Глава 139: Вспышка — 2
— Эта не подойдет. Я встречала её раньше, она та еще лиса.
Элеонора бросила письмо в камин.
— Я даже лица её не видел.
— Поверь мне, брат. Я тоже хочу найти для тебя лучшую женщину.
Я усмехнулся и шутливо спросил:
— Ты так уверена, что твое суждение лучше моего?
— Не совсем, но я женщина. Как женщина женщину, я смогу отсеять странных девиц. Или ты можешь с уверенностью сказать, что разбираешься в них лучше меня?
Мне нечего было ответить.
Возможно, мой вкус на женщин был хуже некуда.
— Хм… Эта тоже не годится.
Не только Элеонора бросала письма в огонь.
Напротив неё тем же самым занималась Кайло, что-то напевая под нос и просматривая послания.
Они поставили перед камином небольшой столик, на котором возвышалась стопка писем.
Они читали их одно за другим, отправляя в пламя те, что не соответствовали их стандартам.
Предполагалось, что всё это ради меня, но я не мог не заметить, что они явно получают удовольствие от процесса.
— Второй ребенок семьи Клойд?.. Сестра, это та высокая?
— Если вторая… она не должна быть высокой, верно? Высокой была третья.
— О, тогда это не она. Мимо.
— Вжух!
— …Элеонора.
Наблюдая за её беспощадным поведением, я наконец окликнул её.
Хоть я и доверил это дело сестре, которая была на четыре года младше меня, я не мог избавиться от чувства неловкости.
— Всё в порядке, брат. Я имею в виду, посмотри, сколько здесь писем. Как еще нам с этим справиться? Ты хочешь, чтобы мы были вежливыми и отвечали на каждое?
— Ты такая суровая. В Локтане ты была такой же?
Услышав слова Кайло, Элеонора усмехнулась и игриво подтолкнула её локтем.
— Сколько раз мне повторять? В Локтане наш брат был устрашающим. Некоторые друзья из простолюдинов принимали его за бандита.
— Правда? Теперь мне любопытно… Я бы хотела увидеть грозную версию нашего брата. Но я всё равно хочу, чтобы с нами он был добрым.
— Я понимаю, о чем ты. Хочу, чтобы мы были единственными, кем он дорожит.
Я тяжело вздохнул и ответил:
— …У меня не было выбора, мне приходилось быть таким, чтобы выжить.
— И всё же, в свой первый же день в Локтане ты ввязался в драку с горожанами?
— Вы даже об этом слышали?
— Конечно, мы не знаем всех подробностей, но если ты устраиваешь такой переполох, это неизбежно доходит до наших ушей.
Я понял, что мне не победить их в остроумии, и взял следующее письмо.
Я понятия не имел, какие семьи обрели или потеряли власть, пока меня не было.
Поскольку это в любом случае был брак без любви, я хотел хотя бы выбрать ту партию, которая принесет пользу моей семье.
Я сосредоточился на письмах от семей, которые помнил как процветающие.
— Как насчет этой, брат? — спросила Элеонора.
Я улыбнулся и ответил:
— Я думал, мое мнение не имеет значения?
— Но мы всё равно прислушиваемся к тебе. К тому же, эта девушка, судя по всему, помогала тебе раньше.
— Кто это?
— Гизела Лют. Старшая дочь семьи Лют.
Я попытался воскресить в памяти лицо Гизелы.
Она была одной из тех, кто заступился за меня перед комнатой Вивиан.
…И она же была той, кто злословил о Вивиан.
В то время мне это не понравилось, но, оглядываясь назад, возможно, она была права.
— Влияние их семьи не так велико, брат. Есть много куда более могущественных родов. Но твое мнение важнее всего. Что думаешь? В огонь или оставим?
Она была одной из тех, кто открыто выражал мне свое восхищение.
Даже на балу в честь дня рождения Вивиан я чувствовал, как та её ревнует.
Насколько же честной она должна была быть, чтобы Вивиан так взбесилась?
Я не испытывал к ней особого интереса, но, по крайней мере, мог сказать, что Гизела была прямолинейной.
Возможно, встреча с ней была бы проявлением вежливости.
— На самом деле, даже когда отец еще был в сознании, он упоминал, что Гизела Лют может быть лучшим вариантом.
— …Отец так говорил?
— Да. Эта женщина… она кажется покладистой, не так ли? Не похоже, что она доставит проблем. Отец больше беспокоился о твоем будущем, чем о престиже семьи. Он не хотел, чтобы ты страдал еще больше после всего, через что прошел. Но ты всё равно хочешь жениться ради блага семьи.
— …Что же мне делать?
Что бы сказала Вивиан, увидь она это?
Если бы она узнала, что человек, к которому она ревновала, может стать моей пассией…
…Об этом не стоило даже думать.
Я положил письмо, которое держал, на стол и произнес:
— Просто оставьте его пока.
«У меня нет никого, кроме тебя, Кайло».
С этими словами, вызывающими чувство дежавю, Вивиан схватила меня за руку.
Я пытался вырваться, но мое тело словно оцепенело, не в силах пошевелиться.
Я хотел велеть ей отпустить меня, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип.
Я оказался в ловушке этой бесконечной петли, не в силах сбежать.
«Сколько еще я должна умолять? У тебя есть семья, но…! Я же говорила тебе, у меня есть только ты…! Без тебя я одна!»
Её глаза, как и всегда, были полны слез.
«Пожалуйста… пожалуйста, Кайло, не уходи».
Вивиан молила.
Отчаяние в её глазах было настоящим — как бы я ни смотрел, это не было ложью.
Женщина, загнанная на край обрыва, выкрикивающая свою последнюю, отчаянную просьбу.
Женщина, которую я любил больше всего на свете —
— Оппа?
— …Ха!
От прикосновения руки к моему плечу тело освободилось, словно с него спали невидимые оковы.
Мои глаза распахнулись, и я резко выпрямился.
— Ха-а… ха-а…
Я судорожно хватал ртом воздух и оглядывался по сторонам.
Вивиан нигде не было.
Я находился в семейном кабинете, а в руках Элеоноры и Кайло всё еще было то самое письмо.
— Оппа… ты в порядке? — спросила Элеонора, и в её голосе сквозила тревога.
— Ты весь в поту…
Кайло достала платок и вытерла мне лицо.
Сердце неистово колотилось в груди, тело прошиб холодный пот.
И точно так же мои чувства превратились в хаотичный беспорядок.
Должно быть, я задремал на мгновение.
И в этот короткий промежуток мне снова приснился кошмар.
— …Тебе снова снилась она, верно? — спросила Кайло с яростным выражением лица.
Я не ответил.
Я просто прижал ладонь к лицу.
— …Что, черт возьми, произошло, оппа? Ты не был таким, когда я видела тебя в прошлый раз…
— Что именно случилось?
— …Ничего. Я в порядке. Просто принеси мне стакан во—
— Как, черт возьми, это может быть «в порядке»?!
Кайло внезапно взорвалась от гнева.
И Элеонора, и я замерли, пораженные её неприкрытыми эмоциями.
Но Кайло продолжала, её голос дрожал:
— Кто не знает, что тебе каждую ночь снятся кошмары?! Горничные говорят, что просыпаются в ужасе от твоих криков! И ты всё еще смеешь говорить, что ты в порядке?!
— Кайло, успокойся—
— Я не успокоюсь! Я не хочу слушать, как ты притворяешься, будто всё хорошо, когда это не так! Это не то, что время магическим образом исправит! Ты был в ловушке у Вивиан, не так ли? Она держала тебя взаперти, ведь так? Я никогда не спрашивала раньше, но что, черт возьми, произошло? Это было похоже на тюрьму? Это то, что преследует тебя до сих пор?
— Ты собираешься жить так вечно? Будешь продолжать страдать из-за неё? Теперь она чужой человек! Тебе нужно отпустить её! По крайней мере, ты должен рассказать нам, что случилось, чтобы начать исцеляться…!
Я взял Кайло за руку.
И своей грубой левой ладонью я мягко погладил её тыльную сторону, прошептав:
— Сначала успокойся.
Она всё еще тяжело дышала, но я заговорил снова, мягко:
— Успокойся.
Я мог понять чувства Кайло.
Если бы мой младший брат или сестра вернулись домой после того, как их удерживали в плену, и каждую ночь мучились от кошмаров, я бы испытывал те же опасения.
Возможно, я бы тоже был в крайней ярости.
Кайло была права.
Прошло больше десяти дней с тех пор, как я покинул Вивиан.
Скоро будет двадцать.
Теперь она была чужой.
Просто кем-то из моего прошлого.
Тем, кого я больше никогда не увижу в своей жизни.
Я не мог продолжать держаться за неё.
Если бы забвение было терпимым, всё могло бы быть нормально.
Но когда она продолжала появляться в моих снах каждую ночь — так отчетливо — это становилось невыносимым.
Я должен был сбежать, вырваться на свободу.
Было ли это тоже проклятием?
Заклятие, наложенное Вивиан, чтобы я не мог её забыть?
…Я всё еще не мог в это поверить.
Та самая Вивиан.
Та, которую я защищал всю свою жизнь — была ведьмой.
И всё же взгляд её глаз, когда я отвернулся от неё в тот день, продолжал преследовать меня.
Слова, которые она произнесла, говоря, что я единственный, кто у неё есть, — продолжали звучать в моей голове.
— …Ха-а.
Со вздохом я ослабил бдительность перед своими сестрами.
Они слишком сильно беспокоились обо мне. Мне нужно было найти выход.
— …Не могли бы вы найти для меня книги о ведьмах? Или, может быть, кого-то, кто много о них знает?
Сестры обменялись озадаченными взглядами.
— …Ведьма?
— Ведьм не существует, брат.
Я сказал им:
— Я видел одну своими глазами. Ведьму.
— Как ни странно, на Севере их, кажется, нет… Но на Юге они существуют.
Как белый дракон, обитающий только на Севере, возможно, ведьмы были просто еще одним видом монстров.
— Вы можете мне не верить, но… я думаю, что я проклят. Мне нужен кто-то, кто сможет снять это проклятие.
Кайло помолчала мгновение, прежде чем твердо произнести:
— Я верю тебе, брат.
— Сестра?..
— Если ты говоришь, что они существуют, значит, так и есть. Я всегда думала, что это просто южная паранойя, но… я верю тебе.
Она глубоко вздохнула и присела рядом со мной.
Затем, словно желая утешить, положила руку мне на бедро и посмотрела на меня снизу вверх.
— Говорят, «Лас Ордер» охотится на ведьм. Брат, может нам связаться с ними?
Я покачал головой.
— …Эта группа слишком поглощена ненавистью к ведьмам. Они практически фанатики. Мы не можем им доверять.
— …Хорошо. Тогда я начну искать кого-то, кто знает о ведьмах. Или найду книги, о которых ты говорил.
— Я…
— Это бы очень помогло.
— Но брат, под каким ты проклятием? Если его снять, ты перестанешь видеть кошмары?
Если бы оно было снято…
Если бы оно было снято, возможно, мои мысли о Вивиан померкли бы.
Тот взгляд, который она бросила на меня в тот день, перестал бы мучить меня.
Я бы не чувствовал такого сильного сожаления о руке, которую я отпустил.
— …Да, — ответил я. — Думаю, мне стало бы немного легче.
***