Прошло несколько месяцев.
Мне скоро должно было исполниться пятнадцать.
За это время произошли некоторые изменения.
Вивиан часто бродила по замку с того дня, как мы поссорились.
Слуги расценили эту перемену как положительное развитие.
Учитывая, что раньше она постоянно сидела взаперти в своей комнате, это было весьма dramatic преображение.
Она перестала так часто плакать, с энтузиазмом посещала уроки и даже выходила на прогулки.
Никто не знал причину этой перемены.
Одни говорили, что она начала управлять замком, другие утверждали, что это связано с ее образованием, а третьи считали, что ее израненное сердце наконец исцелилось после потери герцогини.
Но… я знал правду.
Вивиан бродила по замку, чтобы увидеть меня.
Сначала я не был уверен, но со временем это стало очевидно.
Как минимум раз в два дня она искала меня.
Найдя, она наблюдала за мной своими острыми глазами, оценивая мое положение… и только после того, как убеждалась в моих тяготах, она уходила.
Казалось, ей было любопытно узнать, в каких условиях я живу.
Ее поведение говорило о том, что она полна решимости выяснить, откуда взялась уверенность в моих резких словах, обращенных к ней.
Какие тренировки я прохожу.
Каково мое положение в отряде наказания.
Что я ем.
Где я сплю.
Насколько воняет моя одежда.
Каков мой распорядок дня.
Как ко мне относятся люди.
Время от времени она подходила и ненавязчиво собирала информацию обо мне за последние несколько месяцев.
Честно говоря, это было унизительно.
Я, когда-то старший сын знатной северной семьи, теперь жил хуже уличного нищего, и показывать это ей было втайне стыдно.
Всякий раз, когда меня заставали за поеданием еды, похожей на собачий корм, за мытьем полов, за выполнением черной работы, как служанка, или за беготней по поручениям, словно слуга, я едва мог поднять голову.
Особенно перед Вивиан.
Возможно, это было из-за наших сложных отношений.
Было много дней, когда я не хотел, чтобы она видела меня в таком жалком состоянии.
Я даже хотел, чтобы она испытала то же самое смущение, что и я.
Но я испытывал не только унижение.
В какой-то момент я начал ждать ее визитов.
Это было странное чувство.
Я не хотел, чтобы она видела меня таким, но все равно ждал ее.
Я думал о том, почему это происходит, и, похоже, отчасти это было потому, что ее визиты облегчали мое одиночество.
Просто знание того, что кто-то наблюдает за моей трудной жизнью, придавало мне необъяснимую силу.
Раньше мне приходилось переносить все это в одиночку.
Никому не было дела, и я страдал сам по себе.
Но теперь кто-то в похожей ситуации, Вивиан, стала свидетелем моих мучений.
Она стала свидетелем того, через что я прохожу, как усердно я работаю, чтобы выжить.
Это было небольшим утешением в моей тяжелой жизни.
Постыдная, но неоспоримая правда.
Скрип, скрип, скрип.
Сегодня я сидел у воды, снова стирая одежду.
Услышав шум позади себя, я насторожился.
Я слышал шаги нескольких солдат, быстро приближавшихся ко мне издалека.
Делая вид, что ничего не замечаю, я продолжал стирать.
Я слегка повернул голову, и мой взгляд упал на рыжие волосы Вивиан.
Она оглядывалась по сторонам с суровым выражением лица.
Было очевидно, что она ищет меня.
Продолжив поиски, Вивиан наконец нашла меня.
Она стояла и смотрела, как я сижу у воды и стираю.
Хотя прошло уже несколько месяцев, с того дня у нас не было ни одного нормального разговора.
Мы просто наблюдали друг за другом издалека, день за днем.
Не было произнесено ни слова, но было передано много информации.
Мы очень хорошо знали друг друга.
Вивиан застыла на месте, увидев меня.
Я вытер воду с лица рукой и посмотрел на нее в ответ.
…Какие неприятности она доставит мне сегодня?
Вивиан никогда не уходила просто так, найдя меня.
Что бы я ни делал, она всегда находила способ позлить меня перед уходом.
В последнее время я начал думать, что она использует меня, чтобы выплеснуть свою внутреннюю разочарованность
Во время моей последней тренировки по фехтованию она приказала мне сражаться с двумя противниками одновременно.
На днях, когда она пришла с проверкой в отряд наказания, она толкнула меня плечом, когда я получал еду, и я все уронил.
В тот день мне пришлось голодать весь день.
Пару дней назад я ни с того ни с сего поссорился со стражником, и я увидел рыжие волосы, мелькнувшие за колонной неподалеку.
Только тогда я заметил недовольное выражение лица стражника.
И сегодня Вивиан снова что-то прошептала своему сопровождающему.
Солдат перевел взгляд с меня на Вивиан, вздохнул, а затем подошел ко мне.
– Стираешь?
– …Да.
Он глубоко вздохнул и посмотрел на корзину с чистым бельем.
Брызги!
Одним ударом ноги корзина полетела в реку, и одежда поплыла по течению.
– …Черт побери.
Если я потеряю всю эту одежду, то точно останусь без еды сегодня.
И меня неизбежно побьют другие мальчишки-солдаты.
Вивиан пожала плечами, наблюдая, как я сердито смотрю на нее.
– …Ты выглядел слишком уж довольным.
Вместо того чтобы спорить с ней, я быстро прыгнул в реку и стал вылавливать одежду одну за другой.
Я не только промок до нитки, но теперь мне придется еще раз перестирать все это.
Вивиан точно знала, как действовать мне на нервы.
Шлеп!
Спустя некоторое время я выбросил мокрую одежду на камень.
Переведя дух, я посмотрел на Вивиан.
Она спокойно наблюдала за мной, как за собакой, которая пытается собрать свою одежду.
Конечно, я сказал ей, что она может издеваться надо мной сколько угодно.
Но ее самодовольный вид немного раздражал меня.
Мой отец всегда говорил: если тебя ударили, нужно дать сдачи.
– Тебе весело? Это все, на что ты способна? – наконец произнес я.
– Пф-ф, – Вивиан тихонько рассмеялась, глядя на меня в таком виде.
Ее губы мило изогнулись в одну сторону, и я остолбенел, забыв, что собирался сказать.
Я впервые видел такое выражение на ее лице.
Зная ее уже несколько месяцев, я ни разу не видел, чтобы она смеялась.
Обычно я видел только ее плачущее, злое или пустое лицо.
Может быть, поэтому ее улыбка произвела на меня такое сильное впечатление.
Это была даже не настоящая улыбка.
Это была ухмылка, улыбка, полная презрения.
И все же эта ухмылка заставила меня застыть на месте.
Вивиан еще немного посмотрела на меня, как на мокрую собаку, затем развернулась и ушла, по-видимому, довольная собой.
Только когда она скрылась из виду, мое тело снова начало двигаться.
– ...Ха.
Я вздохнул, вспоминая, как глупо, должно быть, выглядел, стоя безмолвно, как дурак.
…В последнее время я чувствовал некоторое недовольство.
Наблюдают только за мной.
Только про меня она постоянно говорит, что я живу припеваючи.
Правда это или нет, знает только она, ведь она наблюдает за мной.
Такое чувство, что это она держит оружие и избивает меня.
В последнее время она не так много плачет и не ведет себя так, будто вот-вот умрет.
В результате моя жалость к ней уменьшилась.
А по мере того, как угасала жалость, росло желание отомстить.
Я задумался.
Пора мне что-то менять.
…Если подумать, а есть ли кто-нибудь, кто наблюдает за ней?
***
Вивиан вошла в свою комнату и, наконец, позволила себе улыбнуться.
Выражение лица Кайло Алана, когда одежда, которую он стирал, поплыла по реке, все еще стояло у нее перед глазами.
Наблюдать за тем, как он глупо прыгнул в реку, чтобы собрать одежду одну за другой, было так приятно.
Было приятно отомстить Кайло Алану, которого она так презирала.
Ее больше не мучили угрызения совести по поводу того, что она издевается над ним.
В конце концов, это Кайло Алан сказал, что она может это делать.
Мучить его сколько душе угодно, что он справится.
Вот почему сейчас она слегка улыбалась.
Кроме того, в последнее время Кайло Алан жил слишком уж спокойно.
Несколько месяцев назад его жестоко избили, но теперь он полностью оправился и выглядел прекрасно.
Тем временем Вивиан по-прежнему постоянно ходила в синяках.
Леди Линн продолжала сурово наказывать ее за заикание.
Поэтому Вивиан издевалась над Кайло Аланом, потому что ее жизнь определенно была тяжелее его.
Она не хотела видеть, как кто-то, кому, казалось, живется легче, подходит к ней и спрашивает, почему она так жалуется.
Тук, тук.
Раздался стук в дверь, и вошла леди Линн.
– Мисс Вивиан.
– О, д-добро пожаловать.
Улыбка, расплывшаяся на ее лице от удовлетворения местью Кайло Алану, быстро исчезла.
Ее лицо тут же омрачилось.
В конце концов, кто может улыбаться, зная, что его ждет бесконечное избиение?
Дело было не только в том, чтобы быть правой.
Ей по-прежнему было неловко оттого, что кто-то слушает ее и осуждает ее манеру говорить.
Демонстрировать другим свои слабости, которые даже ей казались жалкими, никогда не было легко.
Ее сердце, когда-то ожесточенное гневом на Кайло Алана, в последнее время смягчилось.
Конечно, вспоминая его слова, она все еще злилась, но постоянные наказания и время сгладили острые углы.
Возможно, поэтому даже уроки с леди Линн в последнее время стали для нее обременительными.
Никто не признавал ее усилий.
Ей приходилось терпеть и упорствовать в одиночку.
Презрение слуг, давление со стороны взрослых и даже ее личные проблемы – ей приходилось справляться со всем этим самостоятельно.
Прошло уже несколько месяцев с момента смерти ее матери, но так и не появился никто, на кого она могла бы положиться.
Как бы все было, если бы рядом был кто-то, как ее покойная мать, кто выслушал бы ее проблемы и понял ее трудности?
Если бы ее просто кто-нибудь выслушал, это принесло бы ей некоторое душевное спокойствие.
Одно лишь знание того, что кто-то ценит ее усилия, придало бы ей сил.
…Она все еще была одинока, и это одиночество день ото дня разъедало ее изнутри.
Голос леди Линн прервал мысли Вивиан:
– Ну что ж, начнем урок…
Бах!
В этот момент дверь распахнулась без стука.
– Ах, я же говорил тебе не…! Ты не можешь просто так вести себя, как тебе вздумается…!
– Я телохранитель Вивиан Рондор. Почему я не должен быть рядом с ней? Вы возьмете на себя ответственность, если с ней что-нибудь случится?
И тут ворвался Кайло Алан.
Солдат, пытавшийся остановить Кайло, нервно посмотрел на леди Линн и Вивиан через открытую дверь.
Кайло же, не обращая внимания на напряжение, уверенно вошел в комнату.
Леди Линн нахмурилась, глядя на Кайло, который, казалось, наплевал на все манеры.
– …Кайло Алан. Я слышала, что северяне – варвары, и теперь я понимаю, почему. Ты хоть представляешь, как грубо входить в комнату леди без разрешения…
– Заткнись. Я пришел не к тебе, – Леди Линн онемела от шока. Ее лицо выражало полнейшее ошеломление.
Если бы ситуация не была настолько абсурдной, Вивиан наверняка бы усмехнулась, увидев ошеломленное выражение лица леди Линн.
Кайло Алан плюхнулся на стул в углу комнаты.
Вивиан понятия не имела, зачем он здесь.
Как и в ту ночь, он продолжал вытворять одну возмутительную вещь за другой.
Даже войдя в комнату, он ничего не делал.
Казалось, он совершенно не обращал внимания на людей, которые смотрели на него.
В конце концов, Вивиан заговорила первой:
– …Ч-ч-что ты здесь делаешь?
– Охраняю.
Его внезапное заявление о том, что он ее охранник, заставило ее задуматься о его истинных намерениях.
Наверняка это было не из-за его долга, и у него должен быть какой-то скрытый мотив…
Вивиан заметила мокрые штаны Кайло.
Это из-за того, что случилось раньше?
Вот почему он пришел?
Пока Вивиан напряженно сидела, не в силах расслабить лицо, Кайло вздохнул и встал.
Всего за несколько месяцев Кайло вырос.
Раньше они были примерно одного роста, но теперь Кайло был на пару дюймов выше нее.
Кайло подошел и прошептал ей так, чтобы леди Линн не услышала:
– …Я тут подумал, и мне кажется, это немного несправедливо.
– …?
– Ты в последнее время наблюдала за мной, так что ты знаешь, как мне тяжело… но ты точно не знаешь, насколько тяжело тебе, верно?
Вивиан могла только смотреть на него, не в силах ответить.
– Поэтому я решил немного понаблюдать за тобой. Ты сказала, что моя жизнь выглядит комфортной, поэтому мне стало любопытно, насколько некомфортна твоя.
– К-кто сказал, что ты можешь наблюдать за мной?
– Я твой телохранитель. Это было последнее желание твоей матери. Так что я буду делать, что хочу.
Ситуация полностью перевернулась.
Еще мгновение назад, или даже несколько дней назад, это она играла с Кайло Аланом.
Теперь она нервничала.
Было слишком много вещей, которые она не хотела, чтобы он узнал.
Она не хотела, чтобы он видел, как она заикается под ругательствами леди Линн, и не хотела, чтобы он был свидетелем ее наказания.
Мысль о том, что Кайло Алан будет осуждать ее манеру говорить и насмехаться над ней, вызывала у нее еще больший дискомфорт.
Поэтому она вызывающе сказала:
– О-охранять можно и снаружи…
– …Ты, – перебил ее Кайло, его слова были остры, как лезвие. - …Разве ты не говорила, что жить тяжелее, чем умереть? Это была ложь?
– Позволь мне увидеть все своими глазами. Так будет честно.
Вивиан была ошеломлена.
В конце концов, это был всего лишь предлог.
Он явно затаил обиду за то, что она недавно немного поддразнивала его.
Он просто искал повода посмеяться над ней, неся такую чушь.
Вивиан возразила:
– Ч-честно? Мне плевать на честность. Я могу делать, что хочу, а ты – нет. Я позову солдат, и тебя вытащат отсюда, если ты не…
– Ах, но…
В середине ее угрозы позвать солдат Кайло снова перебил ее.
– Ну, если ты действительно не хочешь, чтобы я видел, я уйду сам. Я понимаю, это было бы неловко, – хотя он сказал, что уйдет тихо, его рот не закрывался. – Было бы стыдно показать мне, что ты на самом деле живешь, не так ли? Полагаю, ты слишком горда, чтобы признать, что преувеличивала, верно? Делаешь вид, что тебе так тяжело, когда на самом деле это не так.
– Д-делаю вид?
При этих словах в Вивиан снова вспыхнул гнев.
Если бы он действительно знал, через что она проходит, он бы никогда такого не сказал.
– Да, делаешь вид. Разве не поэтому ты не хочешь мне показывать? Ладно, я уйду сам.
– Ладно, оставайся.
Не отдавая себе отчета, Вивиан быстро поддалась на слова Кайло.
Кайло злобно ухмыльнулся, но Вивиан было все равно.
Кайло Алан не поймет.
Его жизнь может казаться трудной, но Вивиан все еще верила, что ее жизнь тяжелее.
Небольшие поддразнивания не могли разрушить ее.
Так что, была это провокация или нет, она решила позволить ему наблюдать.
В конце концов, она сказала ему в ту ночь, что покажет ему свою жизнь.
Она покажет ему, как трудно выжить.
Она заставит его понять, что значит жить труднее, чем умереть.
Отныне Кайло будет знать ее жизнь, и всякий раз, когда это будет происходить, она будет делиться с ним своими страданиями.
Если леди Линн ударит ее, она позаботится о том, чтобы Кайло получил такое же наказание.
Если служанки будут сплетничать за ее спиной, Кайло тоже столкнется с чем-то столь же трудным.
Таким образом, он поймет ее жизнь.
Сначала его предложение показалось ей нелепым, но чем больше она думала об этом, тем больше ей казалось, что это шанс.
– Хорошо, смотри. Смотри и суди сам. Я притворялась… или я была слишком добра к тебе? – Вивиан снова заговорила, на этот раз обращаясь непосредственно к Кайло.
После ее слов Кайло снова сел на стул.
Вивиан повернулась к леди Линн и сказала:
– Пожалуйста, не обращайте внимания на Кайло Алана. Давайте просто продолжим урок, как будто его здесь нет.
Шлеп!!
Но Вивиан очень быстро пожалела о своем решении.
Ей приходилось стискивать зубы и подавлять растущее раздражение.
Потому что каждый раз, когда ее били, Кайло Алан стоял позади нее, тихо смеясь и насмехаясь над ней.
…Подумать только, он приперся сюда ради этого только потому, что она посмеялась над ним раньше.
Действительно, он был таким же мелочным, как и все остальные члены семьи Алан.