«М-мне страшно».
Это был совершенно иной страх, не похожий на тот, который я испытывала при столкновении с человеком, намеревавшимся причинить мне вред, или с призраком, одним своим видом внушавшим ужас. Сейчас я боялась увидеть перед собой настоящий человеческий труп.
«Участники, погибавшие во время игр на побег из комнат, были непонятными существами, о которых невозможно было сказать наверняка, люди они или призраки».
Однако Милли прямо подтвердил, что ноги, висевшие сейчас передо мной, принадлежали живому человеку, а пространство вокруг тем временем продолжало беспрестанно меняться.
Я торопливо опустила голову как можно ниже и дрожащим голосом обратилась к Милли:
— П-пожалуйста, помогите мне, Милли, потому что я хочу выбраться отсюда…
Мой голос дрожал настолько жалко, что мне было почти стыдно его слышать. На земле, в которую я неотрывно смотрела, начали постепенно проступать полупрозрачные военные сапоги.
Их обладатель повернулся и пошёл вперёд, словно велел мне следовать за ним.
Милли ничего не произнёс, поэтому я медленно двинулась следом, не отрывая взгляда от его сапог. С каждым шагом окружающий пейзаж резко менялся, расплываясь перед глазами неясными пятнами.
Позади зашелестела листва, а затем послышались шаги, словно кто-то следовал за нами.
[Что бы ни произошло, не оборачивайся.]
У меня и без того не хватило бы смелости посмотреть назад.
[Иди медленно и продолжай двигаться только вперёд.]
Я поспешно закивала, полностью полагаясь на слова Милли.
[Продолжай идти прямо.]
— Что это?..
Однако ничего подобного я предугадать не могла.
Единственное существо, которому я могла доверять в сложившейся ситуации, привело меня к месту, где прямо перед глазами внезапно разверзлась пропасть.
— Милли, куда Вы меня привели?
Передо мной простирался настолько глубокий обрыв, что его дна невозможно было разглядеть, а само существование подобного места посреди леса казалось совершенно необъяснимым.
Ноги Милли зависли над пустотой. Я торопливо подняла голову и убедилась, что передо мной действительно стоял именно он.
На меня смотрело красивое и, как всегда, совершенно бесстрастное лицо.
[Продолжай идти вперёд.]
— Н-нет, я не пойду! Передо мной пропасть, так куда ещё Вы предлагаете двигаться?
Я стояла настолько близко к краю, что ещё один шаг неизбежно привёл бы к падению. Земля под ногами выглядела ненадёжной и словно могла осыпаться в любую секунду.
Я попыталась отступить, но Милли внезапно протянул руку.
— Подождите, что Вы делаете?!
Большая ладонь сомкнулась на моём запястье, после чего он одним движением потянул меня вниз с обрыва.
Я резко зажмурилась и судорожно втянула воздух, однако ни удара, ни ощущения падения так и не последовало. Под ногами по-прежнему находилась твёрдая земля, а пустота никуда меня не затягивала.
«Что произошло?»
Я осторожно открыла глаза.
«Здесь не было никакой пропасти?»
Вокруг снова стоял лес. Хотя прежние следы исчезли, я сразу поняла, что вернулась именно туда, где женщина высадила меня из машины.
— Милли, что только что произошло?
Мне хотелось прямо спросить, почему он столкнул меня с обрыва, однако я так и не решилась произнести эти слова и лишь молча смотрела на него.
Милли скрестил руки на груди и, ничего не объясняя, перевёл взгляд в сторону.
— Ах…
Там снова находилась та самая женщина, причём выглядела она точно так же, как при нашей первой встрече.
Она медленно брела вперёд с усталым и потухшим лицом. Если никто её не остановит, женщина, вероятно, вновь подойдёт к дереву и повесится.
— Когда Вы сказали, что она уже давно заперта здесь, то имели в виду именно это?
[Для этой женщины всё происходящее является сном.]
[Каждый день она повторяет в нём одни и те же действия, независимо от собственного желания.]
— Значит, она даже не осознаёт, что снова и снова делает с собой подобное?
[Именно так.]
Невыносимо было даже представить, что ей приходилось бесконечно видеть один и тот же мучительный сон против собственной воли.
Я всё ещё не знала наверняка, была ли эта женщина автором того сообщения.
«Но что, если моя догадка верна?»
Почему я оказалась внутри её сна и в какой момент вообще сюда попала?
«Прежняя владелица брелока говорила, что кто-то попросил привезти меня сюда».
Какая связь могла существовать между мной и сном незнакомой женщины?
Я посмотрела на Милли.
— Когда Вы потянули меня с обрыва, то на самом деле пытались помочь, верно?
Он не ответил, однако теперь я уже понимала, что его молчание означает согласие.
Тем временем женщина заметила ветку с привязанной к ней верёвкой, и, наблюдая за ней, я продолжила:
— Если она снова умрёт, всё, вероятно, повторится точно так же.
[Поступай так, как считаешь нужным.]
[Действуй так же, как действовала до сих пор.]
— Но я ведь даже не понимаю, что должна делать…
[Я всё равно не способен вмешаться напрямую.]
[Я могу оказать лишь незначительную помощь, когда возникает непосредственная угроза твоей жизни.]
Значит, Милли увёл меня к иллюзорной пропасти потому, что вид тела повешенной женщины мог каким-то образом меня убить.
Он велел поступать так, как я сама считаю правильным.
В подобной нереальной ситуации не существовало готового ответа, особенно если учесть, что в оригинальном романе такого эпизода вообще не было.
«Чтобы выжить, нужно думать и действовать».
Я уже оказалась втянута в происходящее, потому что увидела смерть женщины. Возможно, всё сложилось бы иначе, если бы я с самого начала её не заметила, однако именно Милли намеренно посоветовал мне посмотреть в ту сторону.
«Наверное, потому, что простое бегство от проблемы ничего не решит».
В таком случае следовало попробовать другой подход.
Сейчас самым разумным казалось помешать женщине умереть.
«Если к самоубийству её подталкивает призрак, он может попытаться остановить меня или причинить вред».
Мне было страшно, однако, если нечто действительно начнёт мне препятствовать, это подскажет направление дальнейших действий. С большой вероятностью именно то, чему противился призрак, мне и следовало сделать.
— Подождите, пожалуйста!!
Я громко закричала и замахала руками. Застывшие от страха ноги наконец начали двигаться, и я почти бегом устремилась к женщине.
— Вы слышите меня?!
Она продолжала идти, не обращая на мой голос никакого внимания. Увидев, как женщина протягивает руку к верёвке, я заставила себя бежать ещё быстрее.
— Пожалуйста, остановитесь!!
До чего же тяжело!
Мне казалось, что воздух уже не проникает в лёгкие. С трудом добравшись до женщины, я торопливо схватила её за руку и не позволила продолжить.
Я боялась, что повернувшееся ко мне лицо окажется чудовищным и обезображенным, однако женщина выглядела совершенно обычно.
Её лицо было усталым и подавленным, но черты оставались аккуратными и приятными. На вид ей можно было дать от тридцати пяти до сорока лет.
Встретившись со мной взглядом, она медленно моргнула. Рука, которую я удерживала, была тёплой.
— Вы слышите мой голос?
Я обратилась к ней как можно осторожнее.
— Ах…
В мутных и отрешённых глазах женщины постепенно появился проблеск сознания.
— Где я нахожусь?..
— Я и сама не знаю. Мне лишь показалось, что Вы собираетесь совершить нечто опасное, поэтому я решила Вас остановить.
— Совершить нечто опасное?
Женщина медленно перевела взгляд на верёвку, свисавшую с ветви.
— Почему это снова происходит?..
Увидев петлю, она задрожала всем телом, словно осиновый лист.
— Неужели я наконец попыталась покончить с собой уже в реальности?
Слово «наконец» прозвучало странно. Кроме того, раз женщина заговорила о реальности, она, по всей видимости, понимала, что обычно видит сон.
— Я не совсем понимаю, что Вы имеете в виду, но это место, скорее всего, не является реальностью…
— Неужели это снова сон?
Женщина внезапно схватила меня за руки.
— Это действительно сон? И Вы остановили меня, хотя всё происходит во сне?
Её лицо озарилось неподдельным восторгом. Я растерялась, не успевая следить за столь резкой переменой настроения, а женщина счастливо рассмеялась.
— Благодарю Вас, огромное Вам спасибо!
Её смех напоминал радость человека, окончательно утратившего рассудок.
— Спасибо за то, что забрали мой сон!
«Что она сказала?»
Всё произошло за одно мгновение: тело женщины рассыпалось в воздухе, словно мираж, а затем бесследно исчезло.
«Что это вообще означает?»
Я ошеломлённо открывала и закрывала рот, совершенно не понимая, что только что произошло, однако уже в следующий миг ноги начали двигаться сами по себе, направляя меня к той самой петле, к которой прежде шла женщина.
[Тебя обманули.]
Голос Милли постепенно отдалялся, а сознание мутнело, пока в нём не осталось ничего, кроме верёвки. Навязчивый приказ снова и снова звучал в голове, словно меня медленно лишали собственной воли.
«Немедленно просунь шею в эту петлю. Сама оборви собственное дыхание».
Неужели совсем недавно женщина находилась в таком же состоянии?
Тело больше мне не подчинялось, а верёвка медленно опускалась навстречу. Я не успела понять, удлиняется ли она сама или к земле склоняется ветка, и, не произнеся ни слова, просунула голову в круглую петлю.
В ту же секунду верёвка резко натянулась и рванула меня вверх, сдавив горло настолько сильно, что я не смогла даже закричать. Сквозь стремительно мутнеющее сознание я с трудом подняла голову и посмотрела перед собой.
«Что это?..»
На деревьях висело множество человеческих тел, и все они одновременно подняли головы, уставившись прямо на меня.
Я инстинктивно поняла, что теперь именно мне предстояло занять место женщины и бесконечно переживать одну и ту же смерть.
На лицах всех повешенных была я сама.
◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇
Тем временем Дан Со Хёк смотрел вслед остальным, которые словно зачарованные бежали впереди.
Было довольно странно видеть, насколько естественно он начал проводить время в их компании.
«У меня ведь нет времени на подобные прогулки».
Он вспомнил дни, когда отчаянно метался из одного места в другое, пытаясь найти хотя бы малейшую зацепку о пропавших родителях.
По сравнению с тем временем сейчас всё складывалось чрезмерно спокойно. Ему не следовало тратить драгоценные часы на неспешное общение со сверстниками.
Так почему же он всё равно находился рядом с ними?
«Потому что невозможно предугадать, какие перемены принесёт присутствие Ма Чхо Ён».
Дан Со Хёк лишь решил, что эта непредсказуемая перемена может однажды привести его к сведениям о родителях.
Он уже несколько раз возвращался в прошлое, однако Ма Чхо Ён появилась в его жизни впервые, поэтому, возможно, на этот раз действительно стоило немного изменить привычный способ действий.
Если это не принесёт никакого результата, он всегда сможет снова продолжить поиски в одиночку.
«Подождите, куда она пропала?»
В какой-то момент Дан Со Хёк заметил, что шагов позади больше не слышно, и резко обернулся.
Ма Чхо Ён нигде не было.
— Ма Чхо Ён, ты где?
Ответа не последовало, однако Дан Со Хёк достаточно хорошо знал её характер и понимал, что такими вещами она никогда не стала бы шутить.
Он вернулся к тому месту неподалёку от кафе «Пхиорым», где видел её в последний раз, и заметил лежавшую в пустом переулке небольшую записку. Медленно наклонившись, Дан Со Хёк поднял её и развернул.
<Помоги мне.>
Он сразу понял, что означали эти слова.
«Во что она опять умудрилась ввязаться?»
Из груди вырвался искренний и тяжёлый вздох, однако ноги уже сами понесли его вперёд.
Сможет ли он действительно без сожаления оставить Ма Чхо Ён, если позднее выяснится, что её присутствие не принесло никаких полезных результатов?
Вероятнее всего, уже не сможет.