[Судьба Отчаяния уничтожена.]
[Мир возвращается в свое естественное русло.]
Всего две строчки системного уведомления подтвердили окончательное завершение затянувшейся битвы.
Останки Судьбы Отчаяния обратились сияющей звездной пылью и растаяли в воздухе. Сколько же душ пало жертвой этой сущности за бесчисленные эпохи?
Оседавшая серебристая пыльца касалась тел моих товарищей, мгновенно затягивая любые, даже самые тяжелые раны. Точно как в игре: стоит одолеть рейдового босса, и здоровье всего отряда восполняется до максимума. В конце концов Судьба Отчаяния сама пала жертвой той игровой системы, которой так долго и самозабвенно манипулировала.
[Поздравляем.]
[Вы защитили этот мир.]
Строки текста продолжали всплывать перед глазами.
Собственно, я догадывался о подобном исходе. Если бы я провалился в этот мир исключительно по прихоти Судьбы Отчаяния, без чьего-либо стороннего вмешательства, я бы не смог противопоставить ей ничего и бесконечно погибал в бессмысленных циклах. Тот факт, что планы финального босса с самого начала пошли наперекосяк, доказывал: за моей спиной все это время стоял другой могущественный союзник.
— Я ведь не ошибся? Это ты перенес меня сюда?
[Да, все верно.]
[Поиск «Динь-Дон-Дан»].
Мой главный навык и одновременно истинное божество, призвавшее меня в этот мир. Это была всего лишь гипотеза, но теперь сомнений не оставалось: передо мной был настоящий Бог. Иначе противостоять сущности уровня Судьбы Отчаяния было бы попросту невозможно.
[Твои догадки абсолютно верны.]
[Чтобы нам никто не мешал, я временно остановил ход времени для всех, кроме нас двоих.]
[К слову, ты можешь обращаться ко мне просто Динь-Дон-Дан.]
Едва прозвучали эти слова, время вокруг замерло, а пространство подернулось рябью. Перед глазами предстала картина, до боли напоминавшая фокусы Судьбы Отчаяния. Внушающая трепет божественная мощь, не оставлявшая сомнений в статусе собеседника.
— Ты выбрал меня, потому что среди всех игроков я подходил лучше всего?
[Мне искренне жаль, что все так сложилось.]
[С того самого момента, как Судьба Отчаяния положила на тебя глаз, у меня не оставалось иного выбора.]
[Я еще раз приношу тебе свои глубочайшие извинения.]
Сущность, назвавшаяся Динь-Дон-Даном, соткала себе человеческий силуэт и отвесила мне глубокий, вежливый поклон. От неловкости ситуации — сам Бог кланяется смертному, извиняясь за причиненные неудобства! — я даже растерялся и поспешно замахал руками:
— Да брось, я ведь и сам все понимал. Раз уж эта тварь выбрала меня своей мишенью, забросить меня сюда было единственным способом сохранить мне жизнь.
[Благодарю за понимание.]
Мостом, соединившим вселенную «Финальной Судьбы» с реальностью, где я жил, изначально послужила именно Судьба Отчаяния. Динь-Дон-Дан пытался предотвратить катастрофу, и в тот миг, когда злокозненная сущность решила сделать из меня свою вечную игрушку, божество сыграло на опережение. Оно выдернуло мою душу первым, бросив в игровой мир, чтобы я успел нарастить мышцы для решающей схватки.
С одной стороны, можно было возмутиться: мол, меня использовали как разменную монету в разборках высших сил, заставив таскать каштаны из огня. Но если взглянуть на ситуацию трезво, Динь-Дон-Дан сделал для меня все возможное в тех чудовищных обстоятельствах. Реализуй Судьба Отчаяния свой замысел, я бы давно превратился в сломанную куклу, вечно захлебывающуюся в собственных криках. Более того, я мог бы окончательно возненавидеть все свое прошлое и закончить дни бессмысленным изгоем. Я был искренне благодарен Динь-Дон-Дану за то, что помог мне избежать столь незавидной участи и стать тем, кем я являюсь сейчас.
[Я невероятно признателен за то, что ты рассуждаешь столь зрело.]
— Ладно, проехали. Главное — теперь-то все закончилось?
Какой бы тяжелой ни выдалась эта дорога, конечный результат искупал любые тяготы. Судьба Отчаяния больше никогда не вмешается в мою судьбу, мне не придется умирать в попытках убежать от прошлых ошибок. Ничего из этого кошмара больше не повторится, а значит, цепляться за былые обиды не имело смысла.
Мне требовалось лишь одно: твердая уверенность, что кошмар подошел к концу.
[Да. Все кончено.]
Сказав это, Динь-Дон-Дан взмахнул рукой, и рядом с нами соткался мерцающий портал. Свет вспыхнул и опал, открывая вид на ту сторону.
[Это величайшая награда, которую я могу тебе предложить.]
Знакомый до боли пейзаж.
Не декорации «Финальной Судьбы», а настоящая Земля, где я когда-то родился и вырос. Однако открывшаяся картина слегка отличалась от моих последних воспоминаний.
[Ты можешь вернуться в тот момент, когда был по-настоящему счастлив.]
[Или переродиться в день своего рождения и прожить жизнь заново, исправив каждую допущенную ошибку.]
[Твоя память останется нетронутой, так что тебе не придется повторять прошлые трагедии.]
[В твоем родном мире таких людей принято называть регрессорами.]
Лишних объяснений не требовалось. Я мгновенно уловил суть предложения.
Вернуться до того, как погибли мои родители. Или оказаться рядом с Джи Хён до того, как она впервые попробовала наркотики. Получить шанс переписать судьбу начисто, избежать роковых встреч или повернуть их в благополучное русло. Всеобъемлющая власть изменить прошлое и слепить из него идеальное будущее.
Бог предлагал мне абсолютную свободу выбора.
[Судя по твоему взгляду, ты не намерен соглашаться.]
— Да. Ты прав.
В прошлом я бы, не задумываясь ни на секунду, бросился в этот портал вниз головой. Я бы счел возможность начать все с чистого листа величайшим даром небес и немедленно принялся перекраивать реальность под свои хотелки. Но я давно перерос эти детские фантазии.
— Я благодарен каждому, кто помог мне вырасти и дойти до этой точки. Я не хочу перечеркивать их существование.
Какой толк в том, что я буду помнить о них, если они забудут обо мне? Если переписать прошлое, тысячи драгоценных связей оборвутся навсегда, словно их никогда не существовало. Я не желал такой судьбы.
— В конце концов, я дышу и стою здесь только благодаря этим людям.
Нет никакого смысла бесконечно оглядываться назад. Значение имеет только то, что ждет нас впереди. И никто не даст гарантии, что попытка исправить старые ошибки не породит новые, куда более страшные катастрофы. Жизнь — не сентиментальный роман, здесь невозможно получить слащавый счастливый финал по щелчку пальцев.
Именно поэтому текущий результат радовал меня больше любого идеального прошлого.
[Существует и другой вариант: ты можешь просто вернуться в свой мир, в свое исходное время.]
Динь-Дон-Дан внимательно посмотрел на меня, словно проверяя, не затаилось ли в глубине моего сердца сомнение.
Я лишь улыбнулся и уверенно покачал головой:
— Мое имя — Ли Сок Хён.
[Я тебя понял.]
[В таком случае позволь вместо этого даровать тебе мое благословение.]
[Прошу, не отказывайся хотя бы от него.]
— Звучит заманчиво. Я и сам собирался стрясти с тебя хоть какую-то компенсацию.
Победить саму Судьбу Отчаяния и уйти с пустыми карманами было бы верхом расточительства.
[Ха-ха, ты до самого конца относишься ко всему как к игре.]
— А разве это не так? Для меня это всегда было игрой.
[Даже сейчас?]
Я оглянулся по сторонам, глядя на застывших во времени товарищей, и вместо ответа лишь пожал плечами с широкой ухмылкой. Динь-Дон-Дан рассмеялся в ответ.
Мы посмотрели друг на друга, и этого безмолвного диалога оказалось более чем достаточно.
Прошла неделя с тех пор, как Судьба Отчаяния канула в небытие, а мир вернулся на круги своя.
Жизнь континента текла своим чередом, словно ничего экстраординарного не произошло. На самом деле сущность босса всегда оставалась за кулисами мироздания. Он не был ни актером на сцене, ни зрителем в зале — скорее невидимым рабочим сцены, дергавшим за рычаги. Абсолютный кукловод, вершивший судьбы в глухой тени.
Именно поэтому гибель Судьбы Отчаяния вовсе не означала мгновенного исчезновения всех маджинов. Просто этот мир наконец-то перестал плясать под дудку чужой безумной воли. Никто из простых смертных не чествовал нас как спасителей человечества. Это была битва, о которой никто никогда не узнает, но которую мы обязаны были выиграть. И мы просто сделали то, что должны были.
— Спас гребаный мир, а в итоге остался на второй год…
Цена четырехмесячного отсутствия в академии оказалась на редкость прозаичной. Мои однокурсники перешли на следующий курс, а я формально числился второгодником. Если не удастся сдать экзамены экстерном для досрочного выпуска, мой выпускной год неизбежно сдвинется.
К счастью, мои прошлые академические заслуги были настолько феноменальными, что руководство пошло на компромисс: статус второгодника остался чистой формальностью. Курс остался прежним, но посещать занятия мне разрешили вместе с второкурсниками.
— И сколько я уже не был на парах?..
Всю эту неделю я почти не появлялся в академии, посвятив время урегулированию дел с близкими. Конечно, всей правды я раскрыть не мог, поэтому отделался расплывчатыми байками в духе «пережил просветление, пока запирался в комнате». В общих чертах объяснив ситуацию, я принялся наводить порядок в делах компании «Тондэмун».
Мы успешно привлекли солидные инвестиции под проект детектора маджинов, расписали долгосрочный бизнес-план, а львиную долю операционного управления я окончательно делегировал Мелии. Вместо сиюминутной выгоды пришло время выстраивать фундамент на десятилетия вперед. В конце концов, теперь это был мой настоящий дом, и чем основательнее подготовка, тем спокойнее жизнь.
Однако в процессе этой суматохи я осознал, что упустил из виду одну крайне щекотливую деталь.
— Сок Хён! Выходи немедленно, сегодня наш первый совместный учебный день!
— Сок Хён, я пришла за тобой. Если вздумаешь снова сбежать — клянусь, я тебя прибью!
— Ах ты негодяй! Я ради тебя лично перевелась из Велутоса в Миринэ, а ты бросил меня одну на целую неделю?!
— Нам нужно как можно скорее съездить на Север. В конце зимы у нас проходит праздник для влюбленных, это идеальное время, чтобы объявить о нашей помолвке.
Весна, Лето, Осень, Зима.
К одновременному натиску всех четырех времен года жизнь меня определенно не готовила.
Собственно, именно из-за этой осады дела, которые можно было раскидать за пару дней, растянулись на добрую неделю. С того самого момента, как я перестал воспринимать происходящее как условности компьютерной игры, я напрочь забыл, как вообще нужно реагировать на женское внимание.
Вещи, от которых я раньше отмахивался со словами «да какие из них женщины, обычные модельки персонажей», теперь щекотали нервы так, что поджилки тряслись. Временами колени предательски подкашивались.
Грохот!
Видать, сочтя за смертный грех то, что дверь не открывается, хотя хозяин точно внутри, осаждающие вынесли ее с петель.
— Мой драгоценный ученик, заставлять прекрасных дам ждать под дверью — верх невоспитанности! — раздался грозный голос.
Я и подумать не мог, что к этой вакханалии присоединится даже мой мастер. С тех пор как Акаса узнала, что я превзошел ее по уровню чистой силы, она маниакально требовала спаррингов едва ли не каждый божий день.
— Босс, вашей секретарше так тяжело в одиночку управлять компанией… Может, позволите сделать вам расслабляющий массаж бедер? — промурлыкала материализовавшаяся прямо на моей кровати Мелия, обвивая мои ноги своими длинными чулочными ножками.
Назвать это счастьем или катастрофой — зависело от точки зрения.
Разумеется, я не был столь наивен и заранее подготовил тяжелую артиллерию в лице верных союзников.
— Сок Хён! Ну ты и ловелас! Как освободишься, давай устроим спарринг с голыми кулаками! — восторженно оскалился У До Хён, сжимая кулаки.
— Хоть ты и простолюдин, аппетиты у тебя воистину императорские, — меланхолично заметил Велос, с наслаждением хрустя попкорном и наблюдая за разворачивающимся представлением.
Предатели. Один был повернут исключительно на драках, второй просто ловил кайф от чужих страданий. Ни о какой помощи с их стороны речи не шло.
Ситуация стремительно катилась в бездну, и я применил единственный доступный мне абсолютный козырь:
— А… может, мы сначала сходим перекусить Специальным Делюкс-бургером Миринэ, а потом уже поговорим?..
При этих словах в комнате повисла зловещая, леденящая душу тишина.
Спустя пару секунд все девушки, залившись густой краской, синхронно взревели:
— ХВАТИТ КОРМИТЬ НАС ЭТИМИ ДУРАЦКИМИ ОТГОВОРКАМИ!
Звон!
Едва раздался этот крик, я вынес плечом оконную раму и сиганул со второго этажа.
Спасайся кто может.
Будь я прежним, я бы легко разрулил эту неловкость парой дежурных фраз. Но чертова романтика путала все карты.
Впрочем, возможно, корень проблемы крылся в самой личности персонажа.
Я вселился в тело мусорного персонажа.
И этот факт объяснял абсолютно все.
И все же я не мог сдержать счастливой улыбки.
Теперь я буду идти только вперед.
Долго, размеренно и абсолютно счастливо.
(Конец)