Глава 1229: Наследие
Цинь Сан прибыл на открытую местность.
Он довел свое духовное сознание до предела и принялся внимательно ощущать происходящие в нем изменения.
Во время процесса подчинения духовного пламени он почувствовал, что каждая нить пламени сливается с одной нитью его духовного сознания, словно каждая из них превращалась в крошечного огненного двойника, закаляя и усиливая каждую частицу его сознания.
Ему еще не доводилось вступать в прямое столкновение духовных сознаний с другими культиваторами стадии Зарождения Души, поэтому он не мог точно оценить нынешнюю силу своего духовного сознания. Однако он был уверен, что оно уже превосходит духовное сознание культиваторов того же уровня.
«Этот год с лишним суровой культивации не прошел даром. Мое духовное сознание значительно усилилось. Как только семя огненного лотоса прорастет и по-настоящему перейдет на вторую стадию, мое духовное сознание совершит огромный скачок.
Старый Дьявол Моу, вероятно, не смог очистить Холодное Пламя Дунмин и вместо этого поглотил его целиком. Должно быть, именно это помогло ему прорваться на вторую стадию. Его духовное сознание, вероятно, не уступало сознаниям Дьявольского Лорда и остальных, а возможно, даже превосходило их. Лишь благодаря этому он смог вырваться из совместной осады праведных и дьявольских фракций, а затем инсценировать собственную смерть на Пике Итянь и обмануть восприятие всех присутствующих», — немного поразмыслив, Цинь Сан втянул духовное сознание обратно и раскрыл ладонь, призывая восемнадцать дьявольских знамен.
Сейчас это было главной задачей.
Вжух, вжух…
Двенадцать дьявольских знамен стремительно взмыли в воздух, выстроились в массив и высвободили дьявольский огонь.
Цинь Сан уже давно научился управлять двенадцатью знаменами . Не останавливаясь, он заставил семя огненного лотоса вспыхнуть меж бровей и метнуться в самый центр массива, где оно мгновенно слилось с дьявольским огнем. Затем он поднял руку и отправил в воздух еще три знамени.
Три дьявольских знамени вошли в массив, слегка качнулись и быстро стабилизировались. Дьявольское Пламя Девяти Преисподних вырвалось наружу и плотным кольцом окружило семя огненного лотоса, проявляя необычайную покорность.
Увидев это, Цинь Сан обрадовался. Управление пятнадцатью дьявольскими знаменами одновременно все еще не казалось ему пределом возможностей, поэтому он без колебаний подбросил вверх оставшиеся три.
Что же касается последнего, девятнадцатого знамени, то Цинь Сан уже очистил часть содержащегося в нем дьявольского огня, так что оно больше не подходило для этого массива. Попытка втиснуть его лишь нарушила бы баланс и принесла больше вреда, чем пользы.
Остальные дьявольские знамена расступились, позволяя трем новым занять свои места.
Но неожиданно, как только массив обрел форму, произошла внезапная перемена. Все восемнадцать дьявольских знамен начали дрожать.
Полотнища дико заметались в воздухе с резким хлопающим звуком. Древки задрожали, а некоторые даже начали крениться.
Дьявольское Пламя Девяти Преисподних взметнулось еще яростнее, полностью нарушив равновесие окружающей стихийной Ци. Нити дьявольского огня сталкивались между собой, словно в любой момент могли вырваться из массива и выйти из-под контроля.
Выражение лица Цинь Сана слегка изменилось. Он в полную силу активировал свое искусство, а его пальцы двигались так быстро, словно превратились в колеса. Бесчисленные барьеры посыпались в массив, словно опадающие лепестки. Стиснув зубы, он силой удержал дьявольские знамена в устойчивом состоянии и с огромным трудом подавил беспорядок. Тем не менее, по возвращении ему придется еще какое-то время их очищать, прежде чем он сможет свободно ими пользоваться.
Дьявольские знамена и дьявольское пламя постепенно успокоились. Восемнадцать дьявольских знамен неподвижно зависли в пустоте, образовав круг над головой Цинь Сана.
В центре массива, с семенем огненного лотоса в качестве ядра, Дьявольское Пламя Девяти Преисподних сформировало черного огненного дракона — величественного и устрашающего!
Одним движением духовного сознания Цинь Сан направил дьявольский огонь на горную вершину слева.
Бум!
Толстый слой белого снега мгновенно испарился.
Во все стороны взметнулись пыль и дым, земля содрогнулась, а горная вершина обрушилась.
При виде этого зрелища в глазах Цинь Сана вспыхнул яркий свет. Несколько раз подряд одобрительно воскликнув, он громко рассмеялся, отозвал дьявольские знамена и вернулся в крепость Саньде, чтобы продолжить уединение.
...
Крепость Саньдиэ стала тренировочной площадкой для демонов Бамбукового Моря Тысячи Гор, а также для Ли Юйфу и остальных.
Цинь Сан уже раскрыл свою личность и давно перевез Мэй Гу вместе с другими учениками Секты Дьявольского Пламени с горы Шицюй.
Узнав, что ее учитель на самом деле является королем демонов, Мэй Гу долгое время стояла как вкопанная.
Тем не менее, Малая Холодная Область всегда была местом, где люди и демоны сосуществовали, и между ними даже был заключен древний союз. Ненависть и отчужденность между расами здесь никогда не были такими глубокими, как в Море Цанлан, так что ей было не слишком сложно с этим смириться.
Поначалу Мэй Гу была крайне встревожена. Но позже, увидев, что среди подчиненных её учителя не только она одна была человеческим учеником, что он одинаково относился к обеим расам, без утайки делится наставлениями, а также обладал глубоким пониманием человеческой культивации, она постепенно успокоилась.
И все же Мэй Гу недоумевала. В то время, когда учитель только появился перед ней, он явно был в человеческом облике. Неужели уже тогда он был королем демонов стадии Трансформации? Или же он обладал особой родословной, не требующей достижения стадии Трансформации?
Этим вопросам суждено было навсегда остаться без ответа.
Что касается остальных учеников Секты Дьявольского Пламени, то они слишком долго находились под гнетом более крупных фракций. Теперь, обретя столь могущественного покровителя и наконец получив возможность ходить с высоко поднятой головой, все они были в полном восторге. Им было совершенно все равно, являлся ли их покровитель культиватором стадии Зарождения Души или королем демонов.
Таким образом, силы под началом Цинь Сана практически объединились. Отныне, как только он найдет благословенную землю, он сможет основать секту и заложить линию Дао Храма Цинъян!
Первой ветвью должно было стать Бамбуковое Море Тысячи Гор. В будущем он выберет несколько демонов-культиваторов и передаст им Закалку Тела Небесного Демона, чтобы они вместе с учениками человеческой расы могли поддерживать друг друга.
Второй ветвью станет наследие Облачного Странника, включая его искусство культивации и алхимию, которые продолжит Ли Юйфу.
Третьей ветвью станет ветвь Секты Дьявольского Пламени под руководством Мэй Гу. Искусство Семи Ян было тщательно отобрано даосом Цзюпао и являлось весьма надежным наследием.
Что касается самого Цинь Сана, то большинство искусств и тайных техник, которые он практиковал, не подходили для других. В лучшем случае он мог оставить после себя лишь часть своих озарений в культивации и несколько навыков, приобретенных в прошлом, вроде Дьявольского Звука Дутянь и тому подобного.
Кроме того, Цинь Сан всегда вынашивал еще одну идею. В рамках Храма Цинъян он хотел создать ветвь культиваторов меча, которые унаследовали бы Писание Меча Цинчжу, что стало бы продолжением наследия Старшего Цинчжу.
Старший Цинчжу всецело посвятил себя Дао Меча и вложил труд всей жизни в создание Писания Меча Цинчжу. Для этого не требовалось специально практиковать Питание Меча Изначальным Духом. Если культиватор меча обладал достаточным талантом, он все равно смог бы его постичь.
Сам Цинь Сан использовал его лишь как источник вдохновения. В его руках оно лишь напрасно пропадало.
Он уже спрашивал мнение своей старшей сестры. Та не придала этому значения и сказала:
— Именно тебя он выбрал своим преемником. Тебе незачем спрашивать моего мнения. Можешь решать все сам.
Бай Ханьцю не подходила для этого, да и таланта ей недоставало. Придется найти кого-то другого.
Малая Холодная Область была не похожа на Море Цанлан. Все лучшие горы и духовные земли уже имели хозяев, поэтому действовать придется очень осторожно. Но сейчас мир пребывал в хаосе. Разрушение всегда предшествует возрождению. С его нынешней силой недостатка в возможностях точно не будет.
Как только Храм Цинъян будет основан, он наполовину исполнит последнее желание Облачного Странника.
— Теперь вы довольны, старший? — тихо пробормотал Цинь Сан, сжимая в ладони кусок обугленного дерева, оставленный Облачным Странником.
Достигнув стадии Зарождения Души, он смутно ощущал слабую истинную душу, скрытую внутри обугленного дерева. По крайней мере, в ближайшее время она не должна была рассеяться.
Ситуация оставалась неясной, поэтому он пока не решался очищать обугленное дерево. Иначе, если он лишится возможности использовать эбеновый меч и в этот момент случится что-то непредвиденное, последствия окажутся катастрофическими. Кроме того, ему необходимо тщательно изучить каждый шаг этого процесса, прежде чем переходить к действиям.
В этом деле была замешана последняя частица истинной души Облачного Странника. Процесс очищения точно не мог быть таким же грубым, как раньше. Здесь не было права на ошибку, и никакая осторожность не стала бы излишней.
Цинь Сан вспомнил о приглашении Бин Ханя. Прямо сейчас ему все еще нужно было продолжать очищать дьявольский огонь и привыкать к восемнадцати дьявольским знаменам, чтобы подготовиться к входу в Кровавое Озеро. Вернувшись оттуда, он отправится в секту Сюйлин, одолжит несколько древних текстов и решит, как действовать дальше.
Обугленное дерево оставалось безжизненным и не могло ответить на его вопрос.
Цинь Сан тихо вздохнул. В его глазах мелькнула едва заметная печаль, после чего он убрал обугленный кусок дерева.
Из Бескрайней Долины продолжали поступать новости, но никто по-прежнему не знал, когда откроется Кровавое Озеро.
Война на Нагорье Тяньсин так и не прекратилась, однако наступательный пыл Бездны Греха явно ослаб. Они больше не продвигались вперед с прежней яростью. Вероятно, это было связано с замыслами Старого Дьявола Е касательно Кровавого Озера.
В один из дней, когда Цинь Сан был погружен в культивацию, он получил послание от своей старшей сестры.
Услышав новости, Цинь Сан обрадовался. Его старшая сестра действительно расшифровала диаграмму массива Цепи, Связывающей Дьяволов, и просила его прибыть на гору Шицюй, чтобы посмотреть, есть ли у него какие-либо соображения.