Увидев Докинса, Ротгарр поначалу успокоился. Сорокалетний мужчина с заурядной внешностью не мог сравниться с молодым и красивым Раймондом. Вкусы Анны не настолько специфичны. К тому же Докинс — всего лишь маг второй звезды, а Раймонд, который моложе его на добрый десяток лет, вот-вот станет магом третьей.
Но потом Докинс взвыл — и лицо Ротгарра потемнело. Что за наглость! Этот человек смеет посягать на его добычу?! Знай своё место!
Стоит Ротгарру сейчас использовать духовную силу — и его тут же парализует головная боль, но в приступе ярости он не обращал внимания на такие мелочи.
Посмел позариться на моё — будь готов умереть!
Однако прежде чем он успел что-то предпринять, Анна шагнула вперёд и одной фразой погасила конфликт:
— Маг Докинс, маг Раймонд просто сопровождает меня, чтобы взглянуть на моё рабочее место.
Докинс растерялся:
— Он не собирается тебя переманивать?
— Ему помощник не нужен, — с намеренной точностью в словах ответила Анна. — Я сейчас выполняю только ваше задание.
Докинс шумно выдохнул; враждебность в его взгляде угасла, и он расплылся в улыбке:
— Ну и слава богу, чуть до смерти не напугала! Анна, ты уж меня не бросай — я полгода тебя ждал, как я без тебя?!
— Не волнуйтесь, я пока не намерена отказываться от задания, — поправила его Анна, снова тщательно подбирая слова. Если маг Докинс продолжит говорить такими двусмысленными намёками и доведёт демона до бешенства — за последствия она не ручается.
Услышав их разговор, Ротгарр понял, что Докинс ввёл его в заблуждение своими двусмысленными выражениями.
Хотя их близость была ему неприятна, однако Докинс заинтересован лишь в её способностях, а не очарован обаянием. Этот вывод немного улучшил его настроение.
Докинс покосился на Ротгарра, выражение лица которого не предвещало ничего хорошего, отвёл Анну в сторону и вполголоса спросил:
— Ты и Раймонд… вы это…того?
Анна едва удержалась от смеха. Вот уж не ожидала: оказывается, маг Докинс — большой любитель посплетничать.
— Мы друзья, — сказала она. — Он просто пришёл посмотреть, и скоро уйдёт.
Докинс хихикнул:
— Да пусть остаётся! Вы же друзья — не может же он смотреть, как ты одна надрываешься? Помог бы тебе, делов-то.
Анна смотрела на него так, словно видела перед собой совершенно другого человека.
— Маг Докинс, вы весьма смелый человек.
Вербовать в помощники мага, который вот-вот получит третью звезду. Да ещё того, под чьей личиной прячется самый настоящий демон!
— Я просто помогаю вашей «дружбе»! — невозмутимо ответил Докинс. — Не захочет — и ладно, я просто так спросил.
— Даже если захочет — не сможет. Мы недавно побывали на Черте жизни и смерти и попали в окружение магических зверей. Сейчас его духовная сила сильно истощена, восстановление займёт ещё много времени.
— Жаль, ничего не поделаешь. Ну, в другой раз.
«Он уже думает о следующем разе», — внутренне восхитилась Анна. Ради бесплатной рабочей силы маг Докинс воистину не гнушается ничем…
— Ну, тогда я принимаюсь за работу.
Она подошла к демону:
— Хочешь уйти сейчас или посмотреть, как я делаю экстракт? Один цикл занимает примерно сорок минут, это довольно скучно. Можешь посмотреть немного и уйти, не предупреждая меня.
Анна привела его именно для того, чтобы он собственными глазами убедился, что маг Докинс ему не соперник. Раз цель достигнута, можно его отпустить — но лучше сделать это мягко.
— Я посмотрю, как ты работаешь, — сказал Ротгарр.
Впечатление о Докинсе сложилось не самое лестное, и уходить сразу он не собирался.
Анна кивнула, придвинула стул и усадила Ротгарра в стороне, а сама принялась за предварительную обработку — те же шаги, что и вчера.
Поначалу Докинс украдкой наблюдал за Анной и «Раймондом», опасаясь, что тот её отвлечёт. Но когда увидел, что она полностью поглощена работой, мысленно поднял большой палец в знак восхищения.
«Рядом такой красавец, а она и бровью не ведёт. Поразительная выдержка. Хотя это, пожалуй, плохо: так недолго и любовь упустить».
Докинс невольно вспомнил молодость. Одна красивая девушка — тоже ученица — часто заходила в его лабораторию и просиживала добрую половину дня, а он, как и Анна сейчас, смотрел только на работу. Постепенно девушка стала приходить всё реже, а потом и вовсе исчезла. Ему, если честно, она тоже нравилась — просто создание зелья в то время было для него важнее. Когда он наконец закончил свой состав и отправился её искать, она уже ходила под руку с другим.
Теперь та девушка — мать двоих детей. А он всё тот же одинокий фанатик, создающий новые зелья.
Докинс горько усмехнулся. Он редко вспоминал эту историю — обычно его жизнь целиком поглощали эксперименты. Просто сегодняшняя картина показалась ему знакомой, вот и вспомнилось.
Впрочем, у этих двоих, пожалуй, всё сложится иначе. Анна умеет говорить, умеет располагать к себе — не то что он, неловкий увалень. Красивая девушка с острым язычком — какой мужчина тут устоит?
Докинс продолжал наблюдать и постепенно проникся невольным уважением к терпению Раймонда.
Он ожидал, что столь одарённый маг не высидит и двух минут, глядя, как ученица занимается самой простой предварительной обработкой. Однако тот не сдвинулся с места и просидел до самого конца первого цикла.
«Я ошибся», — признал Докинс мысленно. Он-то думал, что это ласковая красавица Анна «охотится» за Раймондом. Похоже, всё было наоборот.
Молодость — прекрасная вещь!
Предварительная обработка требовала полного сосредоточения. Когда Анна закончила и подняла голову, то с удивлением обнаружила, что он всё ещё сидел рядом.
— Ты ещё здесь?
Ротгарр недовольно нахмурился:
— Тебе так не терпится меня выгнать?
— Нет-нет, — Анна поспешно замотала головой.
Просто она думала, что ему наскучит сидеть в стороне без дела — сама она не выдержала бы и нескольких минут.
Ротгарр не был особенно терпеливым от природы, но за несколько месяцев, проведённых рядом с Анной, «быть терпеливым с ней» как-то незаметно для него стало привычкой. Он мог часами сидеть рядом, пока она отрабатывала простейшие заклинания, и не скучать. Сейчас, наблюдая, как она сосредоточенно работает, Ротгарр тоже не чувствовал ни малейшей скуки.
Он заметил: когда Анна полностью поглощена делом, в уголках её губ виднется улыбка — будто ей доставляет удовольствие то, чем она занимается. Неважно, что это — книга, практика заклинаний или обработка сырья.
Внезапно его охватила ревность к её любви к магии.
Если бы она могла перенести хоть часть этой любви на него…
Ротгарр резко вернулся к реальности, сжал кулак и намеренно добавил к своей незаконченной мысли — тогда бы он смог выиграть пари у Балана.
Несмотря на то, что никто не слышал его мыслей, настроение ощутимо испортилось.
Он вдруг встал:
— Раз ты не хочешь, чтобы я оставался, — я ухожу.
Анна и правда не собиралась его выгонять. Она бросилась следом:
— Я правда не это имела в виду, ты…
Но Ротгарр не стал её слушать и вышел.
Можно было бы догнать его и помириться. Анна была уверена, что в нынешних отношениях это ей вполне по силам. Но его маленькая обида не казалась ей чем-то серьёзным — не то что ситуация, в которой он мог бы решить, будто она увлеклась другим мужчиной и захотел бы сменить тело. Поэтому она не стала его догонять, а принялась готовиться ко второму циклу экстракции.
Наблюдая за этой сценой, Докинс вспомнил девушку из прошлого, которую когда-то прогнал своим безразличием. Кажется, история повторяется. Он не выдержал и, поморщившись, тихо сказал:
— Анна, задание подождёт. Ты не должна жертвовать своим счастьем — не обижай мага Раймонда.
Анна ещё не начала обработку глицинии. Она посмотрела на Докинса с невинной улыбкой в голубых глазах:
— Маг Докинс, вы хотите, чтобы я побежала за Раймондом? Но что если он попросит меня бросить помогать вам? Вы же знаете положение его семьи…
Договаривать не пришлось. Докинс всё понял сам: зачем Анне работать в его скромной лаборатории, если Раймонд очень богат?
В одно мгновение вся сентиментальность испарилась. Докинс посмотрел на Анну с предельной серьёзностью:
— Ты права, Анна! Задание — прежде всего! Создание экстрактов отлично развивает контроль над духовной силой, это вложение в твоё будущее. Не позволяй мимолётным чувствам принимать решения, о которых потом пожалеешь на всю жизнь. Поверь мне: твой талант — исключительный. Когда ты станешь магом четвёртой или даже пятой звезды, за тобой будут бегать толпы молодых и красивых магов!
Анна с трудом удержалась от желания закатить глаза. Ей семнадцать лет, а он уже советует ей заводить молодых любовников в будущем. Даже если она и не против — согласится ли на это демон?
Она натянула вежливую улыбку, под которой не было ни грамма тепла:
— Позвольте, мне нужно работать.
Докинс продолжал что-то говорить, пока она его отодвигала:
— Серьёзно, Анна, на чувства полагаться нельзя. Единственная твоя опора — это магия. Когда ты достигнешь высот, не только Раймонд — все лучшие молодые маги столицы будут за тобой бегать.
Анна мысленно добавила: «Ага, и их здоровье окажется под угрозой» — и принялась за обработку огнём.
Увидев, что она приступила к работе, Докинс торопливо замолчал и отошёл, время от времени продолжая бросать обеспокоенные взгляды.
Сегодня Анна работала ещё быстрее, чем вчера: интенсивная практика ощутимо улучшила её контроль над духовной силой. Закончив цикл экстракции, она заметила, что с начала до конца уложилась в тридцать семь минут.
Прирост скромный — но это всего за один день работы. Анна не могла не возликовать.
«Я всё-таки гений», — подумала она, и уверенность в том, что она станет магом пятой звезды, только окрепла. Всё, что ей нужно, — время. И чтобы демон её не заподозрил… хотя чем дальше, тем это будет сложнее. Придётся менять тактику на ходу.
За два дня Анна приготовила сорок пять порций экстракта глицинии — по привычным планам Докинса, этого было почти достаточно для начала нового эксперимента.
Изначально Докинс не собирался приглашать Анну на свой эксперимент. Но появление Раймонда встревожило его, и он решил, что стоит показать ей ценность своей лаборатории.
— Завтра утром я приступаю к своему новому эксперименту с зельем, — сказал он. — Если не занята — приходи. Думаю, тебе это будет полезно.
Анна едва сдержала волнение. Это всё равно что первокурсник, неделями мывший пробирки у аспиранта, вдруг получает доступ к ключевому эксперименту руководителя лаборатории. Даже если она ничего не поймёт — разве можно такое пропустить?
— Конечно! Спасибо, маг Докинс, я обязательно приду!
Они договорились о времени, и Анна покинула лабораторию в приподнятом настроении.
Была уже половина восьмого вечера, но в Гильдии по-прежнему кипела жизнь: некоторые маги привыкли работать глубокой ночью, поэтому и лаборатории, и комнаты для медитации оставались открыты.
Анна зашла в комнату для медитации и провела там чуть больше получаса, восстановив большую часть духовной силы. После этого она собралась идти по адресу, который был указан в приглашении Натали.
Но едва она вышла за ворота Гильдии, дверца стоявшей рядом кареты распахнулась, и в проёме показалось красивое, ничего не выражающее лицо Раймонда.
— Садись.
Идти пешком не придётся. Анна обрадовалась, быстро подошла к карете и уже потянулась было к поручню, как вдруг перед ней появилась протянутая рука.
Она подняла взгляд. Демон смотрел в сторону — так, словно протянутая рука принадлежала кому-то другому.
Анна чуть помедлила, затем улыбнулась и взялась за неё. Сильные пальцы уверенно помогли ей забраться внутрь.
— Спасибо, что специально ждал меня, чтобы поехать вместе, — сказала она, устраиваясь напротив и улыбаясь ему.
Ротгарр стукнул по стенке, подавая знак кучеру. Когда карета тронулась, он взглянул на Анну и бесстрастно произнёс:
— Я просто проезжал мимо.
Анна не изменила улыбки:
— Ах, ну тогда спасибо, что проезжал мимо и подвёз меня.
Ротгарр в общем-то был не из тех, кто теряет голову без повода. После того как он убедился, что сорокалетний маг второй звезды не представляет никакой угрозы — его злость, в сущности, была вызвана каким-то смутным, необъяснимым чувством неловкости. Так что, вернувшись домой и помедитировав несколько часов, он восстановил духовную силу и снова вернулся к воротам Гильдии.
Он приехал в пять вечера и прождал до половины девятого, не проявляя ни малейшего раздражения.
Но стоило ему увидеть Анну, как он вспомнил, с каким неприятным чувством они расстались, и невольно холодно отреагировал. А она, судя по всему, даже не заметила, что он тогда обиделся. Это раздражало по-своему.
Он решил просто молчать.
После долгого рабочего дня Анна выглядела немного растрёпанной. Демон явно не собирался поддерживать разговор, и она тоже промолчала — просто распустила волосы и заново заплела их во французскую косу. Зеркала не было, но, вспомнив, как выглядят другие женщины-маги после рабочего дня в Гильдии, она решила, что и так сойдёт.
Женщин-магов было меньше, чем мужчин, и по сравнению с обычными дворянками они заметно меньше заботились о внешности — зато больше о совершенствовании магии. Конечно, поскольку большинство из них всё же было дворянками, и в обычные дни выглядели безупречно. Но после целого дня занятий или работы в лаборатории цвет лица у них был далеко не самый свежий. Анна часто видела таких в лаборатории и комнате для медитации.
В мире магов дворянские условности работали немного иначе.
Приведя себя в порядок, Анна снова взглянула на демона. Он был немного бледен, но красивое лицо и холодная надменность делали своё: он выглядел высокородным и статным. Именно таких красавцев обожают юные дворянки и замужние дамы.
Анна незаметно усмехнулась. Интересно, попадётся ли сегодня какая-нибудь настойчивая дама, которая к нему прицепится? В этом обществе завести одного-двух любовников для замужней дворянки — дело почти что похвальное. При такой внешности и манерах его непременно заметят.
Что ж, если так случится — она, конечно же, его спасёт. Не хватало ещё, чтобы он устроил скандал.
Ротгарр прекрасно видел её тайные взгляды, но не подал вида. Настроение почему-то улучшилось само собой.