«Как Дан Со Хёк в оригинале находил сокровища других участников?»
Я долго перебирала в памяти события, а когда наконец вспомнила нужную сцену, невольно усмехнулась от бессилия, потому что он ведь вовсе ничего не находил.
«Точно, он отбирал сокровища у участников, которые возвращались после поисков…»
Во многих отношениях Дан Со Хёк был поразительным человеком. Порой он казался предельно осторожным, однако временами совершал настолько дерзкие и безрассудные поступки, что оставалось лишь удивляться.
«По-моему, он не в том положении, чтобы упрекать меня за безрассудство».
Откуда он мог знать, с каким именно призраком связывается, когда решался на подобное?
Как бы то ни было, повторять за ним казалось слишком рискованным, ведь я и без того уже попала в поле зрения ведущей после того, как попыталась без разрешения пробраться в подземный аукционный зал.
Для начала стоило попробовать найти сокровище обычным способом.
Участники старательно открывали двери вдоль коридора и обыскивали комнаты.
«Неужели все действительно спрятали сокровища только в комнатах?»
Я остановилась и начала наблюдать за ними.
До встречи с учеником в очках я была уверена, что все участники, кроме меня, являются призраками, однако после разговора с ним мне пришло в голову, что среди них могут быть и другие люди.
Если это не призраки, а люди, разве они не станут невольно следить за тем местом, где спрятали собственное сокровище?
Например, как тот участник, который открывал одну дверь за другой, но при этом постоянно поглядывал в сторону лестницы.
Я молча присмотрелась к нему внимательнее.
«Сокровище спрятано наверху или внизу, и в какую сторону мне следует идти?»
Проследив за моим взглядом, ребёнок с чёрной тканью на лице тоже посмотрел на лестницу.
В комнатах вдоль коридора искало слишком много участников, а значит, конкуренция там была высокой, поэтому я решила направиться к лестнице.
Участник, всё это время посматривавший туда, заметно вздрогнул.
[Хм?]
Когда я собиралась спуститься, ребёнок, следовавший позади, вопросительно склонил голову.
Стоило мне изменить направление и начать подниматься, как он радостно запрыгал на месте, а нижний край ткани, закрывавшей его лицо, заколыхался, на мгновение приоткрывая круглый подбородок.
[Хм-хм!]
«Значит, сокровище спрятано наверху».
Я начала подниматься по лестнице, и позади сразу послышались поспешные шаги участника, бросившегося следом за мной.
Если подумать, едва ли можно было найти место безопаснее комнаты, в которой игра уже завершилась.
Когда я вошла в помещение, где проходила игра с отрезанием пальцев, то увидела двух огромных мужчин, которые держали швабры и старательно отмывали испачканный пол.
Они вопросительно посмотрели на меня, а я поспешно произнесла:
— Простите за вторжение. Я только ненадолго осмотрюсь и не стану Вам мешать.
Пока я участвовала в другой игре, они всё равно не могли причинить мне вред, однако я прекрасно помнила крики людей, которых эти здоровяки утаскивали прочь.
«Если разозлить их, ничем хорошим это точно не закончится».
Мне следовало вести себя предельно осторожно.
Во время игры все сидели кругом прямо на полу, поэтому подходящих мест для сокровища здесь почти не было, а если и существовали хоть какие-то варианты, то только за занавеской или под учительской кафедрой, куда спряталась бы и я сама.
[Трём и скребём.]
[Как весело убираться~!!]
Из радио донёсся напевающий женский голос, после чего огромные мужчины снова принялись водить швабрами в такт песенке.
Сначала я заглянула под кафедру.
«…Неужели она даже не попыталась спрятать его получше?»
Там стояла розовая коробка.
Разве розовая коробка не принадлежала той участнице, которую, как и меня, поймали в прошлый раз?
— П-пожалуйста.
Позади послышался голос, принадлежавший участнице, которая поднялась за мной на верхний этаж.
Судя по одежде, она работала в офисе: на ней был изорванный деловой костюм, а вместо обуви на ногах остались лишь чулки. Косметика размазалась и потекла по заплаканному лицу, а из-под длинных волос струилась кровь, насквозь пропитавшая левое плечо.
Женщина начала умолять:
— П-пожалуйста, Вы не могли бы хотя бы один раз сделать вид, что ничего не заметили?
Я приподняла розовую коробку, пытаясь понять, действительно ли она говорит именно о ней.
— Да, да! Пожалуйста, умоляю Вас. На этот раз я поставила на кон ноготь на ноге, и если его вырвут, я, возможно, уже не смогу нормально ходить!
Я слегка встряхнула розовую коробку.
Иными словами, она просила меня притвориться, будто я её не заметила?
«Она вообще в своём уме?»
Речь ведь даже не шла о каком-нибудь жизненно важном органе вроде сердца. Разве в подобной игре вырванный ноготь можно считать настолько серьёзной потерей?
Тем более эту часть тела она выбрала сама, а если ей настолько не хотелось терять ноготь, то могла бы, как я, поставить на кон палец.
Словно прочитав мои мысли, женщина покосилась на мои руки и разрыдалась ещё сильнее.
— Н-но если отрезать палец, это же ужасно больно…! Как вообще можно вытерпеть такую боль?
[Хм…]
Похоже, даже ребёнок счёл её совершенно безнадёжной.
— Я пришла сюда искать пропавшую п-племянницу, но совершенно не знала, что попаду в такое место.
Руки женщины неудержимо дрожали.
— Если бы я знала, чем всё закончится, мне не следовало бы переживать о том, погибнет моя племянница после исчезновения или нет. Надо было позволить сестре падать в обмороки и лежать в больнице, а самой спокойно продолжать жить своей жизнью.
Женщина начала говорить совершенно бессвязно.
«Пропавшая племянница?»
Неужели она, как и я, пришла сюда искать родственника?
Однако даже в таком случае я не могла просто отказаться от найденного сокровища. Мне было жаль её, но я тоже должна была найти младшего брата.
Я попыталась обойти женщину и выйти, однако она преградила мне дорогу. Несмотря на худобу, она была выше меня, поэтому сейчас выглядела довольно угрожающе.
— Почему, почему Вы не хотите выполнить мою просьбу?
Что-то с ней было не так.
— Вы можете хоть умереть, но я умирать не должна. Мне даже болеть нельзя.
— Н-но Вы ведь можете найти другое сокровище.
— Я не могу туда идти. Участники, заходящие в другие комнаты, кричат, а я больше не хочу испытывать боль.
Слёзы продолжали крупными каплями стекать по её лицу, хотя после столь долгого плача они уже давно должны были иссякнуть. Разговаривать с ней было невозможно, а главное, эти пустые глаза совершенно не походили на человеческие.
«Я не понимаю, призрак ли это, подражающий человеку, или человек, который изменился под воздействием этого места».
Если верно второе, значит, и мне угрожает то же самое?
В этот момент я внезапно вспомнила собственные мысли, возникшие, пока слушала её мольбы.
Я размышляла о том, что потеря ногтя не имеет особого значения, и не испытывала ни капли сочувствия к женщине, оказавшейся почти в той же ситуации, что и я…
Похоже, это место уже начало менять и меня.
«Нужно выбраться отсюда как можно скорее».
Крепко сжав коробочку, я всем телом оттолкнула женщину и выбежала наружу.
Пока я стремительно спускалась по лестнице, позади раздался крик:
— Эй!!!
[Хм-хм!]
Я увидела, как ребёнок указывает маленькой рукой назад и отчаянно машет ею, предупреждая меня об опасности, отчего я забеспокоилась ещё сильнее.
Шаги преследовавшей меня женщины приближались с пугающей скоростью.
Мне нужно было как можно скорее вернуться в комнату на нижнем этаже и сдать найденное сокровище.
— Верни моё сокровище!!!
Это существо уже нельзя было назвать человеком.
— Ха… ха…
Ноги, и без того изнурённые долгим спуском на подземные этажи, двигались гораздо медленнее обычного, поэтому я сразу поняла, что не успею добраться до комнаты прежде, чем преследовательница настигнет меня.
В этот момент на лестнице нижнего этажа появилось ещё одно существо.
— Больно… мне так больно…
Это была участница, лишившаяся века, та самая женщина, которая вместо себя выставила на кон внутренние органы членов своей семьи.
Услышав шум, она подняла голову, а я невольно стиснула зубы, потому что именно сейчас оказалась зажатой между ними, когда пути вперёд и назад были полностью перекрыты.
«Это опасно».
Чем ближе подходила женщина без века, тем сильнее становилось ощущение, что мне необходимо немедленно избавиться от коробки, словно интуиция настойчиво предупреждала о грозящей опасности.
Я бросила розовую коробку вниз по лестнице, и та с лёгким стуком упала на ступени.
— К-к-к-к-к-коробка?
Участница уставилась огромными глазами на оказавшуюся перед ней коробку, а когда протянула руку, собираясь её поднять, преследовавшая меня женщина промчалась мимо, даже не снизив скорости.
При этом она неестественно вывернула шею и продолжала смотреть прямо на меня.
— Отдай, верни моё сокровище!!
К счастью, сокровище уже находилось не у меня.
Не сбавляя прежней скорости, женщина врезалась в участницу без века, отчего та выронила коробку и рухнула на пол.
Нападавшая тут же оседлала её, вытянула обе руки и крепко обхватила голову.
«Неужели она собирается…»
— Никому не сметь его трогать!!!
На предплечьях женщины начали неестественно вздуваться вены, а затем она стиснула голову участницы без века с такой силой, словно собиралась раздавить её.
Послышался хруст ломающихся костей, после чего шея участницы начала поворачиваться, выгибаясь под совершенно невозможным углом.
— А… а… а…
Из её горла вырывались болезненные стоны, пока лицо не совершило полный оборот и снова не оказалось обращено вперёд.
Раздался громкий треск, после которого тело участницы безжизненно обмякло, а женщина отбросила его в сторону, словно ненужный мусор, и поднялась на ноги.
— Моё… это моё драгоценное сокровище.
Бормоча эти слова, она подняла с пола розовую коробку.
Мы молча посмотрели друг на друга.
Прижав сокровище к груди, женщина некоторое время косилась на меня, однако, к счастью, вскоре ушла, и я так и не поняла, собиралась ли она снова спрятать его или отправилась искать чужое сокровище.
«Я едва не погибла».
Но где теперь искать другую коробку, если участники уже один за другим возвращались в комнату с найденными сокровищами?
В каких местах они могли спрятать их, считая наиболее безопасными?
Я уже собиралась пройти мимо погибшей участницы, когда заметила, что во время падения длинная футболка, прежде прикрывавшая ягодицы, задралась вверх, а из заднего кармана брюк странно выпирал какой-то предмет.
Я осторожно осмотрелась по сторонам.
«Похоже, никто пока ничего не заметил».
К счастью, комната, где проходил поиск сокровищ, находилась совсем рядом, поэтому я медленно наклонилась и вытащила из заднего кармана коробку.
Это была жёлтая коробка, вся испачканная кровью.
С облегчением выдохнув, я уже собиралась направиться к комнате, однако внезапно кто-то схватил меня за лодыжку.
— Ты собираешься убить мою маму?
За лодыжку меня схватила участница без века, хотя она уже должна была умереть, и я никак не могла понять, как такое вообще возможно.
«Если подумать, внутри этой коробки находятся…»
Внутри лежали сразу два внутренних органа её родственника, и от одной мысли о том, что произойдёт с человеком, если он одновременно лишится их обоих, моё сердце забилось с неистовой силой.
Участница без века захихикала, словно была совершенно уверена, что я не смогу забрать коробку.
«Ради Чхо Хэ я должна двигаться дальше».
Однако ноги не слушались, ведь одно дело, если погибнут находящиеся здесь участники, и совсем другое, если из-за меня умрёт человек во внешнем мире.
«Стану ли я убийцей? Неужели я убью невиновного человека, который ничего не знает и лишь тоскует по пропавшей дочери? Я, неужели я…»
[Дитя.]
Невидимая рука слегка толкнула меня вперёд, и державшие мою лодыжку пальцы бессильно разжались, а уже в следующее мгновение я оказалась внутри комнаты.
[Поздравляем!! Вы нашли сокровище, участница!]
Я оглянулась, однако позади никого не оказалось, и на полу лежал лишь труп с широко распахнутыми глазами, которые уже невозможно было закрыть.