Царство Демонов.
Небо здесь вечно скрыто мглой. Вдали с воем пролетел феникс, оставляя за собой пепельный след, пропитанный дыханием смерти. В самом сердце бескрайней равнины мрачно возвышается огромный замок — в радиусе десяти миль не видно ни одного разумного существа.
Это замок одного из пяти Великих Лордов Бездны — Великого Лорда Хубилиса, Ротгарра. Никто не осмеливается приближаться к его замку.
Внезапно тишину разорвала вспышка — над замком раскрылся круг телепортации, мерцающий бледно-фиолетовым сиянием. Из него вышли две фигуры, нежно обнимающие друг друга.
Стоило им появиться, как на них обрушились языки чёрного пламени, стремительные, как стрелы, готовые пронзить их насквозь.
Мужчина с рогами шевельнул плечом, и тонкие крылья за его спиной мгновенно сомкнулись вокруг них. Чёрное пламя с глухим треском врезалось в перепонку, отскочило и рассеялось.
— Эй, Рот, так ты меня встречаешь? — мужчина расправил крылья и с недовольством окликнул того, кто стоял внизу.
Из замка вылетела высокая фигура, размахивая огромными кожистыми крыльями. Длинные чёрные волосы развевались на ветру, а над холодным, прекрасным лицом с дьявольским оттенком изогнулись чёрные рога. Узкие глаза прищурились, в них, словно рубины, блеснула насмешка. Уголки губ приподнялись, обнажая белоснежные зубы:
— Балан, я хоть раз встречал тебя радушно?
— Ай-яй, мы же друзья уже несколько тысяч лет, хватит дурачиться.
Балан нисколько не смутился словам Ротгарра и, улыбаясь, продолжил:
— Я женюсь и пришел лично вручить тебе приглашение!
Он взмахнул рукой, и изящно оформленная карточка появилась в руке Ротгарра.
Ротгарр сжал карточку двумя пальцами правой руки и перевел взгляд на женщину, которую обнимал Балан.
Одного взгляда было достаточно, чтобы понять — это человеческая женщина.
У неё густые золотистые волосы, изящные и красивые черты лица, но выражение словно у пугливой лани в лесу. Она застенчиво обнимала Балана за талию, словно боялась упасть.
Ротгарр — демон. На самом деле, все пять Великих Лордов Бездны были демонами, выбравшимися из самой Бездны. А демоны — прирождённые эгоисты, презирающие другие расы, особенно хрупких телом людей, которые в их глазах были грязным, слабыми и лицемерными.
Ротгарр при каждой встрече издевался над Баланом, но на самом деле, уже несколько тысяч лет он действительно считал его другом. Теперь, услышав о женитьбе, да ещё на человеческой женщине, он подумал, что Балан шутит:
— Ты спятил? Даже простое прикосновение к человеческой женщине омерзительно, а ты собираешься на ней жениться?
— Эй, не говори такого при моей будущей жене. Кэтрин особенная — она чиста и прекрасна, как единорог*. Я влюбился в неё.
[*Единорог символизирует благородство и чистоту.]
Балан остановил недовольство Ротгарра, затем склонил голову к своей невесте, поднял её подбородок и нежно поцеловал.Кэтрин вспыхнула румянцем и, обхватив Балана за шею, с восторгом смотрела на него.
Ротгарр сверепо нахмурился. Ему хотелось, чтобы эта раздражающая глаза парочка убралась прочь.
Из уважения к другу Балан быстро отстранился от поцелуя и, находясь в прекрасном расположении духа, посмотрел на Ротгарра с улыбкой.
— Рот, раньше я предавался лишь чувственным наслаждениям, считая их величайшей радостью в мире. Но теперь я понял — вкус любви поистине сладок. Хватит сидеть в своём унылом замке в одиночестве. Тебе тоже стоит ощутить этот вкус — разве он не прекрасен?
Ротгарр презрительно фыркнул:
— Любовь? Ты любишь такое лицемерное и ничтожное создание, как человек? Балан, ты — позор для всех демонов. Рано или поздно ты погибнешь от руки человеческой женщины.
— Не стоит говорить так грубо, Рот, — недовольно ответил Балан. — Среди людей встречаются лицемерные и отвратительные существа, но также есть и такие ангелы, как Кэтрин.
Произнося эти слова, он снова опустил голову и нежно улыбнулся Кэтрин.
Румянец не сходил с личика миниатюрной девушки, а в её изумрудно-зелёных глазах отражалось прекрасное лицо Балана.
Ротгарр больше не мог на это смотреть. Он с отвращением отвел взгляд и холодно бросил:
— Делай как хочешь. Но на твою свадьбу я не приду.
В его руке вспыхнуло чёрное пламя, и приглашение мгновенно сгорело дотла.
Прежде чем Ротгарр улетел обратно в замок, Балан остановил его:
— Рот, давай заключим пари.
Ротгарр замер на мгновение и обернулся к Балану. В его кроваво-красных глазах мелькнул живой интерес:
— Какое?
— Ты ведь презираешь человеческих женщин и считаешь их тщеславными? До свадьбы еще полгода. Если за это время тебе удастся заставить сотню человеческих женщин согласиться на твоё предложение руки и сердца — ты победил. А если нет — придёшь на мою свадьбу.
— Если я выиграю, ты убьёшь свою возлюбленную? — холодно усмехнулся Ротгарр. Пари казалось ему смехотворным, но всё же задело его самолюбие.
Услышав слова Ротгарра, Кэтрин вздрогнула. Балан поспешно обнял её, чтобы успокоить, и сердито посмотрел на Ротгарра:
— Если ты выиграешь, я отдам тебе семя Древа Бездны, которое недавно раздобыл.
Взгляд Ротгарра изменился. Если раньше слова Балана лишь слегка заинтересовали его, то теперь он был полон решимости победить.
Он искал семена Древа Бездны несколько тысяч лет и за всё это время нашёл лишь два. Семя Балана будет его!
— Договорились, — уголок губ Ротгарра дёрнулся вверх. — Сохрани его для меня.
Увидев, что Ротгарр согласился, Балан нисколько не смутился его уверенностью в том, что он уже считал семя Бездны своим. Злобно сверкнув глазами Балан добавил:
— Но ты не можешь принуждать их к согласию и не можешь похищать их в Царство Демонов. Ты должен оставаться в мире людей и использовать свое личное обаяние, чтобы покорить их сердца!
— Это всего лишь никчёмные человеческие женщины — мне не придётся их принуждать., — небрежно согласился Ротгарр.
— Тогда буду ждать от тебя хороших новостей! — с улыбкой произнёс Балан, разворачивая портал. Бросив на Ротгарра последний многозначительный взгляд, удовлетворенный Балан телепортировался вместе с Кэтрин.
* * *
Когда сияние портала погасло, Кэтрин тихо спросила Балана:
— А что, если он выиграет?
Её голос был нежным и мягким, словно шёлк, скользящий по коже, отчего сердце Балана трепетно забилось. Именно поэтому он запрещал ей говорить в присутствии других — такой голос должен слышать только он.
Охваченный нетерпением, Балан подхватил её на руки и полетел в спальню. Предвкушая ожидающее его удовольствие, он небрежно бросил:
— Ротгарр обречён на поражение. С таким скверным характером, он неспособен произнести ни единого доброго слова, какая женщина захочет за него выйти?
— Но...
— Тише, не говори больше о нём. Я ведь могу приревновать. Назови меня по имени, дорогая.
— ...Ба...Балан…
* * *
Тем временем Ротгарр вернулся в замок, убрал крылья, прошёл по пустынному холодному коридору и спустился в подземелье.
Ротгарр прекрасно понимал, почему Балан поставил на кон семя Древа Бездны. Во-первых, Балан не так дорожил им, как он сам. Во-вторых, Балан был уверен, что он проиграет.
Будучи друзьями уже несколько тысяч лет, Балан не раз говорил ему: даже если бы он действительно полюбил какую-нибудь женщину, он всё равно не смог бы её добиться, потому что совершенно не умеет говорить приятные слова и одной фразой способен превратить страстную любовь в лютую ненависть.
Но даже его друг Балан не знал, что особая сила Ротгарра — одержимость, позволяла ему использовать воспоминания тех, кем он овладевал.
У каждого Великого Лорда Бездны есть уникальная способность — дар Бездны, полученный ими, когда они выбрались из её глубин.
Особая способность Ротгарра позволяла ему сделать своё тело нематериальным и в этой эфирной форме, подобной душе, вселяться в разумное существо, полностью управляя его телом. Это Балан знал. Но он не знал, что Ротгарр при этом получал случайные фрагменты воспоминаний носителя.
Поэтому для него пари с Баланом было невероятно простым. Достаточно было найти какого-нибудь ловеласа и использовать его воспоминания, чтобы завоевать сердца женщин. Человеческие женщины тщеславны и жадны — так что победа была у него в кармане.
Между Царством Демонов и миром людей нет прямого прохода. Среда обоих миров была смертельным ядом для существ с другой стороны. Лишь немногие представители редких рас могли выжить в чужом мире, полагаясь на собственные силы или используя артефакты и тайные техники.
Но даже в таком случае их сила значительно ослабевала.
От рождения Ротгарр получил от Бездны не только дар, но и проклятие, которое являлось платой за особую способность. Чтобы снять с себя проклятие, он часто отправлялся в мир людей на поиски информации, поэтому в подземелье его замка был обустроен телепортационный портал между мирами.
Он встал в центр круга, слегка щёлкнул пальцем вниз, и чёрное пламя ударило в центр портала, мгновенно заполнив весь круг. Вспыхнул фиолетовый свет — и он оказался в мире людей, в лесу в десяти милях от какого-то города.
Характерное для магии свечение быстро угасло. Ротгарр поморщился — каждый раз, приходя в мир людей, он чувствовал дискомфорт.
Даже будучи Великим Лордом Бездны, способным противостоять ядовитой для него среде человеческого мира, он не мог полностью избежать последствий. Сейчас его сила ослабла более чем наполовину от прежней.
Неподалеку раздавались голоса, перемешанные с криками и разнузданным смехом. Поскольку Ротгарр не скрывал своего присутствия, когда он приблизился, они заметили его.
— Кто ты такой?!
Ротгарр даже не взглянул в их сторону и продолжил идти своей дорогой.
Послышался женский крик, полный отчаяния:
— Спасите меня! Прошу вас, спасите!
— Заткнись! — раздался звук пощёчины, затем грубый мужской голос заорал: — Эй, я с тобой говорю! Стой, где стоишь! Чёрт! Парни, вперёд! Задержите его!
Несколько мужчин схватили отброшенное в сторону оружие и бросились к Ротгарру. Полумрак леса и густые ветви кустарников закрывали часть его фигуры. Только когда мужчины окружили его, они поняли, что Ротгарр не человек, а существо с козлиными рогами на голове...
— Демон! Это демон!
Мужчины в ужасе закричали и попытались бежать, но было уже поздно.
Ротгарр щёлкнул пальцами — и вокруг них вспыхнули языки чёрного пламени. Едва коснувшись их тел, оно, будто масло, мгновенно растеклось по коже. Чёрное пламя яростно взметнулось, окутало мужчин и в одно мгновение сожгло их дотла.
Ротгарр даже не остановился.
Осталась лишь женщина, ставшая свидетельницей этой ужасающей сцены. Она дрожала от страха, обхватив себя руками, безмолвно плакала и не смела издать ни звука, отчаянно молясь про себя Богине Света.
Избежав смерти, она тут же решила считать увиденное кошмарным сном и никому ничего не рассказывать.
Вскоре Ротгарр нашёл подходящую для одержимости цель — неподалёку в роскошной четырёхколёсной карете проезжал Пэриш Уилсон, сын лорда-градоначальника. Он возвращался в город Синего Камня, расположенный неподалеку.
Пэриш Уилсон не был магом, его ментальная сила была слаба. Кроме него в карете находились только кучер и личный слуга — обычные хилые людишки. Ротгарр без труда овладел им. Это тело было молодым и красивым — за один день он сможет заставить как минимум десяток женщин согласиться на его предложение.
Одержимость Ротгарра не убивала изначального владельца тела. Его душа насильно оттеснялась и погружалась в сон, а тело полностью переходило под власть Ротгарра.
Карета медленно въехала в город Синего Камня. Ротгарр открыл окошко и холодно смотрел наружу.
Эти жалкие, бездарные, ничтожные людишки по-прежнему вызывали отвращение.
Карета внезапно резко остановилась и кучер гневно закричал:
— Презренная простолюдинка! Как ты смеешь останавливать карету молодого господина Пэриша?! Хочешь, чтобы тебя повесили?!
Ротгарр отвёл взгляд и услышал лишь слегка испуганный, хрупкий женский голос:
— Простите, меня кто-то толкнул... Я сейчас уйду!
Жалкая отговорка.
Ротгарр вспомнил, что много лет назад видел похожую сцену: бедная, но красивая девушка упала перед каретой богатого господина, желая быстро улучшить свое положение.
Тьфу, женщины.
Ротгарр распахнул дверцу кареты и вышел.
Перед каретой лежала девушка. Она попыталась подняться, опираясь на руки, но из-за разбитого колена, едва приподнявшись, тут же снова опустилась на землю, и её лицо исказилось от боли. Вокруг уже собрались любопытные, перешёптываясь между собой.
Довольно убедительное представление.
С этой злорадной мыслью Ротгарр подошёл к упавшей девушке и, к её изумлению, наклонился и поднял её на руки.
Его поступок вызвал волну удивлённых возгласов среди зевак. Большинство из них узнали сына лорда-градоначальника — дворянин поднял на руки простолюдинку! Эта сцена потрясла их до глубины души.
В глазах Ротгарра люди были хуже самых низших слизней Царства Демонов. Будь он в своём истинном облике, он не позволил бы этой женщине даже прикоснуться к краю своей одежды.
Но ради семени Древа Бездны он готов был потерпеть.
Ротгарр обратился к воспоминаниям Пэриша Уилсона, заставил это тело улыбнуться и, с глубокой нежностью глядя на девушку лет шестнадцати, произнёс:
— Прекрасная леди, я влюбился в вас с первого взгляда, поражённый вашей красотой. Ваши раны терзают моё сердце, как я могу вынести, видя вас в таком состоянии? Прошу вас, поедемте ко мне домой, я позабочусь о ваших травмах.
Благодаря исключительному семейному положению и собственным данным Пэриш стал весьма популярным среди женщин ловеласом, чья голова была набита сладкими речами. В случайно полученных воспоминаниях Ротгарр нашёл более чем достаточно материала для использования.
У девушки были длинные рыжевато-каштановые вьющиеся волосы, белоснежная нежная кожа. Её небесно-голубые глаза затуманились тонкой пеленой слёз от боли, пухлые губы были здорового красного цвета. Слегка потрёпанное старое серое платье делало её похожей на запылённую жемчужину.
Не дожидаясь реакции девушки, Ротгарр понёс её в карету, вызвав новую волну перешептываний среди наблюдателей.
— Ох, господин Пэриш такой добрый! Лучше бы это я упала перед его каретой!
— Этой девочке так повезло! Милосердная Богиня, почему же не моя дочь удостоилась такой удачи?
— ...
Уловив чужую зависть, Ротгарр холодно усмехнулся про себя, с пониманием и вместе с тем с отвращением.
Эти низшие людишки оправдывали его ожидания.
Вопреки своим мыслям, он осторожно усадил девушку на сиденье, сел напротив и нежно смотрел на неё, пока она вытирала слёзы. Глубоким бархатным голосом Ротгарр произнёс:
— Прекрасная леди, вы для меня как восходящее солнце, освещающее мой путь. Без вас я не знаю, куда мне идти. Прошу вас, выходите за меня замуж!
Ротгарр выбрал быстрый подход. Раз эта женщина упала перед каретой Пэриша с намерением добиться мгновенного успеха, то услышав предложение руки и сердца, она лишь обезумеет от радости и согласится.
Он увидел, как рука девушки, только что вытиравшая слёзы, застыла. Она подняла голову и посмотрела на него. Должно быть, от невероятной радости её глаза слегка расширились, а губы мелко дрожали.
Отвращение в душе Ротгарра усилилось. Это жалкое зрелище вызывало тошноту.
Как только она согласится, он убьёт её.
Однако, когда Ротгарр опустил взгляд, небрежно положив руку на короткий меч на поясе и ожидая лишь радостного согласия перед ударом, он услышал мягкий, но решительный голос девушки:
— Я отказываюсь.
Ротгарр резко поднял глаза, он не мог поверить своим ушам.
...Она действительно отказала ему?
Это невозможно!