— Кто там?
От голоса, разрезавшего ночную тишину, я инстинктивно задержал дыхание.
Возле общежития особенно опасно — кто-нибудь легко может заметить. Я ведь это понимал, поэтому специально увёл Союль подальше, а теперь прямо перед расставанием расслабился и начал болтать как ни в чём не бывало. До смешного беспечно.
Впрочем, сожалеть уже поздно.
Стоявшая рядом Союль задрожала. Когда наши взгляды встретились, её глаза беспомощно забегали из стороны в сторону. С губ не сорвалось ни единого слова.
Но если просто замереть, ничего не изменится. Раз уж нас загнали в угол, нужно хотя бы попытаться выкрутиться.
С этой мыслью я схватил Союль за плечи и…
Из-за тёмного угла общежития наконец вышел человек.
Сначала в полосе света показались ноги, затем шорты, футболка с короткими рукавами и, наконец, лицо.
Под тусклым лунным светом я увидел того, кого ожидал меньше всего.
Нашего классного руководителя.
— Что за… Уджин, это ты?
Учитель нахмурился от удивления. Видимо, меня он точно не относил к ученикам, способным бродить снаружи посреди ночи во время школьной поездки.
И хотя перед учителем мне было неловко, внутри всё равно разлилось облегчение.
Ещё бы.
Он не спросил, почему мы с Союль оказались здесь вместе.
В следующий миг по позвоночнику пробежала дрожь.
Через тонкую летнюю одежду я отчётливо почувствовал мягкое прикосновение. К моей спине прижалось маленькое, хрупкое тело, и от него передавалось тепло. Если прислушаться, можно было даже различить её нервное дыхание.
Учитель появился внезапно, и времени думать не осталось.
Союль спряталась прямо за моей спиной, тесно прижавшись ко мне.
— В такое время… Да что там время, что ты вообще делаешь на улице?
Учитель смотрел подозрительно. Говорил он немного невнятно, будто только что проснулся, да и стоял не слишком уверенно.
Ну да. Пусть нас с Союль и не поймали вместе, зато меня самого застукали за тем, что я тайком выбрался из общежития. Тут оправдываться особо нечем.
— Простите. Я просто… вышел немного подышать свежим воздухом.
— Свежий воздух и через окно отлично заходит.
Учитель фыркнул на мою беспомощную отговорку.
— …Ты случайно не куришь?
— Нет! Никогда даже не пробовал.
Чтобы доказать свою невиновность, я вывернул карманы брюк. Каждый раз, когда двигался, спина слегка задевала Союль, и по коже пробегала щекотка.
Похоже, она чувствовала то же самое — сзади донёсся тихий выдох.
— Ладно, ладно. Понял.
Учитель небрежно махнул рукой, хотя в темноте этого почти не было видно.
— Да и не похож ты на того, кто станет таким заниматься. Поверю тебе.
— Да. Спасибо.
От его доверия мне было скорее стыдно, чем приятно. Я действительно не курил, зато тайком изображал отношения с девушкой. В душе я извинился перед учителем и заправил вывернутые карманы обратно.
— …Хмпф.
И в ту же секунду в пустом пространстве возле общежития раздался странный звук.
У меня едва сердце не оборвалось.
Наверное, Союль не выдержала щекотки и случайно издала звук. Похоже, она и сама перепугалась: я почувствовал, как она тут же прикрыла рот рукой. Даже её бешено колотящееся сердце будто ощущалось через спину.
Глаза учителя сузились.
— Мне сейчас женский голос послышался?
От этих слов Союль за моей спиной снова задрожала.
Чувствуя каждое её движение, я изо всех сил сохранял спокойное выражение.
— Голос? Я ничего не слышал. Может, насекомое какое-то?
— Насекомое?
Учитель почесал затылок.
— Если так подумать, действительно похоже…
Он ещё несколько раз недоверчиво наклонил голову, но на этом всё закончилось. В итоге учитель принял мою наспех придуманную отговорку. Внутри меня накрыла такая волна облегчения, что я едва не выдохнул вслух.
После этого он заговорил уже мягче:
— Уджин. Я тебе сейчас, считай, разрешил немного погулять, но не выходи за рамки. Если будешь бродить один и попадёшься другому учителю, проблемы будут и у тебя, и у меня. Понял?
— Да. Простите.
— И ещё…
Учитель ненадолго замолчал, поморщился, а потом продолжил:
— У тебя и без того хватает всяких забот. Если когда-нибудь станет тяжело и захочется вот так побродить одному… приходи ко мне. Я хотя бы ужином тебя угощу.
— …Спасибо.
Я слегка склонил голову. Учитель горько улыбнулся.
«У тебя и без того хватает забот».
Смысл был понятен. Моя семейная ситуация, пусть и не такая сложная, как у Союль, тоже далека от простой. Наверное, в школе учитель кое-что об этом слышал.
А как насчёт Союль?
Как она восприняла то, что только что прозвучало?
Мы стояли спиной к спине, поэтому её лица я не видел. Да и потом отдельно спрашивать об этом было бы неловко. Если Союль сама не поднимет тему, лучше, наверное, не трогать.
Закончив разговор, учитель потянулся.
— Ладно. На этот раз сделаю вид, что ничего не видел. Быстро возвращайся. Учителя договорились патрулировать по часу по очереди. В два ночи выйдет следующий, понял?
А затем добавил почти себе под нос:
— Хотя не знаю, проснутся ли они вообще, все же напились… А.
Учитель поспешно закрыл рот.
Разумеется, было уже поздно.
Не только ученики наслаждались редкой свободой. Присмотревшись, я заметил мутноватый взгляд и лёгкое покачивание. Похоже, учитель тоже выпил.
Я понимающе улыбнулся.
Учитель ответил такой же добродушной улыбкой.
— Сохраним секреты друг друга.
Получилась на удивление тёплая сцена взаимной поддержки.
После этого учитель пошёл обратно. Неровные шаги постепенно стихали вдали.
Только когда звук полностью исчез, я наконец выдохнул.
— Фух…
Когда он внезапно появился, я думал, сердце остановится. А в итоге всё разрешилось куда легче, чем ожидалось. Во многом благодаря тому, что учитель был пьян. Оставалось только поблагодарить судьбу.
Сколько раз мы уже оказывались на грани разоблачения? Я даже считать перестал. И каждый раз каким-то образом выкручиваемся. Уже почти профессионалы.
Пока я радовался спасению, спина продолжала ощущать мягкое тепло Союль.
Я развернулся. Она всё ещё прикрывала рот ладонью и слегка дрожала — похоже, страх до конца не прошёл. Стоило мне отойти, как Союль тут же тревожно огляделась по сторонам. Выглядело это слишком мило.
Она не видела, что происходило передо мной, и всё это время просто ждала, затаив дыхание. Теперь учитель ушёл. Я решил её успокоить.
— Учитель ушёл, всё уже…
— А, точно. Уджин.
Голос классного руководителя снова раздался совсем рядом.
Следом послышались быстрые шаги. Слишком быстро — спрятать Союль за спиной второй раз я уже не успевал.
«Ну всё. Теперь точно поймают».
Союль, похоже, подумала о том же. Её глаза резко расширились. Она даже не смогла ничего сказать, но на лице будто было написано: «Что делать?»
Вариантов не осталось.
Придя к этому выводу, я обхватил Союль руками за спину и… крепко прижал её к себе.
Её маленькое хрупкое тело полностью оказалось в моих объятиях.
По всему телу разлилось мягкое тепло.
Запах шампуня и геля для душа — всё, чем обычно едва уловимо пахло от Союль, — сразу окружил меня.
— М-мпф…!
Она подавленно вскрикнула от неожиданности и смущения.
Я обнял её ещё крепче, стараясь полностью скрыть, и вскоре услышал голос учителя:
— Ой, прости. Забыл кое-что сказать…
Он подбежал лёгкой, почти несерьёзной походкой и начал извиняться. Но конец фразы постепенно затих.
Очень плохой знак.
— Мин Уджин.
— Да?
— А чего ты ко мне спиной стоишь?
Как и ожидалось, он почувствовал неладное.
Конечно, со стороны это выглядело подозрительно. Но другого выхода у меня не было.
Оставалось только одно — изо всех сил делать вид, что ничего странного не происходит.
— Да я… ну… подумал перед возвращением ещё немного посмотреть на окрестности.
— Какие окрестности? Темно же хоть глаз выколи.
— В темноте тоже интересно. И… хотел напоследок немного подышать ночным воздухом.
— Вот как?
Голос учителя оставался подозрительным. Но, с другой стороны, раз он сомневался, значит, хотя бы наполовину верил. Нужно дожимать сейчас.
— Да. Так что вы хотели сказать?
— Да ничего особенного.
Похоже, сработало. Я уже начал расслабляться.
Но ненадолго.
— Завуч спрашивал меня о тебе. Я подумал, вдруг ты чем-то его разозлил.
У меня чуть не вырвался крик.
Союль в моих руках тоже вздрогнула.
Так завуч даже расспрашивал моего классного руководителя? Значит, подозрения никуда не исчезли. Более того, он всё ещё пытался найти доказательства.
— …Нет. Ничего такого не было.
— Ну и хорошо. Завуч у нас придирчивый до невозможности, так что лучше вообще с ним не связывайся. Понял?
— Да. Буду осторожен.
«Лучше не говорить, что я уже по уши в этом».
Я спокойно ответил, а учитель тихо усмехнулся. Затем снова послышались шаги и напоследок:
— Спокойной ночи.
Наверное, теперь он и правда ушёл.
Но расслабляться раньше времени я уже не собирался.
Маленький, но важный урок усвоен.
Только когда вокруг снова стало совсем тихо, я ослабил руки. Я ожидал, что Союль тут же оттолкнёт меня, но этого не произошло.
Она подняла на меня глаза с едва заметной улыбкой.
И игриво прошептала:
— …Давно меня так не обнимали. Тепло.
«Давно».
Если подумать, подобное уже случалось. Ещё тогда, когда я только начал изображать её фиктивного парня.
В тот раз я тоже обнял её, чтобы спрятать от внезапной опасности. Забавно, насколько по-разному она отреагировала тогда и сейчас.
— Сразу скажу: ни тогда, ни сейчас у меня не было никаких скрытых намерений.
— Всё нормально. На этот раз другого выхода и правда не было. Я тебя прощаю.
«И что бы ты сделала, если бы не простила?»
Конечно, держать в объятиях девушку, которая мне нравится, было приятно. Но ведь Союль не обязана чувствовать то же самое. На этом пора заканчивать.
Я отпустил её. Союль сделала пару шагов назад и поправила одежду. Обе её щеки заметно покраснели. Наверное, потому что всё это время она почти не дышала.
Союль выдохнула так глубоко, будто в этом вздохе смешалась целая куча чувств.
Я тихо сказал:
— В любом случае давай быстро расходиться. В два выйдет другой учитель.
— Ага. Наш классный нас отпустил только потому, что это он. Лучше поспешить.
Союль ответила, прижав ладонь к груди.
Сердце у неё, похоже, до сих пор не успокоилось.
Она явно хотела ещё что-то сказать, но времени уже не было. Сейчас действительно пора прощаться. Продолжим разговор в другой раз.
— Спокойной ночи. Доберись нормально.
Я оставил последнее напутствие и уже собирался быстро проскользнуть к запасному выходу общежития.
— Пф.
Но Союль вдруг прикрыла рот ладонью и тихо рассмеялась.
Я поставил уже поднятую ногу обратно и спросил:
— Чего смеёшься?
— Хи-хи. Да так.
Союль пыталась сдержаться, но смех всё равно прорывался.
— Раньше ты даже прощался только после того, как я тебе напоминала. А теперь сам говоришь. Похоже, я хорошо тебя воспитала.
«Воспитала?»
Я ей что, домашний пёс?
Я демонстративно фыркнул.
— Я постоянно расту. В отличие от кое-чьего роста.
— Что? Ну ты и… Я вообще-то решила тебя похвалить!
Союль надулась. Я ведь даже не сказал, что говорю о ней. И вообще, с каких пор «я тебя хорошо воспитала» считается похвалой?
От абсурдности ситуации я невольно усмехнулся.
Мы ещё немного молча смотрели друг на друга. Вскоре Союль перестала дуться и тихо сказала тёплым голосом:
— Спасибо за сегодня.
В этих словах чувствовалась лёгкая застенчивость.
Я запомнил её милое выражение и пошевелил губами.
— За то, что стоял возле туалета?
— Да не за это же!
Я просто пошутил, но Союль даже приподнялась на носочки от возмущения. Похоже, эта тема всё ещё смущала её до невозможности.
«Надо будет обязательно дразнить её этим и дальше».
— Не за это.
Союль продолжила:
— За то, что ты сказал: если мне станет совсем тяжело, ты всё равно как-нибудь поможешь.
Как я и думал, речь была именно об этом.