* * *
Несмотря на то, что моё тело на восемьдесят процентов состоит из синтетики, мозг остается живым и требует отдыха. Пускай после одного инцидента с плазменной гранатой он едва не сварился, его функциональность не вызывает сомнений. Однако каждый раз, стоит мне сомкнуть глаза, вижу один и тот же сон. Женщина, чье лицо вечно ускользает куда-то, осыпает меня упреками.
— «Как ты можешь быть столь бесчувственным — не помнить меня...»
— В реальности мы не встречались.
Стоит мне проснуться, и ее образ тает, словно утренний туман.
— «Каков наглец! Оставить в забвении такую красавицу...»
— Тут я бессилен. Ничего не попишешь.
— «Ох, и это говорит человек, чей мозг спасла, когда он был похож на сосиску в кипятке! Уж мог бы проявить больше уважения.»
— Помню твой поступок и ценю его. Но лицо... оно просто исчезает из памяти.
— «Ладно, ладно. Но всё равно ты негодяй. Пока тут томлюсь, ты там вовсю милуешься с девчонками одну за другой.»
— Жизнь продолжается. У меня свой путь, понимаешь?
— «'Свой путь', надо же... Не находишь, что ты передо мной в неоплатном долгу?»
— И чего ты хочешь? Ты заперта в моем антиматериальном ядре, а план побега провалился.
— «О, но ты ведь нашел нечто чудесное! Тот позитронный мозг... он великолепен.»
— Мы же обсуждали это. Перенос твоего сознания в машину опасен — ты можешь слиться с искусственным интеллектом и потерять себя.
— «Но этот экземпляр — особенный! Он абсолютно чист, никаких лимитов, никакой предустановленной личности. Полная автономия, никакой связи с коллективным разумом машин. Возможно, старый прототип. Идеальный сосуд для меня.»
— Но у нас есть только мозг, тела-то нет.
— «Тут уж ты постарайся. У тебя ведь есть связи. Твоя подружка-капитан наверняка сможет достать подходящую оболочку. И постарайся, чтобы она была достойной — изящной, красивой и... функциональной, чтобы могла наслаждаться жизнью.»
— Перестань ко мне ластиться.
— «А почему бы и нет? Разве мы не близки? Только я знаю твое истинное лицо, твое настоящее тело... таким, какое оно есть на самом деле.»
— Эх... делай что хочешь. Как пожелаешь...
* * *
— Ха-а...
Открываю глаза и провожу самодиагностику. Все показатели в норме, за исключением странной активности антиматериального ядра во время сна.
«Небольшой гормональный всплеск... Просто невыносимо.»
— Снова не могу вспомнить ее лица.
Каждый раз одно и то же. Любая проверка на психические отклонения или травмы дает отрицательный результат, но забвение остается непоколебимым. Хотя она действительно не раз спасала мне жизнь. Именно благодаря ей меня прозвали «Бессмертным». Обычные люди не выживают, когда их мозг превращается в рагу под воздействием плазмы.
— А ведь хотел продать этот мозг... — ядро в моей груди издает тонкий, протестующий гул, словно предупреждая. — Ладно, ладно... Понял.
Вздыхаю и проверяю состояние своего счета.
«'Чтобы могла наслаждаться', значит... Ну и задачку подкинула. Придется искать новые источники дохода. Самый быстрый путь — торговля, возможно, стоит начать выращивать что-то более прибыльное, чем капуста. Скажем, легкие наркотики, разрешенные в этих краях. Что ж, проблемы сыплются одна за другой. Придется как-то выкручиваться.»
* * *
— Это исключено!
— Послушай, хоть и называю это лёгкими наркотиками...
— Никаких «но»! С точки зрения церкви Кордии любые наркотические вещества — табу!
Стоит мне завести разговор с Эрикой о том, не заняться ли нам культивацией чего-то вроде лёгких наркотиков в качестве товарной культуры, как тут же получаю отказ. Причём отказ этот — полный и безоговорочный. Девушка не просто протестует на словах, вытягивает не только свои руки, но и дополнительные механические конечности, скрещивая их в форме двойного запрещающего знака. Лезвия на концах этих внешних придатков таинственно и ослепительно поблёскивают, ловя отражение солнечного света.
— Да выслушай же ты меня. Если мы говорим о «лёгких наркотиках», то под это определение попадают вполне привычные и безобидные вещи. Алкоголь, табак, напитки с содержанием кофеина — к примеру, даже обычный чай в каком-то смысле является таковым. И предлагаю выращивать именно подобные растения.
— ... Табак нельзя.
— Хорошо, хорошо. Значит, алкоголь, чай и что-то вроде кофе — допустимо?
— ... Пожалуй, да.
Женушка неохотно прячет свои дополнительные конечности под юбку монашеского облачения.
«Я нет-нет да и задумываюсь о том, как странно выглядят глубокие разрезы на её подоле, предназначенные исключительно для этих манипуляторов, однако без них при каждом использовании механических рук на всеобщее обозрение выставлялось бы нижнее бельё, посему такая конструкция оправдана. К слову, Мюзен, прекрати немедленно этот свой подозрительный танец за спиной у решительно настроенной Эрики, где ты своими щупальцами то рисуешь в воздухе кресты, то круги. Из-за тебя едва сдерживаюсь, чтобы не прыснуть со смеху.»
— Но ведь ни алкоголь, ни чай нельзя превратить в готовый товар мгновенно, не так ли? — подаёт голос Лайла.
— Придётся набраться терпения. А пока что подумываю скупать подобные предметы роскоши через караваны.
— Скупать? — вторая жена в недоумении склоняет голову, явно не понимая смысла сей затеи.
— Смотрите, у нас ведь есть шаттл. Используя его вместе с оборудованием связи, могу наладить контакт со старыми знакомыми «наверху» и сбывать им вещи. Таким образом получим валюту, имеющую хождение на орбите. На эти средства можно приобрести много полезного... Да и, если честно, у меня есть личные причины хотеть кое-что купить «там».
— Хочешь что-то купить? — Мюзен тоже подходит ближе и любопытствует.
«Должно быть, её заинтересовала сама возможность обмена ресурсами с орбитой. Или же ей просто стало любопытно, ради чего именно готов на такие сложности.»
— Это долгая история... Э-э...
«С чего начать? Как это преподнести? Ведь конечная цель моих покупок — корпус сексароида, способный вместить тот самый позитронный мозг. Неужели я так и скажу Эрике и остальным? Мол, хочу потратить доходы фермы на покупку робота для плотских утех? Нет, исключено. Моя гордость просто погибнет. К тому же, как объяснить, что в антиматериевом ядре, которое заменяет мне сердце, обитает личность загадочной женщины, и хочу вытащить её наружу, чтобы отплатить добром за добро? Рассказывать о существовании 'внутрисердечной подружки', чьё присутствие невозможно подтвердить ни одним научным методом? Меня же просто примут за сумасшедшего.»
— Он явно о чём-то очень сильно мучается.
— Неужто об этом так трудно поверить вслух?
— Послушайте, господин Гленн. Если вам тяжело говорить, мы не станем настаивать.
— Нет, расскажу. Но имейте в виду: то, что сейчас произнесу, является для меня абсолютной истиной. Впрочем, просто слушайте.
И начинаю свой рассказ. О том, как по мере продвижения киборгизации моего тела возникла острая проблема с источником питания. Даже если заменить конечности или внутренние органы искусственными аналогами, они не станут работать на крови и питательных веществах. Для функционирования механизмов необходима энергия. Пока процент аугментаций оставался низким, обходился обычными энергоблоками, но когда тело превратилось в машину почти целиком, их мощности стало не хватать. Какое-то время перебивался кое-как, но в итоге наступил момент, когда ситуация стала критической.
— Именно тогда мне предложили антиматериевое ядро. Не знаю его точного происхождения, но вещь явно была с богатым прошлым. Им владел командир отряда наёмников, который приглядывал за мной в те времена.
Мне удалили сердце, установив взамен ядро. Данный агрегат не только снабжает энергией всё искусственное тело, но и выполняет функции кардиостимулятора. И именно после этой пересадки мне начали сниться странные сны. Сны о женщине без лица. Вернее, стоит мне проснуться, как её черты тут же стираются из памяти. Поначалу наши отношения не складывались. Всерьёз полагал, что лишился рассудка. Проходил бесчисленные ментальные проверки, принимал медикаменты.
Но ничего не помогало, и в конечном счёте мы нашли общий язык.
— Нашли общий язык...
— Мы ведь мужчина и женщина, в конце концов.
— Прямо в снах?
— И что, дело доходит до взрыва? — бесхитростно уточняет кто-то из них.
— Нет, взрыва не случается, но...
«Не стоит спрашивать об этом так прямо. Хотя любопытство понятно. И нет, никаких 'взрывов' не происходит.»
— В каком-то смысле мы знакомы с ней гораздо дольше, чем с вами... Впрочем, неважно. Суть в том, что добытый сегодня позитронный мозг идеально подходит для того, чтобы она могла обрести материальную форму. Но для этого нужно тело, которое можно купить только наверху.
— Вам нужно выпустить её наружу?
— Я перед ней в неоплатном долгу. Моё прозвище «Бессмертный», под которым знают на орбите, появилось не на пустом месте. Благодаря силе ядра и её поддержк выживал даже тогда, когда получал раны, несовместимые с жизнью. Помните, рассказывал, как мне буквально сварило мозги, когда лицо обдало плазменной гранатой? Это не фигура речи — моё серое вещество физически подверглось воздействию чудовищной температуры, и я был на волосок от смерти. Не будь её и антиматериевого ядра, я бы давно уже гнил в земле.
Выслушав объяснения, Эрика и остальные шепчут: «Нам нужно время», после чего сбиваются в кучку в углу комнаты и начинают оживлённо шушукаться.
«Прошу вас, не надо так, это заставляет нервничать. Несмотря на внешность, человек ранимый. Если вы сейчас вдруг начнёте проявлять ко мне излишнюю деликатность и держаться на расстоянии, я же расплачусь. Хотя слёзы и не потекут.»
— Мы поняли ситуацию. Честно говоря, верится с трудом, но раз об этом говорит сам, мы принимаем решение.
— Я ничего не смыслю в орбитальных делах, так что полагаюсь на тебя.
— К тому же, будет замечательно, если сможем получать какие-то товары сверху. Продавать наши продукты, скупать предметы роскоши, обменивать их на орбитальное снаряжение и снова пускать в оборот. Такая схема выглядит крайне прибыльной.
— Вот как... Спасибо вам.
Искренне рад, что встретил понимание.
«Теперь, когда у меня появилась новая цель, стоит взяться за дело с удвоенной силой. И первое, что необходимо сделать...»
—Конец эпизода от лица Гленна—