Когда распределение рабочих мест почти закончилось, случилось неожиданное событие.
— Дуэль?
[Так точно!]
Аватар Кидз в чёрной форме рефери отдал честь. На шее качнулся свисток.
Согласно её докладу, трения между несколькими группировками дошли до того, что ещё немного — и началась бы массовая драка.
Но прямо перед первым ударом женщины заметили камеры, следящие за ними, и постепенно разошлись.
В обычной тюрьме участников групповой драки примерно на неделю отправляют в карцер.
А убежище, как все уже поняли, страшнее большинства тюрем.
Даже в странах третьего мира редко встретишь место, где по заключённым без особых церемоний стреляют — пусть и нелетальными патронами — и бьют прикладами.
К тому же все, кто играл в группировках роль силового костяка, уже отошли в сторону.
Чтобы занимать такое положение, нужно быть способным человеком. А способные в основном хорошо прошли тест на профпригодность и теперь включили режим дембеля: даже от падающего листа уклонятся, лишь бы не получить штраф перед назначением.
Стоило где-нибудь начаться конфликту — они тут же уходили.
Но корневая причина никуда не делась, и постоянные мелкие столкновения начали утомлять обе стороны.
В конце концов женщины попросили Кидз выступить посредником.
Та с радостью согласилась и тут же прибежала ко мне.
— И вот это у тебя называется планом примирения?
Я не удержался от смешка.
[Сколько их ни уговаривай и ни успокаивай — стоит им встретиться глазами, снова начнут рычать и драться. Посмотрите на эти взгляды! Стая зверей в гоне.]
Кидз подняла лапки, изображая красную панду.
[Р-р-р! Р-р-р!]
Она была такой милой, что я машинально погладил воздух над её голографической головой.
[Кя-а-а!]
Кидз довольно завизжала.
В отчёте была фотография двух групп, остановившихся в самый последний момент перед дракой.
Посмотрите на их глаза.
Сплошной яд.
Я уже видел такое в армии.
«Не тыкайте мне. Обращайтесь: сержант Ким».
«Сержант, который не приветствует офицера, ещё и вежливо злится. Красота».
Например, когда унтер и офицер входят в затяжную войну самолюбий.
«Я отдал честь!»
«Это вы фуражку поправили. Разве нет?»
«Не обращайтесь ко мне на ты».
«Я и не обращаюсь».
Капитан, который вроде бы говорит сам с собой, но всё равно умудряется фамильярничать, и старый сержант, который не хочет прогибаться перед младшим офицером.
Величественная битва характеров.
В Корее такое случалось нечасто, но в зарубежных миссиях даже полумёртвые строевые формальности соблюдали до буквы, поэтому подобные войны вспыхивали регулярно.
Та конкретная тянулась целый год и закончилась в один день, когда капитан получил предварительное повышение до майора.
Вот тот самый взгляд, которым они год сверлили друг друга, теперь был у этих женщин.
— Да. Обычным посредничеством это не вылечить.
[Вот именно! Тут либо самой хорошенько кого-то избить и сбросить стресс, либо получить по голове так, чтобы спесь вышибло. Не слишком цивилизованно, но если бы они были образцами цивилизованности, то в нашем городе изначально не оказались бы. Рано или поздно насилие всё равно случится.]
Кидз закрыла глаза, скрестила руки и важно покивала.
[Так почему бы не дать им законное место для драки? Проигравшая сторона заткнётся. Победителю — приз. А если пустить зрителей, это ещё и станет развлечением в скучной жизни убежища!]
В тюрьме конфликты между заключёнными случаются так же естественно, как дыхание.
Надзиратели иногда намеренно закрывают на них глаза — считают необходимым злом.
Даже самый прочный сосуд взорвётся, если давление превысит предел.
Иногда нужно открыть клапан.
Один из таких клапанов — драки между заключёнными. Дерущимся легче, зрители получают шоу.
Не просто так в фильмах при каждой тюремной драке вокруг мгновенно образуется орущая толпа.
В каком-то смысле — возвращение римского Колизея. Когда люди живут в варварских условиях, древняя варварская культура возникает сама собой.
Есть, кстати, ещё один клапан.
Тюремный чёрный рынок.
Обычно его держат люди, связанные с поставщиками. Через них внутрь проходят вещи, которые официально запрещены.
Алкоголь и сигареты.
Карты и кости для азартных игр.
Разные журналы.
Если поймают с таким, чаще всего просто конфискуют и добавят штрафные баллы.
А вот телефон для связи с семьёй или оружие — прямой билет в карцер. При плохом раскладе ещё и срок увеличат.
В плохо управляемых тюрьмах внутрь проникают наркотики. А в совсем прогнивших местах вроде некоторых южноамериканских тюрем туда умудряются завозить даже людей — массажисток и проституток.
Надзиратели прекрасно знают о существовании такой экономики, но частично закрывают глаза ради управляемости.
Небольшие драки и нелегальные товары снаружи становятся глотком воздуха в кошмарной тюремной жизни.
Но у нас убежище.
Полный контроль. Внешний мир мёртв. Поставок нет.
Мы собирались официально расширить досуг и культурную жизнь, но до этого ещё оставалось время.
А значит, доля конфликтов неизбежно росла.
— А сами участницы согласны на твой вариант?
[Ещё как! Они буквально умоляли разрешить. Похоже, давно друг на друга зуб точат. Представители уже выбраны!]
Одна — Нина.
Вторая — незнакомая мне китаянка.
Нина выглядела как подтянутая и стройная фитнес-модель.
Китаянка с хвостиком напоминала тяжелоатлетку.
Они давно не ладили и несколько раз сталкивались ещё в морской тюрьме, а затем и здесь.
Кидз включила записи.
Первая начиналась сразу с удара ногой в спину Нине, спускавшейся по лестнице.
Опасная подлая атака.
Но Нина сделала два идеальных переката и тут же вскочила.
Двигалась как кошка, а лицо было как у рычащей львицы.
Если бы окружающие не удержали обеих, они бы сцепились не на жизнь, а на смерть.
Вторая запись была ответкой.
Самое шумное время в лагере — приём пищи.
Китаянка со своей группой вернула посуду и вышла от стойки. Ковыряла пальцем во рту и что-то громко говорила по-китайски.
Субтитры передавали примерно:
«Еда паршивая».
«Скучаю по домашней кухне».
— Ничего себе. Их кормят, поят, а они уже зажрались?
Едва я это подумал...
Топ-топ-топ-топ-топ!
Раздался стремительный бег. Все на записи повернули головы.
Справа в кадр буквально влетела Нина.
Гектопаскальный удар.
Старый корейский интернет-мем пересёк десятилетия и воскрес во плоти.
Прыжковый удар всем весом отправил массивную китаянку кувыркаться по полу. Та осталась лежать, явно серьёзно оглушённая.
Её подруги только ошарашенно смотрели.
А Нина сцепила руки на затылке и совершенно спокойно ушла.
— Вот уж кто точно удар без ответа не оставит.
Она уходила с таким довольным лицом и такой лихой невозмутимостью, что это даже казалось привлекательным.
Записей их словесной войны было ещё несколько.
К тому времени тест на профпригодность уже начался, и обе, сохранив хотя бы минимальный разум, ограничивались руганью.
[Ну как? Разве не будет весело посмотреть, как они встретятся на ринге? Жители тоже ужасно заинтересованы. Вражда старая.]
Я сравнил профили обеих участниц.
Кидз оформила их как настоящий постер боксёрского матча.
Обе стояли в кроп-топах, открывающих пупок и подмышки, и очень коротких шортах, подняв кулаки перед собой.
Нина выглядела откровенно сексуально — будто снималась для профессиональной бойцовской фотосессии.
Чёткий вертикальный пресс.
Руки и ноги, перетянутые мышцами, словно канатами.
На контрасте — белая кожа и пышная грудь.
Тонкий прямой нос и кукольное лицо — непонятно, как она сохранила их такими после занятий муай-тай.
Это была не идеальная искусственная красота тел Клоро или Роуз.
Совсем другая — дикая красота.
Китаянка выглядела пугающе иначе.
Толстые руки и ноги. Голова почти вдвое крупнее Нининой.
Но не жирная и не медленная.
Скорее врождённый силовой тип телосложения, почти монгольский богатырь.
Среди всех жителей людей, способных драться с ней в лоб, можно пересчитать по пальцам одной руки.
Ли Сеён, например, она, кажется, вырубила бы одним щелбаном.
Нина и китаянка.
Если превратить Ахиллеса и Голиафа в женщин и снять афишу титульного боя — наверное, получилось бы примерно так.
— Значит, они действительно будут драться?
[Да.]
— Где?
[В нижнем секторе есть зал для мероприятий. Немного переделать — получится почти боксёрская арена. Сейчас можно вместить до пятисот зрителей.]
Реконструкция не должна была стать сложной.
До эпидемии там иногда уже проводили нелегальные бои.
Когда VIP приезжали якобы «проверить ход строительства», им формально показывали убежище, а финальной точкой маршрута становилось именно это место.
Проводником от начала и до конца всегда был я.
Почему-то высшему руководству убежища я нравился.
Хотя именно я постоянно приносил требования, стоившие денег, и спорил с приказами в стиле «сказали сделать — делай».
Поначалу несколько раз пробовали назначить экскурсоводами красивых женщин с хорошей речью.
Логично: приятнее, когда объект показывает женщина, а не мрачный мужик.
Действующая стюардесса, обслуживавшая первый класс.
Бывшая элитная проститутка, бравшая за сутки больше десяти миллионов вон и работавшая только с крупными клиентами.
Мы подбирали тех, кто умел обращаться с богатыми и капризными мужчинами.
Но ни одна не выдержала и двух часов.
Они возвращались ко мне напуганные до смерти.
Я спрашивал, почему их выгнали, — они только молча мотали головой, плача.
Одна пришла с мокрыми от мочи трусами и чулками до самого паха.
Что эти типы вообще с ними делали?
Зато когда приходил я, извинялся и продолжал экскурсию, меня встречали хохотом:
«О, начальник Со пришёл?»
— Обращайся с людьми так, как они хотят, — и все будут довольны.
Вспомнив где-то услышанную фразу, я подписал приказ о проведении поединка.
[Мудрое решение! Можете ждать с нетерпением! Это будет потрясающий матч!]
Кидз возбуждённо замахала обоими кулачками.
— По-моему, ты рада больше меня.
[Что вы, что вы.]
Она улыбнулась и помахала ладонями.
Я давно заметил: в улыбке этой девочки есть что-то слегка жуткое.
Просто я уверен, что эта жуть направлена не на меня, поэтому могу считать её милой.
— Когда бой?
[Если одобрение уже есть — хоть завтра утром!]
— Продумай безопасность. И медицинскую команду держи рядом.
[Разумеется!]
Я махнул рукой: мол, действуй.
И тут мне стало интересно.
— На кого ставишь?
Разумеется, мне больше нравилась Нина. И внешне, и по национальности.
[Хм. Управляющий поставит на Нину, значит, мне, наверное, стоит выбрать другую. Если мы обе будем за Нину, проигрывающую сторону жалко.]
Лицо ребёнка, который сталкивает мордами двух стрекоз и с восторгом смотрит, как они грызут друг друга.
Невинный садизм — и при этом мудрый взгляд.
Сочетание двух несовместимых вещей делало выражение Кидз ещё более странным.