Двери снова открылись, и Кэйто вошел, небрежно поправляя повязку на глазах. Он был спокоен, словно вся эта ситуация и не стоила того, чтобы тратить на нее больше сил. Все взгляды сразу же устремились к нему, как будто он был центром всего происходящего.
— Заждались? — произнес он, слегка наклоняя голову, как бы проверяя их реакции.
В комнате повисло молчание. Все еще ошарашенные тем, что только что произошло, они не могли удержаться от вопросов.
— О чем вы говорили с премьер-министром? — спросил один из присутствующих, сдерживая волнение. — Вы что, действительно знакомы с такими людьми?
Ответ пришел быстро, но с неожиданной легкостью. Кэйто снова бросил взгляд на собравшихся, сдерживая в себе улыбку, которая не спешила появляться.
— А что? Не нравится? — сказал он, едва ли не игнорируя серьезность ситуации. — Да, мы знакомы. Что из этого?
Чжао Мэйли, которая все это время наблюдала за ним с некоторым недоверием, нахмурилась, но затем произнесла:
— Но... как такое возможно? Премьер-министр? Кто ты на самом деле?
Кэйто немного помолчал, словно собирался сказать что-то важное, но затем просто пожал плечами.
— Люди, с которыми я общаюсь, не ограничиваются теми, кого вы можете встретить на обычных приемах, — ответил он тихо, но так, что каждый из присутствующих почувствовал в его словах скрытый смысл. — Вижу, вам интересно, кто я. Но разве это важно? Сейчас же я просто человек, который решает свои дела.
Сергей Громов, не выдержав, подошел ближе.
— Но ведь это не обычное знакомство. Премьер-министр! Это выходит за рамки... обыденного. Как ты вообще попал в круг таких людей?
Кэйто рассмеялся, но в его смехе не было ни радости, ни злобы. Это был смех человека, который знал больше, чем остальные, и по этой причине был гораздо спокойнее.
— Слишком много вопросов. — Он остановился, оглядывая всех. — Разве не должны вы были задаться вопросом, почему я вдруг оказался здесь? Мы с вами находимся в одной комнате, а я... как бы это сказать... выше вас по статусу и возможностям. А вы еще сомневаетесь, кто я и что мне нужно. И к тому же о чем вы думаете? Разве не о лечении?
Его слова повисли в воздухе, как тяжелый груз. На несколько секунд никто не знал, что ответить. Тишина была настолько глубокой, что даже дыхание казалось слишком громким.
— Ну а если серьезно, — продолжил Кэйто, — я вообще не люблю вмешиваться в политические дела. Но если премьера заинтересовала моя личность, то просто знайте, что я что-то сделал правильно. Я просто использую обстоятельства, чтобы получить то, что мне нужно. Никаких секретов.
Все сидели в напряжении, но Кэйто уже не обращал внимания на их реакцию. Он был сосредоточен на чем-то своем, как всегда.
Он лениво прошел мимо сидящих, его шаги были тягучими, будто все происходящее было для него игрой, не заслуживающей большого внимания. Он повернулся к окну и с легким скрежетом подтянул плечи, словно ничего не произошло. А между тем, атмосфера в комнате становилась все более напряженной.
— Давайте не терять время, — произнес он, поднимая палец в воздух. — Как я уже сказал, не люблю тянуть резину. Мы пришли к делу.
Собравшиеся, как по команде, начали переглядываться. В их глазах было смятение. Чжао Мэйли едва сдерживала раздражение, Сергей Громов и другие гости уже начали подниматься с мест, каждый из которых настороженно отстранился.
— Ты… ты наконец-то поможешь нам? — наконец, выдохнул один из них. Его голос дрожал, но в нем ощущалась настойчивость.
— Иначе зачем мы вообще здесь? — добавила сдержанная Харуко, ее тон был все более раздраженным. — Время не ждет.
Кэйто не спешил, его взгляд скользил по каждому присутствующему, словно подбираясь к нужному моменту, когда они наконец осознают, что весь этот разговор — просто часть его плана.
Его улыбка, едва заметная, не была ни дружелюбной, ни уж тем более тёплой. Она напоминала скорее застывшую маску, скрывающую мысли, которые никто не мог понять.
— Ну, — сказал он, его голос оставался ровным, но в нем уже ощущалась скрытая угроза, — вам ведь нужно лечение, так? Но без реликвий вам не обойтись. Тащите их сюда!
Он окинул их взглядом, и в этот момент стало ясно, что каждый его выбор слов был продуман до мелочей, каждый жест — частью его замысла.
— Так что лучше не медлить. Позвоните своим... шестеркам. Пускай поднажмут и ускорят процесс. Время не ждет, — добавил он, не меняя интонации.
Все замолчали, словно замерли. Слова Кэйто висели в воздухе, как тяжелые гири, что заставляли их стоять неподвижно, не в силах ответить.
Они поняли: здесь не было места для обсуждений. Задержка могла стоить им слишком многого. Очевидно, Кэйто знал, что они не могут позволить себе проиграть в этой игре.
Чжао Мэйли первой нарушила тишину. Ее лицо было искажено смесью злости и беспокойства, но она знала, что в его присутствии нельзя терять лицо.
— Я звоню, — резко произнесла она, поворачиваясь к своему телефону.
Каждый из присутствующих понял, что это не просто требование, это приказ, и теперь им нужно было действовать быстро, пока Кэйто не изменил условия игры. В этот момент их гордость и тщеславие отошли на второй план. Впереди стояла лишь одна цель — получить то, что обещано, и выбраться из этой ловушки живыми.
Кэйто не отреагировал сразу. Он медленно окинул ее взглядом и, казалось, поджидал именно этого момента. Но вместо того чтобы спорить, он просто посмотрел на остальных.
Елена Громова нервно сжала кулаки, чувствуя, что все это—не просто простое требование. Ага, лечение, о котором они говорили... его слова были не столько о помощи, сколько о жестком расчете.
— Тебе не нужно нам угрожать, — сказала она, глядя на него с вызовом. — Ты знаешь, что мы готовы заплатить любую цену.
— О, я уверен, что вы готовы, — Кэйто шагнул вперед, его глаза сверкнули. — Только вот вам придется доказать, что вы действительно цените свою жизнь. Учитывая обстоятельства, я думаю, вам будет лучше сделать правильный выбор.
Тем временем, каждый из присутствующих начал понимать, что разговор об одолжении перешел в нечто более глубокое. Это уже не было просто лечение. Это было испытание, борьба за шанс выжить.
— Эээ, стоп! — Кэйто резко заморозил их реакцию, его голос был почти спокойным, но в нем чувствовалась едва сдерживаемая издевка. Он лениво потянулся, массируя свои веки, будто утомился от всей этой рутины.
— Я же не уточнял, какие именно реликвии мне нужны. — Он протянул паузу, словно обдумывая, стоит ли продолжать. Затем его губы изогнулись в маленькой, слегка насмешливой улыбке. — Хотя, знаете, если вдруг на ваших людей нападут, пока те будут тащить это добро сюда... — Он медленно повертел пальцем в воздухе, словно перебирал возможные сценарии. — Тогда будет сложно найти нужные реликвии среди всех этих, хмм гениально!
Сигэро сделал паузу, словно задумавшись. Все присутствующие молча ждали, не в силах ответить или возразить. Каждое его слово все сильнее и сильнее вгоняло их в тупик. Похоже, эта игра была вовсе не в их пользу.
Кэйто хихикнул, его глаза блеснули чем-то нечеловеческим.
— Ладно, ладно, — продолжил он с почти детской наивностью, будто вся ситуация не имела для него значения. — Несите все, что есть. Потом разберемся, что да как. Хи-хи, кто не рискует, тот не получает.
Сергей Громов, забывший о всякой осторожности, первым сделал шаг вперед. Его глаза загорелись. Он не был готов ждать. Каждый день промедления — это шанс, который уходит. Сергей резко выдохнул и, глядя на остальных, сказал с едва сдерживаемым нетерпением:
— Я буду первым! У меня нет времени!
Чжао Линфэй, поначалу остававшийся в стороне, вдруг сжал кулаки. Его лицо стало мрачно-решительным, а изнутри его кипела неприязнь к тому, кто осмелится помешать ему.
— Ты что, с ума сошел? — произнес он низким голосом, сделав шаг вперед. — Ты не единственный, кто умирает от этого чертового вируса! Я тоже не собираюсь терять ни секунды.
Людовик Дюпонт с едва заметным усмешкой на губах быстро обернулся к Ричарду, затем опять к Кэйто, и спокойно произнес:
— Я согласен. Без сомнений, это шанс, который нельзя упускать. Но я надеюсь, что вы предоставите всем равные условия, господин Кэйто.
Ричард Уинтерс, всегда собравшийся и хладнокровный, не мог позволить себе отстать. Его глаза сверкнули азартом, он молчаливо подошел ближе, готовый отдать все, лишь бы спасти свою шкуру.
— Не буду тянуть, — сказал он, словно проговаривая уже давно выношенную мысль. — У меня нет времени на лишние разговоры. Просто покажите мне, как это работает.
Фридрих Вайс, казалось, был даже более настойчивым, чем все они. Он знал, что на грани смерти, и не мог ждать ни секунды. Но его жесткость была не только в словах — он был готов бороться за это. Его глаза горели яростью.
— Я первым, если нужно, — сказал он решительно. — Без вариантов.
С каждым словом напряжение в комнате росло. Все уже стояли, наполовину готовые броситься в бой, а тем временем Катрин и Елена, стоявшие немного в стороне, обменялись взглядами. Это был шанс не просто для их отцов — это был шанс изменить все.
Харуко, обычно более сдержанная, не могла не почувствовать остриё конкуренции, но для нее все было проще. Она не могла позволить себе быть последней, не в этот момент.
— Я не буду ждать, — произнесла она. — Нам нужно действовать быстро.
И вот теперь в комнате царила полная нестабильность. Они все были готовы соревноваться за шанс спасти жизни. Никто не мог позволить себе тянуть — каждый был готов идти до конца, чтобы победить.
Кэйто откинулся в кресло, зевнув в том самом ленивом, безразличном стиле, который сразу вызывал у всех чувство беспокойства. Он поставил ноги на стол, как будто находился в самом удобном месте на свете, и не торопился с ответами.
— АААА! — выдохнул он, растягивая слова, и издал громкий, затянутый вздох. — Хватит уже! Голова трещит от ваших болтовней.
Он оглядел всех присутствующих с таким выражением лица, как будто это они были причиной его дискомфорта. С его небрежной улыбкой ситуация только обострялась.
— Эй, господа, оставайтесь здесь, — произнес он, отмахнувшись. — Но девушкам прошу удалиться. Иначе... — он приподнял одну бровь через повязку, давая понять, что последующее будет куда менее учтивым. — Иначе пинок под зад!
Зал наполнился странной тишиной. Женщины обменялись взглядами, удивленно поглядывая на Кэйто. В глазах Харуко мелькало недовольство, но она, как и остальные, не решалась спорить. Катрин молча встала, бросив взгляд на своего отца, который по-прежнему стоял в стороне, но она, видимо, решила подчиниться.
Мэйли скривила губы, но не позволила себе возразить. Ее взгляд был холоден, как всегда, и она не собиралась уступать, но действовать прямо сейчас ей не хотелось.
Елена, заметив выражение на лице Кэйто, присела в свою очередь и бросила взгляд на Сергея, который все так же стоял, искоса поглядывая на девушку.
Тогда Кэйто лениво поднялся с кресла, будто раздумывая, стоит ли продолжать разговор. Он подошел к двери и одним жестом указал на женщин:
— Да, да. Можете выйти, иначе я вас прямо сейчас выведу пинком по зад, — сказал он, не поднимая голос, но с таким авторитетом, что никто даже не подумал спорить.
В лицо ему, казалось, не хотелось даже смотреть. Он был беспечен и полностью уверен в своем положении.
Девушки молча покинули комнату, и как только двери захлопнулись, все вокруг словно застыло. В тот же миг произошла ярчайшая вспышка света, ослепившая их на мгновение. Все четверо, слепо щуря глаза, инстинктивно начали пятиться назад.
— Чёрт! Что это было?! — задыхаясь, воскликнула Мэйли, с трудом пытаясь восстановить зрение.
— Мои глаза! — вскрикнула Харуко, пытаясь прикрыться руками, но было уже поздно.
— Он... Он что, с ума сошел?! — добавила Катрин, уже не сомневаясь, что они допустили большую ошибку, выйдя из комнаты.
Пара секунд, и они в панике бросились обратно, открыв двери. Увиденное повергло их в шок: их отцы лежали без сознания на полу, а Сигэро стоял над ними, словно не шевелясь, с холодным выражением на лице.
— Ты что, наделал?! Ублюдок! — вскричала Мэйли, её голос дрожал от ярости и страха.
Сигэро не обратил внимания на их крики. Он только отстранённо взглянул на их переполошившиеся лица и небрежно ответил, как будто это был самый обыденный случай:
— Всего лишь вылечил их, малышки. — С этими словами он зашагал в сторону, совершенно не обеспокоенный. Он воткнул руки в карманы и покачал головой, будто что-то недовольно осознавая.
Девушки стояли как вкопанные, и в тот момент отцы начали приходить в себя, осторожно моргая и слабо поднимая головы.
— Что с нами...? — Ямато Редзиро первым привёл себя в порядок, сел, прикасаясь к голове. Его лицо оставалось бледным, но он уже немного приходил в себя.
Харуко подбежала к своему отцу, но её взгляд всё ещё не покидала тревога, она несколько раз пыталась заговорить, но слова не шли.
— Ты как? — спросила она, всматриваясь в его лицо. — Что он сделал с тобой?
Людовик, только что оправившийся, потер шею, не совсем понимая, что произошло. В его глазах было не только недоумение, но и странное ощущение беспокойства.
— Он... Он просто коснулся нас? — Катрин слегка заикаясь, вглядывалась в Сигэро, все ещё не в силах поверить в происходящее. — Или это что-то большее?
Сигэро, казалось, даже не заметил их возмущения, продолжая наблюдать за ними с непроницаемым выражением лица. Речь о том, что произошло с их отцами, теперь интересовала его куда меньше.
— Я сказал, что всё в порядке. Вам просто не повезло попасть под моё лечение. — Он снова пожал плечами, словно этим все было сказано. — Если хотите, можете поверить, а можете нет. Ваши отцы — живы и здоровы. Что хотите больше?
Девушки молчали, по-прежнему не понимая, что произошло. Было ли это действительно исцеление или нечто более опасное? Сигэро стоял, не проявляя ни малейшего беспокойства, как будто все происходящее было для него делом не стоящим особого внимания.