[Союль]
Щёлк.
Я вошла в раздевалку и закрыла дверь на замок. Следом с губ сорвался тихий вздох.
Шаги Уджина уже стихли, и в безмолвии за кулисами оба звука разнеслись особенно далеко.
После выступления я вздыхала уже не раз, но сейчас в этом вздохе был совсем другой смысл.
До этого я чувствовала себя жалкой и глупой из-за того, что не смогла сыграть достаточно хорошо, чтобы заслужить признание мамы и папы. Это был вздох сожаления.
А сейчас я вздохнула потому, что почувствовала: наконец что-то закончилось.
И именно так всё и было.
Я закончила выступление и вернулась за сцену. Помахала друзьям, которые ждали меня, и сказала, чтобы они шли первыми… Потом заперлась в туалете и какое-то время вытирала слёзы.
В очередной раз я собиралась остаться наедине с мыслями о том, что снова не смогла впечатлить родителей.
Снова не показать это никому.
Снова позволить всему закончиться, будто пламя задушили, не дав ему догореть.
Но тут как раз появился Уджин.
Он запинался, путался в словах, но всё равно пытался искренне меня утешить.
И тяжесть, опустившаяся куда-то на ледяное дно, будто по волшебству исчезло.
Аплодисменты огромного зала, бесконечные крики поддержки — всё это не помогало.
А от нескольких слов Уджина мне стало так радостно, что самой было смешно.
Я тихо хихикнула.
Не в силах сдержать улыбку, посмотрела в зеркало на стене раздевалки.
В зеркале я увидела собственное лицо с самой яркой улыбкой за весь день.
Всё благодаря словам Уджина.
«Когда я сегодня смотрел на твоё выступление… правда подумал, что ты потрясающая».
«Вообще-то я с самого начала видел, как сильно ты любишь пианино. Настолько, что даже ночью выходишь и изображаешь игру без инструмента».
«Когда я увидел тебя в фортепианном классе и услышал вблизи, понял, что тебя не просто так называют гением фортепиано».
«А когда ты играла мне по телефону, мне даже стало не так одиноко».
— Ху-ху…
Сколько бы ни прокручивала эти слова в голове, всё равно хотелось смеяться.
Может, в утешениях Уджина действительно есть какая-то магия?
До чего странно — мне в голову уже лезут такие нелепые мысли.
Подумать только, он всё это время смотрел на меня именно так.
Как я и думала, Уджин…
Наверное, он куда добрее, чем кажется.
Это точно.
Факт, с которым уже не поспоришь.
Иначе с чего бы он так старался утешить девушку, которая лишь понарошку считается его девушкой?
И это ещё не всё.
Уджин всегда говорит сухо. Никогда не соглашается со мной без вопросов. Когда я шучу, обязательно начинает ворчать.
Но в конце концов всё равно подыгрывает.
И всегда выдаёт такие смешные реакции.
А сегодня он впервые сам назвал себя моим парнем. Пусть и понарошку.
Значит, теперь можно попробовать продвинуться ещё на пару шагов вперёд.
Хе-хе-хе.
«Что бы такого устроить дальше?»
От одной мысли о завтрашнем дне уже становилось интересно.
Я размышляла об этом, снимая платье.
И вдруг вспомнила лица родителей после выступления.
Мама даже не улыбнулась. Вместо этого смотрела на меня холодно и жёстко.
Папа просто молча разглядывал меня с выражением, которое я не смогла понять.
А потом они уехали, хотя пришли сюда специально. Даже не поговорили со мной. Только написали, что сразу возвращаются.
В груди мгновенно кольнуло.
Я зажмурилась и прижала ладонь к груди.
Одновременно мне показалось, будто изнутри вот-вот что-то вырвется наружу, поэтому пришлось крепко прикусить нижнюю губу.
Я ведь не хотела такой холодной реакции.
Хотела всего лишь услышать одно слово похвалы.
Хотела показать, что могу справиться сама.
Никогда не думала, что это окажется настолько трудно.
Я решила просто переждать, пока боль утихнет.
Так было всегда.
Мне казалось: если просто выдержу, как выдерживала раньше, всё снова станет нормально.
Но прежде чем это случилось…
В памяти снова всплыли слова Уджина.
«Поэтому я всё знаю. Я видел, как ты готовилась к этому Фестивалю. Видел всё…»
«Я просто… не хочу, чтобы ты делала такое грустное лицо».
…Точно.
Пусть мама с папой меня не признали, зато есть хотя бы один человек, который действительно видит, что творится у меня внутри.
И этот человек сказал, что не хочет видеть меня грустной.
Значит, мне остаётся только одно.
Я подняла обе руки и шлёпнула себя по щекам.
Нельзя вечно цепляться за прошлое.
Тем более в конце семестра будет зарубежный конкурс, куда важнее Фестиваля искусств.
Пора приходить в себя и возвращаться в нормальный ритм.
С этой мыслью я собралась и снова посмотрела в зеркало.
Щёки покраснели так сильно, что это заметил бы кто угодно.
Наверное… я просто ударила себя слишком сильно.
◎
— Хорошо. Осторожнее по дороге.
— Да! Обязательно!
Я ответила охраннику, который переживал за меня, и вышла за школьные ворота.
Ресторан, где ребята из оркестрового клуба собирались после Фестиваля, находился примерно в десяти минутах ходьбы от главного входа.
Я устала во всех смыслах, но такую дистанцию вполне могла пройти пешком.
Стоило выйти со школьной территории, как вокруг сразу стало шумно от человеческих голосов.
Как ни странно, к нашей школе приходит много посторонних.
Наверное, потому, что почти круглый год и внутри, и вокруг территории что-нибудь цветёт.
К тому же рядом есть рестораны, кафе и небольшой парк.
Будь это обычная школа, основными посетителями были бы ученики. Так что даже хорошо, что сюда ходят посторонние.
И по дороге всегда есть на что посмотреть.
В парке молодая пара бегали вместе с детьми.
Я насчитала пятерых.
Взрослые выглядели слишком молодо для родителей пятерых детей.
«Может, это племянники?»
Я уже решила, что так и есть.
— Теперь папа водит! Кого поймаю — тому дома сделаю сосиску-осьминожку!
— Ух, ух… Милый, я уже начинаю уставать.
— Даже если устал, всё равно бегай. Что это такое — отец выдохся раньше детей?
Судя по разговору, всё-таки родители.
Дети счастливо носились за отцом, которому выпало водить.
Сам папа выглядел так, будто вот-вот умрёт… но семья явно была очень дружная.
Глядя на них, я невольно улыбнулась.
Чуть дальше встретился знакомый со второго курса творческого направления.
Похоже, он возвращался после ужина с родителями, которые приезжали на Фестиваль.
Наверное, удачно выступил и вкусно поел вместе с семьёй — лицо сияло.
Наши взгляды на мгновение встретились, но я уже сильно опаздывала.
На спокойный разговор времени не было.
Я лишь поклонилась его родителям и пошла дальше.
Пока быстро шагала, оставляя их позади, в голову пришла мысль.
«Наверное, родители и дети должны быть настолько близки».
Особенно в нашей школе.
Сюда берут только тех, кто выделяется хотя бы в одной области.
Если отношения с родителями плохие, ребёнку легко сбиться с пути, а значит, и поступить сюда будет непросто.
К тому же талантливых детей обычно любят и берегут — неважно, хорошо они учатся или умеют что-то другое.
Я видела бесчисленное количество ребят, выросших буквально в окружении любви.
Конечно… я немного отличалась.
И тут вспомнилось, как после промежуточных экзаменов Уджин уезжал домой на выходные.
Подробностей я не знаю, но тогда он сказал, что чувствовал себя немного одиноко.
«Интересно, у Уджина тоже есть какая-то история, о которой он никому не рассказывает?»
Если да… хотелось бы, чтобы он когда-нибудь рассказал хотя бы мне.
Наконец я добралась до ресторана.
— О? Союль пришла.
— Ты нормально? Не устала?
— Сегодня было потрясающе. Ты молодец.
Стоило войти, как друзья сразу окружили меня и заговорили наперебой.
Несколько человек даже подбежали и крепко меня обняли.
Из-за маленького роста обо мне и так часто заботятся как о младшей сестре, но обычно не настолько.
Значит… после выступления я действительно выглядела совсем плохо.
Ужин всё ещё был в самом разгаре.
Если учесть, когда они сюда пришли, ели они подозрительно медленно.
Может быть, ждали меня, хотя я даже не состою в оркестровом клубе.
…Правда.
Похоже, мне очень повезло с людьми вокруг.
От этой мысли улыбка появилась сама собой.
В другой день я, возможно, даже расплакалась бы, но, к сожалению, сегодня запас слёз уже закончился.
Поэтому я решила просто улыбнуться им как можно ярче.
Один из ребят, увидев меня такой, сказал:
— А раньше ты выглядела совсем подавленной. Хорошо, что сейчас вроде всё нормально.
Попал точно в цель.
— П-правда?
Я улыбнулась в ответ.
Друг легонько ткнул меня пальцем.
— Ага. Случилось что-то хорошее?
Что-то хорошее действительно случилось.
Конечно.
Но об этом никто не должен узнать.
Мы ведь так договорились.
Об этом нельзя честно рассказать даже самым близким друзьям.
То, что нужно скрывать.
Поэтому я…
Поднесла указательный палец к губам и тихо ответила:
— Секрет.
— Что?
Через мгновение ресторан заполнился громким смехом.