Кэйто медленно повернул голову, его лицо лишилось своей прежней довольной улыбки и стало абсолютно бесстрастным. Не то чтобы он скрывал эмоции — нет, просто они исчезли, как если бы тёмная завеса накрыла его взгляд. Несмотря на повязку, он ясно чувствовал, как каждое движение гостей нарушает тишину этого места.
"Господин, к вам пришли," — произнёс слуга, который проводил гостей, склонив голову в знак уважения.
"Да, вижу," — ответил Кэйто, но его голос был холоден и отстранён. Он медленно поставил ногу на нижнюю ступень и, сев в тени лестницы, поиграл пальцами, не снимая повязки с глаз. И вот здесь настал момент, когда каждый из присутствующих мог ощутить на себе его незримую силу.
"Мы пришли чтобы..." — начал Фридрих с лёгким акцентом, пытаясь произнести слова сдержанно, но оно звучало немного натянуто.
Но не успел он закончить, как рука Кэйто, поднятая в его сторону, стала явным знаком того, что слова чужаков ему не интересны. Всё как-то резко остановилось в воздухе. Легкий свисток прошёл между пальцами, но он не сказал ни слова. Это был больше жест, чем требование. Откровенно говоря, это был приказ, не подлежащий обсуждению.
Гости почувствовали, как напряжение сразу окутало их. Тот же Кэйто, с его повязкой и безэмоциональностью, стал буквально воплощением той самой "неприветливости", которую они ощущали с самого момента их прибытия. Гостеприимства тут не было, и это стало очевидно уже вчера, когда они, стоя у ворот, смотрели, как люди, принадлежащие к его миру, обходит их стороной, не давая никаких объяснений. Они не были здесь желанными гостями.
В этот момент парень в повязке, казалось бы, окончательно поглотил всё внимание. Его шаги становились более уверенными, а когда он дошёл до нижней ступеньки лестницы, почесал за ухом, как будто размышляя. Его голос был ровным, без лишних интонаций, но одновременно с этим неосознанно вызывающим. Он словно отпускал свою первую реплику для того, чтобы посеять сомнение среди собравшихся.
"Долго же вы меня искали," — сказал Кэйто, нахмурив брови, — "Распугали всех моих подчиненных, а теперь вы сюда пришли?"
Он с интересом осмотрел собравшихся, его взгляд был пронзающим, несмотря на тот факт, что глаза были скрыты повязкой. Его поведение как будто намекало: он уже давно видел и предсказал их визит.
"Так чем обязан, господа?" — добавил он с легким сарказмом в голосе, как будто играя с ними, а его слова звенели как испытание на терпение.
Тишина, которая заполнила двор, была тяжёлой. Никакого вмешательства, никаких попыток наладить диалог — только его слова, которые висели в воздухе.
В этот момент даже самые опытные из гостей почувствовали, как тяжело дышать, как они оказались в ловушке. Каждое слово Кэйто, его спокойные манеры, его уверенность в себе заставляли задуматься, а что если этот человек на самом деле не тот, кого они рассчитывали встретить?
Сергей Громов первым нарушил тишину, в привычной для себя манере шагнув вперёд и простирая руку:
"Господин Кэйто, рад с вами познакомиться! Меня зовут…?" — начал он, ожидая в ответ приветственного жеста, как это обычно бывает при встречах с такими людьми.
Но не успел Громов закончить фразу, как Кэйто, не смотря на собравшихся, будто бы продолжая свои собственные размышления, перебил его, с лёгкостью произнесённым голосом:
"Сергей Громов, русский миллиардер, олигарх и предприниматель, и глава мафии... Знаю, знаю."
Громов замер, его рука всё ещё висела в воздухе, неподвижно и неестественно. Он чувствовал, как сердце его немного пропустило удар. Это был момент, когда даже он, человек, привыкший быть в центре внимания, впервые почувствовал себя не в своей стихии. Легкий жар в его лице, едва заметная заминка в движении — всё это было нехарактерно для того, кто привык управлять ситуацией. Как он, простой миллиардер, мог оказаться перед таким человеком, который смотрел на него, как на пустое место, как если бы знал о нём всё — с самого первого взгляда?
"Да кто он такой?" — пронеслось в голове Громова. Он начал внутренне возмущаться. "Как он осмеливается так со мной говорить? Пара трюков не даёт тебе права вести себя так нахально!"
Этот случай был впервые, когда Громов почувствовал, как кто-то настолько неуважительно обращается с ним, как будто его статус, его репутация, его деньги не имели никакого значения.
Остальные гости, сдерживая дыхание, обмениваясь взглядом, не могли не заметить, как легко и непринуждённо Кэйто разговаривал с таким влиятельным человеком, как Громов. Другие бы умерли за такую возможность разговора с миллиардером. Это было нечто большее, чем простое высокомерие. Это было нечто гораздо более глубокое, неуловимое, что-то, что выбивалось из привычной схемы их мира. И если Громов, несмотря на своё негодование, стоял с несколько растерянным выражением лица, то Чжао, Редзиро, Ричард и их дочери, а также остальные присутствующие поняли одно.
Этот парень, Кэйто, был не из их мира. Его уверенность, его лёгкость в общении, его манера пренебрежительно поднимать бровь перед самыми влиятельными людьми — всё это показывало, что он был кем-то больше, чем просто молодым богатым наследником или хитрым предпринимателем. Он был чем-то другим — кем-то, кого они не могли контролировать.
"Этот парень явно не соблюдает манеры," — подумал про себя Чжао, сдерживая едва уловимое недовольство в голосе. Все они словно ощутили какую-то невидимую стену, которую не могли преодолеть. Словно сам Кэйто стоял не просто перед ними, а над ними.
Вот до чего доходит ситуация. На территории этого таинственного комплекса собрались самые влиятельные люди, их дети, привыкшие к власти, деньгам и уважению. И все они стоят перед этим странным человеком в повязке, который даже не удосужился приветствовать их как полагается.
Но именно его безразличие и бесцеремонность заставляли всех нервничать.
Госпожа Чжао, привыкшая к утонченным интригам, тонко улыбнулась и прищурилась, разглядывая Кэйто.
"Тогда вы, наверное, знаете и причину нашего визита, господин?" — спросила она с лукавым выражением, будто бросая наживку.
Кэйто чуть качнул головой, словно вопрос был чересчур очевидным.
"Безусловно," — ответил он с лёгкой тенью улыбки, но без веселья в голосе. Затем он чуть наклонил голову, словно вслушиваясь в что-то неосязаемое, и продолжил:
"Даже интуиции не нужно, чтобы понять, что ваши отцы больны. Эта аура... она слишком необычна."
Воздух мгновенно стал тяжелее.
До сих пор никто из гостей вслух не говорил о болезни. Они скрывали это, даже друг от друга.
Все переглянулись, осознавая, что этот странный человек не просто угадывал. Он знал.
"Такими темпами скоро все передохнете," — добавил он безразлично, словно обсуждая погоду.
Этого было достаточно, чтобы напряжение прорвалось.
"Следи за словами!" — выкрикнула Харуко, её голос звенел от ярости.
Она сжала кулаки, делая шаг вперёд, но сильная рука её отца тут же легла на плечо, удерживая от необдуманных действий.
"Успокойся, дочка!" — с нажимом произнёс Редзиро Ямато, заставляя её чуть ли не физически остановиться.
Но и госпожа Чжао сжала губы, её терпение было на грани.
"Да, тише. Контролируй себя, Харуко," — сказала она ровным, но жёстким голосом, словно сама с трудом сдерживалась, чтобы не высказать всё, что думает.
Все понимали: Кэйто говорил не просто так. Этот человек явно что-то знал. Вопрос был в другом — какую цену он попросит за свои знания?