Карета двигалась в темпе, который казался одновременно и быстрым, и медленным.
Впрочем, когда внутри теснились шестеро, иного ожидать и не приходилось.
Кучер изо всех сил подгонял лошадей, стремясь оторваться как можно дальше, однако преследователи бежали пешком налегке, и ничто их не замедляло.
Карете требовалось немало времени, чтобы набрать настоящую скорость, и при таком раскладе погоня неизбежно настигла бы их.
— Давай же, шевелись, глупая скотина!..
Даже кучер, судорожно вцепившийся в поводья, выглядел не на шутку встревоженным.
Надежду уйти без боя все они оставили уже давно.
— Что же нам делать?.. Что делать?
Вален без конца бормотала одно и то же, явно потрясённая внезапной засадой.
— Что значит «что делать»? Перебьём их всех.
Хейли же, напротив, отозвалась так, словно не происходило ничего из ряда вон выходящего — обычная задача, требующая простого решения, и в её голосе звучала полная готовность к бою.
У неё не было при себе ничего, что можно было бы назвать оружием, и всё же в ней чувствовалась непоколебимая уверенность.
«Типичная авантюристка», — подумал я.
И всё же я не мог просто оставить всё на Хейли.
Я быстро оглядел качающийся салон кареты.
*Тюк!*
Едва я успел это сделать, как сзади влетела стрела и вонзилась туда, где ей совсем не следовало быть.
— И-и-ик!..
Мужчина, который ещё мгновение назад так храбрился, теперь сжался в комок на полу кареты, трясясь от страха из-за стрелы, которая даже не задела его.
Тихая женщина рядом с ним прерывисто и тяжело дышала, широко распахнув полные тревоги глаза.
В странном ощущении, будто время замедлилось до черепашьего шага, я заметил лопату, надёжно привязанную под одним из сидений.
Я быстро развязал верёвку и без спроса сжал пальцы на черенке.
Горло сдавило от напряжения.
Это было совсем не то напряжение, что во время тренировок со стариком.
Предстояла схватка не на жизнь, а на смерть с людьми, которые искренне желали моей гибели.
Я смотрел на мужчин, нагоняющих карету, и крепче сжимал черенок лопаты.
— Господин Брон, я и сама справлюсь...
— Нет, не справишься.
Я оборвал взволнованный голос Хейли прежде, чем она успела договорить.
Твёрдое, безапелляционное заявление прозвучало в качающейся карете.
На мгновение на её лице промелькнуло удивление.
Убийства, которые она совершала на пути авантюристки.
Те глубокие раны наверняка ещё не затянулись.
Затаив дыхание, я посмотрел прямо перед собой и произнёс:
— Я помогу, чем смогу.
Сердце было готово выпрыгнуть из груди, но я просто не мог позволить себе переложить всё на неё, именно здесь.
И в этот самый миг.
Один из разбойников позади натянул тетиву и выпустил стрелу.
Слепой выстрел, направленный наугад.
Стрела полетела прямо на нас —
*Хвать.*
Хейли поймала стрелу прямо на лету, даже не моргнув.
Безэмоционально. Словно это было самым естественным делом на свете.
Я застыл, глядя на зажатую в её руке стрелу, а Хейли слегка, непринуждённо улыбнулась.
— Не стоит пытаться казаться крутым, если в итоге можешь пострадать, понимаешь?
— ...Справедливо.
Этот ответ послужил сигналом к началу боя.
— Попались!..
И тут же мужская рука вцепилась в бортик сзади кареты.
Лицо мужчины раскраснелось от предвкушения лёгкой наживы.
Я изо всех сил впечатал подошву сапога прямо в эту физиономию.
— Кха-а-ак!..
— Ч-что?!
Он сорвался и покатился по земле.
Бежавшие следом мужчины испустили ошеломлённые крики.
— Что вы делаете, идиоты?! Взять их!
— Гх-гаа-ах!..
Они даже не допускали мысли, что им окажут сопротивление.
На мгновение они замешкались, но один голос сплотил их, и они снова ринулись вперёд.
Мы с Хейли одновременно спрыгнули с кареты и бросились на преследователей, нагонявших нас сзади.
Следующий мужчина, ринувшийся к карете вслед за тем, кого я пнул, удостоился чести получить удар полотном лопаты прямо по черепу.
— Гкра-а-ах!..
*Дзень!*
Раздался чистый, звонкий металлический звон.
Он повалился навзничь и растянулся на земле.
Деревянная дубинка — это больно, но металлическая лопата ранит куда сильнее.
Он остался жив, но тяжёлое сотрясение мозга ему было обеспечено.
Встретив столь яростный отпор, разбойники наконец резко затормозили перед нашей внезапной контратакой.
— Ах вы, паршивцы!..
— Их всего двое! Убейте их!
— Девку взять живьём!
Поскольку их засада на карету разваливалась, они принялись выкрикивать грубые угрозы и рассредоточиваться, пытаясь окружить нас.
Но я вовсе не собирался стоять и слушать их. Мы с Хейли разом бросились на ближайших врагов.
Один из многочисленных уроков Гента.
Не давай противнику времени на раздумья.
Развернув лопату боком, я сделал резкий выпад вперёд, словно копьём.
Полотно лопаты с лёгкостью скользнуло мимо ржавого меча и вонзилось в шею мужчины — туда, где кожаный доспех её не прикрывал.
Остриё мгновенно пробило мягкую плоть, и хлынула кровь.
— Кх-урк!..
Короткий, задушенный хрип.
Я выдернул лопату, полотно которой уже покрылось пятнами сухой земли.
Мужчина выронил оружие, которое сжимал, опустился на колени и рухнул, скребя рукой по горлу.
Пусть лопата и не была острой, как хорошо наточенный клинок, её полотно было достаточно острой для своего изначального предназначения — копать землю.
— Ах ты, ублюдок!..
— Умри!.. Гкра-ах!
Разбойники бросились на нас, словно обезумевшие звери.
Они настолько не привыкли к отпору, что действовали совершенно несогласованно — некоторые из них даже умудрились поймать стрелы собственных лучников.
Моё бешено колотящееся сердце застучало так сильно, что окружающие звуки начали отдаляться, словно их утягивал за собой запах крови.
Это совсем не походило на тренировки, где чем тяжелее я дышал, тем яснее становилась голова.
Мысли путались, и становилось всё труднее отслеживать происходящее вокруг.
А необходимость сражаться сразу с несколькими противниками лишь усугубляла положение.
Магия напрочь вылетела у меня из головы.
Я никак не мог сосредоточиться на чём-то подобном посреди всего этого хаоса.
— Н-не подходи!..
— Хва-а-а-ах!
И всё же я слышал, как где-то вдалеке кричат мужчины.
Я не мог позволить себе отвести взгляд посреди боя, но, судя по звукам, у Хейли всё шло отлично.
Когда ситуация склонилась в нашу пользу, бешеное сердцебиение в груди начало утихать.
Моё сузившееся зрение немного расширилось, и только тогда я по-настоящему оценил их состояние.
Поношенная, потрескавшаяся кожа. Ржавые мечи. Гнилые луки.
Как ни посмотри, это был обычный сброд.
Несмотря на всё моё напряжение, по сравнению с Гентом эти люди в плане боевых навыков едва ли превосходили детей.
Я получил несколько неглубоких порезов сквозь одежду, да пара стрел задела меня по касательной, но, учитывая численность врага, для первого настоящего боя против живых людей это был вполне достойный результат.
— Фух...
Спустя некоторое время, отобрав у них всё оружие и свалив его в кучу, я тихо вздохнул с облегчением.
— Отличная работа.
Хейли подошла, вытирая кровь с рук, и произнесла эти два слова.
Удивительно, сколько облегчения могут принести всего два слова.
Из четырнадцати разбойников пятеро были мертвы. Остальные оказались небоеспособны.
Если учесть переломанные кости, то некоторые из выживших всё равно были практически мертвы.
Внезапная мысль о том, что я только что убил людей, отозвалась во мне ледяной дрожью, но, учитывая обстоятельства, я чувствовал себя скорее ошеломлённым.
Лишь смутное ощущение: «Я действительно только что убил человека?»
Это странное чувство отстранённости пугало меня, пожалуй, даже сильнее, чем само деяние.
«Может, я с самого начала был психопатом?»
Эта мысль только начала крутиться у меня в голове, когда Хейли, оглядевшись по сторонам, подала голос.
— Кареты... что-то не видно.
— А?
Это мгновенно вернуло меня к реальности.
Она была права — кареты нигде не было видно.
Должно быть, пока мы сражались, она успела уехать довольно далеко.
Мне казалось, что всё закончилось в один миг, но, видимо, это было не так.
Я на долю секунды почувствовал лёгкую досаду на карету за то, что нас не подождали, но затем почесал затылок и пришёл к очевидному выводу.
Ну... у них ведь не было причин останавливаться.
Даже если кто-то спрыгнул с кареты ради боя, у кучера не было причин останавливаться.
Если бы мы проиграли, они стали бы следующими.
Если подумать, это было абсолютно разумное решение. Я всё ещё почёсывал затылок, размышляя об этом, когда Хейли упёрла руку в бок и произнесла:
— Ничего не поделаешь. Пойдём пешком.
— А как же они? Мы просто оставим их так?
Хейли уже зашагала в ту сторону, куда уехала карета.
Я оглянулся на стоящих на коленях мужчин и спросил.
— В таком состоянии они никого не ограбят. Да и к тому же...
Хейли остановилась. На кончике её пальца заплясал крошечный огонёк.
Взмахом руки она отправила искру на кучу гнилых луков и ржавых мечей, и те с глухим хлопком мгновенно вспыхнули ярким пламенем.
— «Лёгкая добыча» без оружия для самозащиты... Ночь сама о них позаботится.
Лица мужчин разом застыли.
Остаться посреди глуши со сломанными конечностями и без оружия.
Что это означало, было предельно ясно.
— П-подождите! П-пожалуйста, пощадите нас! Пожалуйста!
— Мы сделаем всё, что угодно! Клянемся, мы больше никогда!..
Мы молча отвернулись от их отчаянных голосов.
Такова участь людей, которые наживались на чужих жизнях.
К подобным людям сочувствия быть не могло.
Мы оставили разбойников там, где они были, и пошли бок о бок, следуя по следам от колёс кареты.
— Думаешь, мы сможем их догнать?
— С ними Вален. Наверняка они остановились где-то по пути, тебе не кажется?
Я с тревогой спросил, сможем ли мы догнать карету, а Хейли ответила мне вопросом на вопрос.
— А если нет, пойдём пешком всю ночь! Нам всё равно нужно где-то спать!
Затем, словно ей было всё равно, она зашагала по дороге бодрым, неторопливым шагом.
И некоторое время спустя...
Как и говорила Хейли, карета остановилась на приличном расстоянии впереди, а внутри сидела Вален с заплаканным лицом.
— Хнык... ик...
— Почему... почему ты плачешь?
— Этот человек всё время твердил, чтобы мы поскорее уезжали...
Мы потратили немного времени, чтобы успокоить Вален.
Остальные пассажиры были заметно ошарашены, увидев, что мы вернулись.
— Надо же... Вы и правда вернулись?.. Ха. Вот уж не думал.
Первым заговорил мужчина, который до этого так храбрился.
Он уставился на нас широко распахнутыми глазами, явно не веря до конца, и неловко рассмеялся, почесывая затылок.
— Эта девчушка так горько плакала и твердила, что мы ни в коем случае не должны уезжать... У нас просто не оставалось выбора, кроме как подождать.
Добавил кучер с передка кареты, и в его голосе сквозила смесь раздражения и веселья.
Теперь ситуация прояснилась.
Тот мужчина, скорее всего, настаивал на том, чтобы немедленно оторваться от разбойников, в то время как Вален рыдала и наотрез отказывалась ехать.
— О, вот оно что...
— Я же говорила им, что вы вернётесь, а они всё равно не слушали!..
Вален, всё ещё расстроенная, высказала свои обиды тому мужчине.
Должно быть, пока нас не было, здесь разгорелся нешуточный спор.
— Да откуда... откуда мне было знать, что они настолько сильны...
Я лишь тихонько посмеивался про себя, глядя, как он бормочет оправдания под натиском Вален.
Оставшиеся три дня пути этот мужчина средних лет провел в полном молчании, словно проглотил что-то, что никак не мог выплюнуть.
А ведь как распинался о монстрах и разбойниках, хвастаясь, что справится с ними одной левой!
Честно говоря, будь я на его месте, я бы выпрыгнул из кареты от одного лишь стыда.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos