-----Часть 1-----
Столица магической коллегии открылась взгляду издалека — не столько городом, сколько единым, вздымающимся к небу сооружением, вокруг которого, будто спутники вокруг светила, теснились более скромные постройки обычного городского уклада. Сам же дворец коллегии, различимый уже за несколько миль пути, представлял собой переплетение белокаменных башен, увенчанных парящими в воздухе кристаллами, светившимися ровным, мягким светом даже средь бела дня.
— Впечатляет, — тихо признала Луна, не сводя глаз с приближающегося силуэта дворца.
— Дороговизна, вложенная в камень и свет, — заметил Лаплас с лёгкой, чуть циничной усмешкой, впрочем, без прежней тревоги в голосе — судя по всему, за прошедшую неделю пути он успел свыкнуться с мыслью о предстоящем визите. — Впрочем, не поспоришь: производит нужное впечатление на просителей и свидетелей, которых сюда привозят.
Карaван, в котором они путешествовали вместе с Ренардом и несколькими другими членами коллегии, возвращавшимися из разъездов, миновал внешние ворота столицы без задержек — статус официального сопровождения магической коллегии, судя по всему, открывал двери куда быстрее любого золотого жетона гильдии.
Агата, впервые оказавшись в городе подобного масштаба, ощущала себя непривычно маленькой среди широких проспектов, многоэтажных зданий и толп людей самых разных рас, спешащих по своим делам, — эльфы в строгих мантиях учёных, гномы, толкающие тележки с инструментами мимо магических лавок, даже редкие драконы в человеческом обличье, узнаваемые лишь по характерному, чешуйчатому отблеску кожи на скулах.
— Разные народы здесь уживаются теснее, чем в провинции, — заметила Луна, разглядывая проходящих мимо горожан с обычным аналитическим интересом. — Столица явно притягивает не только магов.
— Столицы редко разборчивы в том, кого притягивают, — с усмешкой заметил Лаплас. — Достаточно любопытства, амбиций или отчаяния — и любой находит здесь свою нишу, вне зависимости от расы.
Во дворце коллегии их разместили в скромных, но комфортных покоях для гостей — куда просторнее и уютнее любого постоялого двора, что им доводилось видеть прежде, — и уже на следующее утро вызвали на официальную встречу с советом старших магов, ответственных за расследование аномалий по всему королевству.
Встреча прошла суше и формальнее, чем разговор с Ренардом в Ольховом Стане, — трое старших магов, облачённых в тёмно-синие мантии с серебристой вышивкой, задавали вопросы поочерёдно, методично фиксируя каждый ответ в парящих перед ними магических записных книжках, страницы которых заполнялись сами собой по мере разговора.
— Ваше описание ядра, — сказала старшая из троих, седовласая женщина с проницательным, изучающим взглядом, — совпадает с крайне редкой категорией явлений, известных в наших архивах как «Голодные раны». Феномены, возникающие в местах, где жизненная сила мира была вырвана насильственным, неестественным образом в значительных масштабах.
— Что могло вызвать подобное здесь? — спросила Луна, подавшись вперёд с явным исследовательским интересом, пересилившим привычную сдержанность.
— Именно это нам и предстоит выяснить, — ответила магиня. — Подобные раны редко возникают сами по себе — обычно они являются последствием чего-то, что произошло задолго до их обнаружения. Массовая гибель, ритуал, вышедший из-под контроля, или, — она сделала многозначительную паузу, — вмешательство силы извне этого мира.
Агата почувствовала, как Лаплас, стоявший рядом, едва заметно напрягся при этих словах, хотя внешне остался столь же невозмутим, как и прежде.
Один из двух других магов совета, худощавый мужчина с длинной, тщательно ухоженной бородой, поднял взгляд от своей парящей записной книжки.
— Вы упомянули, что ваш спутник, — он кивнул в сторону Лапласа, не называя его прямо, — обладает нечеловеческой природой, помогшей вам survive первую встречу с меньшим ядром. Не сочтите за бестактность, но не могли бы вы уточнить происхождение этой природы?
Лаплас, не моргнув глазом, ответил с отработанной, почти скучающей лёгкостью:
— Скитающийся дух смешанной крови, почтенный маг. Долгая и не особенно занимательная родословная, которую я предпочитаю не обсуждать за недостатком времени у нас у всех. Уверяю, моя природа не имеет отношения к возникновению ядра — я появился в этих землях куда позже, чем, судя по вашим собственным словам, зародился этот шрам.
Магиня, возглавлявшая совет, обменялась быстрым взглядом с бородатым коллегой, но, к явному облегчению Агаты, не стала настаивать на дальнейших расспросах.
— Достаточно на сегодня, — сказала она. — У коллегии есть архив, посвящённый подобным явлениям. Если вы согласны, мы предоставим вам доступ к соответствующим записям — возможно, что-то в вашем опыте позволит нашим архивариусам сопоставить недостающие фрагменты картины быстрее, чем это удалось бы им в одиночку.
-----Часть 2-----
Архив коллегии оказался местом, способным затмить своим масштабом даже библиотеку при храме Учёта в Ольховом Стане, — бесконечные ряды стеллажей, уходящие ввысь на несколько этажей, соединённые узкими лестницами и парящими в воздухе платформами, скользящими между полками по одному лишь мысленному приказу того, кто на них стоял.
Луна, оказавшись среди этого изобилия знаний, впервые за всё их путешествие выглядела по-настоящему, безоговорочно счастливой — глаза её загорелись тем самым огоньком, что Агата уже успела распознать и полюбить, огоньком человека, нашедшего своё истинное призвание среди пыльных страниц и древних записей.
Архивариус, приставленный им в помощь, — молодой, но явно одарённый маг по имени Айвор, — с энтузиазмом принялся показывать Луне разделы, посвящённые «Голодным ранам» и смежным явлениям, за что заслужил её искреннюю, хоть и сдержанную благодарность.
Следующие несколько дней Луна проводила в архиве буквально с рассвета до заката, разбирая старые гримуары, испещрённые не всегда понятной терминологией прошлых столетий, сопоставляя даты, места и обстоятельства, при которых в истории королевства фиксировались похожие явления.
Агата, не обладая склонностью Луны к кропотливой исследовательской работе, коротала это время иначе — тренировалась во внутреннем дворе дворца под руководством Лапласа, отрабатывая контроль над новой, дальнобойной гранью своей силы, или просто наблюдала за напарницей издалека, находя странное умиротворение в самом виде Луны, полностью поглощённой любимым делом.
На третий день, когда Агата в очередной раз заглянула проведать Луну среди высоких стеллажей, та встретила её с необычным, взволнованным блеском в глазах.
— Нашла кое-что, — сказала она без предисловий, указывая на раскрытый перед ней увесистый гримуар в потрёпанном кожаном переплёте. — Запись почти двухсотлетней давности. Голодная рана, очень похожая на нашу, возникла тогда на месте древнего ритуала призыва — неудачной попытки вызвать существо извне этого мира для использования в качестве оружия.
Агата почувствовала, как по спине пробежал холодок узнавания.
— Как в лаборатории, — тихо сказала она. — Эксперименты с существами из других миров.
— Именно, — кивнула Луна, и в её голосе прозвучало что-то среднее между исследовательским азартом и тревогой. — Автор гримуара предполагает, что подобные раны — не просто побочный эффект самого ритуала, а своего рода шрам, остающийся в ткани мира там, где грань между реальностями была нарушена насильственно. И если наше ядро — тоже такой шрам…
— То где-то поблизости когда-то пытались провести подобный ритуал, — закончила за неё Агата.
Прямо в этот момент, будто в награду за глубину проведённого анализа, тихое покалывание пробежало по коже Луны, а следом — и по коже самой Агаты, связанной с ней Связью.
[ Получен опыт: 65 ] [ Источник: значимое исследовательское ] [ открытие ] [ Опыт распределён (Связь Lv.2): 33 / 32 ] [ Итого: 225 / 225 ] [ ── ] [ Уровень повышен: 3 → 4! ]
— Система засчитывает и это, — с лёгким удивлением произнесла Луна, разглядывая уведомление. — Не только бой. Знание тоже считается прогрессом.
— Логично, если вдуматься, — заметила подошедшая на шум Айвор, с любопытством заглянувшая через плечо. — Простите, — быстро поправился он, — я не подглядывал специально, просто заметил, как вы обе одновременно замерли — решил, что стряслось неладное.
— Всё в порядке, — заверила его Луна, поспешно закрывая панель. — Просто… неожиданный побочный эффект нашего расследования.
Агата, ощущая приятное покалывание нового уровня, разливающееся по телу, невольно улыбнулась — впервые за долгое время рост силы пришёл не через кровь и ужас боя, а через терпеливую, кропотливую работу разума Луны, что казалось особенно справедливым итогом для той, кто всегда предпочитала мыслить, а не действовать вслепую.
— Продолжай копать, — сказала она, легко сжимая плечо Луны. — Кажется, твой способ сражаться с этим ядром работает не хуже моего.
Луна, вопреки обыкновению, не стала скрывать довольной улыбки в ответ, прежде чем вновь погрузиться в изучение потрёпанных страниц древнего гримуара, унося их обеих на шаг ближе к разгадке тайны, которую они преследовали от самого выжженного пятна земли в далёкой лощине.
Тем же вечером, за скромным ужином в отведённых им покоях, Луна поделилась с Лапласом и Агатой более подробными выводами из прочитанного, разложив на столе несколько наспех скопированных страниц.
— Если гипотеза о ритуале верна, — сказала она, — нам нужно установить, где именно он мог быть проведён два столетия назад. Гримуар не называет точное место, но упоминает, что подобные ритуалы обычно проводили в местах силы — там, где грань между мирами и без того тоньше обычного.
— Горы Даран как раз славятся подобной репутацией, — заметил Лаплас, разглядывая скопированные записи с профессиональным интересом. — Древние, насыщенные магией породы, testируемые не одним поколением искателей приключений и, судя по всему, не одним поколением безрассудных магов, готовых рискнуть гранью реальности ради собственных амбиций.
— Значит, наша тварь — это шрам от чьей-то давней ошибки, — тихо заключила Агата. — Кто-то пытался вызвать нечто извне два века назад, потерпел неудачу, и с тех пор рана просто медленно гноилась под землёй, пока не выросла настолько, чтобы начать активно поглощать всё живое поблизости.
— Похоже на то, — кивнула Луна. — Что означает, вероятно, два возможных подхода к решению проблемы. Либо мы находим способ закрыть саму рану — что-то вроде обратного ритуала, способного затянуть её, — либо продолжаем сражаться с ядром напрямую, надеясь однажды нанести удар, достаточно сильный, чтобы уничтожить его полностью.
— Второй вариант мы уже пробовали, — заметил Лаплас. — С весьма ограниченным успехом.
— Значит, стоит поискать записи о первом, — подытожила Луна, вновь придвигая к себе стопку скопированных страниц с той же неутомимой решимостью, что вела её через каждый архив на их пути с самого начала странствия.