Сколько времени он уже спускался по этой лестнице?
«Неужели всё это и правда находится под кладбищем?»
В самом конце лестницы, уходившей вниз настолько далеко, что её начало уже казалось бесконечно далёким, стояла огромная железная дверь, а рядом с ней располагалось устройство распознавания.
Взгляд Дан Со Хёка остановился на предупреждении.
<Внимание! После распознавания лица обитатели этого места навечно запомнят Вас.>
Что ж, по крайней мере, теперь не оставалось никаких сомнений в том, что под «обитателями» подразумевались призраки.
Неужели призраки навечно запомнят его?
Он и без того постоянно оказывался связан с ними, даже когда ничего для этого не делал, поэтому вряд ли теперь что-нибудь изменится лишь из-за того, что они запомнят ещё и его лицо.
Дан Со Хёк встал прямо перед устройством, после чего из него вырвался красный луч и начал сканировать его лицо сверху вниз, словно считывая штрихкод.
[Распознавание завершено.]
[Вход разрешён.]
Раздался металлический лязг, и огромная железная дверь медленно начала открываться, а за ней показался длинный белый коридор, лишённый каких-либо узоров и украшений.
[Добро пожаловать, посетитель!]
Дан Со Хёк поднял голову, услышав бодрый женский голос, доносившийся из динамика, прикреплённого к потолку.
Этот проклятый голос был ему до боли знаком.
[Хотя правильнее будет назвать Вас вернувшимся посетителем, верно? Ху-ху.]
«Почему этот голос звучит здесь?»
Забыть его было невозможно, даже если очень постараться.
Это была ведущая того здания, где его заставляли проходить игры на побег из комнаты, называя происходящее развлечениями из воспоминаний, хотя её лица Дан Со Хёк так ни разу и не увидел.
Во время тех игр он умер дважды.
По неизвестной причине некоторые призраки, встречавшиеся ему в предыдущих жизнях, продолжали помнить Дан Со Хёка даже после его возвращения.
К несчастью, чаще всего это оказывались именно те призраки, которые причиняли ему больше всего мучений.
Вероятно, ведущая с этим голосом тоже входила в их число.
«Но тогда всё происходило в высоком здании».
Сейчас он находился не в здании, а в подземном пространстве под кладбищем, поэтому не понимал, почему её голос звучал и здесь.
[Если задуматься, подземный этаж Вы посещаете впервые, верно?]
Подземный этаж.
Теперь всё стало понятно, ведь это было то самое подземелье, куда Дан Со Хёк в прошлый раз даже не пытался попасть.
«Аукционный зал, куда силой утаскивали проигравших, находился под землёй?»
Тогда он не видел никакой необходимости посещать аукцион и сразу вышел из здания.
«…Если бы я знал, что всё обернётся таким образом, возможно, стоило хотя бы спуститься и посмотреть».
Даже если в этот раз он умрёт, способность снова вернёт его в прошлое, однако не существовало никакой гарантии, что после возвращения он вновь встретит Ма Чхо Ён.
[Ху-ху. Не нужно так бояться.]
[В отличие от нашей прошлой встречи, здесь жизни вернувшегося посетителя ничто не угрожает.]
[Это изысканное место, предназначенное для созерцания прекрасных экспонатов.]
Именно эта сущность предлагала участникам выставлять в качестве сокровищ части собственного тела, поэтому под прекрасными экспонатами она наверняка подразумевала человеческие органы и конечности.
[Может быть, предложить Вам приветственный напиток?]
— В этом нет необходимости.
Дан Со Хёк сделал шаг вперёд, и на стене рядом с ним сразу начали проступать мутные пятна.
[Ху-ху. Очень жаль, ведь для Вас приготовили холодный напиток из глазных яблок.]
Покрывавшаяся пятнами стена постепенно стала прозрачной, и за ней открылось пространство, находившееся по ту сторону.
Это был аукционный зал.
[Разве он не прекрасен?]
Стены, потолок и пол вокруг Дан Со Хёка один за другим становились прозрачными, из-за чего возникало ощущение, будто он оказался внутри огромного океанариума.
Разница заключалась лишь в том, что снаружи плавали не рыбы, а люди.
Лишённые конечностей и всякого выражения лица, они изгибали туловища и медленно перемещались в воде.
Из-за прозрачности воды это зрелище, как ни противоестественно, даже казалось в некоторой степени красивым.
Безумная мысль, однако в этом месте с ним постоянно происходило нечто подобное.
Во время игр он тоже против собственной воли аплодировал или ловил себя на мыслях, которые в обычной ситуации никогда не пришли бы ему в голову, словно постепенно уподоблялся призракам.
[Так мы сохраняем свежесть товаров. Чем свежее товар, тем сильнее он нравится покупателям.]
[Люди ведь тоже утверждают, что качество мяса зависит от условий выращивания, и назначают ему разную цену, верно?]
[Здесь действует тот же принцип! Ху-ху.]
[Мы просто позаимствовали человеческую мудрость.]
О какой ещё мудрости вообще могла идти речь?
Дан Со Хёк заметил мужское туловище, проплывавшее прямо у него под ногами. Пустые глаза, встретившиеся с его взглядом, словно беззвучно умоляли о спасении.
«Спаси меня. Пожалуйста, вытащи меня отсюда».
Дан Со Хёк заставил себя отвернуться.
[Жаль, что Ваша реакция оказалась такой сдержанной. Мы приложили немало усилий, готовя это место к Вашему визиту.]
В самом конце этого отвратительного пространства, напоминавшего извращённый океанариум, висел чёрный занавес.
[После того как войдёте внутрь, Вам придётся соблюдать тишину.]
[Там нужно наслаждаться не только зрелищем, но и звуками.]
[Поскольку Вы вернулись к нам после столь долгого отсутствия, я специально отправлю Вам проводника.]
Проводника?
Неужели она имела в виду мерзкого маленького призрака, которого Дан Со Хёк встретил во время игры в поиск сокровищ?
Он отдёрнул занавес и увидел за ним совершенно незнакомое существо.
— А.
Похоже, оно тоже заметило Дан Со Хёка, потому что они одновременно оглядели друг друга с головы до ног.
«…Человек?»
Характерного для призраков неприятного ощущения от него не исходило, однако вывернутые задом наперёд кисти ясно давали понять, что человеком он, скорее всего, не являлся.
Перед Дан Со Хёком стоял старшеклассник в такой же школьной форме, как у него самого.
Он был высоким, с длинными прямыми руками и ногами, словно модель, а его тёмно-каштановые волосы вились, будто после завивки.
Объективно его можно было назвать красивым, однако из-за узких глаз выражение лица казалось раздражительным и недружелюбным. Впрочем, Дан Со Хёк лишь равнодушно разглядывал его, пытаясь понять, кто именно стоит перед ним.
— Добро пожаловать, вернувшийся посетитель?
Он без особого интереса повторил слова ведущей, прозвучавшие из радио, а на его лице читалось явное недовольство, словно ему не хотелось даже произносить эту фразу.
То, как все чувства мгновенно отражались на его лице, напомнило Дан Со Хёку одного человека.
«Но как ни посмотри, это всё равно призрак».
Дан Со Хёк ничего не ответил, однако незнакомец, похоже, и не ожидал от него никакой реакции.
К школьной форме была прикреплена табличка с именем, но из-за множества царапин прочитать надпись было невозможно.
— Следуйте за мной.
Дан Со Хёк пошёл за ним, наблюдая, как тот небрежно шагает впереди.
«Где находится Ма Чхо Ён?»
Она могла оказаться в аукционном зале или, как когда-то и он сам, проходить игры на побег из комнаты на надземных этажах.
Где бы она ни находилась, это место представляло для неё огромную опасность. В отличие от Дан Со Хёка, она оставалась обычным человеком и не могла вернуться после смерти.
— Я покажу только основные места, а дальше осматривайтесь сами. Мне нужно провести Вас здесь и снова подняться наверх.
Объяснение прозвучало совершенно безразлично, однако голос из радио почему-то не сделал ему замечания.
— Наверх попасть нельзя?
— Подняться, наверное, можно, но зачем? Вы ведь уже бывали здесь.
В его тоне слышалось осуждение, словно он спрашивал, зачем Дан Со Хёк собирается возвращаться туда, если и без того прекрасно знает, что находится наверху.
Он наверняка был призраком, но откуда у него взялись такая манера речи и это выражение лица, словно он смотрит на Дан Со Хёка как на безнадёжного идиота?
— Я ищу человека.
— Ты уверен, что он всё ещё человек? Возможно, он уже умер.
— Он прибыл сюда совсем недавно.
— Вот как? Тогда ты видел океанариум по дороге? Возможно, он уже плавает там.
Дан Со Хёк резко нахмурился.
— Я не настроен выслушивать подобные шутки.
— А я не настроен относиться к тебе серьёзно.
Старшеклассник остановился, встал вполоборота и посмотрел на Дан Со Хёка.
— Меня самого кое-что беспокоит наверху, поэтому я хочу поскорее вернуться.
— Значит, нашёл игрушку, которую хочется убить?
— Что ты несёшь? У тебя образ мыслей больше подходит призраку, чем у меня.
Дан Со Хёк промолчал.
— Наверху находится ребёнок, который попал сюда, ничего не зная.
— На нём такая же школьная форма, как у нас?
Дан Со Хёк задал этот вопрос, подумав, что речь может идти о Ма Чхо Ён. В его голосе прозвучала заметная спешка, хотя сам он этого даже не осознал.
— Школьная форма? Не уверен.
Старшеклассник нахмурился.
— Я не могу нормально различать лица и внешность других существ, включая тебя. Со зрением у меня всё в порядке, просто мой разум не способен правильно вас воспринимать.
Он протянул руку и несколько раз провёл ею в воздухе возле шеи Дан Со Хёка.
— Твой рост примерно такой?
— Я выше.
— Понятно. Значит, даже телосложение я вижу неправильно. То, что характер у тебя отвратительный, я уже понял, а пол какой?
Неужели он не был способен определить даже это?
Дан Со Хёк коротко ответил, что он мужчина, а затем продолжил расспрашивать:
— Если ты не можешь различать внешность, откуда знаешь, что тот, о ком ты беспокоишься, ребёнок?
— Ростом он был примерно до моей талии. К тому же, даже если это не совсем ребёнок, человек, который так дрожит и отчаянно пытается выбраться из игр, наверняка довольно молод.
До талии? В таком случае это была не Ма Чхо Ён?
Однако полностью доверять словам существа, которое даже рост самого Дан Со Хёка воспринимало неправильно, было невозможно.
«Непростая ситуация. Призрак курьерской службы должен был привезти меня сюда не просто так».
Он не знал, находится ли Ма Чхо Ён под землёй или на верхних этажах.
— Судя по тому, что ты сказал о нашей одинаковой форме, ты тоже ученик. Из какой школы?
Зачем он вообще об этом спрашивает?
— Как я не могу правильно воспринимать остальных, так и они не видят моего настоящего облика.
Старшеклассник указал на собственное лицо.
— Похоже, каждый видит меня по-своему. Кто-то говорит, что я ношу очки, а кому-то я кажусь стариком.
Почему?
Словно истинную личность этого старшеклассника нельзя было раскрывать.
— Старшая школа Тонсан.
— Старшая школа Тонсан… Интересно, действительно ли я там учился.
— Ты не помнишь свою жизнь?
— Совсем не помню.
— …А братьев или сестёр тоже?
Такой рослый парень никак не мог оказаться младшим братом, которого разыскивала Ма Чхо Ён, однако Дан Со Хёк подумал, что его настоящий облик мог принадлежать подростку из средней школы, поэтому всё же решил спросить.
Старшеклассник покачал головой.
— Этого я тоже не помню. Но если меня так беспокоит тот ребёнок наверху, возможно, когда-то у меня был младший брат или сестра.
Значит, он не был братом Ма Чхо Ён?
— Для начала иди за мной. После игры на чувство момента и поиска сокровищ меня неожиданно вызвали сюда, и теперь я понимаю, что они, похоже, заранее знали о твоём прибытии.
Дан Со Хёк последовал за старшеклассником.
— Если повезёт, возможно, здесь ты и найдёшь то, что ищешь.
Если повезёт? Скорее уж наоборот.
Что ему делать, если Ма Чхо Ён действительно окажется среди товаров аукционного зала?
«…Смогу ли я найти её после следующего возвращения?»
Если Ма Чхо Ён уже погибла, а Дан Со Хёк не сможет выбраться отсюда, то в конце концов умрёт и он.
Он не знал, в какой момент окажется после возвращения, но, если это снова произойдёт, ему, вероятно, придётся попытаться разыскать Ма Чхо Ён.
Хотя, как и прежде, никто из встреченных людей не будет помнить самого Дан Со Хёка.
«Если мы встретимся после возвращения, я должен буду гораздо строже запретить ей пользоваться такими городскими легендами».
Ма Чхо Ён, которая не помнила бы Дан Со Хёка, уже сейчас почему-то казалась ему непривычной.