Воздух был пропитан холодом, а мощные крылья виверна сотрясали пространство с каждым взмахом. Они уже пересекли несколько горных хребтов, и впереди начинались густые леса, окутанные туманом.
Такуми прищурился.
— Это место… выглядит не очень дружелюбно.
— О, ещё какое. — Голос Элизы звучал спокойно, но в нем проскальзывало что-то… странное.
Он перевел взгляд на неё, но лицо по-прежнему скрывал шлем.
— Ты не хочешь рассказать мне больше, да?
Она хихикнула.
— В этом и вся интрига, разве нет?
Внезапно виверн издал низкий рык и резко изменил траекторию, будто что-то почувствовал. В тот же момент лес внизу зашевелился, и из густого тумана взметнулись странные силуэты.
Такуми мгновенно активировал свою способность.
— Враждебные сущности?
— Похоже на то.
Элиза с силой натянула поводья, заставляя виверна резко снизиться.
Из тумана вырвались фигуры — высокие, тощие, с искажёнными лицами и вытянутыми конечностями. Их движения напоминали марионеток на сломанных нитях.
Такуми напрягся.
— Это не монстры…
— Конечно нет. Это — создания Владыки.
Существо, стоявшее во главе группы, издало нечеловеческий крик, и его фигура начала меняться, приобретая ещё более уродливую форму.
Элиза медленно повернулась к Такуми:
— Ты готов, мой герой?
Он ухмыльнулся.
— А ты как думаешь?
В следующую секунду виверн нырнул вниз, а меч Такуми засиял в его руках.
В тот миг, когда искажённые существа ринулись на них, мир словно замер.
Такуми отпустил виверна и шагнул в пустоту, зависая в воздухе. Его глаза вспыхнули хищным блеском.
— Медленные.
Секунда.
Мир взорвался вспышками резких движений.
Резкие, нечеловеческие рывки. Силуэт Такуми исчезал и появлялся в разных точках, оставляя за собой лишь искрящиеся лезвия энергии.
Одним ударом — взрыв тёмной крови.
Вторым — разлетающиеся останки.
Третьим — искорёженные тела превращались в пыль.
Монстры даже не успели осознать, что произошло. Их деформированные конечности зависли в воздухе, прежде чем рассыпаться в ничто.
Такуми, приземлившись на один из ещё не исчезнувших тел, сбросил с клинка бурые капли.
— Слишком просто.
Элиза, наблюдая за этим, лишь медленно сняла шлем, открывая пылающие алые глаза.
— …Ты и правда нечто.
Виверн взмахнул крыльями, возвращаясь к нему.
Такуми повернулся к ней, ухмыляясь.
— Довольно разминки. Где Владыка?
Такуми скользнул взглядом по окрестностям, ощупывая местность, словно хищник, выслеживающий добычу.
— Раз его слуги здесь, значит, логово недалеко.
Элиза внезапно вскрикнула, указывая в сторону горизонта:
— Вон там!
И он увидел.
Вдали, утопая в густом тумане, вырисовывался мрачный силуэт исполинской крепости. Башни, искривлённые временем, угрожающе вздымались к чёрному небу, словно когти древнего чудовища, вцепившегося в реальность. Стены, обугленные чем-то потусторонним, покрытые трещинами, источали ауру безысходности.
Над крепостью сгущалась жуткая темень, неестественная, словно живая. Она переливалась в воздухе, клубясь зловещими тенями.
Вдруг раздался низкий, протяжный вой, будто сама крепость издала последний предсмертный хрип.
Такуми прищурился.
— Неплохо…
Густой запах смерти, затаившаяся угроза, воздух, пропитанный чужими страхами.
Элиза вздрогнула, но тут же сжала кулаки, возвращая себе самообладание.
— Ты готов?
Такуми слегка ухмыльнулся, держа руку на оружии.
— Как никогда.
Они приблизились к массивным, покрытым глубокими трещинами воротам, пропитанным временем и смертью. Запах сырости и гнили ударил в нос, когда Такуми, не сбавляя шага, резко взвёл ногу и с глухим грохотом выбил створку.
БАХ!
Тёмные коридоры мгновенно наполнились эхом раскатившегося удара, а с потолка посыпалась вековая пыль.
За дверями их встретила жуткая тишина… но лишь на мгновение.
Из мрака коридора донеслось тяжёлое шарканье. Затем ещё одно. И ещё.
Они вышли.
Бывшие воины. Некогда гордые солдаты, сражавшиеся за свои клятвы и господ, а теперь – лишь гниющие оболочки, покорно тянущие к ним покрытые ржавчиной мечи и копья. Их доспехи были изъедены временем, а в пустых глазницах клубился мертвенный свет.
Некоторые всё ещё несли на себе следы былых смертей — мечи, пронзившие их тела, стрелы, застрявшие в рёбрах, а кто-то передвигался с переломанными ногами, удерживаясь только за счёт проклятия, поддерживающего их существование.
Такуми скользнул взглядом по орде, затем глубоко вдохнул.
— Жалкое зрелище.
Внезапно один из мертвецов взревел, вскинув ржавый топор. За ним заголосили остальные, и десятки глаз вспыхнули мрачным светом.
И они ринулись в атаку.
Элиза, сжав рукоять меча, приготовилась.
Но Такуми лишь шагнул вперёд и произнёс:
— Слишком медленно.
ЩЕЛЧОК.
В одно мгновение его фигура исчезла из поля зрения.
ВЗРЫВ СИЛЫ.
Мгновение – и всё пространство содрогнулось.
Такуми исчез с места, оставив за собой лишь раскрошенный пол. В следующий миг — глухой удар. Голова ближайшего мертвеца разлетелась в стороны, будто гнилой плод, едва он успел осознать угрозу.
Ещё один шаг – взрыв воздуха – и уже два других трупа были разрублены пополам. Их тела даже не сразу упали на землю, осыпаясь гнилью в воздухе.
— Бесполезно.
Такуми возник в самом центре орды, и ад начался.
Шаг. Удар в грудь – рёбра взрываются, разбрасывая осколки кости.Разворот. Локтем по черепу – тот трескается, как хрупкий сосуд.Взмах ладони. Воздух вспыхивает, оставляя в небе следы чистой разрушительной силы.
Где бы он ни появлялся — следом оставалась лишь смерть.
Элиза, замерев, наблюдала. Даже ей, женщине, повелевшей летающими чудовищами, стало не по себе.
— Это… — Она сглотнула.
Такуми двигался слишком быстро. Слишком жестоко.
Всё закончилось раньше, чем началось.
Последний мертвец попытался поднять свой истлевший клинок, но прежде чем он смог что-то сделать — глазная впадина вспыхнула алым светом.
Миг – и его тело разлетелось в пыль.
Всё стихло.
Такуми медленно разогнулся, отряхивая одежду.
— Скучно.
Трупов не осталось. Лишь расколотый пол, следы ударов и мрачная тишина.
Элиза, моргнув, сделала шаг вперёд.
— Ты… ты вообще человек?
Такуми хмыкнул.
— Кто знает.
И уверенно направился вглубь заброшенной крепости.
КРОВАВЫЙ ПУТЬ.
Каждый шаг — новый враг.
Но это не имело значения.
Такуми двигался вперёд, не останавливаясь ни на секунду. Один взмах – десяток трупов. Их темная кровь покрывала пол, стены, даже потолок.
Глухой удар. Очередное чудовище с ржавым топором попыталось напасть сбоку, но прежде, чем его орудие смогло достичь цели — голова существа взорвалась, как перезрелый фрукт.
— Слишком просто.
Такуми лениво провёл ладонью по лезвию, стирая прилипшую тёмную жижу.
Элиза, шагавшая позади, смотрела на бойню с каким-то странным выражением.
— Ты… даже не пытаешься?
— Зачем напрягаться, если можно просто пройти сквозь них?
Он был прав.
Где бы он ни двигался — следом оставались лишь обугленные останки, вспоротые тела и кровь, заполняющая трещины в каменном полу.
Но что-то всё же было не так.
Чем глубже они заходили в мрачные залы крепости, тем сильнее давило ощущение чужого взгляда.
Как будто… кто-то наблюдал.
Такуми вдруг замер.
— Мы не одни.
Элиза напряглась.
И в тот же миг тень в глубине коридора шевельнулась.
ГОЛОС ИЗ ПРОШЛОГО
— Кто здесь?
Голос Такуми отозвался в пустоте.
Но вокруг — лишь мрак и тишина.
Перед ним возвышалась массивная железная дверь, ведущая наверх крепости. Старая, покрытая ржавчиной, но всё ещё внушающая страх своим видом.
Он протянул руку к ручке…
Внезапно всё исчезло.
Мир вокруг него раскололся, будто разбитое зеркало, а затем…
Тьма.
А после — звук.
— Господин, она умирает.
Такуми моргнул.
Теперь он стоял в просторной спальне, освещённой лишь светом свечей. Всё выглядело, будто он наблюдает чей-то сон.
Перед ним — высокий мужчина в роскошных одеждах дворянина. Его спина напряжена, кулаки сжаты. Напротив него — врач, одетый в старомодный камзол, его лицо выражает скорбь.
— Сколько ей осталось? — Голос герцога был полон сдержанной ярости.
— Пару дней… — Врач отвёл взгляд.
— Выйдите. Оставьте меня с моей женой.
Слуги склонились в поклоне и исчезли за дверью.
На кровати лежала женщина, её кожа была бледной, дыхание слабым. Она слегка улыбнулась, увидев мужа.
— Не волнуйся, это всего лишь лихорадка…
Герцог опустился на колени, взял её холодную руку в свои, нежно коснулся губами.
— Я обязательно тебя вылечу!
Его плечи дрожали, голос срывался. Слёзы капали на её бледные пальцы.
Такуми молча наблюдал.
Его никто не видел.
Он был лишь тенью в чужом прошлом.
ПОСЛЕДНИЙ ШАГ В ПРОПАСТЬ
Прошло всего несколько мгновений. Или несколько часов.
Такуми не был уверен.
Он всё ещё стоял там же, но окружающий мир изменился.
Ветер гнал пыль по булыжникам крепости. Сумерки накрывали землю тяжёлым, гнетущим покрывалом.
Вдруг — громкий крик.
— Всё готово?! Скорее!
Герцог сидел на чёрном жеребце, закованный в сверкающую броню. За его спиной — отряд всадников, их лица скрыты под забралами.
Такуми нахмурился.
Что он делает?
Не дожидаясь ответа, дворянин пришпорил коня и скрылся в ночи.
Мир снова начал перематываться вперёд, словно порывистый ветер небрежно перелистывал страницы чьей-то жизни.
Следующее, что он увидел…
Огромная, древняя пещера.
Лучи луны проникали внутрь, отражаясь от каменных стен.
В центре стоял герцог.
А перед ним — нечто.
Высокая, худощавая фигура в плаще из тени. Она не дышала, не двигалась, но от неё исходила чудовищная мощь.
— Ты знаешь цену, человек. — Голос существа был глубоким, хриплым, словно само время говорило через него.
— Я не спрашиваю цену. — Герцог поднял голову. В его глазах горело отчаяние. — Просто сделай это.
Существо улыбнулось.
— Твоя душа… взамен за её жизнь.
Герцог ни секунды не колебался.
Он протянул руку.
Темнота окутала его.
А Такуми…
Он всё ещё был там.
И не мог ничего сделать.
ЦЕНА ЧУДА
Герцог рухнул на колени.
Жар.
Он обжигал каждый нерв, проникая в самые кости.
— Кх…!
Грудь сдавило невыносимой тяжестью. Руки дрожали. Он попытался подняться, но тело его не слушалось.
Позади — предсмертные крики.
Он обернулся.
Его воины…
Лишь секунду назад они стояли за его спиной — верные, преданные до последнего вздоха.
Теперь же — они были мертвы.
Не было битвы.
Не было сопротивления.
Просто... исчезли.
Их тела обрушились на каменный пол, будто безжизненные куклы.
Герцог не мог поверить.
— Они… не были частью сделки…!
Фигура перед ним улыбнулась.
— Но они были твоими.
Её голос был глубок, спокоен… страшен.
— Ты продал душу. Теперь… я покажу тебе будущее.
ОДИН ГОД СПУСТЯ
Солнечные лучи проникали сквозь оконные стёкла.
Тихий, уютный особняк вновь обрёл жизнь.
Молодая женщина сидела на кровати, грустно улыбаясь.
Она была жива.
Её кожа больше не бледна.
Её дыхание больше не прерывисто.
Но сердце…
В сердце осталась пустота.
— Ты не ешь опять, — раздался мягкий, тёплый голос.
У кровати стоял мужчина.
Друг её мужа.
Тот, кому он доверился.
Тот, кто остался, когда сам герцог исчез.
День за днём…
Ночь за ночью…
Он был рядом.
Он ухаживал за ней.
Заботился.
Слушал её.
Любил.
И однажды, среди тихого вечера, среди полутёмной комнаты…
Она ответила.
Герцог не вернулся.
Но жизнь не остановилась.
Она продолжалась.
Даже без него.
ЦЕНА, КОТОРУЮ НЕЛЬЗЯ ВЕРНУТЬ
Такуми стоял в стороне, безмолвно наблюдая за тем, что ему показывали.
Его лицо не выражало эмоций.
Но внутри…
Что-то дрогнуло.
— Вот оно, твое будущее, человек.
Голос существа раздался глухо, словно сквозь толщу воды.
Герцог наблюдал за сценой перед собой.
Его жена…
Она смеялась.
Тихо, мягко.
Смеялась рядом с другим.
Тепло её глаз, что когда-то принадлежало только ему…
Теперь было отдано другому.
Герцог дрожал.
— Я… спас её.
Его шёпот содрогался.
— Я пожертвовал всем…!
Существо молча наблюдало.
— Где… моя награда?
Голос герцога стал хриплым.
Смесь боли… и безумия.
Он не верил.
Отказался верить.
— Ты получил её, человек.
Герцог замер.
— Я дал тебе именно то, чего ты желал.
Существо сделало шаг вперёд.
— Ты сказал: "Спаси её".
Её.
Не "спаси нас".
Не "сохрани всё, что мне дорого".
Лишь её.
Герцог широко раскрыл глаза.
Он понял.
Слишком поздно.
— Нет… нет… это не то, что я…
— Это именно то, что ты выбрал.
Существо улыбнулось.
— И теперь ты принадлежишь мне.
Мир начал рушиться.
Такуми ощутил, как его снова затягивает.
Словно верёвка, резко дёрнувшаяся назад…
— Чёрт!
Он очнулся.
Всё закончилось.
Он снова стоял перед огромной железной дверью.
Рука всё ещё тянулась к ней.
Но теперь…
Теперь он знал, что скрывалось за этими стенами.