Глава 52. Император, Кавелиус III (Часть 2)
— ...
Джером ничего не ответил.
Увидев его реакцию, Император продолжил жестким тоном:
— Единственный законный наследник — это Адриан. И я обязательно посажу его на трон.
При упоминании имени Первого принца, Адриана, Джером сглотнул.
Император не упустил эту реакцию и задал острый вопрос:
— Думаешь, я не знаю истинную причину, по которой ты не поддерживаешь Первого принца?
— ...Ваше Величество, вы и сами прекрасно знаете, что у Его Высочества Адриана слабое здоровье.
Услышав мрачный ответ Джерома, Император фыркнул.
— Раз жизнь его будет коротка, значит, он не годится? Ко мне это тоже относится.
— Ваше Величество!
— Скажи уж прямо, что и я не достоин быть Императором.
— Я вовсе не это имел в виду!
Император открыто насмехался над стоящим перед ним сильнейшим рыцарем Империи.
— Ха, в конце концов, ты просто жалкий человечишко, который ставит свою кровь выше интересов Империи.
— ...Не буду отрицать.
Быстрое согласие Джерома заставило Императора на мгновение замолчать.
Но затем Император снова заговорил:
— Мне этого не понять. Он ведь тебе даже не родной по крови, так?
Эти слова били в самое больное место в прошлом герцога.
Слова, которые мог произнести только Император.
Но Джером, услышав их, лишь невозмутимо склонил голову.
— Да, ты всегда был слишком сентиментален.
Глядя на него, Император прищелкнул языком.
— В отличие от меня.
Император постучал пальцами по перилам.
— Я и сам прекрасно понимаю, что Адриан далеко не идеальный кандидат на престол.
Первый принц был умен, но не хитер, добр, но не жесток.
И, что самое главное, у него было невероятно слабое здоровье с самого рождения.
Сколько бы редких лекарств и целебных снадобий ему ни давали, его состояние не улучшалось.
И всё же, несмотря на всё это, Адриан должен был стать Императором.
— Только семья герцога может противостоять семье маркиза Рэдклиффа. А единственный принц, в чьих жилах течет кровь вашей семьи — это Адриан.
Семья маркиза Рэдклиффа уже несколько десятилетий угрожала авторитету Императорской семьи.
Единственной силой, способной им противостоять, была семья герцога Краунера.
Джером тоже прекрасно это понимал.
— Множество аристократов, поддерживающих вашу семью, также стоят за Адрианом. Он единственный, за кем они пойдут безоговорочно.
Слова Императора вызвали в памяти Джерома лицо его единственного племянника.
Спокойное, милое лицо, похожее на лицо его сестры.
Добрый и кроткий нрав, который он не унаследовал ни от кого из родителей.
Вспомнив слабую улыбку племянника, Джером почувствовал, как защемило сердце.
— И то, что ты до сих пор так его опекаешь, лишь доказывает твою мягкотелость.
Голос Императора становился всё более угрожающим.
— Джером, ты помнишь наш договор?
Он медленно подошел к Джерому.
— Я помог тебе занять твое нынешнее положение. И я не забыл о цене, которую ты должен мне за это.
— ...Я тоже не забыл, Ваше Величество.
Не поднимая глаз, Джером продолжил:
— Даже если мне придется умереть, я не позволю семье маркиза Рэдклиффа захватить власть в этой стране.
— Верно. И мы также должны позаботиться о том, чтобы на трон не взошел кто-то слабый и никчемный.
Император положил руку ему на плечо.
— Только тот, кто способен выдержать тяжесть короны, должен носить ее. Ты и сам это прекрасно знаешь.
Джером низко поклонился словам Императора.
— Только Адриан сможет защитить Империю. И только ты сможешь защитить Адриана.
— О чем вы говорите, Ваше Величество? Пока вы с нами...
— Мне осталось недолго. И ты это знаешь.
Император пробормотал это с горькой усмешкой.
Услышав эти слова, Джером вмиг побледнел.
— Ваше Величество!
— Не поднимай панику. Все, кому нужно, уже знают об этом.
Император отмахнулся, словно ему наскучил этот разговор.
— Просто сдержи свое обещание. В этом дворце ты — единственный, кому я могу доверять.
— ...Я запомню это.
Джером вспомнил клятву, которую они с Кавелиусом III принесли друг другу много лет назад.
В то время никто не признавал его право на титул герцога.
Но Император своей властью сделал Джерома главой семьи Краунер.
«Отныне я — твоя воля. А ты станешь моим мечом».
В тот день, когда они перестали быть просто старыми друзьями и стали господином и вассалом.
Император вручил ему клинок мести, который точил долгие годы.
Иногда Джером ненавидел Императора за то, что тот взвалил на него это бремя.
«Хотя я сам виноват».
В конце концов, он сам согласился на этот договор.
И даже если бы он мог вернуться в прошлое, он бы сделал тот же самый выбор.
Потому что у него тоже было то, что он должен был защитить.
— Так что не сопротивляйся слишком сильно. А теперь я, пожалуй, пойду.
— Ваше Величество.
Джером снова остановил Императора, который уже направлялся к выходу.
— Что еще?
— Позвольте мне обратиться к вам с одной просьбой.
— С какой же?
— Я всё же позволю Его Высочеству Эдвину присоединиться к тренировкам на три месяца. Это мое обещание.
Джером Краунер никогда не был тем, кто добавляет к своим словам лишние оправдания.
Услышав его пространное объяснение, Император пристально посмотрел на герцога.
В глазах герцога читалась непоколебимая, необъяснимая решимость.
Император, казалось, сразу всё понял.
— ...Не понимаю. Зачем ты заходишь так далеко?
Отвернувшись к окну, Император нахмурился.
Третий принц Эдвин отставал от группы рыцарей всё сильнее.
Хотя он был всего лишь маленькой точкой вдалеке, было очевидно, что ему очень тяжело.
— Неужели ты думаешь, что этот ребенок сможет заменить Адриана?
Император добавил, сдвинув брови:
— Если так, то я разочарован. Не думал, что у тебя настолько плохой глазомер.
Когда-то и сам Император возлагал надежды на третьего принца.
Но эти надежды давным-давно рассыпались в прах.
Для Императора третий принц был всего лишь «робким, некомпетентным и слабым двенадцатилетним мальчишкой».
— По крайней мере, он может стать союзником Его Высочества Адриана.
Ответ Джерома заставил Императора нахмуриться еще сильнее.
— ...Продолжаешь упрямиться из-за ерунды.
— Чем больше карт на руках, тем лучше, разве нет?
— Чем больше бесполезных карт, тем сильнее от них болит голова.
— Я сделаю из него полезную карту.
«Никогда не сдается, всегда оставляет последнее слово за собой».
Император с недовольством посмотрел на герцога, а затем резко отвернулся.
— Ладно, делай, что хочешь. На этот раз я говорю это серьезно.
— Счастливого пути.
Джером молча поклонился вслед уходящему Императору.
Когда дверь закрылась, Джером поднял голову.
На его лице читалась твердая решимость.
***
— Стой.
Я решила пробраться в кабинет Джерома под заклинанием невидимости, надеясь раздобыть какую-нибудь полезную информацию.
Это и стало моей ошибкой. Мало того, что я услышала то, чего знать не хотела, так еще и...
Столкнулась лицом к лицу с самим Императором.
— Что ты здесь делаешь? Насколько я знаю, в казармах не работают служанки.
Случайно подслушав разговор Императора и командира рыцарей через приоткрытую дверь, я попыталась поспешно спуститься по лестнице.
Но Император оказался весьма любопытным человеком.
«Проклятье, зря я сняла невидимость».
Он окликнул меня, когда я уже спускалась.
— Почему молчишь?
Под напором Императора мне ничего не оставалось, кроме как повернуться.
— Ты...
Император нахмурился.
— Няня Третьего принца.
Я поклонилась, стараясь выглядеть максимально почтительно и вежливо.
— Приветствую Ваше Величество Императора. Меня зовут Рейчел Браун, я няня Его Высочества третьего принца.
Выслушав мое представление, Император прищурился.
Его не самый дружелюбный взгляд скользнул по мне с ног до головы.
— Говорят, ты обратилась к герцогу Краунеру с бесполезной просьбой?
— ...Осмелюсь возразить, Ваше Величество, но я не обращалась к герцогу с бесполезными просьбами.
— Что?
Видимо, мой ответ показался ему слишком дерзким.
Император нахмурился, глядя на меня.
— Потому что я считаю своей обязанностью помочь Его Высочеству Эдвину достичь того, чего он желает.
Услышав мой ответ, Император долго стоял молча.
Затем он издал короткий, саркастичный смешок.
— Достичь того, чего он желает? И ты собираешься ему в этом помочь?
На его лице читалась явная насмешка.
— Для какой-то няньки у тебя слишком грандиозные амбиции.
Но, как ни странно.
Он не выглядел рассерженным.
— И что же, Эдвин сам попросил тебя устроить его на тренировки рыцарей? Хватит врать...
— Да, он так и сказал.
Конечно, идею предложила я, а Эдвин согласился на нее скорее полудобровольно-полупринудительно.
Но я осмелилась посмотреть Императору прямо в глаза и сказать:
— Его Высочество Эдвин совершенно ясно сказал мне, что хочет стать сильным.
— Стать сильным?
Какое потрясающее выражение лица.
Не отводя взгляда от Императора, я твердо ответила:
— Да, он так и сказал.
И снова он долго стоял молча.
Его взгляд, направленный на меня сверху вниз с лестницы, казалось, пронзал меня насквозь.
— ...Это тоже неожиданно.
Ответил он коротко и расплывчато.
Выражение его лица было таким же неоднозначным, как и его слова.
Не выдержав, я снова заговорила:
— Ваше Величество, я бы хотела обратиться к вам с просьбой...
— Довольно.
Холодный голос обрушился на меня.
Император, подняв руку, сверлил меня взглядом.
— Жалкая нянька дважды осмеливается говорить о просьбах в присутствии Императора. Неужели ты думаешь, что раз я выполнил твою просьбу в саду, то со мной можно вести себя так фамильярно?Подписывайтесь на наши соцсети, ваша активность очень важна для нас *_* (а еще там доступно больше глав!)