Глава 4. Ностальгические дни волшебства
Глава 76Глава 4. Ностальгические дни волшебства
Пылающий пейзаж.
Весь мир окрасился в багровый цвет.
Странно. Мне снится сон? Но он кажется на удивление реальным...
Там я увидел двоих.
Маленький мальчик и — девочка.
Оба что-то отчаянно кричали, но слов было не разобрать.
Постепенно моё сознание стало уплывать —.
«Хм... где это я?»
Потолок был незнакомым.
Насколько помню, я ведь успешно прошла ту практику.
А потом от сильной усталости начала терять сознание — вот как.
Значит, меня принесли сюда.
Я приподнялась, и оказалось, что я в академии.
А рядом сидела Кэрол.
«А! Принцесса Оливия. Доброе утро!»
Кэрол — одна из немногих знакомых, с кем у меня хорошие отношения.
Она почему-то связана с королевской семьёй, и мы часто случайно встречались во дворце.
«Кэрол. Сколько времени?»
«Утро. Похоже, вы проспали всю ночь~»
«Вот как».
«Как самочувствие?»
Сознание ясное, тело особенно не ломит.
Но... что это?
Такое ощущение, будто внутри меня появилось что-то особенное.
Не неприятное, а словно рвущееся из глубины души.
Что ж, наверное, это просто значит, что я чувствую себя хорошо.
Я решила так и думать.
«Угу. Кажется, всё в порядке».
«Вот как! Это хорошо~☆ А то ваш отец очень волновался».
«Отец?»
«Да. Он изначально был решительно против вашего участия в практике».
«...»
Что ж, я немного виновата, что ослушалась отца.
Но я не жалею.
Ведь я доказала, что тоже на что-то способна.
Хотя, конечно, Рэй мне помог.
Надо будет обязательно его отблагодарить.
«Раз всё в порядке, госпитализация не нужна☆ Постарайтесь впредь не переутомляться~!»
«Угу».
Кэрол — та ещё шутница, и у нас есть общие черты, но у неё больше опыта, что ли. Её сложно понять.
«А, и ещё».
Когда я собиралась выйти из комнаты, Кэрол окликнула меня.
«Рэй-тян, похоже, немного переживает».
«Рэй?»
«Да. Не заставил ли он вас перетрудиться».
«Понятно. Я сама с ним поговорю».
«Буду признательна~»
И я покинула медпункт.
◇
Я благополучно завершил свою роль в практике и вернулся к обычной жизни.
Как обычно, ходил на занятия, после уроков занимался в клубе.
К счастью, у принцессы Оливии не было никаких отклонений.
Она и сейчас бодро живёт в академии.
А после практики в последнее время всё чаще говорят о Магикус Шевалье.
«Магикус Шевалье. Как думаешь, кто победит?»
«Наверное, Амелия-сама».
«Точно. В прошлом году она была потрясающей~»
«А как же Рэй Уайт? На Магикус Войне он отлично себя показал».
«А, тот простолюдин».
«Если он выступит, будет интересно».
Такие слухи доходили до меня.
Хм.
Магикус Шевалье, значит.
Честно говоря, я мог бы участвовать.
С моим нынешним состоянием проблем не будет.
И ещё слова 〈Мага Абсолютного Меча〉.
Он говорил, что в следующем году хочет сразиться со мной.
Разве я могу это предать?
Но то, что я колеблюсь насчёт участия, — тоже факт.
На Магикус Войну я пошёл потому, что попросила Ариана, а Шевалье — другое дело.
Магикус Шевалье — турнир, где я должен решать сам.
Это всё-таки личное соревнование.
С такими мыслями я и провёл день.
Нейт Хоскинс буянит.
Такая новость дошла до меня на следующее утро.
Как раз закончилась практика, и первый семестр перевалил за середину, но я не думал, что услышу такой слух.
«И что значит „буянит“?»
«Ну... кажется, он постоянно вызывает на дуэли тех, кто ему противостоит».
В аудитории Амелия рассказала мне об этом.
«Понятно...»
Дуэли сами по себе не редкость, но повторять их слишком часто — плохо.
Эбби пока может закрывать на это глаза, но вмешательство преподавателей уже не за горами.
«Это... я видела его, и у него было очень страшное лицо».
Судя по словам Элизы, Хоскинс сильно раздражён.
«Угу! Мы с Элизой видели, он какой-то взвинченный~. Прямо ёжик! И свита, что была раньше, теперь, похоже, вся разбежалась».
«Хм».
Значит, Хоскинс настолько не в себе.
Может, на той практике что-то случилось?
«Альберт. Ты что-нибудь знаешь?»
Ведь Альберт был в паре с Хоскинсом.
Он наверняка что-то знает.
«Ну. На той практике Хоскинс не особо себя показал».
«Конкретнее?»
«Магия у него, может, и превосходная, но не боевая. Я поддерживал Хоскинса, и ему это могло не понравиться».
«...»
Неужели из-за этого пошли слухи, что он буянит?
Неудовлетворённый собой, он вымещает раздражение?
Или причина совсем в другом?
Так или иначе, нельзя это игнорировать.
Среди первокурсников есть Стелла, Мария и принцесса Оливия.
Вряд ли он поднимет руку на них, но и другим ученикам вредить нельзя.
Поэтому я решил сразу после обеда навестить Стеллу и остальных.
«А! Братик!»
Я как раз нашёл их в столовой.
За Стеллой сидели Мария и принцесса Оливия.
Удачный момент.
«Можно я с вами?»
«Угу! Конечно!»
Когда мы вчетвером сели за стол, я сразу спросил о Хоскинсе.
«Нейт Хоскинс ведь с вами в одном классе?»
«Угу. Так и есть».
«Говорят, он в последнее время буянит».
«Хм. Как сказать. Слухи есть, но я сама не видела~»
Похоже, Стелла не знает подробностей.
«Но в последнее время вокруг него нет аристократической свиты».
Мария тихо это заметила.
«И с каких пор?»
«После практики. И буянить он начал примерно тогда же».
«А как он в классе?»
«Такое ощущение, будто он никого не подпускает. Словно иглы во все стороны выставил».
«Понятно».
С Хоскинсом явно что-то произошло на той практике.
Но таких перемен, которые заметил бы Альберт, постоянно бывший рядом, не было.
Может, у него самого что-то на душе.
«Принцесса Оливия, ты что-то замечала?»
«Я? Хм. Пожалуй, чувствую на себе взгляд...»
«Взгляд?»
«Угу. Мы ведь говорили, что он часто попадает в поле зрения?»
«Да».
Об этом я слышал на практике.
«Действительно, он никого не подпускает, но иногда мне кажется, что он пристально смотрит на меня. Правда, прямо в глаза мы не встречались».
«Неужели он целится на принцессу Оливию?»
Мария так сказала, но разве это возможно?
Она ведь принцесса, и причинять ей вред — он же понимает, что это значит.
По крайней мере, если он аристократ.
Разрозненная информация.
Меня также беспокоили особые способности принцессы Оливии.
У неё были слабые признаки волшебства.
Может, он охотится именно за этим?
Эбби говорила, что семья Хоскинс слишком кристально чиста и потому подозрительна.
Возможно, за кулисами действительно что-то происходит.
Стоит быть предельно осторожным.
«Спасибо всем. Я это учту».
Я расспрашивал о Хоскинсе, но больше всего меня беспокоил взгляд, направленный на принцессу Оливию.
Об этом стоит рассказать Эбби и наставнице.
С этой мыслью я сразу направился в кабинет директора.
«Позвольте войти».
«Рэй, это ты».
«Наставница и, на всякий случай, Кэрол тоже здесь?»
«Понятно. Я примерно догадалась, о чём ты. Сейчас вызову обеих».
Затем присоединились наставница и Кэрол.
«Итак, ты хочешь сказать о Нейте Хоскинсе?»
Эбби начала разговор первой.
«Да».
«Слухи дошли. После практики он буянит. Похоже, постоянно вызывает на дуэли, но не знает, куда девать злость».
«Ну, у молодых это часто бывает».
«Лидия тоже такой была».
«...Это я отрицать не буду».
О студенческих годах наставницы ходят слухи, что она была неукротимой.
Наверняка нынешний Хоскинс с ней и рядом не стоял.
Говорят, её называли тираном.
«Меня беспокоит взгляд, который чувствовала принцесса Оливия».
«Взгляд?»
Я передал Эбби и остальным всё, что слышал.
«Хм. Значит, Хоскинс и принцесса Оливия».
«Разве это возможно? Она ведь королевская особа».
«Угу-угу. Вряд ли у него хватит смелости что-то сделать...»
Обычно так и думают.
И у Хоскинса нет причин враждовать с принцессой Оливией.
Со мной и Стеллой — ещё понятно.
Я простолюдин, Стелла — моя сестра.
Аристократы могут видеть во мне врага, но чрезмерной враждебности, как у Альберта в прошлом году, я пока не чувствую.
«Давай подытожим. Ты считаешь, что с Хоскинсом что-то не так?»
«Как возможность».
«И с этим связана принцесса Оливия?»
«Да».
«Понятно. Усилим наблюдение за обоими. За принцессой и так следят, а Хоскинс был вне поля зрения».
«Спасибо».
Я тоже буду максимально внимателен.
«Хоскинс, значит...»
«Лидия, ты ведёшь у первокурсников. Тебя ничего не настораживало?»
«А-а, ну-у, как сказать».
Судя по виду наставницы, она не особо его запомнила.
«А! Вспомнила».
«Вспомнила... ты ведь вообще-то преподаватель».
«Ну-ну, мелочи. Хоскинс — ни то ни сё, типичный аристократический маг».
«Типичный аристократический?»
«Ага. Он относится к магии не как к инструменту, а как к святыне. Если изменить сознание, у него есть будущее, но в нынешнем виде роста не будет».
Может, он сам это понял и потому нервничает.
«Что ж, я тоже буду иметь в виду».
«Ага. Положись на меня, Лидия».
Разговор на этом закончился, но хорошо, что я поделился с Эбби и остальными.
«Тогда позвольте откланяться».
«Рэй. Спасибо, что всегда приходишь».
«Нет. Это пустяки».
«Рэй-тя~н! Пойдём вместе обратно?»
«Нет, я один».
«Пу. Ну почему~!»
Кэрол прильнула ко мне.
Я попытался отстраниться, и тогда она тихо шепнула мне на ухо.
«Рэй-тян. Не будь слишком серьёзным, ладно?»
«Кэрол...»
«У тебя всё время хмурое лицо — это не в твоём духе!»
И она подмигнула так, что аж щёлкнуло.
Вот же, с давних пор она чутка к чужим чувствам.
«Всё в порядке. Я не пересиливаю себя».
«Правда?»
«Ага».
«Вот как. Если что — скажи мне, хорошо?»
«Тогда и на тебя положусь».
Кэрол такая, но на неё можно положиться.
Ведь она прошла ту Дальневосточную войну.
Надеюсь, такого не случится, но если что — попрошу помощи.
◇
Слухи о том, что Хоскинс буянит, разом стихли.
Причина в том, что он перестал устраивать дуэли и стал вести себя как образцовый ученик.
От такой резкой перемены окружающие зашумели.
«Нейт Хоскинс. Говорят, в последнее время он успокоился».
«Ага. Говорят, будто он стал совсем другим человеком».
Мы как раз с Эви и Альбертом занимались силовой тренировкой.
В её процессе разговор зашёл о Хоскинсе.
«Стал другим человеком, значит».
Всё-таки это меня беспокоило.
«Альберт, что ты думаешь?»
«Кто знает. В моём случае я заново понял себя через бой с Рэем... а у него, возможно, произошло что-то похожее».
«...»
Я задумался.
Но сколько ни думай в одиночку, ничего не выйдет. И как раз в этот момент в тренировочный зал вошёл один ученик.
Это был —.
«Хоскинс...»
Мы только о нём говорили, и вот он сам появился перед нами.
И его аура, и взгляд — всё действительно было совсем не таким, как раньше.
«Простите. Я вам не помешал?»
«Нет, вовсе нет. Так что, у тебя какое-то дело?»
Говорил он теперь вежливо, а главное — в нём чувствовалось уважение к нам.
«Это... Прошу прощения за моё прежнее грубое поведение».
«...»
Мы втроём переглянулись.
Мы и представить не могли, что он явится с таким смирением и извинениями.
«Извинения приняты».
«Спасибо. Я также собираюсь обойти всех, кому доставил неприятности, и извиниться».
«Почему вдруг такое отношение? Для внезапной перемены это слишком резко».
«...Честно говоря, я и сам толком не понимаю».
«Не понимаешь?»
«Да. Словно что-то одерживало меня, и я хотел показать своё превосходство. А потом это вдруг исчезло».
«Вдруг... значит. В любом случае, извинения приняты. Рассчитываю на тебя и впредь».
«Да. Прошу прощения за беспокойство».
Сказав это, Хоскинс ушёл, но мы были ошеломлены такой переменой.
«Это точно он?»
Альберт сказал это не зря.
«Совсем как другой человек».
«Хм. То, что он исправился, — хорошо, но уж слишком внезапно».
«Ага. Прямо как будто до этого им кто-то управлял».
«...»
Слова Эви, брошенные вскользь, зацепили меня.
После такой резкой перемены это действительно казалось естественным объяснением.
После тренировки, когда мы разошлись, мне пришло письмо.
«Письмо?»
Письмо я получил в общежитии, и отправителем был Хоскинс.
В нём говорилось, что он доставил мне неприятности и хочет ещё раз извиниться.
Зачем специально писать письмо?
К тому же извинения уже были принесены...
Многое не сходилось.
Но проигнорировать это письмо я не мог.
Я направился в указанное в письме место.
«Уже стемнело».
Клубная деятельность закончилась, солнце клонилось к закату.
Я пришёл в пустую аудиторию.
В письме было написано прийти сюда.
«О, Рэй?»
«Ой. Рэй. Ты почему здесь?»
Амелия и принцесса Оливия тоже пришли на то же место.
«Амелия. Принцесса Оливия».
Почему эти двое здесь?
Обе здесь.
И тут я вдруг почувствовал, как точки соединяются в линию.
У принцессы Оливии были признаки волшебства, а Амелия в той стране эльфов стала целью Бьянки из «Евгеники».
Неужели это ловушка?
«Ой? Это...»
Оглянувшись, я увидел, как из тела принцессы Оливии хлынули белоснежные частицы.
Сомнений нет.
Это не Первичная Материя, а Нулевая Материя Акаши.
И эти частицы начали формировать человеческую фигуру — перед нами появилась она. Кажется, та самая женщина по имени Бьянка, которую я встретил в стране эльфов.
«Фуфу. Давно не виделись, Рэй Уайт».
«Ты...»
«Прежде чем поговорить, давайте сменим место».
Внезапно появившаяся Бьянка щёлкнула пальцами, и в пространстве, где мы находились, открылась дыра, и мы разом рухнули вниз.
«Кх!»
«Э?»
«Дыра?!»
Уклониться было невозможно, и мы провалились в бездну.
«Ой».
Я мгновенно сгруппировался и погасил удар о землю.
«Больно...»
«Где это мы?»
Сверху упали принцесса Оливия и Амелия.
Обычно после такого падения просто так не отделаешься, но с обеими, похоже, всё было в порядке.
К тому же это место казалось мне странно знакомым.
Да. Оно похоже на то самое.
Пространство, где я противостоял брату — междумирье, окрашенное в белый цвет.
«Обе, держитесь позади».
Когда я так сказал, Амелия и принцесса Оливия кивнули.
И я повернулся к стоящей передо мной Бьянке.
«Ты управляла Нейтом Хоскинсом. Верно?»
«Фуфу. Да. Он был хорошей пешкой. Из-за провала Хелены Грейди в прошлом году вмешаться в эту академию было непросто. Поэтому я искала человека, которого можно использовать как посредника».
«То есть ты использовала Хоскинса, чтобы установить связь с принцессой Оливией?»
«Да. Что ж, хотя понимать это сейчас уже поздно».
Тут в разговор вмешалась Амелия.
«Так ты и есть главный организатор всего?»
«Фуфу. Что ж, расскажу вам напоследок. Об этом».
Она выглядела совершенно спокойной.
А я всё это время думал.
Почему Бьянка действовала именно сейчас?
«...Вот оно что».
Я почувствовал, как точки органично соединяются в единую линию.
Моё ощущение несоответствия постепенно таяло.
Бьянка считала, что напрямую вмешаться в эту академию будет трудно.
Поэтому она использовала Хоскинса, чтобы подобраться к принцессе Оливии.
И через принцессу Оливию как посредника появилась перед нами.
Хоскинс видел во мне врага, а Стеллу — соперницей.
«Значит, то, что Хоскинс видел врагов в нас со Стеллой, было лишь приманкой?»
«Фуфу. Верно. Если создать ситуацию, похожую на прошлогоднего Альберта Алиума, вы будете так же настороже. Но вы не понимали, что моя цель — принцесса. Важно не дать понять истинных намерений, а заставить поверить, что цель другая».
«...»
Тут уж ничего не скажешь — противник всё сделал мастерски.
То, что Хоскинс крутился вокруг принцессы Оливии, тоже было ради этого.
Магия перемещения теоретически возможна.
Но для неё требуется огромное количество Первичной Материи.
Однако при использовании Нулевой Материи Акаши это облегчается.
Даже Нулевой Материи Акаши, которой обладает человек, может хватить для перемещения.
Поэтому Бьянка, чтобы успешно совершить перемещение с помощью принцессы Оливии, вставила посредником Хоскинса.
Бьянка дала Хоскинсу свою Нулевую Материю Акаши, и он, сам того не зная, передавал её принцессе Оливии.
И когда эта связь замкнулась, Бьянка смогла появиться перед нами.
«Э? Что всё это значит...?»
«Я тоже не совсем понимаю».
Амелия и принцесса Оливия были совершенно растеряны.
«Она использовала спящую в тебе силу волшебства, чтобы появиться перед нами».
«Волшебства? Я ведь могу использовать только магию...?»
«Об этом поговорим позже».
Сейчас не время объяснять.
Амелия, слушая наш разговор, вроде бы уловила суть.
«Понятно. В общем, она враг, верно?»
«Ага. Именно так».
Амелия тоже не до конца понимала ситуацию, но уже была готова к бою.
Она могла активировать 〈Причинность Бабочки〉 в любой момент.
«Ага. Как же хорошо. Наконец настал этот момент. Рэй, ещё раз — давно не виделись».
Бьянка сказала неожиданное.
«Давно не виделись?»
Я почему-то понял, что это не про страну эльфов.
Значит, мы где-то встречались?
Если подумать, она использовала не магию, а волшебство.
Волшебство — общее название сверхъестественных способностей, которые считаются утраченными.
«Я не помню, но неужели —»
Волшебство могут использовать только потомки одного рода.
Строго говоря, кажется, им владеют и некоторые из королевской семьи, но из её слов следует только одно.
«Именно. Я тоже выросла в той деревне».
«Значит, выжившая...»
«Из-за твоего брата я потеряла всё. А теперь — ты запечатал всё во мне».
«...»
Похоже, она понимает и то, что стоит за мной.
«Значит, цель „Евгеники“ — вернуть волшебство?»
«Да. А за этим ждёт идеальный мир. Чтобы достичь Мира истины Акаша, нужно волшебство».
«Ты должна понимать. Такой мир не должен осуществиться».
«Нет. Это лишь твоя логика. Пока это только возможность. Пока не осуществится, нельзя утверждать наверняка. Всё ещё в кошачьей коробке возможностей».
«Это —»
Отрицать полностью было нельзя.
Почему волшебство заменили магией?
Потому что один человек увидел, к какому концу придёт волшебство.
И поэтому этот человек расставил в мире всевозможные ловушки, чтобы запечатать волшебство.
Моё существование.
Семь Великих Магов.
Всё это связано.
Точки соединяются и обретают органический смысл.
«Я просто хочу вернуть. Те дни. Время, когда все жили в мире. Для этого нужно убрать тебя, сдерживающую силу, и активировать магию, вмешивающуюся в причинность. Кстати, принцесса, похоже, тоже может использовать волшебство, так что и её жизнь я использую. Всё уже расставлено на доске».
Раз всё так подготовлено, наши шансы невелики.
И подготовка, похоже, завершена полностью.
Вмешательство извне —.
«Ага. На помощь лучше не рассчитывай. Семь Великие Маги действительно опасны, но кроме тебя никто ещё не достиг сердцевины волшебства. Среди твоих товарищей нет никого, кто мог бы вмешаться в это пространство извне».
Даже Эбби, даже Кэрол, даже наставница — им не позволено вмешиваться в этот мир.
Почему Бьянка действовала так окольными путями?
Чтобы полностью исключить всех, кроме нас.
Если бы она вошла в академию напрямую, это было бы невозможно.
«Слушай. Почему ты спокойно живёшь студенческой жизнью?»
Вдруг Бьянка спросила такое.
«—? Что ты имеешь в виду?»
«Счастье, которое ты сейчас получил, построено на множестве жертв. Счастье, построенное на чьём-то несчастье, наверняка прекрасно, да? Но если ты приложишь усилия, мир можно переделать. Ведь так?»
«Это слишком большая сила для человека. Если подумать о рисках и цене, это нельзя осуществить».
Бьянка впервые проявила ко мне эмоции.
Её глаза действительно были полны ненависти.
Той же самой, что я не раз видел на той войне.
«Ты — избранный человек. Поэтому в твоих руках всё. Даже судьба этого мира в твоих руках. Ах. Как прекрасно. Рэй Уайт. Ты особенный, а я — нет».
«...»
«Слушай, ты меня не спасёшь? Мы ведь жили в одной деревне, оба потомки магов».
Она задавала вопросы.
Но наши взгляды были параллельны.
Она говорит, что если осуществить мир волшебства, можно всё вернуть.
А я утверждаю, что такой мир нельзя осуществлять, потому что неизвестно, какие явления произойдут.
Нет, я знаю.
Мир, где есть только волшебство, в какой-то момент рухнет.
В тот миг, когда я расстался с братом — я узнал всё, и потому понимаю.
Она тоже понимает конец мира волшебства, но не может не цепляться за него... вот как.
Потеряв, хочет вернуть.
Это чувство мне не чуждо.
Я тоже, если бы можно было всё переделать, хотел бы снова встретить погибших товарищей.
Снова увидеть Говарда.
Это было бы поистине прекрасно.
Но такого больше не будет.
Нельзя вмешиваться в мировые явления из личных чувств.
Я оплакиваю смерть товарищей и принимаю её.
Это лучшее, что можно сделать для мёртвых.
«Время идёт вперёд. Отматывать его назад человеку не позволено».
«О, человеку не позволено? Тогда это легко решить».
Бьянка сделала вдох и с очень злым лицом произнесла:
«Просто мы станем богами».
«Этого я допустить не могу».
Я развернул Ледяной Клинок.
Боя, скорее всего, не избежать.
«Ты не будешь использовать волшебство?»
«В этом нет нужды. Для меня это слишком большая сила».
«Вот как. Что ж, ладно. На этом разговоры закончим. Дальше — просто смертельная схватка. Победишь ты или я. Вот и всё».
«Ага».
Бьянка начала воздействовать на Нулевую Материю Акаши вокруг.
Вокруг неё поднялись чёрные частицы.
Это была сама Нулевая Материя Акаши.
«Хотя, если подумать, исход уже предрешён».
От её холодных слов мы напряглись.
Исход предрешён?
Это блеф? Или...
Пока я так думал, моё поле зрения постепенно сужалось, и я заметил, как губы Бьянки медленно шевелятся.
«— 〈Сфера грёз, Сомниум Сфера〉».
Чёрт...
Похоже, пока мы разговаривали, она уже активировала волшебство.
Это волшебство, воздействующее на психику?
Мой 〈Анти-Материальный Код〉 эффективен даже против волшебства.
Я — тот, кто обращает всё в ноль, но если удар нанесён первым, сделать ничего нельзя.
Насколько же она просчитала всё наперёд, прежде чем вступить в этот бой?
Её предусмотрительность вызывала уже почти благоговейный страх.
Я в очередной раз осознал силу человеческой одержимости.
«На подготовку этого волшебства уходит время, но зато его можно выстроить, не потеряв ни единой частицы Нулевой Материи Акаши. Взамен — во время активации я совсем не могу двигаться. Вы будете спать в мире сновидений. Если сможете это преодолеть — я признаю вас. Если нет — вы обретёте безмятежную смерть».
Угх... угу...
Я не мог сопротивляться.
Не думал, что волшебство, воздействующее на психику, может быть настолько сильным.
Мир огромен.
Я остро осознал, что вовсе не всемогущ.
Амелия и принцесса Оливия тоже полностью находились под действием этого волшебства.
«Это не битва со мной. Это битва с самими собой. Прощайте. Молюсь, чтобы вы выбрали безмятежную смерть».
Сознание постепенно уплывало.
«Что ж — сгорите в собственных воспоминаниях».
◇
Я был в деревне.
В том ностальгическом месте.
«Рэй».
Это был брат.
Брат из тех времён, когда он ещё был очень добрым.
Как же это знакомо.
«Что ты делаешь?»
«—»
Мой голос не звучал чётко, но разговор шёл.
Это воспроизводились мои воспоминания.
Однако люди не помнят всё точно и ясно.
Я — в глубине души избегал вспоминать эти воспоминания.
Мне не хотелось вспоминать брата.
Понимая это подсознательно, я видел только дни, проведённые с братом.
«Я хочу больше узнать о мире».
Не надо.
Брат, не иди по этому пути!
«Рэй, ты видишь мир, отличный от моего, верно?»
«Не думаю, что это так».
«Нет, это так. Поэтому я хочу узнать больше».
И вот деревня уже горела.
Вечное пламя.
Оно никогда не остановится.
«Мама! Папа! Брат!»
Я бежал изо всех сил.
Но — этот конец...
«У-уааааааааа!»
На моих глазах умирали отец и мать.
Брата не было видно.
Все, все исчезли.
Картина тех дней, которые я забыл, словно выжигалась во мне, и, казалось, длилась вечно... пламя продолжало гореть.
«Вспомни. Ты ведь тоже из тех же. Ты ведь хочешь вернуть те дни, дни, проведённые с братом и товарищами?»
«Я... я...»
Голос звучал в голове.
Может быть, моя сила держится именно на том, что я забыл?
Мне казалось, я вижу, как Бьянка, испытывающая меня, ухмыляется.
Сила, рождённая забвением.
Тогда что будет, если я вспомню всё до конца?
«Ну, двигаемся дальше. Та Дальневосточная война. Какой путь прошёл герой? Наверняка это был великолепный путь?»
И вот я встретил наставницу и остальных.
«Рэй! Сегодня тоже займёмся! Ага. Может, поиграем в футбол!»
«Да!»
«Ха-ха. Лидия, не переусердствуй».
«Ой. Может, и я присоединюсь?»
Говард относился ко мне как к настоящей семье.
Но — это воспоминания прошлого.
Затем сцена сменилась моментом, когда Говард пал.
Мгновение, когда я, беспомощный, ничего не мог сделать, а Говард умирал.
«Говааааард!»
Дальневосточная война.
Я соприкоснулся со множеством смертей.
И среди них смерть Говарда до сих пор глубоко запечатлена в моём сердце.
Действительно ли я смог принять эту смерть?
Я сходил на могилу Говарда и показал ему, как вырос.
Не обманываю ли я себя, думая так?
Меня спрашивают.
Мне предъявляют.
Разве ты не хочешь вернуть те дни?
«У... гх... у-у!»
Голова болит.
Раскалывающая боль.
Следующая сцена — как я не смог спасти наставницу.
«У-уааааааааа!»
Маленький я кричит.
Да.
Если бы тогда я был сильнее, наставница до сих пор могла бы стоять на своих ногах.
Все мои ошибки ранят меня.
Воспоминания, которые волей-неволей всплывают.
Действительно ли я способен принять их все?
«Каково это — сгорать в собственных воспоминаниях?»
«...Чёрт!»
Я понимал.
Где-то в глубине души я пытался забыть воспоминания.
И эту слабость Бьянка понимала.
Она тоже потеряла всё.
Именно потому, что пережила то же, что и я, она точно знала, что это волшебство будет меня мучить.
«Ну, давай вернём мир. Если мы объединимся, это станет возможным. Счастливые дни действительно вернутся».
«Вернутся...»
Снова наступит день, когда я смогу поговорить с братом?
Наступит день, когда я смогу поговорить с Говардом?
Это было бы так...
В тот миг, когда моё сердце почти полностью оказалось в руках Бьянки.
«Рэй! Туда нельзя!»
Появилась принцесса Оливия.
Она изо всех сил протянула руку, глядя на меня с серьёзным выражением.
Она появилась передо мной, когда я колебался, и казалась очень сильной.
Почему?
Это ведь область волшебства, созданная Бьянкой. Я не думал, что кто-то, кроме активирующей его Бьянки, может вмешаться.
Время выбирать.
Взять руку Бьянки и вернуть ностальгические дни?
Или взять руку принцессы Оливии и решить идти в будущее?
И я — взял её руку.
◇
«Хм. Где это я?»
Я стоял одна.
Очнувшись, я оказался в белоснежном пространстве.
И оно постепенно начало обретать цвет — порождая несуществующие воспоминания.
Я был здоров.
В детстве настоящий я был болезненным.
Не мог выходить на улицу и лишь смотрел в окно.
Но теперь всё было свободно. Здоровый я мог свободно бегать по миру.
Что бы я ни делал, никто не делал замечаний. Словно я был в центре мира, чувство всемогущества.
Да.
Именно этого мира я по-настоящему хотел.
Жить свободно — разве это не Оливия Арнольд?
Я больше не хочу быть слабой. Я хотел стать обычной.
«Но...»
Тихо вырвалось.
Я, не знающий страданий.
Я, не знающий, что значит преодолевать испытания.
Разве это действительно я?
Мне казалось, кто-то мне это показал.
Эта широкая спина всегда выжжена в моём сердце и не уходит.
Образ Рэя, когда меня похитили, я до сих пор ясно помню.
Рэй Уайт.
Я чётко вспомнил его.
Да.
Я живу в этом мире.
И на той практике я смог стараться именно потому, что был Рэй. Я признал свою слабость и накапливал то, что мог сделать.
Слабая я, глупая я — всё это моё прошлое.
Именно поэтому я захотела жить, как Рэй.
Я решила принять этот мир и идти вперёд.
И снова сцена сменилась — я увидел Рэя, опустившего голову.
Та Бьянка что-то шептала ему.
«Ну, давай вернём мир. Если мы объединимся, это станет возможным. Счастливые дни действительно вернутся».
«Вернутся...»
Какое прошлое было у Рэя?
Я не знаю.
Теневая фигура Дальневосточной войны.
Знаю только это.
Но воевать на войне гораздо тяжелее, чем всё, что пережила я.
Я впервые видела Рэя таким слабым.
Рэй — идеальный человек, у которого нет слабых мест.
Я так думала, но это не так.
У Рэя тоже есть слабости.
Он просто принимает их и идёт вперёд.
Каждый может сомневаться.
Значит, теперь моя очередь помочь Рэю!
«Рэй! Туда нельзя!»
Я изо всех сил протянула руку.
И — Рэй взял мою руку.
В тот же миг.
Мы вернулись в прежний мир.
В глазах Рэя была настоящая сила.
Да.
Всё уже хорошо.
Ведь нынешний Рэй был тем самым Рэем, которого я так люблю.
◇
Я выбираю будущее.
Прошлое с братом, прошлое с Говардом — я не выбираю их возвращать.
Даже если впереди ждёт печальное будущее, я решил жить вместе со всеми.
Пытаться вернуть прошлое из эгоистичных побуждений — значит оскорбить брата и Говарда.
Оба они изо всех сил жили в этом мире.
Отрицать их жизнь я не позволю.
И я — крепко ухватился за протянутую руку принцессы Оливии.
«Кхе... кхе!»
Я сильно закашлялся, но вернулся.
Мы находились в пространстве между мирами.
Принцесса Оливия тоже пришла в себя, но Амелия ещё нет.
«Фу, фуфу... Ладно. Если у меня не вышло, то хотя бы её я заберу с собой!»
Бьянка ползла по земле.
Активация волшебства, похоже, отнимала много сил.
С её лица полностью исчезла жизнь, она выглядела умирающей.
«Рэй... Ариана... все. Я больше не могу стоять на месте...! А? Что это за место...»
Амелия тоже пришла в себя.
В отличие от меня, она сделала это своими силами.
Она действительно выросла. Я искренне так подумал.
«Амелия. Ты в порядке?»
«Угу. Ведь у меня есть верное будущее».
Похоже, Амелия видела сон, отличный от нашего, но благополучно его преодолела.
И тут я заметил, что вокруг Амелии кружат багровые бабочки.
«Кх... Вмешательство 〈Причинности Бабочки〉! Неужели ты проникла даже в область волшебства!»
Понятно.
Похоже, 〈Причинность Бабочки〉 оказалась гораздо более выдающейся магией, чем мы думали.
Или, возможно, она обладает свойствами, бесконечно близкими к волшебству.
«Я не могу закончить здесь...»
Бьянка нетвёрдо поднялась.
Поток чёрных частиц усилился.
Когда Бьянка коснулась земли, из неё хлынуло множество монстров.
Они бросились на нас, но я освободил свою способность.
Хлынули белоснежные частицы, и моё тело тоже окрасилось в белый.
Замедление, фиксация, возврат.
Используя их суть, я смёл монстров.
«Я поняла, в чём ваша истинная суть. Но это не значит, что вернуть прошлое неправильно...! Теперь я покажу свою истинную суть!»
Бьянка сопротивлялась изо всех сил.
Прежнего спокойствия не было и в помине.
«Бесполезно. Сколько бы ты ни бросила в меня, моя суть обращает всё в ничто».
Хлынувшие монстры один за другим обращались в частицы.
Мне даже не нужно было использовать Ледяной Клинок — я применял свою суть.
Наверное, это возможно именно потому, что это место бесконечно близко к Миру истины Акаша.
Это пространство дало силу Бьянке, но и мне тоже.
Она, скорее всего, собиралась решить всё тем волшебством.
Но мы его преодолели.
На этом всё уже было решено.
«Почему?! Я что, неправа?! Разве вернуть прошлое — такое уж плохое дело?! Скажи что-нибудь!»
«...»
Я молча продолжал обращать в ничто.
Ответ известен.
Её желание не ошибочно. Между нами лишь разница в силе.
Если бы у неё было больше силы, чем у меня, это было бы оправдано.
В конце концов, добро и зло различаются только этим.
Я знаю, что это не абсолют.
Но это тоже моя роль как сдерживающей силы.
Убив в себе жалость, я подавлял всё в Бьянке.
«Рэй Уайт!»
И всё же, не желая признавать, Бьянка сопротивлялась до конца.
Я не мог не думать о её отчаянном виде, но не настолько я мягок, чтобы пощадить.
«— 〈Алое Ледяное Запечатывание〉».
Активированное 〈Алое Ледяное Запечатывание〉 сковало конечности Бьянки.
Чтобы его нельзя было снять, я использовал не обычный лёд, а 〈Алое Ледяное Запечатывание〉.
Скованная, она бессильно опустила голову.
Монстров больше не появлялось.
Всё было кончено.
«Ха, ха-ха... Вот как. В итоге только я осталась в прошлом. Хорошо вам, ведь вас ждёт будущее».
Тут Бьянка активировала другое волшебство.
Я приготовился, думая, что это новая атака, но, похоже, всё было не так.
«Это проклятие. Вы до конца жизни будете помнить мою смерть».
По шее Бьянки поползли странные узоры.
«Стой—!!»
Я попытался остановить активацию, но не успел.
Даже используя силу возврата, я не успевал — слишком глубоко всё проникло.
Узоры постепенно разъедали её тело.
Бьянка выкашляла кровь и посмотрела на меня с ненавистью.
«Фу. Фуфу. Ты смог преодолеть прошлое. Но разве будущее так уж прекрасно?»
«...»
Я молча смотрел, как она умирает.
Это не было для меня чужим.
«Пока ты функционируешь как сдерживающая сила, такие, как я, обязательно будут где-то ещё».
«Ага».
Я не стал это отрицать.
Это ещё случится. Я это запомнил.
«Я знаю, что всех спасти нельзя. Узнал на той войне».
«Вот как. Герою действительно хорошо. Вот так, с видом, будто всё понял, смотреть свысока на таких, как я».
Что бы я ни сказал, уже не дойдёт.
Она лишь бросала в нас проклятия.
Из всего её тела текла кровь, она уже, наверное, потеряла зрение.
«Прощай, Рэй Уайт. Я ухожу из этого адского мира первой. А ты страдай до конца...»
Её тело рассыпалось в частицы.
Одновременно мы освободились из этого мира — и вернулись в пустую аудиторию Магической академии Арнольд.
«Рэй...»
«...»
Амелия едва издала звук, принцесса Оливия ничего не сказала.
После жестокого боя в наших сердцах остались глубокие раны.
Такое будет продолжаться и дальше.
Те, кто хочет отрицать моё существование, наверняка остались в «Евгенике».
И всё же я не забуду свою роль.
Брат. Говард. И люди той деревни, и множество товарищей.
Это прошлое я тоже не забуду.
Взвалив всё на плечи, я снова иду вперёд —.