* * *
— Поистине жуткая картина, господин.
— Тебе не кажется, что моей вины в этом нет?
— Ну, в общем-то да, но всё же...
Проводив взглядом Лайлу, которую Эрика и остальные таурисиане уводят под руки, принимаюсь тщательно очищать срезанные рога, одновременно переговариваясь с Спикой.
— И что ты намерен с ними делать?
— Рога весьма величественные. Выбрасывать такую красоту было бы сущим расточительством. Пожалуй, оформлю их как парное украшение.
«Помнится, давным-давно в одной из космических колоний видел нечто подобное. Кажется, это называлось орнаментом или трофеем. Там использовались рога или клыки какого-то свирепого инопланетного чудовища, но, полагаю, в данном случае разница невелика.»
— У тебя... весьма специфические вкусы, господин.
— Это сейчас был комплимент?
— Кто знает... Кстати, у нас, формирикан, подобные извращённые обычаи отсутствуют. Даже не вздумай заикаться о том, чтобы укоротить мои усики.
— Извращённые?.. Я ведь не по своей прихоти эти рога спиливал.
Давая ответ Спике — говоря со мной заранее испуганно припрятала ручками торчащие антенки — использую конфигурационную машину. С её помощью покрываю срезы рогов защитным слоем из кремниевого материала и креплю фурнитуру, дабы их можно было повесить на стену. Результат напоминает охотничий трофей. Рога девушки действительно велики и прекрасны, поэтому они наверняка станут достойным украшением столовой в нашем общежитии.
— Простите... за столь непотребный вид... Гленн-сан? Ч-что это в ваших руках?..
Девушка, которую, по всей видимости, заставили принять душ, возвращается в сопровождении Эрики. Её волосы ещё хранят влагу, а взгляд затуманен. Однако, стоит увидеть трофей, изготовленный из собственных рогов, как застывает на месте, словно изваяние.
— Да вот, решил, что выбрасывать их жалко. Оставлю на память и украшу ими дом.
— На память... украсите?! Моими рогами?!..
— Именно. Повешу в столовой. Они выглядят очень внушительно и добавят интерьеру изысканности. — едва отвечаю на её вопрошание...
... моська таусирианки заливается пунцовой краской. В следующее мгновение у неё из носа брызжет кровь, и в беспамянстве грохается на пол.
«Что это с ней? С чего бурная реакция на бытовую вещь.»
* * *
— М-да, межкультурная коммуникация — штука непростая.
Поскольку Лайла лишилась чувств, решаю расспросить остальных таурисианок, которые с раскрасневшимися лицами наблюдали за происходящим. Как выясняется, мои слова с точки зрения их народа являются верхом непристойности и сексуального домогательства. Уровень порочности моего заявления, по их меркам, просто зашкаливает. Оказывается, для женщин-таурисианок спиленные рога служат неоспоримым доказательством полного подчинения. Причём подтекст здесь носит сугубо интимный характер.
Демонстрация подобного трофея на публике считается актом величайшего унижения достоинства. Это есть громогласное заявление о том, что Лайла принадлежит мне телом и душой. Если же выставить рога на всеобщее обозрение, да ещё и заставить саму Лайлу стоять рядом... На этом моменте таурисианки умолкли и задрожали всем телом.
«Что ж, теперь и до меня начинает доходить суть дела.»
— Не хотелось бы это озвучивать, но неужели женщины вашей расы обладают... столь специфическими наклонностями?
— Пожалуйста, прекратите вести себя так, будто мы — какая-то зараза! От этого становится только неловко! — выкрикивает девушка, мордашка её всё еще полыхает огнем.
Она уже пришла в себя и повязала голову тканью, скрывающей короткие обрубки рогов — данное украшение отдалённо напоминает чепец для пучка волос. Опасаюсь, что от такого возбуждения у неё снова может пойти кровь носом. Впрочем, разве могу спросить их в лоб, не являются ли они все поголовно мазохистками и извращенками? Подобная бестактность неизбежно приведет к кровопролитию. И хотя абсолютно уверен, что не получу в такой стычке ни единой царапины, доводить до неё не стоит.
— Гленн, вам решительно не хватает деликатности! Эрика, ты ведь согласна со мной?!
— Н-ну, возможно, ты и права... — отвечает женушка, на личике её играет кривая ухмылка.
«Видно, что напор возбуждённой Лайлы её изрядно подавляет.»
Полагаю, на этом шутки пора заканчивать. Пришло время исполнить то, ради чего собрал здесь не только Эрику и Лайлу, но и подчинённых таурисианок вместе с Спикой.
— Итак. Возможно, поздно говорить об этом теперь, когда перемены уже необратимы, но вы обе готовы?
— М-м... ну, это... в общем... да.
— Разумеется, Гленн-сан.
«Готовность, о которой вопрошаю, касается нашего будущего — отныне мы трое будем жить как одна семья. Приняв решение в пользу Лайлы, и сам обрёл решимость. Эта встреча служит местом, где я, Эрика и Лайла приносим клятву верности друг другу как новая ячейка общества.»
— В вопросах того, как правильно строить семейную жизнь, будем полагаться на догматы Церкви Кордии. Эрика, рассчитываю, что ты возьмёшь на себя руководство в этой сфере. Мы выросли в разных мирах, наши культуры и обычаи разнятся, отчего конфликты неизбежны. Однако отныне обязаны защищать друг друга. И телом, и душой. Всем всё ясно? — в ответ на мои слова Эрика и Лайла синхронно кивают.
— Чудесно. С этого мгновения мы — семья. Полагаю, Церковь Кордии предусматривает для таких случаев особые ритуалы, но сегодня обойдёмся без них за неимением надлежащей подготовки.
Пожимаю плечами. Раз уж в нашем распоряжении имеется великолепное здание церкви, рано или поздно мы проведём все положенные обряды. Хелена и другие служительницы упоминали перед моим уходом, что со временем доставят канонические тексты с описанием всех процедур, но когда именно сие случится, пока неведомо.
— А теперь — поднимем бокалы. Пусть сегодня и возникли досадные недоразумения, в итоге всё разрешилось благополучно. Прошу всех к столу, угощайтесь без стеснения.
— Ура-а-а!
«Правда, запасы алкоголя у нас весьма скромные. Разработка новых видов напитков требует немало времени. Если целью является простое опьянение, то синтезировать спирт не составляет труда, однако с ароматами и вкусовыми качествами всё гораздо сложнее. Пожалуй, в будущем стоит обсудить сей вопрос с женой-таусирианской. Сегодня же наслаждаюсь вкусом мяса, которое закончило процесс созревания. О боги, это невероятно вкусно! Плоть мягкая, а насыщенный сок буквально взрывается на языке. Что это за божественный вкус? А этот густой соус... он идеально дополняет яство. Неужели соус из малины? Его тоже приготовили из лесных ягод? Поистине, дикая малина — дар небес. Она хороша и в виде джема, и как основа для мясного соуса. Похоже, это самый универсальный плод в мире.»
* * *
На следующее утро, едва разомкнув веки, вижу перед собой невинное спящее личико Лайлы.
Сперва мне показалось, что переходить к интимной составляющей жизни сразу — не лучшая затея, однако, согласно канонам Церкви Кордии, мужчина и женщина, заключившие семейный союз, обязаны делить ложе. У таурисиан обычаи оказались схожими, и под напором женской половины пришлось уступить.
Я внимательно наблюдаю за спящей девушкой, стараясь не потревожить её покой. Глядя на то, как безмятежно спит, трудно поверить в её вчерашнее неистовое поведение. Впрочем, подробности сохраню в тайне ради её репутации. Если говорить о её формах... хм. Они поистине великолепны. На них приятно смотреть, к ним отрадно прикасаться. Вспоминаются слова одного товарища-наёмника, который с жаром доказывал, что большой размер — это благодетель. В те времена его речи не находили отклика в моей душе, но теперь осознаю его правоту. Это действительно нечто прекрасное.
— Ну же... не нужно проказничать...
Пока углубляюсь в размышления о законах физического притяжения, Лайла просыпается. Пытаясь утихомирить меня, прижимает мою голову к своей груди. Что ж, в обычной ситуации сие могло бы привести к удушению, однако у меня отсутствуют рот и нос, которые можно было бы заблокировать. Поскольку заранее оборудовал дыхательные отверстия в ином месте, не испытываю ни малейшего дискомфорта. Следовательно, могу наслаждаться моментом сполна.
— Ты слишком много елозишь... ну правда. Какой же ты шалун. — с этими словами девушка опрокидывает своего уженька на спину и усаживается сверху.
«Поистине величественное зрелище. Да славится закон всемирного тяготения!»
* * *
— Как же прекрасно, когда в семье царит лад и гармония, не так ли?
— Ну, даже не знаю... у меня на душе как-то неспокойно.
— Хочешь поделиться своими тревогами?
— Мм...
Утро. За завтраком, когда все уже привели себя в порядок, слышу подобный диалог между Эрикой и Спикой. Эй-эй, после вчерашнего не потяну ещё одну. К тому же в вашем случае одной явно не обойдётся. Если мне прикажут ублажать сразу десятерых, даже моим силам придёт предел.
— И тогда он...
— О-о-ох!..
Лайла тем временем вовсю делится откровенными подробностями с таурисианками из каравана. Отчего-то сегодня за столом чувствую себя крайне неуютно.
— Так, давайте обсудим наши дальнейшие планы. Лайла, что ты намерена делать? Вернёшься на базу таурисиан или останешься здесь, на ферме?
— Я останусь здесь под твоим покровительством. Девочки доставят отчёт вместо меня. Но, знаешь ли, поскольку одним грузчиком станет меньше, была бы признательна за помощь в облегчении веса поклажи.
— Облегчение веса, значит... Что ж, резонно.
Основную массу груза Лайлы составлял металлолом и минеральное сырьё, поэтому решаю обменять их на огнестрельное оружие, которое лично привёл в порядок. Стоимость единицы веса у отремонтированного оружия значительно выше, следовательно, это и поможет уменьшить общий вес каравана.
— Стоит также пополнить запасы продовольствия.
— Да, это верно. Оборудование для хранения работает исправно.
— Вчера мы ведь съели довольно много...
Прошлой ночью по случаю торжества закатили пир за мой счёт. Народу было много, таурисиане едят соответственно своим внушительным размерам, да и Спика с сёстрами, вопреки своей миниатюрности, обладают отменным аппетитом, отчего наши закрома изрядно опустели. Исходя из этого, решаю выкупить у таурисиан столько продовольствия, сколько они могут продать без ущерба для каравана.
— А как поступить с оружием, захваченным у тех людей из группировки Ито?
— Ах, эти «Ито-как-их-там». Арсенал банды сперва разберу и почищу, а уж потом выставлю на продажу, так что в этот раз оставим его здесь. Небольшие усилия по предпродажной подготовке значительно поднимут цену, так грех этим не воспользоваться.
— Если честно, я сомневаюсь, что качество хлама можно исправить простой чисткой... — замечает Спика, которая вместе с таурисианками проверяет работоспособность моего оружия.
«Её сомнения небезосновательны, ведь в некоторых экземплярах мне пришлось заново изготавливать и заменять до тридцати процентов деталей.»
— Впрочем, для ракетных установок обслуживание мало что меняет. Спика, не хотите забрать их себе? Отдам по дешёвке.
— Вещь полезная, спору нет, но снаряды больно тяжелы...
«Да, каждый весит около двух килограммов. Сама пусковая установка тоже весит немало, так что без достаточного запаса грузоподъёмности будет непросто.»
— Какова рыночная цена?
— Ну, за такое качество... я бы сказала, пятьсот пятьдесят талеров за установку и один снаряд. Отдельно снаряды идут примерно по тридцать талеров за штуку.
— Тогда как насчёт пятисот талеров за установку и пять запасных снарядов в придачу?
— Э-эй, это же слишком дёшево! — протестует Лайла.
— Считай инвестицией. Мне нужно, чтобы караван благополучно добрался до своих. Если усилю вооружение Спики и её группы, их безопасность возрастёт.
— Ну, логика в этом есть, но всё же...
Торговка недовольно надувает губы. Хотя и обещал оставить переговоры ей, сейчас я счёл нужным вмешаться, ведь группе Спики не хватает аргументов против крупных отрядов или тяжело экипированных противников. Ракетная установка, способная наносить сокрушительные удары с дистанции, выведет их боеспособность на новый уровень.
Мощное взрывное оружие всегда представляет угрозу. Во вчерашнем бою в первую очередь устранил верзилу с этой штукой, ибо попадание ракеты стало бы проблемой даже для меня. Впрочем, в столь шумный и медлительный снаряд ещё нужно умудриться попасть.
— Раз уж это инвестиция, отдай даром!
— Если бы вы были моими подчинёнными, так бы и сделал. Но поскольку это не так, бесплатно не выйдет.
— Хм... ну, за пятьсот, пожалуй, можно взять. Что думаете?
— Будем ли мы ею пользоваться?
— Одно наличие такой дуры внушает уважение, разве нет?
— Против банд предаторов должно сработать на ура.
Спика совещается со своими сёстрами, сбившись в тесную кучку.
«Наблюдать за тем, как малютки оживлённо спорят о чём-то своём, довольно мило. Хотя темы их разговоров обычно пропитаны запахом крови и пороха.»
— Решено. Берём за пятьсот.
— Благодарю за покупку. Лайла, управление финансами в талерах доверяю тебе.
— Слушаюсь... погодите, что?! Мы ведь только вчера поженились!
— Вчера или нет, но мы ведь уже семья?
— Ох... ладно, поняла. С тобой просто невозможно спорить, честное слово.
На словах ворчит, мол, «ничего не поделаешь», однако вижу, как уголки её губ непроизвольно ползут вверх. Обычно она старается казаться хитрой и пронырливой особой, постоянно ухмыляясь, но на поверку Лайла оказывается весьма покладистой и искренней девушкой.
—Конец эпизода от лица Гленна—