Как бы то ни было, стоило мне принять предложение Шейн, как наша экскурсия по королевской столице совершенно потеряла всякое направление.
— Этот сувенир вырезан из священного дерева...
— Купите этот, и я отдам вам в придачу вон тот.
Шум столицы, бурлившей с самого раннего утра.
В этот оживленный гул органично вплетался доносившийся до меня разговор Шейн и Вален.
— Куда вы планировали пойти сегодня?
— Хм, я думала обойти все знаменитые места...
Они увлеченно болтали, излучая энергию настоящих туристов.
Мы же вдвоем, плетясь позади, были окутаны молчанием.
Я-то думал, что мы наконец помирились, а тут опять.
Хейли надула щеки, став похожей на рыбу-фугу.
— Эм, Хейли...
Стоило мне произнести ее имя, как она резко отвернулась.
Судя по всему, она обиделась настолько сильно, что не желала даже отвечать.
И все же физическое расстояние между нами ничуть не увеличилось.
Напротив, от нее исходило безмолвное давление, словно говорившее: «Ну же, давай, подними мне настроение».
Она то отставала, то снова пристраивалась сбоку... Я тихо обратился к Хейли, которая продолжала крутиться поблизости:
— Эй, хочешь, понесу тебя на спине?
— ...
Стоило мне это сказать, как она так и застыла на месте.
Она молча смерила меня косым взглядом, а затем тихо зашла мне за спину.
Я уже собирался тяжело вздохнуть, решив, что и эта попытка оказалась неудачной.
Но тут две ладони вцепились в мои плечи и одним быстрым движением сомкнулись у меня на шее.
— Ого.
— ...Быстрее, а то мы их упустим.
От этой неожиданной атаки у меня невольно вырвался сдавленный возглас.
Хейли, уже устроившись у меня на спине, вела себя как ни в чем не бывало.
А ведь мы были в шаге от начала холодной войны.
Я тихонько выдохнул с облегчением, поудобнее перехватил Хейли и зашагал вслед за ушедшей вперед парочкой.
Вскоре те двое услышали приближающиеся шаги и обернулись.
— Почему Хейли у тебя на спине? Она поранилась?
Вален первая склонила голову набок и поинтересовалась, не случилось ли чего.
Хейли запрыгнула на меня, поддавшись порыву, но, похоже, совсем не подумала об оправдании.
— Да нет, дело не в этом...
Она неопределенно махнула рукой, сидя у меня на спине, а затем замолчала, явно смутившись собственных мыслей.
— Она просто сказала, что хочет прокатиться на спине.
— Что?! Почему это Хейли можно, а мне нет?!
Я выручил Хейли этим простым объяснением, и Вален тут же уставилась на меня округлившимися глазами.
— Почему ты вечно...
— Ты несешь Хейли, а меня нет, это жутко несправедливо!
Стоило мне спросить почему, как она сразу же принялась жаловаться на несправедливость.
Она до сих пор считает меня кем-то вроде ездовой лошадки?
«Вы обе уже почти в возрасте старшеклассниц, разве нет?»
Конечно, еще не совсем взрослые, но уж точно вышли из того возраста, когда просятся на ручки.
*Треск.*
В воздухе так и посыпались искры, когда взгляды двух девушек пересеклись.
Они ведь не враждующие сестры, и все же...
Я крепче обхватил ноги Хейли и продолжил путь.
— Сейчас очередь Хейли, а в следующий раз... ух.
Не успел я упомянуть следующий раз, чтобы утихомирить протесты Вален, как Хейли ощутимо ткнула меня коленом в бок.
Вокруг начала воцаряться неловкая тишина.
И тут издалека я заметил улыбку Шейн.
Она явно наслаждалась этим хаосом.
В итоге я шел с руками Хейли, обвивавшими мою шею подобно шарфу, добрых двадцать минут...
— Эм, я, пожалуй, слезу.
— Накаталась?..
Настроение Хейли, судя по всему, улучшилось от такой простой вещи, как поездка на спине. Она слезла и наконец пошла своими ногами.
— Если честно, не совсем... Но я подумала, что ты устанешь.
— Ценю твою заботу.
Она ответила на мой вопрос, слегка надувшись.
На самом деле она не накаталась, просто не хотела, чтобы я выбился из сил.
Я поблагодарил ее за заботу и расправил плечи.
После этого нам наконец удалось заняться чем-то, что действительно напоминало осмотр достопримечательностей.
Мы рассуждали о том, какой дом подошел бы нам, если бы мы однажды переехали в столицу.
Потом заговорили о сувенирах, а еще о том, что нам непременно нужно попробовать из местной еды...
Шумно, но по-своему приятно — наша прогулка продолжалась.
График оказался даже более изнурительным, чем самый плотный туристический маршрут.
Когда наконец выдалась минутка для отдыха и мы присели на длинную скамью у дороги...
— Фух.
— Ха, непростая это работа — угождать сразу двум женщинам, верно?
Вален и Хейли отошли купить уличной еды, и Шейн с непринужденной усмешкой подсела прямо ко мне.
«Чья бы корова мычала».
Подумал я про себя и ответил без особых эмоций:
— Если считать тебя, то уже трем.
— О, так ты считаешь меня женщиной?
— А кем еще мне тебя считать?
— Да нет, то есть ты прав, но все же.
Шейн отреагировала с легким удивлением, словно этот вопрос застал ее врасплох.
Я и сам немного удивился тому, как легко это у меня сорвалось с языка.
Если честно, мне до сих пор было трудно уложить это в голове.
Родившись под проклятием, которое сделало ее мужчиной еще до появления на свет, теперь, когда оно было снято, ей предстояло провести остаток жизни женщиной.
Неужели ей совсем не с кем было поговорить об этом?
Задавшись этим вопросом, я спросил, пока остальные двое отсутствовали:
— Было ли тебе в чем-то тяжело с тех пор, как ты стала женщиной?
— Хм, было бы ложью сказать, что совсем нет. Начнем с того, что мое тело, кажется, постепенно меняется...
Должно быть, ей нужно было выговориться, потому что она охотно разоткровенничалась, рассуждая о женском теле с точки зрения того, кто всегда был мужчиной.
Кое-что касалось весьма деликатных тем: посещения уборной, неожиданных физических изменений. Слушать это молча становилось немного неловко.
Когда этот поток откровений иссяк, Шейн наклонилась вперед, глядя в землю и перебирая сцепленными пальцами, и негромко произнесла:
— Странно, правда? Что изначально я была женщиной.
— И не говори, я вчера был просто в шоке.
Я ответил на ее тихий вопрос без лишних церемоний.
Даже сейчас от воспоминаний о той купальне у меня по коже пробегали мурашки.
То мягкое ощущение, которое коснулось моего локтя...
Я поймал себя на том, что рассеянно потираю левой рукой правый локоть.
— Мне и самой это показалось в каком-то смысле странным. Я ведь всю жизнь прожила как мужчина.
За этим последовал короткий, тихий вздох сожаления со стороны Шейн.
Похоже, она и правда была по-своему растеряна.
Казалось, в такой момент нужно сказать что-то действительно важное...
— А разве это имеет такое уж большое значение?
Посидев какое-то время в молчании, я наконец выдавил из себя фразу, словно сошедшую со страниц сборника вдохновляющих цитат.
— Что? Конечно, это...
— Ты наверняка любила бы мечи, даже если бы родилась девочкой.
Я прервал ее готовое сорваться с губ возражение и честно высказал то, что помнил о Шейн с самого детства.
Бывают ведь девочки такие же шумные, как мальчишки, и мальчики такие же мягкие, как девочки.
— Пфф... ха-ха! Пожалуй, ты прав?..
Шейн, похоже, сочла это действительно убедительным, потому что весело расхохоталась и закинула ногу на ногу.
— Дело не столько в том, мужчина ты или женщина, сколько в том, чтобы оставаться собой.
— Ха... возможно, ты и прав.
Я лишь красиво преподнес чужую мудрость, но Шейн глубоко и облегченно вздохнула, словно у нее гора с плеч свалилась.
Если она носила все это в себе в одиночку, то могла бы просто рассказать кому-нибудь пораньше и облегчить душу.
— Ты не думала рассказать тем, кто тебя окружает? Например, Хьютону?
— Хм. Думаю, пока нет.
Когда я спросил, не думала ли она рассказать вырастившему ее стражнику, Шейн лишь неопределенно пожала плечами.
— К тому же...
Затем она резко поднялась со скамьи.
Она сделала несколько шагов в сторону и начала говорить, устремив взгляд куда-то вдаль по улице.
— Всем будет проще, если они по-прежнему будут считать меня мужчиной.
Там, куда смотрела Шейн, далеко впереди, к нам шли Хейли и Вален — с полными руками еды, о чем-то споря на ходу.
— Я же говорю тебе, это больше в его вкусе.
— Да нет же, он вообще-то не очень любит сладкое.
— Но если он будет есть мясо в такое время, у него может заболеть желудок...
Как оказалось, всю дорогу обратно они спорили о моих кулинарных предпочтениях.
То, что я не особо ладил со сладким, было чистой правдой, но Хейли всерьез переживала, что мясо в такой час плохо усвоится моим организмом.
— Я еще не настолько разваливаюсь.
— Ой, ты нас услышал?..
Я нахмурился от такой чрезмерной заботы и принял принесенную ими уличную еду.
Даже на первый взгляд еды было немало.
Мясные и рыбные шпажки, пышный на вид хлеб, а вдобавок еще и фрукты.
Впрочем, со мной были трое подростков в самом расцвете сил, так что ничего точно не пропадет.
Мы умяли все прямо на месте.
И стоило нам собраться к следующей точке маршрута, как Шейн внезапно заявила:
— Да вы все абсолютно не представляете, что на самом деле может предложить эта столица!
— Ого! Напугала же ты меня...
Вален так и подпрыгнула от этого внезапного выкрика.
Глаза Хейли округлились от столь резкого заявления Шейн, которая до этого тихо шла следом.
— Что? Что такое... — растерянно спросила Хейли.
— То, что вы посмотрели на большие здания, еще не значит, что вы увидели все, — Шейн раздраженно скрестила руки на груди.
— Куда вы собирались пойти дальше?
— О, эм... в художественный музей в культурном округе, а еще...
Шейн наседала с каким-то странным напором, и Хейли нехотя ответила.
Я понятия не имел, что нашло на Шейн, но стоило прозвучать словам «художественный музей», как по ее виду стало ясно: с нее довольно.
— С этого момента я беру руководство экскурсией на себя! Все за мной!
Шейн внезапно загорелась энтузиазмом и взяла инициативу в свои руки.
Что в ней изменилось, ведь до этого она вела себя так тихо?
Если подумать, Шейн, вероятно, прожила в столице довольно долго.
Это было... примерно как заявить местному жителю, что ты планируешь посетить знаменитый ресторан, который обожают туристы, но который, по мнению горожан, сильно переоценен.
Как бы то ни было, Шейн фыркнула и решительно зашагала впереди.
Глядя ей вслед, Хейли и Вален переглянулись, а затем посмотрели на меня.
— И что нам делать?
— Она прожила здесь долго. Давайте просто пойдем за ней.
Оставив в стороне их крайнее недоумение, я решил, что мы пойдем следом и посмотрим, что из этого выйдет.
Мы без колебаний последовали за ней, и местом, куда она нас привела, оказался королевский дворец, на который мы вчера лишь мельком взглянули издалека из-за стен.
...Точнее, место чуть поодаль от него. Уединенный уголок заброшенного на вид частного сада.
— А вот и задворки королевского дворца.
Она опустилась на одно колено, словно расстилая красную ковровую дорожку, и величественно повела рукой в сторону — а я просто лишился дара речи.
— Ах ты, мелкая...
Я едва успел смягчить слова, готовые сорваться с языка.
Это тебе не туристическая достопримечательность.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos