Глава 1246: Монстр
Грохот!
Дно кровавой реки превратилось в море огня.
Даже скудоумные кровавые тени почувствовали смертельную угрозу, исходящую от бушующего пламени, и не решались приблизиться.
Цинь Сан и Дунъян Бо применили свои божественные способности и вступили в ожесточенную схватку, обмениваясь бесчисленными атаками.
Дунъян Бо отчаянно пытался вырваться, но и Цинь Сану было далеко не до отдыха. Он выкладывался на полную, управляя дьявольским пламенем, чтобы загнать врага в ловушку и убить. Это не только подвергало его разум колоссальной нагрузке, но и непрерывно истощало истинную сущность, которую восемнадцать дьявольских знамен постоянно вытягивали из него.
К сожалению, Дунъян Бо среагировал слишком быстро и выбрал наилучший способ противодействия. Цинь Сан так и не смог полностью сомкнуть дьявольское пламя вокруг него. В противном случае бой дался бы ему куда легче.
В стороне от поля боя Талисманная Марионетка Зарождения Души оказалась глубоко заперта в кровавом тумане и безостановочно обрушивала атаки на нефритовую бутыль, заставляя массив яростно содрогаться.
Тем временем под массивом кровавый туман начал бесшумно клубиться, словно нечто, скрытое в его глубинах, пробудилось от шума битвы.
Вскоре в тумане образовался небольшой водоворот. Возникшая сила притяжения окутала и массив, и марионетку, пытаясь утащить их на дно.
Поначалу всасывающая сила была слабой. Но водоворот становился всё шире, и марионетка вместе с массивом нефритовой бутыли начали неудержимо опускаться вниз.
Цинь Сан и Дунъян Бо были полностью поглощены ожесточенной схваткой и не замечали странных перемен вокруг себя.
Основное тело драгоценной лампы уже было разрушено, и поддерживаемое ею пламя не могло продержаться долго.
Дунъян Бо нужно было сбежать до того, как огонь окончательно погаснет. Иначе ситуация стала бы катастрофической. А даже если бы ему удалось спастись, захватить марионетку стало бы совершенно невозможно.
После продолжительной разведки боем Дунъян Бо убедился, что Цинь Сан сильнее Основателя Куйиня, однако его контроль над дьявольским пламенем всё же имел свои пределы.
Приняв жестокое решение, Дунъян Бо издал приглушенный стон. Его лицо налилось кровью, и он выплюнул полный рот эссенции крови прямо на Браслет Ваджры. Его облик тут же слегка осунулся, выдавая сильную слабость.
Увидев это, Цинь Сан мысленно выругался. Браслет Ваджры внезапно вспыхнул бесчисленными лучами света, уподобившись палящему солнцу.
Фигура Дунъян Бо исчезла, словно слилась с самим Браслетом Ваджры. Даже окружающее дьявольское пламя начало застывать, подобно магическим сокровищам, ранее попавшим в ловушку браслета.
Цинь Сан был потрясен и без остатка направил оставшееся дьявольское пламя вперед, обрушивая его на противника.
Внутри пылающего солнца смутно проявился узор Восьми Триграмм. Восемь врат разделились на восемь одинаковых сфер света, в каждой из которых находился Дунъян Бо. Цинь Сан немедленно приказал Небесноглазой Бабочке осмотреть их, но она лишь почувствовала острую боль. Интенсивный свет ослеплял её, мешая отличить правду от иллюзии.
До Дунъян Бо доходили слухи о том, что Цинь Сан способен видеть скрытые маневры, поэтому он, естественно, подготовил защиту от подобного метода.
Только тогда Цинь Сан осознал, что эти восемь фигур не были простыми иллюзиями. Браслет Ваджры хаотично звенел, и каждая из фигур обладала реальной силой, оставляя за собой полосы света в пустоте.
На мгновение Цинь Сан пришел в замешательство и успел уничтожить дьявольским пламенем лишь половину из них. Раздалось холодное фырканье, и оставшиеся четыре фигуры прорвались сквозь пламя!
Лицо Цинь Сана побледнело. Дунъян Бо пожертвовал своей эссенцией крови, чтобы активировать связанное с жизнью магическое сокровище. Даже Небесноглазая Бабочка не могла пробиться сквозь эту завесу. Учитывая, что враг сосредоточился исключительно на побеге, Цинь Сан больше не мог его удержать.
Он мгновенно принял решение, полностью отказавшись от дьявольских знамен. Незаметно сложив ручные печати, он заставил гром внутри своего тела загрохотать.
Бум!
Дунъян Бо прорвался сквозь пламя. Даже не взглянув на Цинь Сана, его фигура метнулась к Талисманной Марионетке Зарождения Души.
Заметив это, Цинь Сан чуть не рассмеялся от гнева.
«Даже сейчас этот старый ублюдок не забыл о марионетке!»
Треск!
Внезапно раздался оглушительный раскат грома.
Дунъян Бо внутренне содрогнулся, прекрасно понимая, что не сможет выдержать удар этой молнии в лоб.
Бум!
Техника Управления Молнией ударила прямо в цель.
Самая быстрая фигура без сопротивления приняла на себя удар небесной молнии и мгновенно обратилась в пепел. Ту, что следовала за ней по пятам, также поглотила молния, и обе они оказались лишь иллюзиями.
В мгновение ока шесть фигур были уничтожены. Однако из еще одной проекции внезапно вылетела огромная световая ладонь и устремилась к Талисманной Марионетке Зарождения Души.
Неожиданно, как раз в тот момент, когда рука собиралась схватить добычу, в нее ударила тонкая, как волосок, серебряная нить. Божественный Свет Небесных Глаз вдребезги разбил её.
Дунъян Бо замер. Увидев, как свет меча прорезал пустоту и обрушился на последние две фигуры, он понял, что захватить марионетку уже не получится.
Эта тайная техника была невероятно ценной и разрушалась при использовании. Каждая уничтоженная проекция еще больше ослабляла его. Теперь их осталось всего две, а его эссенция крови была истощена до предела. Если он задержится еще хоть на мгновение, то может лишиться собственной жизни.
Дунъян Бо невольно вздохнул, сетуя на то, что возраст уже взял свое и он оказался бессилен.
Две фигуры разделились: одна бросилась влево, другая – вправо, и обе нырнули в кровавую реку. Они непрерывно мерцали, двигаясь с невероятной скоростью. Цинь Сан не смог их остановить и глубоко нахмурился.
Внезапно он услышал, как Талисманная Марионетка Зарождения Души издала странный визг. Только тогда он заметил неладное.
В какой-то момент в кровавом тумане образовался водоворот. Массив нефритовой бутыли накренился, а марионетка неустойчиво пошатнулась, не в силах сопротивляться чудовищной силе всасывания, которая вот-вот должна была втянуть её внутрь.
Едва почувствовав это, Цинь Сан смутно ощутил внутри водоворота необычную ауру. Казалось, их битва пробудила нечто ужасающее, и от одного лишь присутствия этой ауры даже по его спине пробежал холодок первобытного страха.
Цинь Сан заколебался, бросив быстрый взгляд в сторону, куда сбежал Дунъян Бо.
Полагаясь на свою технику уклонения, он, возможно, сумел бы догнать одну из фигур, но не было никаких гарантий, что это окажется истинное тело. Эти проекции были наполовину реальными, наполовину иллюзорными, невероятно загадочными и трудноразличимыми.
Даже если он догонит его, Дунъян Бо уже был начеку. Заманить его в массив снова будет невероятно трудно.
Более того, если он продолжит гоняться за врагом, ситуация здесь может выйти из-под контроля. Как минимум, Талисманная Марионетка Зарождения Души наверняка будет поглощена неизвестным существом внизу.
Марионетка, обладающая силой стадии Зарождения Души, была величайшей редкостью. Цинь Сан не разбирался в техниках марионеток, но мог передать её Цинцзюнь. Возможно, в будущем у него появится еще один могущественный помощник.
Эта атака изначально была организована в спешке, и, учитывая, что Бай еще не совершил прорыв, неудача в попытке поймать и убить Дунъян Бо была вполне ожидаема. Будучи главой секты и человеком, действующим вблизи такого места, как Древнее Поле Битвы Бессмертных, Дунъян Бо действительно оказался куда большей занозой, чем обычные культиваторы средней стадии Зарождения Души.
Заставить его харкать кровью, вынудить пожертвовать собственным магическим сокровищем и заполучить Талисманную Марионетку Зарождения Души – уже было вполне удовлетворительным результатом.
В будущем Цинь Сану нужно будет лишь остерегаться интриг Дунъян Бо. С Баем и марионеткой в качестве помощников ему будет нечего бояться.
Взмахнув рукой, Цинь Сан отозвал эбеновый меч и вернул восемнадцать дьявольских знамен, вновь призывая дьявольское пламя. Затем он мгновенно переместился к Талисманной Марионетке Зарождения Души.
Всасывающая сила водоворота становилась всё мощнее. Цинь Сан едва не потерял равновесие.
Он не стал медлить. Бросив взгляд на массив нефритовой бутыли, Цинь Сан понял, что тот лишь удерживает марионетку, и решил не обращать на него внимания.
— Вперед! — Цинь Сан вытянул руку и указал пальцем. Дьявольское Пламя Девяти Преисподних хлынуло к марионетке.
Марионетка почувствовала опасность, но, будучи запертой внутри массива, не могла свободно двигаться.
Цинь Сан не разбирался в техниках марионеток и понятия не имел, как правильно её подавить. А поскольку находившийся внизу монстр вот-вот должен был пробудиться, времени на эксперименты не было. Ему оставалось лишь использовать дьявольское пламя, наглухо обернув им и массив, и саму марионетку, а затем рвануть вверх, выбираясь из кровавой реки.
Поднимаясь вверх, Цинь Сан ни на мгновение не расслаблялся. Он использовал тайную технику расы шаманов, усиливая зрение Небесноглазой Бабочки, и одновременно тайно складывая ручные печати.
Если Дунъян Бо осмелится погнаться за ним, Цинь Сан скорее бросит марионетку, чем позволит тому уйти отсюда живым!
К счастью, даже после того как Цинь Сан вылетел из кровавой реки, Дунъян Бо так и не появился.
Цинь Сан опустил взгляд и увидел, как внизу бурлит кровавый туман, словно взбудораженный каким-то чудовищным существом. Почувствовав тревогу, он быстро покинул это опасное место.