Глава 6. Эффектное боевое крещение (Часть 4)
— Ты, конечно, догадлив, но вот чувства такта тебе не хватает.
Услышав слова Оливера, мужчина тихо усмехнулся.
— Кажется, я приказывал никогда не произносить это имя вслух.
Он улыбался, но аура, исходившая от него, была поистине пугающей.
Из-за этого писарь Императорского дворца, стоявший неподалеку, обливался холодным потом.
Ему было крайне неловко от того, что эти двое уже какое-то время стоят перед парадным входом во дворец, даже не думая заходить, и ведут светские беседы.
Однако он не смел и слова поперек сказать этому мужчине.
Ведь сам он был лишь мелким чиновником, а стоящий перед ним человек — королем целого государства.
Тиран Запада, Волчий Король, Монарх-Бунтарь, Император Меча и так далее.
К имени этого человека прилагались десятки титулов.
И каждый из этих титулов был известен любому жителю континента.
— Прошу прощения, — Оливер поспешно извинился.
Только приняв извинения адъютанта, мужчина усмирил свою жажду крови.
Затем он повернулся к потному писарю и дружелюбно улыбнулся:
— Заставил вас ждать. Теперь можете объявлять.
Услышав голос мужчины, писарь наконец пришел в себя.
— П-прошу простить меня! Сию же минуту объявлю!
Наполовину облысевший писарь Императорского дворца набрал в грудь побольше воздуха и во всю мощь своих легких прокричал:
— Его Величество Кайден Рам, Король Адаманта, прибыл!
Молодой король, уничтоживший великую западную державу — Королевство Лионель, и поглотивший десятки соседних государств.
Этот человек, Кайден Рам, первый король новоиспеченного Королевства Адамант, уверенным, властным шагом вошел в Императорский дворец.
За ним следовали адъютант Оливер и несколько десятков рыцарей, с ног до головы закованных в черные доспехи.
Это зрелище напоминало вторжение стаи черных волков.
* * *
— Приветствую Его Величество Императора Вентрума.
Его голос звучал вежливо, но в нем не было ни капли подобострастия.
Император Кавеллиус III смотрел сверху вниз на мужчину, преклонившего перед ним одно колено.
«Первый король Адаманта, Кайден Рам».
Этот человек в данный момент был самым знаменитым на всем континенте.
Внимание общественности к молодому правителю, сокрушившему, казалось бы, незыблемую мощь Королевства Лионель и провозгласившему себя владыкой Запада, было просто невероятным.
— Должно быть, путь был утомительным. Империя искренне рада визиту Короля Адаманта.
Император сделал легкий жест рукой, и Кайден медленно поднялся с колен.
С легкой полуулыбкой на губах он ответил:
— Это я должен благодарить вас за приглашение. Мы с рыцарями изрядно вымотались, истребляя скопления монстров неподалеку, но благодаря приглашению Вашего Величества отдохнуть в императорском дворце мы сможем восстановить силы.
Рыцарский орден молодого Королевства Адамант, возглавляемый Кайденом, славился как непревзойденные специалисты по истреблению монстров.
Состоящий из воинов с выдающимися навыками владения мечом и стратегов-выживальщиков, досконально знающих повадки чудовищ, этот орден часто действовал по найму других государств.
Как, например, сегодня.
— К чему благодарности. Это меньшее, что Империя может предложить тем, кто не жалеет сил, выполняя наши заказы.
Император благосклонно улыбнулся Кайдену, смотрящему на него с подножия трона.
— Итак, как долго вы планируете погостить у нас?
— Думаю, максимум около недели.
— Какая жалость. Мне бы хотелось, чтобы вы задержались подольше, но я не смею удерживать правителя целого государства против его воли.
— Благодарю за понимание.
Кайден широко улыбнулся, обнажив зубы.
— Зато во время грядущего Праздника Основания я постараюсь задержаться здесь как можно дольше, даже если Ваше Величество прикажет мне убираться.
От столь бесцеремонного выбора слов чиновники в тронном зале дружно ахнули.
Слухи о том, что этот безродный мужлан прорубил себе путь к трону мечом, похоже, были сущей правдой.
— Ха-ха-ха-ха! — Император, впрочем, ничуть не рассердился; напротив, эта прямолинейность, лишенная всякого притворства, его искренне позабавила. — Хорошо! Должно быть, вы устали с дороги. Можете быть свободны на сегодня.
— Благодарю Ваше Величество за милость.
Кайден приложил руку к груди и слегка склонил голову.
Это был безупречный, идеальный придворный поклон — трудно было поверить, что этот же человек секунду назад выразился грубо перед самим Императором.
* * *
— А-ах, как же мне хочется вернуться в Адамант...
Целую неделю торчать в чужом императорском дворце.
Рыцарь Адаманта и личный адъютант Кайдена, Оливер, сладко потянулся.
— И всё же я удивлен, что Император был к нам так благосклонен. Я думал, он хоть раз да попытается вас уколоть, намекнув на отсутствие легитимности или благородного происхождения.
— Кто угодно другой мог бы, но только не Император. Ему-то уж точно не стоит поднимать вопрос о легитимности.
— А, точно.
Оливер почесал висок, словно вспомнив что-то забытое.
— Император ведь был младшим сыном предыдущего правителя, верно? Я и забыл, что он взошел на престол, устранив всех своих братьев и сестер.
— И тем не менее, в нем течет кровь предыдущего Императора. Пусть вопрос о легитимности и спорный, но он наверняка считает меня безродным выскочкой.
Вспомнив это гладкое лицо, на котором не дрогнул ни один мускул, выдающий презрение, Кайден почувствовал легкую тошноту.
Положив руку на эфес меча, он уверенно зашагал вперед.
Высокий мужчина делал такие широкие шаги, что Оливеру приходилось почти бежать, чтобы поспевать за ним.
— Кстати, мой господин, вы правда верите, что эта женщина жива?
«Господин ведь видел ее всего один раз больше десяти лет назад. Более того, женщина, которую он ищет, уже давно покинула этот мир».
— Если хотите знать мое мнение... — Оливер понизил голос, сделав обеспокоенное лицо. — Мне кажется, тот сумасшедший чернокнижник вас просто обдурил.
«Темная магия, возвращающая мертвых к жизни... Как ни крути, звучит как полная чушь».
— К тому же, даже если она воскресла, как вы собираетесь ее искать? Говорят, они могут возродиться в совершенно другом облике.
— Он сказал, что у воскресшего будет метка. Ее и нужно искать.
— Вы про ту чертову метку Уробороса? Вы же не собираетесь раздевать и осматривать всех женщин в мире ради татуировки в виде змеи?
Оливер обреченно вздохнул и яростно почесал затылок.
— И вообще, вы не забыли, какой хаос начался в королевстве, когда поползли слухи, что Его Величество ищет женщину с такой меткой?
Молодой, красивый и могущественный Король Адаманта был не женат.
Среди аристократов, желающих во что бы то ни стало посадить своих дочерей поближе к трону, нашлось немало тех, кто без колебаний заставлял их набивать татуировки Уробороса.
— Плевать, — небрежно бросил Кайден, всем своим видом показывая, что его это не волнует. — Настоящую я узнаю с первого взгляда.
* * *
Лежа в постели, Эдвин никак не мог уснуть.
Ворочаясь с боку на бок, принц раз за разом прокручивал в голове события минувшего дня.
— Странно всё это.
Сегодняшний день выдался на редкость странным.
«С чего бы ей мне помогать?»
Вспомнив няню, он нахмурился.
Новая няня, появившаяся полмесяца назад, несмотря на мягкую внешность, была на редкость безучастной.
Еще вчера она смотрела на него абсолютно пустым взглядом, что бы он ни делал — шалил или устраивал истерики.
Казалось, перед ним человек без души.
— И правда странно.
Подумать только, браслет, который у него отобрала шайка Гейла, вернула именно эта няня, а не кто-то другой.
Эдвин посмотрел на браслет, свободно болтающийся на его тонком запястье.
Дешевая побрякушка из фальшивого жемчуга и стекляшек, какие продаются на каждом углу.
Хоть он и потерял его на время, поддавшись на провокацию Гейла, для Эдвина это была самая ценная вещь на свете.
Потому что этот браслет ему оставила няня Эмма.
«Ваше Высочество, не плачьте. Я так люблю вашу улыбку».
Эдвин вспомнил последние слова Эммы.
«Что бы ни случилось, как бы ни было тяжело и грустно, вы не должны терять свою улыбку. Ведь только так вы сможете искренне и радостно смеяться, когда станете по-настоящему счастливы».
Тогда она вложила браслет в руку принца и крепко сжала ее, словно прощаясь навсегда.
«Я оставляю вам свое последнее желание... — Хоть глаза и застилали слезы, Эдвин точно помнил, что Эмма улыбалась. — Вы обязательно должны стать счастливым, Ваше Высочество Эдвин».
Обязательно стать счастливым.
И почему взрослые всегда оставляют после себя обещания, которые так трудно сдержать?
Эдвин вспомнил свою покойную мать.
Его мать, третья императрица Эдит, была очень болезненной женщиной.
В памяти Эдвина она всегда лежала в постели.
Из-за этого у них почти не было времени, чтобы стать настоящей семьей.
К тому же, Эдит была абсолютно равнодушна к своему сыну.
Когда он был совсем маленьким, он часто плакал от обиды на ее холодность.
И если бы Эмма не заменила ему мать, кто знает, сколько бы еще пролилось слез.
Может, именно поэтому Эдвин не так уж и горевал, когда мать умерла сразу после рождения младшей сестры.
Ему было лишь жаль сестренку, которой предстояло расти, даже не зная лица матери.
Но когда умерла женщина, которая была единственным человеком в мире, стоявшим на его стороне, оставив после себя лишь несбыточное обещание и дешевый браслет, он проплакал три дня напролет.
Потому что тогда он осознал реальность.
Осознал, что та, кто всегда была рядом, ушла туда, куда Эдвин не сможет за ней последовать.
«Эмма дура».
Эдвин прикусил губу.
Он прекрасно понимал, что никогда не сможет стать счастливым. Ему не позволено быть счастливым.
Некомпетентный принц, обладающий правом наследования престола — это обуза, которой никто не рад.
Поэтому он был уверен, что и новая няня тоже будет его ненавидеть.
Да и кому вообще захочется быть няней принца, которого все презирают?
Собственно, до сегодняшнего дня она так и делала — не обращала на него никакого внимания.
«Но сегодня всё было иначе».
Она вмиг расправилась с шайкой Гейла, которая издевалась над ним, да еще и пригрозила им.
Такого не могла сделать даже Эмма, которая так сильно его любила.
— Очень подозрительно.
Эдвин натянул одеяло до самого носа.
Странное, щекочущее чувство в груди было ему в новинку, но, засыпая, он подумал, что оно не так уж и неприятно.