— Отлично поели, — сказал я, откинувшись на спинку стула и погладив живот. Немецкую кухню я до сих пор не пробовал и заранее ждал чего-нибудь сомнительного, но Ама меня приятно удивила. — Обязательно научи меня готовить это блюдо.
— Научу, когда вернёшься с задания, — ответила она и подалась вперёд, опершись на стол. Ама улыбалась так тепло, будто моя похвала значила для неё больше, чем она хотела показать. Всё-таки она впервые готовила специально для меня.
Я негромко рыгнул и тут же прикрыл рот ладонью. Похоже, набил брюхо сильнее, чем собирался. Ама прыснула, и я тоже рассмеялся. Но веселье быстро сошло на нет. До выезда оставалось совсем немного, и чем ближе подходило время, тем сильнее меня трясло. Нога сама ходила ходуном. Я прижал ладонь к колену, однако это не помогло.
— Вот и тебя проняло, да? — Ама кивнула на мою ногу. — Перед таким заданием нервничает любой. Ты недавно вступил в VEO и пока слабее остальных в группе, но не забывай, ради чего туда идёшь, Кадзу-тян.
— Я иду не за Домиником. Как бы мне ни хотелось прикончить этого ублюдка, сначала нужно вытащить Ай. А если потом представится случай, я устрою ему такую смерть, что он ещё пожалеет, что не сдох раньше.
Я сжал кулак и заставил себя разжать пальцы. «Спокойно. Сначала Ай». Управлять собой оказалось куда труднее, чем звучало на словах.
О Доминике сейчас лучше вообще не думать. Каждая лишняя секунда означала, что Ай продолжает страдать. На тренировках мне удавалось загнать эту мысль поглубже, но она никуда не исчезала. Просто сидела внутри и ждала, когда я снова останусь без дела.
— Пожалуй, немного полежу перед выездом.
Ама заметно обрадовалась.
— Вот и правильно. Можешь лечь у меня, а я потом присоединюсь, — протянула она и подмигнула.
Ну да, прежняя Ама вернулась.
— Обойдёшься. Отдохну в комнате, где я принимал душ. Кстати, одежда уже высохла?
— Ещё нет, но к отъезду будет готова. Не переживай и иди отдыхай как следует.
Она буквально вытолкала меня из гостиной. Я поднялся наверх, добрался до комнаты и растянулся на кровати, уставившись в белый потолок. Почему у богачей всё непременно должно выглядеть как в частной клинике? Наверное, они считают это признаком хорошего вкуса. Хотя чёрт его знает, о каком вкусе я вообще рассуждаю.
— Итан, — позвал я Первого. — После обращения тебе было к чему особенно трудно привыкнуть?
— Надо же. Неужели кто-то наконец решил побольше узнать о моей великой и неподражаемой персоне?
Голос у него был такой самодовольный, что я невольно поморщился.
— Просто хочу убить время. Матрас здесь слишком мягкий, а с такими нервами я всё равно не усну.
— То есть я должен тебя развлекать?
— По сути, да.
Итан усмехнулся.
— Ладно. Молчать в одиночестве тоже удовольствие сомнительное. Сразу после обращения проблем хватало. Тогда я увёз Сару из города. Все чувства обострились, а управлять ими я ещё не умел. Слышал каждый шорох, за несколько метров чувствовал запах крови под человеческой кожей, различал биение сердец. И всё время хотел пить. Поскольку прежде я был человеком, какое-то время мне удавалось не трогать людей.
— Долго продержался?
— Мальчишка, новообращённый вампир не умеет просто взять и задавить жажду крови. Я тоже сорвался, только начал не с людей. Пил кровь диких зверей: волков, койотов, крокодилов, медведей. Однажды даже льва прикончил.
От одного перечисления меня передёрнуло. Ради крови он убивал самых опасных хищников. Цивилизованным такой способ не назовёшь, но человечество и само веками жило за счёт чужих смертей.
Значит, если моё обращение завершится, человеческую кровь можно будет заменить звериной. Не лучший выход, зато всяко лучше, чем нападать на людей. Я, как и Итан, наверняка долго не смогу принять свою новую природу. Вот только как именно всё произойдёт? Мне придётся умереть и очнуться вампиром? Или однажды я просто проснусь с клыками и нестерпимой жаждой? Эта мысль надолго засела в голове.
— И надолго тебя хватило?
— Недолго. Нас снова выследили церковники и взяли в кольцо. Пришлось защищаться. Мы перебили преследователей, и вокруг оказалось столько крови, что запах сводил с ума. Она была у меня на руках, на земле, повсюду. Мы с Сарой не выдержали. И, поверь, ничего вкуснее прежде не пробовали. От наслаждения у нас слёзы текли. Ни вины, ни жалости — только вкус. Чувства полностью подчинили нас, и остановиться мы не могли.
— Ясно.
Мы ещё некоторое время болтали о всякой ерунде, и часы пролетели незаметно.
Когда подошло время выезжать, в дверь постучали. Я вскочил, подхватил телефон и связку ключей. В комнату вошла Ама с аккуратно сложенной одеждой в руках. Я сразу понял, что это за комплект. Она всё подготовила заранее — как всегда.
— Я поговорила с Мэмэ-куном ещё до того, как он пришёл звать тебя, — сказала она с лукавой улыбкой, отдала мне вещи и вышла.
Эта женщина вечно что-то крутила за моей спиной, и всё же я был ей чертовски благодарен.
Я быстро переоделся и вышел в коридор. Ама ждала у двери с довольным видом.
— Дай угадаю: за рулём будешь ты?
Она кивнула.
— Ты всё это заранее устроила?
— Не совсем. Просто дёрнула за несколько ниточек, чтобы ты попал в группу. Я знаю, как важно для тебя спасти Ай-тян, поэтому хотя бы дала тебе шанс.
— Шанс сунуться в львиное логово. Очень по-взрослому.
— Я доверяю охотникам. Мэмэ-кун и остальные отлично знают своё дело. Для этого задания их сил более чем достаточно. А ещё… я успела к тебе привязаться и хотела помочь. На самоубийство я бы тебя не отправила.
— Но на удачу всё равно рассчитываешь.
— Да.
— Спасибо, Ама. За всё.
— Я ничего особенного не сделала. Просто постаралась, чтобы ты вернулся целым.
Она отвернулась. Губы у неё едва заметно дрогнули.
— Только, пожалуйста, не умри там. Для меня сейчас важнее всего именно это. Вернись живым и приведи Ай-тян домой.
— Я…
— Он вернётся.
Ама открыла дверь. На пороге стояла Акира, а за её спиной — Юна с сердито надутыми губами. Я посмотрел на Акиру. Та покачала головой.
— Зачем вы пришли?
— Потом назначьте мне любое наказание, Кадзуки-сама. Но я ваша слуга и не могу спокойно смотреть, как вы уходите на такое задание, — сказала она, не скрывая тревоги. — Вы запретили мне следовать за вами, однако этот приказ я выполнить не в силах.