«Куда же его спрятать?»
Я пристально всматривалась в тёмный коридор, понимая, что, даже если спрятать сокровище в одной из других комнат, его всё равно, скорее всего, обнаружит кто-нибудь из участников.
«К тому же я понятия не имею, что находится внутри, поэтому заходить туда совсем не хочется».
Остановившись перед лестницей, я невольно посмотрела на стену, где оставляли вопросы для игры правды.
«Мой младший брат жив?»
На стене всё ещё виднелся вопрос, который мне удалось задать с помощью хитрости, а огромные чёрные буквы выглядели так, словно их с силой нацарапали карандашом.
[Невозможно.]
— Ты хочешь сказать, что я уже задала вопрос и больше не могу воспользоваться этим местом?
Ребёнок с чёрной тканью на лице кивнул, подтверждая мою догадку.
Я спустилась по лестнице, глубоко вдохнула и открыла находившуюся передо мной дверь, за которой стояли пять стульев.
«Кажется, следующей должна быть игра „цепочка трёхсложных слов“?»
Сама по себе эта игра была довольно обычной, однако скорость постепенно увеличивалась, из-за чего участники неизбежно начинали ошибаться.
Стоило кому-нибудь допустить ошибку, как сверху опускалась петля, мгновенно затягивалась у него на шее и уносила проигравшего, поэтому в оригинале Дан Со Хёку пришлось продолжать игру среди уже погибших участников.
«Кажется, я начинаю понимать, почему Дан Со Хёк со временем стал таким бесстрашным».
Хотя мне совершенно этого не хотелось, похоже, я и сама постепенно шла тем же путём, и от этой мысли у меня вырвалась невесёлая усмешка.
После того как я выберусь отсюда, наверное, смогу без единого вздрагивания смотреть практически любые триллеры и фильмы ужасов.
Тяжело вздохнув, я вошла внутрь.
Четыре из пяти стульев уже были заняты, а пришедшие раньше участники неотрывно и пугающе смотрели на меня, однако я молча встретила их взгляды.
«Они не трогают меня, потому что я всё ещё участвую в другой игре».
Сделав вид, будто совсем не замечаю направленных на меня взглядов, я прошла к окну и увидела занавеску, за которой и спрятала чёрную коробку.
— Если спрячешь её там, её сразу найдут.
Один из сидевших участников неожиданно заговорил со мной насмешливым тоном, а тот, кто находился рядом с ним, тихо захихикал.
Когда они улыбались, становилось видно, что во рту у обоих совершенно нет зубов, однако за последнее время мне довелось увидеть столько ужасов, что подобная мелочь уже даже не пугала.
Мне скорее хотелось купить им вставные челюсти.
[Хм!]
Ребёнок, следовавший за мной, упёр руки в бока и сердито выпучил глаза, очевидно предупреждая участников, чтобы те не вмешивались, пока я продолжаю игру в поиск сокровищ.
Участник, заговоривший со мной, презрительно бросил в его сторону:
— Тьфу. Жалкая тварь, которая даже разговаривать не может, потому что у неё нет языка!
Разве человек, у которого нет зубов, имеет право называть тварью ребёнка без языка?
На мгновение мне действительно стало интересно, однако я решила, что лучше не связываться с ними, поэтому вышла обратно в коридор и начала подниматься по лестнице, пока следом за мной раздавались тихие и бессильные шлепки босых ног.
[Хм…]
Неужели его всё-таки задели те слова?
— Не расстраивайся.
Немного помедлив, я осторожно заговорила с ним, хотя и сама не понимала, зачем это делаю.
— У них самих зубов нет… Да и какая польза от языка, если с него срываются только такие мерзкие слова?
Пусть он и был призраком, мне всё равно стало неприятно видеть, как ребёнок уныло опустил голову.
[Хм!]
[Хм-хм!!]
Он тут же начал подпрыгивать на месте, словно мгновенно воспрянул духом.
[Вы вернулись.]
[Итак, может быть, теперь другой участник отправится прятать сокровище? Просьба помочь нам продвигать игру быстрее! Ху-ху.]
Вернувшись в комнату, я устроилась в углу, поскольку до начала игры это было единственное время, когда можно было хоть немного перевести дух.
«В действительности прошло, наверное, всего несколько часов, но я уже страшно устала».
Впрочем, ничего удивительного в этом не было, ведь ради выживания мне всё это время приходилось стискивать зубы и сохранять предельную сосредоточенность.
После того как я сбегала до подземных этажей и обратно, ноги продолжали мелко дрожать, поэтому оставалось только радоваться, что следующей игрой оказались не салки.
— Эй.
Почему он снова ко мне подошёл?
Ребёнок, сидевший рядом со мной на корточках, тоже поднял голову, а ученик, оказавшись под нашими одновременными взглядами, нахмурился.
— Покажи руку.
Руку?
— Почему ты до сих пор не остановила кровь?
Проследив за его взглядом, я посмотрела на левую руку и увидела, что кровь всё ещё продолжает течь, уже настолько пропитав джинсы, что ткань стала совершенно мокрой.
«Удивительно, что я до сих пор не потеряла сознание от кровопотери».
Хотя голова у меня и правда кружилась.
Может быть, призраки не позволяли мне потерять сознание, потому что игра должна была продолжаться?
Я отрешённо смотрела на изуродованную руку, погрузившись в мысли, когда рядом послышался вздох.
— Ты совсем не в себе.
До такой степени дело ещё не дошло, однако он был недалёк от правды.
— Те, кто попадает сюда, какое-то время держатся так же, как ты, а потом всё равно либо умирают, либо сходят с ума.
— Разве ты не говорил, что ничего не знаешь?
— Я отвечал на твой вопрос о том, люди ли те существа, которые находятся здесь.
Ученик тоже присел рядом со мной, а затем, осмотревшись в поисках чего-нибудь подходящего, развязал школьный галстук.
Пробормотав, что, возможно, этого хватит, он начал обматывать мою израненную руку тёмно-синей тканью, и подобная забота с его стороны казалась непривычной.
— Чёрт, галстук слишком толстый и совсем не держится. Это потому, что ты ребёнок и у тебя такая маленькая рука?
— Ты сам ещё ребёнок.
— Что ты несёшь, если сама младше меня?
На нём была школьная форма, но, возможно, на самом деле он вовсе не был учеником?
Он посмотрел на меня настолько серьёзно и недовольно, что я сразу закрыла рот, а судя по тому, насколько чувствительно он относился к возрастному старшинству, он, наверное, был человеком или призраком из довольно давних времён.
[Хм!]
Ребёнок резко поднял руку, а затем с треском оторвал нижнюю часть чёрной ткани, закрывавшей его лицо.
[Хм?]
Он помахал оторванным лоскутом, словно предлагая воспользоваться им вместо галстука.
Неужели я правильно поняла его намерение?
— О, а ты оказался полезнее, чем выглядишь.
Похоже, я действительно поняла всё правильно.
Ученик невозмутимо забрал ткань из руки ребёнка и принялся перевязывать мне пальцы, стараясь остановить кровотечение.
— Я понимаю, что в такой ситуации этот совет звучит смешно, но ты всё-таки постарайся беречь себя.
— Этот совет и правда звучит очень смешно…
— Вот же неблагодарная, я о ней беспокоюсь, а она ещё огрызается.
У него был довольно резкий язык, из-за чего я снова невольно вспомнила Ма Чхо Хэ.
«Может быть, всё дело в том, что они примерно одного возраста?»
Поначалу этот ученик казался мне исключительно жутким, однако теперь моё впечатление о нём постепенно менялось. Рядом с ним напряжение понемногу ослабевало, хотя я прекрасно понимала, что не должна терять бдительность.
— Как давно ты находишься здесь?
— Я ведь уже сказал тебе, что не знаю.
— Тогда когда ты собираешься отсюда выбраться?
Я чувствовала на себе его взгляд, но не поднимала головы и продолжала смотреть на руку, обмотанную чёрной тканью.
— Ты совсем не выглядишь взволнованным.
Наверное, именно поэтому он и уступил мне победу в игре на чувство момента.
«Но ведь в той игре выжить мог только последний оставшийся участник, так почему же с ним ничего не произошло?»
Это тоже казалось странным. Возможно, он вовсе не был человеком, а являлся призраком, который лишь притворялся доброжелательным, чтобы усыпить мою бдительность, а затем что-нибудь со мной сделать.
Я медленно подняла голову и увидела, что ученик смотрит на меня, недоумённо нахмурившись.
— Я не могу отсюда выйти.
— Почему ты не можешь?
— Ты права в том, что я не чувствую тревоги, но дело в том, что мне вообще не хочется уходить.
Что это могло означать? Неужели его каким-то образом загипнотизировали?
— Поднимайся, скоро начнётся поиск сокровищ.
Участник, который уходил прятать своё сокровище, уже возвращался. Похоже, пока мы разговаривали, все остальные тоже успели спрятать свои коробки.
Ученик поднялся и явно собирался покинуть комнату, поэтому я поспешно схватила его за край одежды.
— А ты куда собираешься?
— Мне нужно кое-куда пойти.
— Куда именно? Разве не безопаснее подождать здесь? Давай и в следующую игру пойдём вместе, ведь я…
[Хм!]
Я уже собиралась сказать, что знаю правила следующей игры, но ребёнок поднял руку, словно предупреждая меня, после чего указал на радио, очевидно советуя внимательнее следить за своими словами.
— Не знаю, что именно ты собиралась сказать.
Ученик покосился на ребёнка, а затем убрал мою руку со своей одежды.
Мне неожиданно стало до странного жаль, что он уходит.
— Но у меня ведь нет причин ходить вместе с тобой.
— …Да, ты прав.
Наверное, я так отреагировала потому, что в этой жестокой обстановке наконец встретила кого-то, с кем могла нормально разговаривать.
Даже мне самой моё предложение казалось нелепым. Как я не могла полностью доверять ему, так и он не обязан был безоговорочно доверять мне и повсюду следовать за мной.
— Что ж, может быть, мы ещё увидимся, если представится такая возможность.
Я уже направлялась к двери, чтобы приступить к поиску сокровищ, когда ученик широким шагом догнал меня и тихо произнёс:
— Почему-то мне кажется, что мы обязательно встретимся снова.
Я не понимала, имел ли он в виду следующую игру или встречу снаружи после того, как нам удастся отсюда выбраться.
— Мне тоже кажется, что мы обязательно встретимся снова.
По непонятной причине я и сама была в этом уверена. Ученик некоторое время пристально смотрел на меня, после чего широко улыбнулся.
«Он похож на Чхо Хэ».
Не внешностью, а тем ощущением, которое вызывал.
Ученик легко вышел из комнаты, первым завершив игру.
«Нужно прийти в себя. Я просто скучаю по Чхо Хэ, поэтому не должна придумывать нелепое сходство там, где его нет».
Я сильно хлопнула себя ладонями по обеим щекам и широко раскрыла глаза. Тело по-прежнему оставалось измученным, однако мне показалось, что ко мне вернулось хотя бы немного сил.
[Итак, начнём поиск сокровищ?]
[Найдите самое прекрасное сокровище на свете!]
Теперь настало время отправиться на поиски самого жуткого сокровища на свете.