Вот и вся предыстория.
Даже в пределах одного города вкус сладостей может разительно отличаться.
Что уж говорить о лакомствах, которые продавались в совершенно другом городе.
Как оказалось, между изделиями знаменитой кондитерской в королевской столице Артелирон и тем, что сходило за «сладости» в нашем городе, лежала целая пропасть — куда более глубокая, чем я мог себе представить.
— Сладости у нас дома просто приторные.
— Правда? И это ещё полбеды — если жевать их слишком долго, можно и зуб сломать.
Они обе дружно ругали кондитерские изделия родного города.
Насколько же приторным должно быть угощение, чтобы от него воротило девчонок?
Мне уже самому стало любопытно попробовать хотя бы кусочек.
— Знай я, что они окажутся такими вкусными, купила бы побольше.
— И не говори…
Сладости одна за другой исчезали в их проворных пальцах.
Они только что называли это подарками для меня, однако Хейли и Вален дружно уплетали большую часть коробки.
При этом обе то и дело украдкой поглядывали на меня.
Они уминали предназначенные мне гостинцы прямо у меня на глазах, и это, судя по всему, слегка мучило их совесть.
— Вам ведь нужно совсем чуть-чуть, господин.
Я бросил им в ответ пару слов, пока они продолжали украдкой поглядывать на меня.
Я и так не особо любил сладкое, так что мне было всё равно.
И всё же, испугавшись, что моя доля испарится окончательно, я быстро выудил одну штучку и закинул в рот.
Твёрдое, плотное печенье растаяло во рту, словно осыпающийся влажный песок, оставляя после себя нежное, долгое сладкое послевкусие.
А за сладостью раскрылось кое-что ещё — фруктовая нотка?
Качество оказалось гораздо выше моих ожиданий, отчего я широко раскрыл глаза от удивления.
Хм. А ведь и правда недурно.
Чего ещё ожидать от первоклассной кондитерской в королевской столице — это лакомство находилось на совершенно ином уровне по сравнению с грубым тестом, наспех запечённым на сковороде.
Честно говоря, оно вполне могло бы соперничать с печеньем из двадцать первого века.
Даже думая так, я больше не притрагивался к коробке.
В этом чувстве было что-то знакомое — оно заставило меня подумать, что стоит оставить побольше Хейли и Вален.
Словно прочитав мои мысли, они вдвоём опустошили коробку дочиста.
Время от времени я всё же перехватывал по штучке, но если оценивать пропорции, то им досталось девять долей, а мне — лишь одна.
Так и завершилось наше спонтанное сладкое застолье.
Пока мы убирали обёртки, Хейли протянула одну из принесённых подарочных коробок Шейн.
— Ах да, держи.
— Хм?
Шейн захлопала глазами, глядя на внезапно протянутую коробку с искренним недоумением на лице, которое без слов вопрошало: «С чего это она мне её даёт?».
Заметив замешательство Шейн, Хейли, видимо, сочла нужным объясниться. Она мельком взглянула на меня и заговорила:
— Он сказал, что я должна поблагодарить тебя за ту историю с авантюристами…
— О, за то?..
Это оказался знак признательности для Шейн, которая не так давно помогла Хейли завязать с ремеслом авантюристки.
Значит, она с самого начала покупала подарок, думая о Шейн.
Она вспомнила о том, о чём забыл даже я, и не поленилась купить подарок.
Эта девчонка, право слово, порой умела удивить.
— Приму с благодарностью. Тебе правда не стоило так утруждаться.
— Если честно, я бы и сама с радостью съела ещё одну коробку, но…
Шейн вежливо и чинно приняла подарок, в то время как Хейли с мученическим видом человека, отсекающего собственную руку, призналась в своих истинных чувствах.
То, что она добавила это совершенно лишнее замечание, лишь подтверждало: сладости и впрямь оказались невероятно вкусными.
Время шло, и ночь окончательно вступила в свои права.
Сквозь окно доносился приглушённый шум улиц, всё ещё тёплых и оживлённых.
— Когда ты собираешься мыться?
— Хм? Ну, когда вы обе вернётесь, полагаю.
Я сухо ответил на короткий вопрос, который Хейли бросила мне, пока мы отдыхали.
— Да ладно тебе, пошли вместе, как вчера…
— Вчера была случайность.
Раздался разочарованный голос Вален.
Я добавил, что это вышло случайно, ведь так оно и было.
Местные рамки приличия были несколько свободнее тех, к которым я привык, но всё же не до такой степени.
Они выражали свою привязанность как умели.
Но я вновь мягко и уклончиво ушёл от ответа.
— К тому же мне нравится проводить время наедине с собой.
— Тц.
Вален цокнула языком и отвернулась.
С тех пор как мы прибыли в королевскую столицу, она вела себя на удивление напористо.
Пока Вален, проглотив обиду, собирала банные принадлежности, Хейли, которая уже была готова, подошла ко мне:
— Тогда мы пойдём первыми. Отдыхай.
— Хорошо.
С этими словами Хейли и Вален ушли.
Шорох бумажной обёртки донёсся до моих ушей.
Шейн, вместо того чтобы собираться в баню, разорвала упаковку своей коробки со сладостями.
Неужели она собиралась умять всю коробку в одиночку?
Насколько же сильно она вообще любит сладкое?
— А ты разве не идёшь мыться?
Я с недоумением спросил её, наблюдая, как она устраивается для одиночного чаепития, явно не собираясь идти мыться.
— Я пойду с тобой, когда они вернутся, — небрежно ответила Шейн, хрустя печеньем.
— …Что?
Мои мысли смешались, и с губ сорвался лишь один озадаченный звук.
Почему ты говоришь об этом так, словно это самое естественное дело на свете?
Какое отношение я имею к твоему походу в баню?
— Разве так не лучше? Если я пойду с ними, они могут догадаться, что я теперь женщина. А если пойду с тобой, это вызовет меньше подозрений.
— Оно-то, конечно, так, но…
Логика Шейн была безупречной, отчего я лишился дара речи, однако мысль о том, что так продолжаться не может, тяжёлым грузом давила на разум.
«Если нас поймают, последствия будут катастрофическими», — именно этот голос отчаянно кричал у меня в голове.
Но никакого дельного решения в голову не приходило, а время безжалостно утекало…
В итоге я переступил порог бани одновременно с Шейн.
И в отличие от прошлого раза, здесь были другие посетители.
Какая-то женщина наблюдала за нами, нахмурив брови с нескрываемым недовольством, поэтому я уставился на колышущуюся гладь воды под ногами.
— Сегодня было довольно весело, правда?
*Плеск* — небольшая волна слегка коснулась моего бока.
Трудность заключалась в том, что Шейн совершенно не соблюдала дистанцию.
Она словно не осознавала или не придавала значения тому, что теперь стала женщиной, и без малейших колебаний прижималась к моему боку.
Её беззаботность на мгновение сбила меня с толку, но я взял себя в руки, испустил глухой вздох и произнёс:
— Всё прошло хорошо. За исключением дворца.
— Ах, если бы не Луна, нас бы не поймали.
При упоминании дворцового происшествия Шейн легко и беззаботно рассмеялась, а затем назвала незнакомое мне имя, сетуя на неудачу.
Должно быть, так звали женщину, которая поймала нас с поличным, стоило нам выскочить из коридора.
Шейн всё время сохраняла это сияющее выражение лица, но что-то в нём казалось неестественным — словно эта весёлость была напускной.
— Ну так что… ты смирилась с этим? С тем, что теперь стала женщиной.
Вслед за этим внезапным вопросом повисло короткое молчание.
*Плеск* — ладонь Шейн опустилась на воду, словно ей больше некуда было деться.
— …Даже если и нет, я ничего не могу с этим поделать.
На лице Шейн проступила легкая горечь, когда она заговорила, отрешённо глядя на мерцающую воду.
— Хочешь вернуть всё назад?
— …В этом я тоже не уверена.
Раньше Шейн легкомысленно разбрасывалась фактом своего возвращения к женскому облику, используя его для шуток или угроз.
Но под этим, похоже, скрывалось глубокое смятение, поскольку после моего вопроса она начала понемногу раскрывать душу.
— Меня и раньше-то не особо интересовали дела сердечные. Видя красивую женщину, я думала: «Она симпатичная», а если видела мужчину, то просто отмечала: «Он классный», вот и всё…
*Плеск* — её смущённая рука скользнула по водной глади.
Я промолчал, и Шейн продолжила:
— На самом деле я пошла с тобой сегодня потому, что хотела спросить… что мне теперь делать?
Даже то, что мы оказались в бане вместе, было лишь поиском ответа на этот вопрос.
— Спросить меня?
— Да.
Тихое признание Шейн в том, что она искала ответа именно у меня, заставило меня искренне удивиться.
Если её тяготило подобное, разве не было других людей, к которым она могла бы обратиться прежде, чем прийти ко мне?
Я вспомнил о верных стражниках в нашем городе, которые были для Шейн почти как отцы и дяди, и произнёс:
— Почему я? Есть ведь ещё Хьютон.
— Только не они…
Беспомощно усмехнувшись, Шейн ответила, что к ним обратиться никак нельзя.
Шейн называла стражников «папами», но они были теми, кого следовало уважать и ценить, а не обременять своими тревогами, мучаясь чувством вины.
А вот человеком, которого можно было беспокоить и тревожить без малейших угрызений совести, судя по всему, являлся я.
Красные глаза виднелись сквозь пряди каштановых волос.
Её взгляд блуждал сильнее, чем когда-либо на моей памяти.
Мне нужно было ответить на этот искренний вопрос Шейн.
— Просто поступай так, как велит сердце, полагаю.
Но из моих уст вырвались слова, прозвучавшие почти равнодушно.
В моей голове не нашлось никакой житейской мудрости, поэтому я просто озвучил первое, что пришло на ум.
«Поступай так, как велит сердце».
Существовал ли более небрежный и равнодушный ответ?
— …Ха. Очень удобный ответ.
— Но ведь мир именно так и устроен.
Я ответил на безрадостный смех Шейн ещё одним туманным замечанием о порядке вещей.
— Посмотри на меня: ни жены, ни разу ни с кем не встречался, а живу себе припеваючи.
Было бы неправильно обрывать разговор на этом, поэтому я изо всех сил попытался пошутить над собой.
— Ахаха… это вообще ни разу не утешает.
Тем не менее шутка сработала, и Шейн беспомощно рассмеялась, приподняв уголки губ и заметив, что это ни капли не помогло.
Отсмеявшись, Шейн глубоко вздохнула, выпуская остатки напряжения, и уставилась прямо перед собой.
— Ну, раз уж я снова стала женщиной… может, мне попробовать встречаться с тобой?
— Пфф. Не говори глупостей.
Шейн произнесла это с вернувшимся к ней озорством, а я, посмеиваясь, тут же парировал её выпад.
— Ха. Да я просто так сказала.
Она неловко отшутилась, отмахиваясь от собственных слов.
В уголке глаза Шейн застыла крошечная капля воды.
Была ли это испарина от банного пара?
Или слеза, скатившаяся посреди всего этого смеха?
Я не мог сказать наверняка, но одно было ясно: наше путешествие близилось к концу.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos