Анна поднималась за Ротгарром по лестнице, на душе у неё было тяжело.
Всё произошло слишком быстро — она не могла ничего изменить и даже не успела до конца осознать произошедшее.
Она лишь с горечью думала о том, что Кэтрин была удивительно нежной и доброй девушкой.
Анна вспомнила время, когда они с Кэтрин ещё не успели поссориться — тогда Кэтрин упоминала сестру. Оказывается, сестру звали Кэрол.
Она помнила, как ещё в мире людей слышала о том, что старшая дочь виконта Йорка скончалась от болезни, а младшая предположительно пропала без вести. Она и представить себе не могла, что обеих погубил Балан.
Поначалу Анна считала, что Кэтрин плела интриги против Балана ради продления жизни, а его разговоры о заключении договора душ — лишь уловка, чтобы её обмануть. Но сегодня она поняла, что ошибалась во всём.
Кэтрин была движима местью. А Балан — он и вправду полюбил её, даже не подозревая, что именно его любовь окажется для неё смертельной.
Выходит, демон и правда способен полюбить человека.
Тогда — любила ли Кэтрин Балана?
Анна по-прежнему склонялась к тому, что Кэтрин, видимо, всегда считала его любовь ненастоящей — именно поэтому и обманула его, втянув в договор душ, будучи уверена, что сама при этом не погибнет.
И всё же... Зная, что он её не любит, успела ли она полюбить его?
Было кое-что, чего Анна никак не могла понять.
Кэтрин каким-то образом подчинила Балана через договор душ. Она вполне могла дождаться, пока Ротгарр уйдёт, и только потом отдать приказ. Зачем же она сделала это у него на глазах?
Анна перебрала несколько возможных объяснений.
Кэтрин слишком жаждала мести и, добившись половины цели, потеряла голову — или переоценила силу, которую держала в руках.
Кэтрин слишком страдала. Убив Балана, она хотела тут же умереть сама — и потому действовала на глазах у Ротгарра, чтобы он в ярости прикончил её.
Кэтрин на самом деле успела полюбить Балана, но не могла простить ему смерти сестры. Разрываясь между местью и любовью, она нарочно нанесла удар у Ротгарра на глазах — потому что не хотела, чтобы Балан погиб.
Но прекрасной девы больше нет*, и Анна никогда не узнает, что на самом деле творилось в её душе, — да и больше не хотела об этом думать.
[*В оригинале 佳人已逝 — устойчивое литературное выражение, описывающее ощущение поэтической скорби и невосполнимой утраты.]
Так она и шла, погружённая в мысли, пока не очнулась у дверей своей комнаты.
Ротгарр, шедший впереди, сказал:
— Собери то, что хочешь взять с собой.
Анна растерялась:
— Уже уходим?
Она-то думала, что после случившегося он задержится хотя бы на несколько дней, чтобы утешить Балана.
— Семя Древа Бездны получено, свадьба отыграна. Зачем оставаться? — холодно бросил Ротгарр.
«И правда», — подумала Анна. Судя по виду Балана, он не нуждался в утешении. К тому же утешения Ротгарра скорее доведут до слёз.
Анна и сама была рада поскорее уйти отсюда. Она живо нырнула в свою комнату, выбрала из шкафа несколько платьев, которые носила чаще всего, сложила их и вышла.
Увидев, что Анна тащит охапку одежды, Ротгарр вспомнил, что в его замке нет ничего подобного, и промолчал.
Они вдвоем направились к террасе, и Анна негромко произнесла:
— Спасибо, что защитил меня.
Ротгарр на мгновение сбился с шага, но не остановился и ничего не ответил. Просто вышел на террасу и обернулся к Анне, раскрыв руки.
Анна вдруг ощутила лёгкое волнение, но подошла и прижалась к нему. Когда он обхватил её за талию, расправил крылья и взмыл в небо, она оглянулась на замок, постепенно уменьшавшийся внизу.
На душе было тяжело, но сквозь эту тяжесть пробивался лучик света.
Демон способен полюбить человека.
Конечно, то, что Балан полюбил Кэтрин, вовсе не означало, что Ротгарр полюбит её… Но как бы то ни было — это было немного лучше, чем она представляла себе при самом плохом исходе.
Анна уже не отрицала, что её чувства к Ротгарру выходили за рамки обычной дружбы. Но раньше, убеждённая, что демон не способен полюбить человека, как она могла позволить себе что-то большее?
Впрочем, не могла и сейчас.
Между демоном и человеком слишком много препятствий.
К тому же, она всё ещё хотела вернуться в мир людей. Даже если бы Ротгарр её полюбил, она вряд ли согласилась бы остаться в Царстве Демонов.
Но пока что он явно не собирался её отпускать.
Стоило ей задуматься о реальном положении дел, как все чувства сами собой отодвигались на второй план.
Главное, чего она сейчас хотела, — найти способ вернуться домой.
Пока Анна была занята своими мыслями, время шло. Примерно через час-полтора она увидела вдали одинокий замок, стоящий посреди пустоши.
По виду и очертаниям он был примерно таким же, как у Балана. На первый взгляд казалось, что он заброшен, но при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что замок просто очень древний…
Ротгарр опустился на террасу и выпустил Анну из рук.
Она с любопытством огляделась.
Ротгарр пошёл внутрь, и по мере его движения по обе стороны коридора одна за другой сами собой зажигались лампы.
Он остановился у одной из дверей и, обернувшись, сказал:
— Выбирай себе любую комнату.
Когда он взялся за ручку, Анна поспешно спросила:
— Есть места, куда мне нельзя?
Ротгарр обернулся:
— Что ты задумала?
— Просто интересно, хочу осмотреться.
— Иди куда хочешь, — усмехнулся он. — Круг телепортации на нижнем уровне, только твоих сил недостаточно, чтобы его запустить.
— …
Хотя она и правда собиралась проверить, нет ли здесь круга телепортации, такое прямое замечание немного смутило её.
К счастью, Ротгарр сразу же зашёл в комнату и закрыл за собой дверь. Анна постояла немного и отправилась в своё приключение по замку.
Перед спуском она заметила, что они приземлились на верхнем этаже. За исключением комнаты Ротгарра, она открыла и проверила все остальные.
Ни одна не была заперта.
Все комнаты были похожи друг на друга — нежилые на вид, но, судя по отсутствию пыли, кто-то регулярно их убирал.
Анна выбрала комнату через два двери от Ротгарра, разложила вещи и двинулась вниз.
Вдоль лестницы стояли масляные лампы. Она зажгла одну из них и начала не спеша спускаться.
Честно говоря, исследование тёмного старинного замка в одиночку напоминало погружение в фильм ужасов. Анна на всякий случай держала наготове заряд молнии: если что-то вдруг выскочит — сразу познакомится с «Небесной карой».
Спустившись на один этаж, она пошла по коридору и почти сразу наткнулась на комнату, полную книг.
Анна замерла от изумления. Переключилась на стихию света для заклинания освещения, вошла — и невольно ахнула.
Десятки книжных полок, и все забиты до отказа!
По сравнению с тем жалким подобием «кабинета» в замке Балана здесь была настоящая библиотека!
Сначала Анна обошла комнату по кругу, убедившись, что других живых существ нет, и лишь потом принялась изучать полки. Быстро стало понятно, что книги расставлены как попало, безо всякой системы. На одной полке вперемешку стояли трактаты по магии и руководства по зельеварению. Судя по состоянию страниц, книги были из самых разных эпох. Некоторые выглядели такими хрупкими, что она боялась к ним прикасаться — казалось, они рассыпятся при первом же прикосновении.
С сожалением покинув эту комнату, Анна продолжила обход.
Наконец она добралась до нижнего уровня.
Всего в замке было пять этажей, включая подземный. На одном из средних она нашла банкетный зал и кухню. Кухня была пуста и чиста, а в банкетном зале нашлось несколько бутылок вина. Устройство подземного этажа немного отличалось от замка Балана, но она подозревала, что их строил один архитектор: слишком уж всё было похоже.
Круг телепортации она тоже нашла — тот самый, недосягаемый пока что объект её мечтаний.
Вернувшись в свою комнату, Анна «прибрала» её с помощью стихии ветра и легла на кровать.
К её удивлению, в замке не было никого, кроме неё и Ротгарра. Она не встретила даже ни одной букашки.
Так что, лёжа в кровати, она вдруг задумалась о вполне насущном вопросе: где ей, собственно, брать еду?
К этому времени Анна уже знала, что демоны не нуждаются в пище для выживания, а вино пьют просто потому, что хочется.
«Надо было одолжить Кролю…» — с досадой подумала она.
Полежав немного, Анна почувствовала голод.
Она рассчитывала поесть на свадебном пиру, но всё пошло наперекосяк — и теперь она здесь.
Анна уже обыскала весь замок, но еды нигде не было. Нашлось только вино, видимо хранящееся тут с незапамятных времён. Да, хорошее вино может храниться вечно, но на одном вине не проживёшь.
Немного поворочавшись, Анна всё же встала и пошла стучать в дверь Ротгарра.
— Что? — донеслось изнутри.
— Есть что-нибудь поесть? Я голодна.
За дверью наступила тишина. Затем она открылась, и перед ней появился Ротгарр. На его лице было лёгкое раздражение. Но, встретив взгляд Анны, он ничего не сказал, и только произнёс:
— Идём.
Анна поспешила следом.
Выйдя на террасу, он взлетел, держа её в руках, и вскоре они опустились перед небольшой рощей.
Анна присмотрелась: деревья росли ровными рядами, на их ветках висели зеленоватые плоды. Едва они с Ротгарром приземлились, роща, в которой только что раздавались странные шорохи, мгновенно затихла.
— Выходи, — холодно сказал Ротгарр.
Пока Анна размышляла, из-за ствола высунулась крохотная голова с острой мордочкой, похожей на землеройку. Существо было ростом с ребёнка семи-восьми лет. Оно пискнуло пару раз и, дрожа всем телом, засеменило к ним на двух ногах, как человек.
Огромная крыса, идущая вертикально, — зрелище, откровенно говоря, жутковатое. Анна тихонько отступила за Ротгарра и принялась изучать большую крысу с безопасного расстояния.
— Сорви всё спелое, — приказал Ротгарр.
Крыса запищала и метнулась обратно к дереву. Взлетела по стволу, поддела когтями — и два плода размером с яблоко упали ей в лапы. Прижав их к груди, она почти съехала вниз по стволу, подбежала и положила плоды на землю перед Ротгарром, после чего снова бросилась на дерево, повторяя действия.
Понаблюдав за тремя такими пробежками, Анна пожалела зверька.
— Она не кусается? — спросила она у Ротгарра.
— Не посмеет.
Подумав, Анна согласилась с ним. Пока Ротгарр рядом, магический зверь должен быть совсем безумным, чтобы рискнуть её укусить. Заметив, что крыса понимает человеческую речь, она окликнула её, когда та в очередной раз принесла фрукты:
— Давай я помогу!
Крыса замерла, покосилась на Анну, потом на Ротгарра, развернулась и побежала к дереву. Анна поспешила следом.
— Кидай, я буду ловить! — крикнула она, когда зверёк взобрался наверх.
Крыса неуверенно бросила один плод. Увидев, что Анна без труда поймала его, успокоилась и принялась уверенно срывать плоды и бросать их вниз.
Анна ловко подхватывала их, используя стихию ветра. Вблизи она заметила, что зверёк не рвёт что попало, а выбирает только спелые. Вскоре на земле набралось больше двадцати плодов.
— Хватит! — скомандовала Анна.
Сорванные фрукты хранятся недолго. И хотя ходить сюда каждый раз хлопотно, именно Ротгарр притащил её в Царство Демонов — вот пусть и отвечает за её пропитание.
Зверёк посмотрел на Анну, потом на Ротгарра, соскользнул с дерева и скромно встал в сторонке.
— Спасибо тебе, — сказала Анна, подобрала плоды и вернулась к Ротгарру.
Когда он обнял её, чтобы взлететь, она вдруг спросила:
— Как долго ты собираешься меня здесь держать?
Ротгарр ещё не думал об этом.
Если бы не происшествие на свадьбе Балана, он бы до сих пор оставался в его замке, а не разбирался бы здесь с Анной. Но Балан хотел убить её, и оставаться в том замке было нельзя.
Ротгарр и подумать не мог, что однажды столкнётся с такой дилеммой.
Когда-то он считал, что Балан просто увлечён Кэтрин. Но проклятие Бездны всё-таки сработало.
Если Балан смог полюбить Кэтрин, то что насчёт него?
Ему потребовалось немало времени, чтобы принять сам факт того, что его влечёт к человеческой женщине.
Поначалу он считал это остаточным влиянием тела Раймонда. Но когда понял, что держать Анну в объятиях и целовать её — настоящий соблазн, он перестал это отрицать.
Вот только Анна — не та, кто стерпит его бессмысленные притязания. Раньше она только делала вид, что принимает их, ради возможности сбежать.
Он всегда это знал. Анна умна, стойка, а временами так остра на язык, что с ней бывало непросто.
На её слова: «Скажи мне, что демон способен полюбить человека, — и я попробую» — он не нашёлся что ответить. И сбежал.
За всё время, что Ротгарр себя помнил, ни с одной женщиной он не общался так близко и так долго, как с Анной. Предубеждение против человеческих женщин никуда не делось, но он знал: Анна другая.
Возможно, ответ на тот вопрос был известен ему давно — он просто не мог его принять.
Он — Великий Герцог Бездны Хубилис. Как он мог, подобно Балану, по-настоящему влюбиться в человеческую женщину?
Это неизведанное чувство пугало. Почти приводило в ужас.
Глядя на Анну, которая смотрела на него снизу вверх, он на мгновение вспомнил слова Балана: убей её или отпусти.
— Ты правда хочешь вернуться в мир людей? — холодно спросил он.
Анна резко ответила:
— Если скажу «да», ты отпустишь меня?
— Нет, — выпалил Ротгарр, почти не задумываясь.
— Тогда не задавай бессмысленных вопросов.
Ротгарр без предупреждения взмыл в небо, и Анна от неожиданности сильнее прижалась к нему.
Ротгарру нравилось ощущение её зависимости от него.
Но ответ он так и не нашёл. Вернувшись в замок, он оставил Анну одну и ушёл к себе.
Впрочем, Анна была этому только рада.
Она обнаружила, что в замке, как и у Балана, была устроена удобная водопроводная система. Вымыв плоды в ванной, она съела большую часть и забралась в постель.
Ротгарр так и не ответил, как долго продержит её здесь. Наверное, и сам ещё не решил.
Она смутно догадывалась, о чём он думает, но совершенно не представляла, какой ответ от него ждёт.
Анна потёрла живот. Завтра снова придётся беспокоить Ротгарра из-за еды.
Этот вопрос она задала не просто так: если ей придётся провести здесь долгое время, будет лучше раздобыть что-нибудь неприхотливое и посадить прямо у стен замка, чтобы не летать туда-сюда каждый раз.
За день произошло слишком много всего. Немного подумав, Анна незаметно для себя провалилась в сон.
Последняя мысль была о том, что завтра надо попросить Ротгарра показать, каких магических зверей можно есть, чтобы поймать их для разведения…
* * *
Когда взошла Дневная Звезда, Анна проснулась.
Вокруг замка было так тихо, что она отлично выспалась. Только откинула одеяло — и тут же где-то неподалёку раздался глухой удар о пол.
Анна вздрогнула. В замке только они двое, значит, звук доносился из комнаты Ротгарра.
Что случилось?
Она наскоро сунула ноги в тапочки, прихваченные из замка Балана, выбежала в коридор и тихонько постучала в его дверь:
— Ротгарр, всё в порядке?
Никакого ответа.
Анна забеспокоилась. Круг телепортации ей не запустить, в Царстве Демонов она совсем чужая — если с Ротгарром что-то случится, силы мага третьей звезды может и не хватить, чтобы выжить.
— Ротгарр! — она заколотила по двери сильнее. — Ты в порядке? Если не ответишь, я войду!
Подождала несколько секунд. Тишина. Осторожно толкнула дверь.
Не заперто.
Анна вошла и оказалась в кромешной тьме. Она постояла, давая глазам привыкнуть к сумраку.
Комната оказалась в два-три раза больше её. Пол покрыт ковром, в центре — широкая кровать.
Ротгарра на ней не было.
— Ротгарр, я вошла, — снова сказала Анна и медленно двинулась внутрь.
Она обвела взглядом всё вокруг — его нигде не было. Наконец взгляд остановился на том участке, что был скрыт за кроватью.
Анна обошла кровать и увидела Ротгарра. Он лежал на ковре спиной к ней, слегка скорчившись.
Никогда прежде она не видела Ротгарра таким беззащитным. Анна нахмурилась, кинулась к нему, присела рядом и тронула за плечо:
— Ротгарр, что с тобой?
Тело Ротгарра, которое чуть заметно дрожало, вдруг замерло. Он медленно поднял голову, которую прятал в сгибе локтя, — и кроваво-красные глаза встретились со встревоженным взглядом Анны, сидящей рядом.
Анна почувствовала, как у неё холодеет спина.
Ощущение было странным: под взглядом этих красных глаз она замерла, словно перед ядовитой змеёй, но угрозы в них не было. Было что-то другое — совершенно неожиданное.
Смирение?
«Я, наверное, схожу с ума», — подумала Анна. Иначе откуда взяться такому наваждению?
Было очевидно, что с Ротгарром что-то не так. Анна помогла ему сесть и спросила:
— Ты ранен?
Вот только когда он успел? Неужели улизнул ночью, чтобы подраться с кем-нибудь, пока она спала?
Пока Анна раздумывала, полусидящий Ротгарр уставился на её губы, его кадык дёрнулся. Он вдруг потянулся к ней и нежно поцеловал в губы, тихо посмеиваясь:
— Хозяйка, вы такая сладкая…
Хо... хозяйка?! Что за чертовщина!
Анна резко отпрянула назад, упершись руками в пол, чтобы не упасть, и уставилась на Ротгарра в полном ужасе.
Почему он назвал её хозяйкой? В него что, кто-то вселился?!
Она мгновенно пожалела, что вообще зашла в его комнату. Дурное предчувствие подтолкнуло её к бегству, и она попыталась отползти подальше на четвереньках.
Однако в следующий миг её щиколотку обдало жаром — её схватили.
Анна обернулась — и увидела, как Ротгарр покорно распростёрся на полу, прижимая тонкие губы к тыльной стороне её стопы. Кроваво-красные глаза смотрели на неё с туманным, каким-то зачарованным выражением, словно он сдерживал нечто рвущееся наружу.
— Хозяйка… накажите меня за мою дерзость… — хрипло выдохнул он.
Твою же...
В этот момент Анна была искренне убеждена, что сошла с ума.
Кто этот человек? Это точно не её Ротгарр! В него кто-то вселился!
— Ты… прекрати, не надо так… — Анна совершенно растерялась. — Отпусти меня!
Ротгарр выпрямился, но не отпустил — его рука скользнула вверх по щиколотке. Он облизнул губы, и кроваво-красные глаза ни на секунду не отрывались от Анны.
— Хозяйка сердится? Я готов принять любое наказание…
Он подполз к ней по ковру и, схватив её руку, прижал к своей груди, тихо произнося:
— Прошу, накажите меня «Небесной карой»...
Анна замерла.
Знать, что она дала заклинанию молнии кринжовое* имя «Небесная кара», мог только Ротгарр, но...
[*В оригинале 中二病 (chūnibyō, «чунибё») — японский сленг, буквально «болезнь второго класса средней школы» (13–14 лет). Обозначает склонность к чрезмерному пафосу, драматизации и использованию «эпичных» имён и выражений в духе аниме-героев.]
И тут её осенило.
«Неужели это его проклятие Бездны?»
Высокомерный и грубый Великий Герцог внезапно превратился в смиренного мазохиста?
Проклятие Балана дало Анне ориентир. Раз это «проклятие» — оно по природе своей должно быть жестоким. Его проклятие, судя по всему, было соразмерно его делам и нраву: он навсегда обречён не быть рядом с той, кого по-настоящему любит. А проклятие Ротгарра?
Возможно, перед ней именно оно: гордец, обратившийся в униженного раба.
Осознав это, Анна позеленела.
Ротгарр не может оставаться таким вечно. Когда он придёт в себя и вспомнит, как смиренно называл её хозяйкой и целовал ей ногу, лёжа на полу… С его характером, даже если она была права и он хоть немного к ней неравнодушен, он взорвётся.
И взорвёт её вместе с собой.
Анна чуть не плакала, прикидывая, сколько ей осталось жить.
Она попыталась вырвать руку, но Ротгарр не отпускал. Подумав о своем мрачном будущем, Анна смирилась:
— Хочешь наказания? Получай!
Она сосредоточила в ладони стихию молнии — и разряд полыхнул по всему его телу. Поскольку это была магическая молния, а не природная, Анна легко направила её в сторону от себя.
Такой разряд не мог причинить Ротгарру никакого вреда. Его лицо разгладилось, он чуть подался вперёд — и под испуганный возглас Анны прижал её к ковру, тихо засмеявшись:
— Хозяйка, благодарю вас за наказание. Теперь моя очередь наградить хозяйку…
Анна, распластанная на полу:
«???!»