[Использован «Кристалл таяния» для снятия печати с основного навыка Поиск «Динь-Дон-Дан».]
[Навык Поиск «Динь-Дон-Дан» уже находится в активном состоянии.]
[Желаете запустить дублирующую активацию?]
Едва пробежав глазами системный текст, я мгновенно уловил суть.
Если чит-навык был запечатан из-за того, что непрерывно работал в фоновом режиме, значит, именно он в своё время выдернул меня из реальности и зашвырнул в это проклятое игровое чистилище.
Я попытался было проверить, можно ли отменить первичную активацию, но такой функции, разумеется, не существовало. Каким вообще должен быть навык персонажа, чтобы затянуть живую душу по ту сторону экрана?
В голове роился рой вопросов, но нависшая смертельная угроза требовала сиюминутного решения.
«Была не была».
Этот чит не раз подставлял меня, но сейчас оставался единственной соломинкой.
Я дал согласие на повторный запуск. Система на мгновение замерла — точь-в-точь как в тот миг, когда я в прошлый раз подобрался вплотную к финальному боссу. Сердце сжалось от дурного предчувствия: если сейчас произойдёт сбой, мне конец. Окончательный и бесповоротный.
Среди ледяной тишины вспыхнула новая череда строк:
[Поиск «Динь-Дон-Дан» активирован в режиме дублирования.]
[Подтверждена прямая связь между выживанием в текущей ситуации и условием полного прохождения игры.]
[Идёт анализ записей сотен прошлых прохождений...]
[Обнаружены резервные данные игрового персонажа «Ли Сок Хён».]
[Для разрешения безвыходной ситуации загружаются параметры билда, максимально приближенного к верному ответу.]
[Данные носят временный характер и будут сброшены сразу после устранения угрозы.]
[Использование текущих способностей временно заблокировано на время перезаписи.]
[...]
[Перезапись данных.]
[Активирован эффект титула «Полководец»...]
[Активирован эффект титула «Предотвративший гибель»...]
[Параметр «Физическая сила» преобразован в «Могущество».]
[Параметр «Ловкость» преобразован в «Скорость».]
[Параметр «Интеллект» преобразован в «Предвидение»...]
[Активирован эффект скрытого навыка «Демон Лапласа».]
[Активирован эффект скрытого навыка «Сила, попирающая мир».]
[Активирован скрытый навык «Меч Истребления»...]
[...]
Текст заполнил весь обзор.
В унисон с системными сообщениями каждую клетку моего тела охватила титаническая мутация. Скелет удлинился, мышечные волокна уплотнились, наливаясь запредельной, незнакомой этому телу мощью.
«Безумие... Чистое безумие».
Я открыл окно характеристик и обомлел. Чит загрузил слепок моего самого яростного прохождения — того самого, где я положил годы на шлифовку идеального билда, отринув сюжетные ограничения ради абсолютной разрушительной силы.
Щёлк!
Я лениво щёлкнул пальцами. Хейли мгновенно растворилась в пространственном разломе, переместившись в безопасные земли Севера, а стоящая поодаль Юи рухнула замертво, раздавленная чистым гравитационным полем.
И лишь после этого из оков пламени восстал Каран. Он выскочил из печи, в долю секунды приняв боевую стойку посреди развернутого мной изолированного карманного измерения.
Ещё пару минут назад от одного его взгляда у меня стыла кровь. Но сейчас, глядя на сильнейшего рыцаря древности, я испытывал лишь снисходительную усмешку.
Теперь я прекрасно понимал, почему высшие сущности смотрят на смертных как на букашек.
— Кто ты такой?.. Куда делся мой ученик? — выдавил Каран, с усилием преодолевая невидимый гнет.
— Я и есть твой ученик, Каран.
— Ложь. Существо с подобной силой не может быть человеком. Тебя не должно существовать в подлунном мире!
Рыцарь взорвал вокруг себя океан чёрной маны, сбрасывая оцепенение. Его двуручный клинок налился первобытной, губительной скверной, а доспехи покрылись шипами.
Да. Именно таким он представал в хардкорных рейдах поздней стадии.
— Что ты такое?! — в его зверином голосе впервые прорезался неподдельный ужас.
Я не счёл нужным утруждать себя ответом и просто повёл кистью сверху вниз.
Левая рука Карана оторвалась от плеча, словно сухая ветка.
— А-а-а-а-а-ахр-р-р! — оглушительный вопль сотряс пустоту.
«Что за чертовщина?!»
Каран даже не пытался понять, кто перед ним. Мысль о том, что это может быть живой человек, отметалась сама собой.
Рыцарь бросил короткий взгляд на культю: регенерация сработала мгновенно, но срез выглядел так, будто плоть с костью не отсекли, а грубо вырвали чудовищными челюстями.
Лишь тогда Каран заметил, что из непроглядного мрака на него в упор пялятся сотни звериных зрачков всевозможных форм и размеров.
— Это мой персональный зверинец. Располагайся поудобнее, — донёсся спокойный голос существа, назвавшегося Ли Сок Хёном.
Существо стояло во тьме, его лицо кривила лёгкая усмешка, но глаза оставались абсолютно мёртвыми. В черных омутах плескалась бездна, готовая поглотить саму реальность.
— У меня здесь скопилось слишком много навыков. Тяжело перебирать все подряд.
Хрусть!
Стоило чудовищу прочистить горло, как тело Карана впечатало в невидимую плоскость. Он успел уйти в перекат в последний миг, но обе его ноги от колен начисто срезало пространственным давлением.
Только в эту секунду Каран осознал: этот монстр не искал упоительной дуэли не на жизнь, а на смерть. Ему не нужна была кровавая битва равных.
Ему просто хотелось раздавить букашку.
«Концепт?.. Это воплощённая смерть, а не живой боец!»
Каран отчаянно пытался собраться с мыслями, чувствуя, как дрожит острие его меча. Силуэт напротив был окутан чёрным туманом, сквозь который проглядывали царственные одеяния древних владык, сотканные из первозданной тьмы.
— Я-то думал, что смогу увидеть истинный финал с этим билдом, но всё сорвалось, и я закончил вот так... — существо с печалью покачало головой, и сотни глаз во тьме повторили его жест с жуткой синхронностью.
Увидев в этой заминке единственный шанс, Каран рванулся вперёд, целя острием двуручника точно в силуэт врага.
Дзинь!
Тяжёлое лезвие маджина разлетелось на миллион стеклянных осколков при контакте с ладонью противника.
— Меч Истребления, — тихо произнесло чудовище, обнажая лезвие, сотканное из абсолютной погибели.
Услышав это имя, Каран развернулся и побежал. Он бежал так, как не бегал ни от одного врага за сотни лет своей жизни.
Это оружие не ранило плоть. Оно несло в себе концептуальную, окончательную смерть. Стоит ему коснуться тебя — и ты перестанешь существовать.
— Куда же ты?
Пространство сковало движение. Меч Истребления плавно скользнул сквозь уцелевшую руку рыцаря.
Раздался глухой звук, с каким палец протыкает мокрый песок. Рука Карана рассыпалась в серый прах, не оставив после себя даже крови.
Регенерация не сработала. Абсолютная смерть не подлежит отмене.
— Не бойся. Всё идёт так, как должно.
Чудовище говорило мягко, словно судья, зачитывающий неоспоримый приговор. Или палач, искренне утешающий жертву перед плахой.
Загнанный в угол Каран взревел, выпуская весь свой резерв. Он сжёг саму душу, преобразуя остаток жизненной силы в чёрную ману. Одно такое высвобождение могло бы стереть с лица земли столицу крупной империи.
Его тело раздулось, разорванная плоть превратилась в бурлящую массу хитина и костяных наростов, вознося маджина ввысь. Теперь он мог смотреть на врага сверху вниз.
Оскал вернулся на его обезображенное лицо: под такой сокрушительной мощью всё сущее обязано было пасть!
Однако в следующее мгновение обзор стремительно поехал вниз.
«Никому не позволено смотреть на владыку сверху вниз», — зазвучал не голос Сок Хёна, а шепот сотен глаз в пустоте.
«Святотатцу не поднять головы».
Хрусь!
Щиколотки срезало.
Хрусь!
Колени переломило в обратную сторону.
Бедра, поясница, позвоночник — тело Карана методично разобрали на части за долю секунды, впечатав окровавленную голову обратно в пол.
Он снова смотрел на Ли Сок Хёна снизу вверх.
— Ну как, повеселился? — ласково поинтересовался тот, будто спрашивал друга о приятной прогулке. — Хочешь, покажу кое-что напоследок?
Каран не посмел бы развернуть эту «конфету», даже если бы у него оставались руки.
— Смотри внимательно.
Ли Сок Хён взмахнул Мечом Истребления.
Последнее, что успел запечатлеть угасающий взор сильнейшего рыцаря древности — как весь колоссальный горный хребет Парс за пределами иллюзии распадается на аккуратные, идеально ровные кубики под невидимым лезвием абсолютной смерти.
Каран Криил умер в полном одиночестве, так и не поняв истинной природы своего палача.
Юи последовала за ним мгновением позже.
Всё это совершил всего один человек.