Глава 1240: Луна в воде
Дунъян Бо, облаченный в парчовое одеяние, неторопливо ступал вперед, заложив руки за спину, пока над его головой парил Браслет Ваджры.
Браслет Ваджры непрерывно вибрировал, и с каждым колебанием наружу вырывался призрачный образ магического сокровища.
Хотя эти фантомы уступали истинному телу, оставаясь тусклыми и лишенными явных колебаний ауры, кровавые тени просто не успевали уклониться. Едва они попадали под удар, как оказывались намертво скованы – сколько бы твари ни сопротивлялись, вырваться на свободу им не удавалось.
Затем фантом магического сокровища слегка подрагивал и полностью уничтожал пойманную кровавую тень. Это магическое сокровище было связанным с жизнью магическим сокровищем Дунъян Бо. Спустя долгие годы взращивания и совершенствования оно достигло высшего ранга, обретя бесчисленное множество чудесных свойств.
Дунъян Бо выглядел совершенно беззаботно и даже не смотрел на окружавшие его кровавые тени, продолжая следить за движением Гун Лянъюя. На его лице играла едва заметная улыбка.
Они погружались всё глубже. Кровавые тени становились всё сильнее, и даже Талисманная Марионетка Зарождения Души не могла уничтожить их одним ударом.
Гун Лянъюй чувствовал, как лазурный духовный свет в его изначальном духе неуклонно угасает. Как только он иссякнет, ему придется отозвать марионетку.
А на самом дне кровавой реки, полагаясь исключительно на собственные силы, он не смог бы сделать и шагу!
На его лице появилась тревога, и он заставил Талисманную Марионетку Зарождения Души ускорить спуск. Однако давление лишь продолжало нарастать.
Эти кровавые тени, взращенные в глубинах кровавой реки на протяжении бесчисленных лет, обладали не только странными способностями, но и невероятной живучестью. Чем сильнее они становились, тем труднее было их уничтожить. Даже разрубленные пополам, они тут же превращались в две самостоятельные кровавые тени, нападая без страха и устали.
По телу Талисманой Марионетки Зарождения Души заструился рунический свет – она наконец продемонстрировала свою истинную мощь. На ее поверхности один за другим начали проявляться всевозможные духовные талисманы.
Каждый талисман заключал в себе особую силу. Талисманы воды, огня, молнии, демонического духа и многие другие появлялись один за другим – все они когда-то были слиты с телом марионетки.
Её методы были бесконечно разнообразны. Ветер, огонь, гром и молнии поочередно бушевали по её телу, соединяясь с тяжелыми ударами кулаков и уничтожая кровавые тени.
Опустившись на невообразимую глубину, Гун Лянъюй наконец увидел нечто помимо кровавых теней.
В кровавом тумане внизу возвышался сталагмит цвета запекшейся крови. Его острый кончик, давно пропитавшийся туманом, мерцал багровым светом, словно кроваво-красный кристалл.
При виде него Гун Лянъюй не смог сдержать радости. Он наконец добрался до самого дна кровавой реки! Он тут же устремился вниз, и вскоре его ноги коснулись твердой земли.
Здешняя почва веками подвергалась воздействию кровавого тумана. Земля и камни давно претерпели изменения и стали невероятно твердыми.
Гун Лянъюй не стал осматриваться и сразу рванул вперед. Кровавых теней становилось всё больше, и вскоре они полностью окружили их. Давление на Талисманную Марионетку Зарождения Души становилось все сильнее.
Земля под ногами была неровной, изрезанной трещинами и усыпанной острыми сталагмитами.
Радовало лишь то, что, помимо вездесущих кровавых теней, другие чудовища здесь так и не появились.
Человек и марионетка упрямо двигались вперед, не обращая внимания на то, сколько кровавых теней привлекали их действия. В конце концов, их и без того было слишком много – сотней больше или меньше, роли уже не играло.
Талисманная Марионетка Зарождения Души неотступно защищала Гун Лянъюя, поэтому ему удалось избежать ранений.
И все же от одного только вида этого бесчисленного роя кровавых теней его лицо побледнело. Он желал лишь одного: как можно скорее отыскать Кровавую Траву и покинуть это опасное место.
Спустя некоторое время впереди внезапно показалась глубокая расщелина.
Она пересекала путь почти по прямой линии, доходя до обоих берегов и рассекая все русло реки. Расщелина достигала трех километров в ширину и казалась бездонной, а её края были гладкими, как стекло.
Разломы на дне кровавой реки не были редкостью, но образования такой формы и направления встречались крайне редко. Кто знает, что еще скрывается внутри.
— Это оно! — воскликнул Гун Лянъюй, не в силах скрыть радость в глазах.
Кровавая Трава росла не в самой расщелине, но она служила самым очевидным ориентиром. Согласно имеющимся у него сведениям, стоило увидеть эту расщелину, как нужная трава оказывалась совсем рядом.
Когда тот старший впервые вошел сюда, Кровавая Трава еще не созрела. Он неохотно отказался от нее, не желая срывать незрелую духовную траву, и оставил её тем, кто придет после него.
Гун Лянъюй вместе с Талисманной Марионеткой Зарождения Души перелетел через расщелину и продолжил путь. Вскоре впереди он заметил участок, где кровавый туман вел себя необычным образом.
Еще не приблизившись, он почувствовал странное давление.
Его тело качнулось, а окружавшая защитная духовная броня яростно задрожала. Выражение лица Гун Лянъюя резко изменилось. Он понятия не имел, откуда возникло это давление, но оно едва не разорвало его броню.
Замедлив шаг, он приблизился к аномальной области и обнаружил, что кровавый туман здесь гораздо гуще, чем в других местах. Земля просела, образовав под руслом реки нечто вроде скрытого озера.
В самом центре тумана разливалось плотное багровое сияние. Внутри этого свечения покачивался вместе с туманом единственный стебель Кровавой Травы. Её крона была размером с диск и словно плавала на кровавой воде, покрываясь рябью от невидимых течений.
Все растение было багровым, будто целиком состояло из сгустившейся крови. На нем был всего один лист, идеально круглый, словно полная луна – верный признак того, что трава полностью созрела.
На его поверхности не было никаких узоров. В центре находилось выпуклое образование размером с монету, напоминавшее череп, – зловещее и жуткое.
Это была та самая редкая духовная трава – Кровавая Трава, которая, по слухам, помогала культиваторам сформировать Зарождающуюся Душу!
«Наконец-то...» — едва Гун Лянъюй увидел Кровавую Траву, его сердце бешено забилось, а дыхание участилось.
Кровавая Трава не источала никакого аромата. В подобном месте уже было бы удачей, если бы от нее не исходил запах крови. Поэтому отсутствие запаха было совершенно естественным.
Даже будь у нее аромат, его давно бы развеял густой кровавый туман.
Духовная трава была прямо перед ним! Однако и число привлеченных ими кровавых теней возросло еще сильнее.
Гун Лянъюй окинул взглядом окрестности и не увидел ни одного духовного зверя, охраняющего траву. Тот старший тоже ничего о них не упоминал.
Кровавые тени ненавидели любую чужеродную жизнь. Ни один духовный зверь не мог выжить в подобном месте, если только среди них не появилось исключительное существо с необычайным разумом.
Несмотря на поднятый им переполох, Кровавая Трава никак не отреагировала. Похоже, охраняющих её зверей действительно не было.
— Вперед! — крикнул Гун Лянъюй, и из его даньтяня вырвались два талисмана, сияющих ярким светом.
Одним из них был Талисман Небесного Клинка, который он уже довел до высокого уровня.
Другим оказался хорошо знакомый Цинь Сану Талисман Небесной Колесницы Девяти Драконов – и все девять душ Цзяо были на месте!
Что же касается того талисмана, который когда-то принадлежал Цинь Сану, то после достижения стадии Зарождения Души он перестал в нем нуждаться и отдал его Ли Юйфу, наказав не использовать без крайней нужды из-за сомнительного происхождения и беречь лишь для спасения жизни.
Души Цзяо закружились вокруг него, пока Талисман Небесного Клинка проявил свою истинную форму, рассекая силу, тянувшую его вперед.
Слившись с силой двух талисманов, Гун Лянъюй неотступно следовал за Талисманной Марионеткой Зарождения Души, оттесняя кровавые тени и устремляясь прямо к Кровавой Траве.
Неожиданно на полпути давление стало нарастать с чудовищной силой. Еще немного – и он попросту не выдержит. Медлить было нельзя.
Он решительно приказал Талисманной Марионетке Зарождения Души в одиночку забрать траву, а сам высвободил всю мощь своих духовных талисманов, ненадолго сдерживая натиск кровавых теней.
Рев!
Души Цзяо взревели, когда Талисман Небесной Колесницы Девяти Драконов был доведен до предела.
Талисман Небесного Клинка выпустил бесчисленные полосы света клинков. Небесная молния, духовное пламя, древесные лозы, призрачные очертания гор... Один мощный талисман за другим безжалостно пускался в ход.
Гун Лянъюй отчаянно маневрировал, не отрывая взгляда от марионетки, которая наконец добралась до Кровавой Травы и протянула руку, чтобы сорвать ее. Но, к его ужасу, пальцы сомкнулись на пустоте!
Кровавая Трава рассыпалась, словно отражение луны в воде.
Улыбка Гун Лянъюя застыла, а лицо исказилось от недоверия. В следующее мгновение прямо на его глазах Кровавая Трава вновь сформировалась. Все такая же чарующая! Все такая же пугающе прекрасная!
Не успел он понять, что произошло, как вдруг почувствовал мощную ауру, вспыхнувшую позади него и в одно мгновение стремительно приблизившуюся.