Глава 43. Первое испытание (Часть 3)
В маленькой лачуге повисла короткая пауза. В потускневших глазах Сэйджа внезапно блеснул интерес.
— И почему ты так подумал?
— Что?
Он переспросил растерявшегося Эдвина:
— Я спрашиваю, почему ты пришел к такому выводу? Ты же принц этой страны. Но почему ты считаешь себя таким же «кем попало», как и все остальные?
Эдвин немного подумал над вопросом мудреца, а затем осторожно заговорил:
— Сегодня днем я ходил по деревне вместе с Лео и видел местных жителей.
Эдвин продолжил спокойным тоном:
— Они ничем не отличаются от людей за пределами лепрозоЛия.
— Ничем не отличаются?
— У каждого из них есть то, что он может делать, и они делают то, что должны.
Лицо маленького принца постепенно мрачнело.
— А я не могу делать ничего. У меня даже нет того, что я должен делать.
«Изгой, которому нигде не рады. Принц-обуза. Бесполезная пешка. Судьба умереть безымянным принцем, так и не оставив в мире даже того имени, что дали ему родители».
В моей голове всплыло множество обидных прозвищ Эдвина.
— А когда я встретился с тем монстром, я понял это еще яснее.
Эдвин сжал свои маленькие ручки в кулаки.
— Я просто бессильный, обычный ребенок, который ничего не может сделать.
Выслушав ответ, Сэйдж долго молчал. Он просто пристально смотрел на Эдвина.
— Эй, как, ты сказал, тебя зовут?
Нарушив молчание, он вдруг спросил имя мальчика.
— Эдвин Анаксиниан Вентрум... сэр.
— Эдвин, значит. Завоеватель?
Сэйдж, смакуя имя Эдвина, весело рассмеялся.
— Ха-ха, с таким-то глупым личиком, а имя-то какое грозное получил!
Не то комплимент, не то оскорбление. Услышав это, Эдвин неловко отвел глаза. Сэйджа же реакция мальчика явно позабавила, и он хмыкнул:
— А для сопляка ты не так уж и плох.
— Не плох?
— Ага. Редко встретишь того, кто осознает свою посредственность и ничтожность по сравнению с другими. Даже среди стариков с высохшими лицами таких единицы.
Сэйдж широко улыбнулся, обнажив зубы.
— Так что ты мне нравишься, принц.
Как ни странно, но ответ маленького принца пришелся по вкусу старому мудрецу.
— Юный принц, позволь задать тебе еще один вопрос.
Сэйдж посмотрел на него с весьма добродушным выражением лица.
— Ты знаешь, кто я такой и чем занимаюсь?
Эдвин кивнул.
— Мне Лео рассказал. Что вы великий человек, создавший лекарство от чешуйчатой болезни.
— Ого, этот паршивец даже такое тебе растрепал?
Сэйдж потер переносицу с видом безмерно уставшего человека.
— Да толку-то, во внешнем мире мое имя наверняка давно забыто. Я торчу в этой дыре уже больше десяти лет.
Старый Мудрец пробормотал это себе под нос, с ноткой глубокого сожаления. Затем он снова обратился к Эдвину:
— Так вот. Ты сказал, что видел сегодня жителей деревни. И решил, что ничем от них не отличаешься.
— Да.
— И больше никаких мыслей не возникло?
Эдвин снова задумался на мгновение, а затем медленно ответил:
— Мне было немного... грустно.
— Почему?
Мальчик замялся, но затем ответил тихо, но твердо:
— Потому что эти люди... они просто заболели. Им больно, а потом они умрут, ничего после себя не оставив. И просто исчезнут.
О чем он сейчас думает? Я молча смотрела на профиль Эдвина, который казался каким-то невыразимо грустным.
— Это же грустно — уйти, ничего не оставив, когда никто о тебе даже не вспомнит. Быть забытым — это грустно.
Выслушав ответ Эдвина, Сэйдж долго молчал, а затем поднялся с места.
— Да, я тоже так думал. Поэтому и сопротивлялся до последнего.
Может, он вспомнил свое прошлое, когда за ним гнались ассасины? Сэйдж горько усмехнулся.
— Ну и в итоге, как видишь, я сам оказался в таком же жалком положении.
Великий Мудрец Сэйдж Рил. Он был настолько велик, что у него не осталось иного выбора, кроме как прятаться в подобной деревне.
— Мне стоило держать в тайне то, что я создал лекарство.
— Вы про лекарство от чешуйчатой болезни?
— Да. Про лекарство, которое полностью ее излечивало.
Одно только воспоминание об этом явно было горьким для Сэйджа.
— Я изобрел его лет десять назад. Давно это было.
Он опустил глаза, погруженный в сожаления. Глядя на него, я вспомнила те времена. Я до сих пор отчетливо помнила, как Сэйдж яростно сопротивлялся, когда я пришла его убить.
«Я могу спасти мир! Почему я должен умереть?! Тебе самой не кажется это абсурдным?!»
Это и вправду было абсурдно. Сэйдж оказался под угрозой смерти только потому, что создал лекарство от чешуйчатой болезни.
— Почему? Если вы создали лекарство от чешуйчатой болезни, это же невероятно круто! Правда, Рейчел?
— Круто, конечно. Именно поэтому он и нажил себе кучу врагов.
— Что? Но почему?!
Эдвин нахмурился, искренне не понимая. На его вопрос ответила не я, а Сэйдж.
— Потому что я не собирался продавать свое лекарство. Я хотел раздавать его больным бесплатно. И это стало корнем всех бед.
Как только новость о том, что Сэйдж разработал лекарство, разлетелась, к нему тут же сбежались торговцы.
— Это были владельцы крупнейших торговых гильдий Империи. Они наперебой предлагали мне астрономические суммы, требуя отдать им рецепт.
Но он наотрез отказался от всех предложений. Потому что хотел остаться верным своим принципам.
— Но кто-то из них, видимо, слил эту информацию Святому Королевству. Когда я пришел к Его Величеству Императору с предложением раздавать лекарство бесплатно на государственном уровне, на него уже оказывали давление со стороны Святого Королевства.
Святое Королевство пригрозило: если ИмпеЛия начнет производство лекарства от чешуйчатой болезни, они больше не пришлют ни одного высокопоставленного жреца.
— И это еще не всё. Они заявили, что разорвут все дипломатические отношения, и что Святой Папа больше никогда не почтит своим присутствием ни одно знаменательное событие Императорской семьи.
Как и другие королевства на континенте, ИмпеЛия всегда приглашала Святого Папу на важные государственные мероприятия. Такова была традиция: на великие дела государства требовалось благословение богов.
— Но почему?! Если бы было лекарство, жрецам больше не пришлось бы так трудиться, исцеляя больных! Почему Святое Королевство так поступило?!
— Причина была только одна.Богохульство.
Перед этим словом грандиозный план Сэйджа по победе над чешуйчатой болезнью рухнул как карточный домик.
— Какое же это богохульство?! Богохульство — это... это оскорбление богов!
Видимо, из-за возмущения Эдвин напрочь забыл о вежливом обращении.
— Я не понимаю!
Он покраснел от злости, готовый спорить до конца.
— Как спасение жизней может быть богохульством?!
— Их гордость была уязвлена тем фактом, что болезнь, которую можно было вылечить только святой магией, теперь будет лечиться микстурой, созданной обычным человеком.
Эдвин потерял дар речи.
— По этой причине Его Величество Император отклонил мое предложение, и с того момента моя жизнь превратилась в ад.
Беда не приходит одна: Святое Королевство тайно отправило паладинов, чтобы выследить Сэйджа. К тому же затаившие обиду главы торговых гильдий Империи тоже наняли ассасинов. К слову, одним из тех ассасинов, нанятых торговцами, была я, «Кайла Анхель».
— Я бежал и бежал. Я так устал, что был готов сам свести счеты с жизнью. И если бы в тот момент, когда я собирался всё бросить, одна девчонка не предложила мне сделку... я бы так и сделал.
Сэйдж бросил на меня мимолетный взгляд, но я проигнорировала его. Тем временем Эдвину стало ужасно интересно, что же это за «сделка» была у нас с Сэйджем. С горящими глазами он придвинулся к старику.
— А что за сделка?
— В обмен на то, что она поможет мне скрыться от преследователей, я пообещал отдать ей свою жизнь, когда она за ней придет. У меня не было выбора. Я хотел выжить любой ценой.
Незаметно Сэйдж вернул себе тот самоуверенный вид, с которым встретил нас вначале.
— Тьфу, сейчас как вспомню — так жаба давит! Она тогда заявила: «Раз уж я оставляю тебя в живых, плати больше, чем мне обещали за твою смерть!» Я ей тогда отвалил несколько тысяч золотых монет!
— Если бы не ваша жадность прославиться как создатель лекарства, вы бы сейчас не гнили в этой дыре.
— Да! Да, я был жадным! Потому что я хотел стать Великим Мудрецом, который войдет в историю! Великий Мудрец, победивший «Дьявольское проклятие» — чешуйчатую болезнь! Разве это не звучит потрясающе?!
Сэйдж раздраженно заворчал.
— И ведь мы именно так и договаривались, но...
Не договорив, он вдруг резко повернулся ко мне.
— Так где сейчас эта девка, Кайла? Чем занимается?
— Что?
Я еле сдержалась, чтобы не икнуть от неожиданности.
— Я же говорю: она сорвалась с места прямо посреди этого разговора. Эта девка, Кайла, которая всё еще не сдохла — как она там? Небось, всё так же работает мясником в человеческом обличье?
«Ах ты ж старый хрыч. Кто это тут мясник?!»
Скрывая свое недовольство, я холодно ответила:
— Мясник в человеческом обличье? Что за вульгарные выражения в присутствии Его Высочества.
— Ой, какие мы нежные. Я же правду сказал.
Сэйдж высокомерно задрал нос, всем своим видом показывая, что он всегда прав.
— Убивать людей за деньги — что в этом благородного? Это и есть самое что ни на есть вульгарное занятие, разве нет?
От этих слов я вдруг почувствовала, как к лицу приливает кровь. Присутствие Эдвина рядом почему-то стало меня ужасно смущать. Сама не знаю почему.
— Жаль мне эту девчонку. Очень жаль.
То язвит, то жалеет. Что за перепады настроения. Я пристально посмотрела на Сэйджа. Удивительно, но на его лице читалось искреннее сожаление.
— Если бы она не свернула на эту дорожку, она бы жила счастливее всех на свете.Подписывайтесь на наши соцсети, ваша активность очень важна для нас *_* (а еще там доступно больше глав!)