-----Часть 1-----
Рассвет застал отряд уже на марше — колонна двигалась молча, сосредоточенно, растянувшись цепочкой вдоль узкой горной тропы, ведущей к разрыву между тремя характерными пиками, различимыми теперь совсем близко на фоне светлеющего неба.Долина открылась перед ними внезапно, стоило миновать последний перевал, — обширная, чашеобразная впадина, зажатая между тремя вершинами так плотно, что эхо, как и предупреждал древний гримуар, действительно отражалось от склонов с характерным, двойным повторением, придававшим даже обычным звукам шагов и голосов зловещую, потустороннюю окраску.Растительности внутри долины почти не было — голая, растрескавшаяся земля, будто выжженная изнутри, простиралась от одного склона до другого, а в самом центре впадины, там, где, по расчётам Луны, должен был находиться эпицентр древнего ритуала, темнело нечто, напоминающее исполинский, вдавленный в землю кратер неправильной формы.— Вот и цель, — тихо произнёс Себастьен, останавливая основную часть отряда у входа в долину и подавая знак боевым магам занять оборонительные позиции по периметру. — Меньшая группа — за мной. Держимся вместе, никаких самостоятельных решений без предварительного согласования.Спуск в саму долину дался тяжелее, чем казалось со стороны, — земля под ногами крошилась и осыпалась с каждым шагом, будто сама почва утратила присущую ей плотность, а тот самый неестественный холод, знакомый им по обеим предыдущим встречам с ядром, здесь ощущался особенно остро, пробирая до костей даже сквозь плотные дорожные плащи.Луна, ведущая группу к центру кратера при помощи собственных пометок и указаний Айвора, то и дело останавливалась, разглядывая едва заметные линии, проступающие на растрескавшейся поверхности земли, — остатки некогда начертанного здесь ритуального круга, за два столетия почти стёршегося, но всё ещё различимого при должном внимании.— Символы совпадают с описанием из гримуара, — тихо констатировала она, опускаясь на колени рядом с одной из наиболее чётких линий. — Классическая структура призыва — если верить исходному источнику, направленная именно на извлечение сущности извне этого мира, а не просто общение с духами или элементалями.Айвор, доставая свои письменные принадлежности, принялся торопливо зарисовывать открывшуюся картину, то и дело сверяясь с собственными архивными записями.— Смотрите, — сказал он вдруг, указывая на едва заметный, полустёртый символ у самого края кратера. — Это не относится к классической структуре призыва. Похоже на… печать сдерживания?Лаплас, до этого молча осматривавший периметр кратера с настороженностью хищника, почуявшего знакомый запах, подошёл ближе, вглядываясь в указанный символ с внезапно посерьёзневшим лицом.— Не просто похоже, — сказал он тихо. — Это печать сдерживания. Причём не абы какая — судя по структуре, разработанная специально для демонической сущности.— То есть ритуал не просто пытался призвать что-то извне, — медленно произнесла Луна, складывая новые фрагменты головоломки воедино, — а пытался призвать и одновременно удержать под контролем.— Именно так, — подтвердил Лаплас, и в его голосе Агата различила что-то куда более мрачное, чем простую профессиональную озабоченность. — И, судя по остаточному следу магии, который я всё ещё ощущаю здесь спустя два столетия, — призываемая сущность вырвалась. Печать не выдержала.Себастьен, слушавший этот обмен с растущим напряжением, шагнул ближе.— Ты уверен? — спросил он напрямую.— Настолько, насколько это вообще возможно спустя двести лет выветривания магического следа, — ответил Лаплас. — Кто-то пытался вызвать демона в этот мир для использования в качестве оружия, недооценил силу призываемого, и в момент, когда контроль был потерян, произошёл разрыв — та самая рана, что мы наблюдаем сейчас в виде голодного ядра.— Демона, подобного тебе? — тихо спросила Луна.Лаплас на мгновение замолчал, вглядываясь в полустёртые символы с выражением, в котором смешивались профессиональный интерес и нечто похожее на тревожное узнавание.— Не совсем, — сказал он наконец. — Структура печати рассчитана на сущность иного порядка — не демона вероятностей вроде меня, а нечто более примитивное, движимое голым голодом, а не разумом или волей. Возможно, именно поэтому вырвавшаяся сущность не сформировала законченную личность, а осталась чистым, безграничным аппетитом, медленно нарастающим все эти два столетия.Себастьен, обдумывая услышанное, помрачнел ещё больше.— Если кто-то намеренно пытался приручить нечто подобное как оружие, — сказал он, — коллегии стоит выяснить, кто именно стоял за этим ритуалом, и не сохранились ли где-то ещё его записи или ученики. Два века — достаточный срок, чтобы подобное знание успело просочиться дальше, чем нам бы хотелось.— Ещё одна нить для расследования, — заметила Луна, делая пометку в собственном блокноте с обычной методичностью, несмотря на всю тяжесть только что полученных сведений.
-----Часть 2-----
Тишина, повисшая после этого заявления, была нарушена внезапным, глухим гулом, прокатившимся по всей долине, — земля под ногами едва заметно содрогнулась, а из самого центра кратера, там, куда ещё не дошла их группа, начала подниматься уже знакомая, пульсирующая чернота, куда более обширная, чем виденная ими прежде в штольнях.— Оно почувствовало наш разговор, — быстро произнёс Лаплас, отступая на шаг и готовясь к бою. — Или, возможно, просто наше присутствие здесь, у самого источника. В любом случае, время деликатных изысканий закончилось.Себастьен, не теряя ни секунды, подал магический сигнал основному отряду, ожидавшему на периметре долины, — яркая вспышка зелёного света, взметнувшаяся в небо, была тут же встречена ответным сигналом и звуками спешного движения где-то позади.Ядро, поднявшееся из недр кратера, оказалось ещё крупнее того, что они видели в штольнях, — исполинская сфера черноты, испускающая уже не тонкие нити, а целые щупальца толщиной с человеческий торс, тянущиеся во все стороны с угрожающей, змеиной стремительностью.— Ирса! — крикнул Себастьен, и старшая целительница, вместе с подоспевшими боевыми магами, тут же начала выстраивать защитный барьер вокруг группы, состоящий из мерцающих, полупрозрачных щитов, соединённых сложным узором рун.Агата, ощутив знакомое, тревожное напряжение внутри — то самое ощущение потери, что предшествовало её срывам, — сосредоточилась на присутствии Луны рядом, используя выработанную ими технику контроля прежде, чем пелена успела бы затуманить разум.— Держусь, — тихо сказала она, отвечая на невысказанный вопрос в глазах Луны.Боевые маги отряда, развернувшись веером, обрушили на приближающиеся щупальца целый шквал заклинаний — огненные росчерки, ледяные копья, потоки чистой разрушительной энергии, — но, к общему ужасу, большая часть атак либо проходила сквозь черноту, не причиняя видимого вреда, либо просто поглощалась ею, будто сама магия становилась дополнительной пищей для голодного ядра.— Обычная магия бесполезна против него! — крикнула Луна, наблюдая за этим с растущей тревогой. — Оно питается энергией напрямую — чем сильнее удар, тем больше пищи вы ему даёте!Себастьен, услышав это предупреждение, немедленно отдал приказ прекратить прямые магические атаки, переключаясь на физическое сдерживание щитами и заклинаниями связывания, менее насыщенными чистой энергией.— Тогда что способно ему навредить? — крикнул он, перекрикивая гул сражения.— Наша сила! — откликнулась Агата, уже бросаясь вперёд, к ближайшему щупальцу. — Смерть и жизнь — не обычная магия! Оно не может питаться ими так же легко!Она встретила щупальце точным, контролируемым касанием, и, в отличие от заклинаний боевых магов, эффект оказался немедленным — чернота осыпалась пеплом, а не поглощала удар, подтверждая её слова самым наглядным образом.Себастьен, оценив результат, быстро отдал новый приказ — отряд перестроился, беря на себя роль сдерживающей, оборонительной силы, в то время как Агата, Луна и Лаплас взяли на себя роль непосредственных разрушителей, methodично отсекая щупальца одно за другим, пробиваясь всё ближе к пульсирующему центру самого ядра.— Ещё немного! — крикнула Луна, поддерживая атаки Агаты через Связь и одновременно исцеляя мелкие ранения боевых магов, задетых редкими прорвавшимися щупальцами. — Основание, как в прошлый раз — бей в основание!Агата, следуя её указанию, направила очередной удар точно туда, где щупальца соединялись с самим телом сферы, — и на этот раз, благодаря возросшей силе четвёртого уровня, эффект оказался куда разрушительнее прежнего: пульсирующая чернота содрогнулась всем своим исполинским телом, издав протяжный, почти оглушительный вой, разнёсшийся эхом по всей долине — эхом, повторившимся, как и предупреждал древний гримуар, ровно дважды.Ядро, ощутимо уменьшившееся после этого удара, начало поспешно стягивать оставшиеся щупальца обратно к центру, будто готовясь либо к отступлению, либо к отчаянной, последней попытке защититься.— Продолжайте давить! — крикнул Себастьен, направляя боевых магов на укрепление периметра, чтобы не дать сфере ни единого шанса вырваться за пределы окружения. — Ещё один такой удар, и мы, возможно, увидим настоящий результат!Лаплас, обвивая цепями сразу несколько отступающих щупалец, обернулся к Агате с мрачной, решительной усмешкой.— Слышала приказ, — сказал он. — На счёт три?— На счёт три, — подтвердила Агата, чувствуя, как решимость вытесняет остатки тревожной пустоты внутри неё.Луна, встав между ними обеими, вскинула ладони, готовясь усилить финальный удар всей мощью Связи, накопленной за месяцы совместных тренировок и сражений.— Три, — начала считать она, и в её голосе не было и тени сомнения.Воздух вокруг них дрогнул, а камни под ногами покрылись тонкой сетью трещин. Даже барьер едва заметно задрожал от нарастающей силы над самой долиной. Вокруг них боевые маги коллегии удерживали плотный, мерцающий барьер, не позволяя ни единому щупальцу вырваться за пределы очерченного периметра, а Айвор, укрывшийся за спинами старших магов, торопливо записывал происходящее дрожащей, но упорной рукой, явно твёрдо намеренный не упустить ни единой детали этого исторического момента для будущих архивов коллегии.