мало, судя по всему, готовилась либо на что-то отреагировать, либо просто окончательно захлопнуться, и оба варианта звучали одинаково неопределённо.
— Что бы это ни значило, — сказала она вслух, показывая строку Луне, — не думаю, что стоит выяснять это именно сегодня, посреди неизвестной пещеры.
— Согласна, — кивнула Луна, разглядывая собственную панель с той же долей осторожности. — Сосредоточимся на одной неизвестности за раз.
Она всё же не удержалась и вызвала свою панель ещё раз, задержавшись на строке навыков.
[ Имя: Луна ]
[ Раса: Кролик Лапласа ]
[ Уровень: 3 ]
[ Сила: 6 ]
[ Ловкость: 7 ]
[ Выносливость: 7 ]
[ Магия: ░ (запечатано, близко к пределу)]
[ Навыки: ]
[ Жизненное воздействие Lv.2 ]
[ Сверхрегенерация Lv.1 ]
[ Связь Lv.2 ]
— У меня то же самое, — заметила она, кивнув на строку с печатью. — Похоже, предел общий для нас обеих, а не индивидуальный порог для каждой.
— Ещё одна деталь для списка вопросов к системе, на которые она пока не спешит отвечать, — заметил Лаплас, поднимаясь и отряхивая с колен пыль заброшенного дома. — Впрочем, у меня есть теория на этот счёт, но я предпочту приберечь её до тех пор, пока не увижу больше данных. Слишком много рассуждений на пустой желудок — плохая привычка для демона, привыкшего доверять расчётам, а не догадкам.
Пока Лаплас в последний раз проверял немногочисленное снаряжение — моток верёвки, найденный в одном из брошенных сараев, огниво, светящийся камень, — Агата вышла из дома, чтобы окинуть взглядом опустевшую деревню при дневном свете. Она успела привыкнуть к виду брошенных домов за минувшую ночь, но что-то в этом зрелище — аккуратно прикрытые двери, нетронутая утварь на подоконниках, детская игрушка, забытая посреди дороги, — продолжало отзываться в ней тихой, ноющей тревогой. Люди уходили отсюда не в панике. Они уходили, будто их звали, и они послушно шли на зов, не успев толком собраться.
Луна вышла следом, останавливаясь рядом и, судя по всему, думая о том же самом.
— Ты тоже это заметила, — сказала она, не спрашивая. — Никакой паники. Ни единого перевёрнутого стула.
— Как будто их не прогнали, — тихо ответила Агата. — Как будто их позвали, и они пошли сами.
Луна долго молчала, глядя на детскую игрушку, темнеющую на размытой дождём дороге, — деревянную птицу на верёвочке, слишком простую и слишком личную, чтобы её забыли случайно.
— Мне это не нравится больше, чем любые твари, с которыми мы сталкивались до сих пор, — сказала она наконец. — Тварь можно ударить. Зов — не всегда.
Ближе к полудню, когда тучи так и не разошлись, а лишь начали редко цедить мелкую, надоедливую морось, они собрали немногочисленные пожитки и двинулись обратно к подножию холма — тем же путём, каким шли накануне, вдоль едва заметной полосы увядшей травы, отмечавшей путь неведомого существа.
По дороге Лаплас, против обыкновения молчаливый, вдруг заговорил — тихо, будто размышляя вслух больше для себя, чем для спутниц.
— Знаете, — сказал он, — за все годы, что я провёл, скитаясь между мирами, я нечасто испытывал что-то похожее на настоящую тревогу. Скука, любопытство, порой раздражение от собственной неосторожности, — но не тревогу. — Он бросил на них короткий, странно серьёзный взгляд. — Возможно, дело в том, что впервые за долгое время рядом со мной есть те, за кого я не готов рисковать бездумно.
Агата не сразу нашлась с ответом на эту неожиданную, почти уязвимую откровенность — настолько непохожую на привычную браваду демона.
— Мы не хрупкие, — сказала она наконец, хоть и понимала, что дело, вероятно, не только в этом.
— Знаю, — тихо усмехнулся Лаплас. — Именно поэтому мне особенно не хочется проверять, где именно проходит грань вашей прочности.
-----Часть 2-----
Вход в пещеру выглядел днём не менее зловеще, чем накануне вечером, — узкая расщелина в склоне холма, из которой всё так же тянуло неестественным холодом, будто сама температура воздуха внутри подчинялась иным законам, чем снаружи.
Лаплас, подойдя первым, провёл ладонью вдоль края расщелины, задержавшись на мгновение, будто прислушиваясь к чему-то, недоступному обычным чувствам.
— Магический след, — сказал он тихо. — Слабый, но узнаваемый. Не моей природы, — добавил он, прежде чем кто-либо успел спросить, — и не той, что я привык встречать в этом мире. Что-то… голодное. Вот, пожалуй, самое точное слово, которое приходит на ум.
Луна, стоявшая чуть позади, разглядывала темноту входа с тем же напряжённым спокойствием, с каким разбирала архивные записи в библиотеке, — метод против неизвестности, единственный доступный ей инструмент помимо силы.
— Нам нужен свет, — заметила она практично. — Что бы ни ждало внутри, лучше видеть его заранее, чем на ощупь.
Лаплас, порывшись в складках плаща, извлёк небольшой, тускло мерцающий камень, подвесив его на короткой цепочке — свет от него оказался неярким, но ровным, разгоравшимся ярче по мере того, как сгущалась тьма вокруг.
— Демонический артефакт? — уточнила Агата.
— Обычный светящийся камень, — с лёгкой усмешкой отозвался Лаплас. — Не всё, что я ношу с собой, обязательно связано с моей природой. Иногда обычный инструмент справляется лучше, чем магия, — особенно если магия внутри имеет свойство притягивать к себе внимание того, что мы, возможно, предпочли бы застать врасплох, а не наоборот.
Прежде чем двинуться дальше, он ещё раз обернулся к ним обеим, и в его голосе, обычно лёгком и насмешливом, прозвучали непривычные, почти наставительные нотки.
— Что бы мы ни встретили там, внизу, — держитесь плана. Если я скажу отступать — отступаем, без споров и без геройства. Если что-то из вас двоих почувствует неладное — то самое, тянущее чувство узнавания, что вы испытали при встрече со мной, — говорите сразу, даже если это покажется нелепым. Иногда инстинкт нашей общей крови видит то, что упускают глаза.
— А если это окажется просто нервы? — тихо спросила Агата.
— Тогда мы вместе посмеёмся над этим за кружкой сидра позже, — ответил демон с тенью прежней усмешки. — Я предпочту выглядеть нелепо, чем упустить настоящее предупреждение.
Луна коротко кивнула, крепче перехватывая моток верёвки, закреплённый на поясе, — последняя проверка снаряжения перед тем, как оставить позади дневной свет, каким бы тусклым и серым он ни был под затянутым тучами небом.
Морось усилилась, забарабанив по прелой листве вокруг них, будто сама природа торопила их поскорее скрыться под землёй. Где-то вдалеке, за холмами, глухо прокатился раскат грома — не близкий, но достаточно ощутимый, чтобы заставить Агату невольно вздрогнуть.
— Погода тоже решила высказать своё мнение, — сухо заметил Лаплас, поднимая воротник плаща. — Что ж, тем больше причин не задерживаться у входа дольше необходимого.
Они встали у самого входа, на границе света и тьмы, — трое силуэтов на фоне серого, затянутого тучами неба позади, готовящихся шагнуть в неизвестность, которая до сих пор оставляла за собой лишь пустые деревни и вопросы без ответов.
Агата почувствовала, как рука Луны нашла её собственную — привычный уже жест, ставший почти ритуалом перед каждым серьёзным испытанием, — и сжала пальцы в ответ, ощущая под ладонью не страх, а спокойную, уверенную готовность, выкованную десятками мелких стычек и заказов, пройденных вместе за последние недели.
— Готовы? — тихо спросил Лаплас, поднимая светящийся камень чуть выше, освещая первые несколько метров узкого прохода, уводящего вниз, в темноту холма.
— Готовы, — ответила Агата, и в её голосе не было и следа той неуверенности, что владела ею в первые часы после пробуждения среди руин лаборатории целую жизнь назад, как ей теперь казалось.
Луна молча кивнула, крепче сжимая её руку.
Они шагнули внутрь, и тьма пещеры сомкнулась вокруг них, поглощая последний отблеск серого дневного света снаружи.