Анна ещё раз обвела всех взглядом и поняла, что, хотя у них всё ещё оставались сомнения, в целом они уже поверили её лжи. Она невольно лишилась дара речи.
В наши дни, похоже, никто не верит правде — люди верят лишь в то, во что хотят верить.
Если вдуматься, неужели они действительно верили, что демон стал бы преследовать человеческую женщину целых полгода только из-за одержимости её телом? Разве эта причина была хоть сколько-нибудь правдоподобнее истории о пари?
Заметив, что никто из важных лиц не возразил, Анна приняла невозмутимый вид, ведя себя так, словно сказанное было чистой правдой.
Кардинал, сидевший во главе, многозначительно кашлянул — будто только что не было никакого неловкого вопроса — и властно произнёс:
— Теперь расскажи всё, что знаешь о демонах.
Анна решила проявить минимальную готовность сотрудничать и выбрала то, что, по её мнению, можно было рассказать:
— Демон, который преследовал меня, — это Великий Герцог Хубилис. Его друг — Великий Герцог Лайчели. А во время того обряда жертвоприношения появлялся Великий Герцог Фьюри. Это все демоны, которых я видела, и они не горели желанием рассказывать мне о своих делах. Я знаю только, что Герцог Хубилис в хороших отношениях с Герцогом Лайчели, а с Герцогом Фьюри — в плохих.
На самом деле Анна сказала не так уж много, но присутствующие знали о Царстве Демонов даже меньше неё, и потому эти сведения представляли огромную ценность.
Кардинал нахмурился:
— Ты провела в Царстве Демонов больше двух месяцев — и это всё, что тебе известно? Это твой шанс искупить грехи!
— Можете спросить его преосвященство Кристофера, — ответила Анна. — Герцог Лайчели прямо сказал, что я всего лишь игрушка Герцога Хубилиса. Разве станет кто-то доверять свои секреты питомцу?
— Вопросы здесь задаю я, — строго сказал кардинал. — И тебе лучше отвечать честно! Мне уже известно всё, о чём ты говоришь, включая то, как ты помогла демону бежать. Кардинал Кристофер подробно доложил мне об этом.
Полностью войдя в роль, Анна улыбнулась:
— Разве не естественно, что питомец защищает хозяина? К тому же в тот момент Герцог Хубилис был без сознания. Я даже не знаю, действительно ли он тогда лишился чувств или просто проверял меня. Если бы я посмела его предать и была бы поймана, моя участь оказалась бы хуже смерти. Поэтому я предпочла оказаться в руках людей и помочь ему скрыться — это было куда лучше, чем предать его и оказаться в его власти.
— Если бы в тот день ты помогла кардиналу Кристоферу, Герцог Хубилис стал бы пленником и не смог бы больше причинить тебе вред! — сказал кардинал.
Анна покачала головой:
— Это потому, что вы не представляете истинную силу Великого Герцога.
— Но в тот день Герцога Лайчели разве не отбили? — возразил кардинал.
— Сила Великого Герцога в мире людей и в Царстве Демонов несопоставима, — сказала Анна. — Если не верите, пошлите туда десяток магов пятой звезды — посмотрим, смогут ли они хотя бы коснуться края его одежд.
Услышав, как Анна открыто принижает силу присутствующих, эти влиятельные люди, давно привыкшие смотреть на других свысока, окинули её недружелюбными взглядами.
Но тут кардинал Кристофер взял слово:
— В Царстве Демонов наша сила и наполовину не та, что здесь. Маг Анна вовсе не оскорбляет нас. У тех, чей ранг ниже, разница ощущается ещё сильнее.
Остальные присутствующие маги пятой звезды, которые тоже побывали в Царстве Демонов, одновременно вспомнили то чувство подавленности и согласно закивали словам кардинала Кристофера.
Поскольку кардинал Кристофер уже подробно доложил обо всём, что произошло в Царстве Демонов, главный кардинал посмотрел на Анну:
— Тогда как же тебе удалось не просто сохранить силу в Царстве Демонов, но даже стать сильнее?
Согласно официальным записям, Анна обладала силой мага второй звезды, но в Царстве Демонов с помощью магического посоха она применила заклинание уровня выше четвёртой звезды и сдержала пятерых магов пятой звезды — этому не находилось разумного объяснения.
— Потому что демон, забирая меня в Царство Демонов, применил особый способ, чтобы помочь мне приспособиться, — ответила Анна. — А потом он ещё немного усилил меня, чтобы я не умерла слишком легко.
— Какой особый способ? — настойчиво переспросил кардинал.
Анна подумала, что сама до конца этого не понимает. Но теперь, когда между ней и Ротгарром уже произошло столько всего — как приличного, так и не очень, — выяснять это казалось уже бессмысленным.
— Ваше Преосвященство, вы действительно хотите, чтобы я рассказала об этом при всех? — в словах Анны крылся явный намёк.
Высокопоставленные маги, будучи людьми с богатым жизненным опытом, тут же поняли, что она имеет в виду.
Кардинал брезгливо поморщился, оставил эту тему и продолжил:
— Хочешь ли ты рассказать о демонах что-нибудь ещё?
— Нет, — покачала головой Анна.
О проклятии Бездны, о своей способности видеть Ротгарра, когда он овладевает телами других людей, о заключённом между ними договоре душ, по которому он разделил с ней свою жизнь, — обо всём этом она посчитала нужным умолчать.
В конце концов, она делала вид, что сотрудничает, лишь для того, чтобы не дать миру людей погибнуть, а не для того, чтобы помочь магам уничтожить демонов.
Поняв, что узнать от Анны что-либо ещё о демонах не удастся, главный кардинал переглянулся с кардиналом Кристофером и продолжил допрос:
— Тогда что ты знаешь о Бездне?
Анна собралась с духом и вместо ответа спросила:
— А что о ней знаете вы?
Она почти довела главного кардинала до нервного смеха. В его положении он давно не занимался личными судами над еретиками, и никто прежде не позволял себе подобной непочтительности — мало того что Анна не выказывала уважения, так ещё и осмеливалась возражать.
— Анна, не забывай: здесь судят тебя, ты — еретичка, и не имеешь права задавать вопросы! — резко выпалил кардинал.
— Ваше Преосвященство, тогда скажу прямо, — ответила Анна. — Если бы не судьба человечества, я бы не стала тратить силы на этот разговор. Я хочу спасти мир людей не меньше, чем вы. В этом деле мы соратники, и, по-моему, информацией стоит делиться по-честному.
— Какая наглость! — взревел кардинал, и не успел он закончить, как двое священников шагнули вперёд, надавили на плечи Анны и заставили её опуститься на колени.
Анна не стала оказывать сопротивления и подчинилась.
Она просто хотела проверить, сможет ли получать информацию на равных условиях. Не вышло — ну что ж. Проявлять излишнее упрямство в присутствии такого количества магов пятой звезды означало бы напрашиваться на неприятности.
— Спрашиваю ещё раз: что ты знаешь о Бездне? — сдерживая раздражение, повторил кардинал.
Анна честно ответила:
— Я была в Бездне один раз. Это место, полное хаоса, там бушуют потоки неведомой энергии, которые атакуют всех, кто оказался внутри. Выбраться оттуда невероятно сложно — даже Великий Герцог едва сумел это сделать.
Услышав её слова, кардинал Кристофер, который прежде избегал слишком глубокого изучения Бездны, чтобы не навлечь на себя лишних подозрений, вспомнил о случившемся в Царстве Демонов и спросил:
— Именно поэтому Великий Герцог Хубилис был ранен и находится без сознания?
Анна кивнула:
— Да. Более того, находясь в Бездне, я видела кое-что ещё.
— Что именно? — нахмурился кардинал.
Анна не стала отвечать прямо:
— Я хочу знать, какой информацией обладаете вы — это поможет мне понять, что из этого действительно важно и связано с делом.
Она снова отважилась на дерзкий, граничащий с самоубийством шаг — впрочем, если бы её не послушали, она была готова сразу пойти на попятную: страдать без особой нужды ей совсем не хотелось.
Видя, что главный кардинал, похоже, собирается наказать Анну за несговорчивость, кардинал Кристофер поспешно вмешался:
— Кардинал Конрад, полагаю, в будущем нам может понадобиться содействие мага Анны в делах, связанных с Царством Демонов, к тому же у неё остались родные в мире людей. Когда она вернулась, первым делом она увела свою семью в безопасное место — Анна ни за что не позволит им погибнуть от вторжения из Царства Демонов. Думаю, вполне допустимо поделиться с ней тем, что нам известно.
Кардинал Конрад на секунду задумался. Он рассудил, что эта еретичка всё равно не сможет вырваться из-под их контроля, так что узнает она или нет — не имеет значения, и кивнул:
— Кардинал Кристофер выразил именно то, что я думал.
Затем он посмотрел на Анну:
— В последнее время в Черте жизни и смерти появилось Око Демона, очень похожее на описанную тобой Бездну. Оно постепенно расширяется, и из-за этого сама Черта смещается наружу. Если не сдержать его, магические звери, обитающие в пределах Черты, начнут мигрировать вместе с ней, и пострадает множество ни в чём не повинных людей.
Все присутствующие маги пятой звезды уже знали об этом, но, услышав снова, не сумели сдержать тяжёлого выражения на лицах.
Это было дело, касающееся всего мира людей; никто не мог остаться в стороне.
— В древних книгах Святого Престола было обнаружено пророчество, имеющее отношение к этому делу. Оно звучит так: «Когда Око Демона станет ненасытным, невинных агнцев ждёт гибель. Лишь утолив его алчность, можно обрести искупление».
Кардинал Конрад медленно произнёс эти слова с торжественным, но полным сострадания выражением лица. Взглянув на Анну, он продолжил:
— Под Оком Демона подразумевается сущность, находящаяся в глубине Черты жизни и смерти. Его алчность необходимо насытить. И единственное, что способно это сделать, — это демон.
Услышав пророчество, Анна на мгновение растерялась. Видимо, Око Демона в Черте жизни и смерти получило своё название именно из-за этого пророчества. Но как они пришли к выводу, что для его насыщения требуется именно демон?
— Почему вы так считаете? — переспросила Анна. — Почему для этого нужно использовать именно демона?
— Демоны происходят из Бездны, а Бездна крайне похожа на Око Демона, — уверенно заявил кардинал Конрад.
Анну поразила эта логика. Подобные доводы трудно было назвать убедительными.
К тому же, откуда вообще взялось это нелепое пророчество? Богини Света даже не существует — не исключено, что пророчество было просто выдумано так называемыми «мудрецами».
— Если Око Демона настолько похоже на Бездну, у вас не получится насытить его демоном, — возразила Анна. — Такое место…
Не закончив фразу, Анна вдруг вспомнила видение, которое явилось ей в Бездне.
Она взглянула на свою ладонь — тёмно-красная отметина всё ещё была там и даже не начала бледнеть.
Связь между аномалиями Бездны и Ока Демона была слишком очевидной, и Анна невольно задумалась об отношениях между ними. Ей подумалось: а что, если это Око Демона в мире людей — нечто вроде проекции самой Бездны, и на самом деле они представляют собой одно и то же?
Видение, явившееся ей в Бездне, велело бросить плод Древа Бездны в пропасть. Но Анна тогда рассудила: то, что велит делать видение, делать не стоит, — это же железное правило всех романов и сериалов! Поэтому она не бросила плод, а прихватила его с собой, и неведомо как он превратился в красную отметину на её ладони.
Если соединить это с пророчеством, о котором рассказал кардинал Конрад: Око Демона, то есть «жажда» Бездны, нуждается в утолении — а утолить её способен именно этот плод…
«Не может быть!»
Анна почувствовала, что земля уходит у неё из-под ног.
Неужели правильным было послушно бросить плод в пропасть? Тогда Бездна была бы удовлетворена, Око Демона не появилось бы и не разрослось, Черта жизни и смерти оставалась бы на месте, никто бы не пострадал, и магам мира людей не пришлось бы рисковать жизнью, отправляясь в Царство Демонов?
Однако, её рассуждения строились на допущении, что пророчество истинно, хотя сама она в пророчества не верила... Так что же тогда происходит?
Анна осеклась на полуслове; столь необычная реакция закономерно привлекла внимание всех присутствующих.
— Ты что-то вспомнила? — спросил кардинал Конрад.
Анна растерянно посмотрела на кардинала Конрада и покачала головой:
— Я не знаю… Око Демона не сможет насытиться демоном…
Говоря это, Анна невольно усмехнулась: она никак не ожидала, что задача спасения человечества в конечном итоге ляжет на неё, случайно попавшую в этот мир. Очевидно, плод Древа Бездны в её на ладони подходил для насыщения Ока Демона куда лучше, чем демон.
Она вдруг подняла руку, показав ладонь всем присутствующим.
— Когда я была в Бездне, мне явилось видение. Оно велело мне посадить семя Древа Бездны, из которого вырос плод. Видение требовало бросить плод в пропасть, но я не послушалась и забрала его с собой. После того как видение закончилось, плод превратился в эту красную отметину на моей ладони.
Все присутствующие маги взглянули на ладонь Анны: там и в самом деле виднелось что-то похожее на след от плода, хотя с тем же успехом это можно было принять за родимое пятно. При всём их опыте и силе они никак не могли определить, есть ли в этой отметине что-то особенное.
Пока маги недоумевали, к чему она это рассказывает, Анна продолжила:
— Чем гоняться за неуловимым демоном, чтобы насытить Око, не лучше ли попробовать использовать меня? Ваш способ — лишь догадка, а я лично побывала в Бездне.
Её слова застали всех врасплох.
Око Демона едва ли было безобидным или приятным местом — кардинал, побывавший внутри, погиб сразу после возвращения. Даже демон, попавший в Бездну — место, схожее с Оком, — едва выжил, что уж говорить о такой слабой по силе человеческой девушке, как Анна.
Её предложение звучало как самоубийство.
— Ты понимаешь, что говоришь? — нахмурился кардинал Конрад. Он не вполне верил словам Анны, но её предложение поразило его: сработает или нет, по сути оно было почти равносильно самопожертвованию.
Анна кивнула:
— Я прекрасно понимаю, о чём говорю. Если у вас есть более надёжный и проверенный план, я готова вам помочь. Но если всё, что у вас есть, — лишь догадки, не лучше ли попробовать мой вариант? Я была в Бездне, а вы — нет.
Её слова вызвали множество сложных взглядов.
Кто-то из магов решил: раз она была в Бездне и вышла оттуда живой, возможно, она знает способ выбраться и из Ока Демона, а её предложение — лишь хитрость, чтобы вырваться из-под контроля Престола.
Другие считали, что она всё же человек, и, несмотря на одержимость демоном, не утратила человеческой сути — её готовность пожертвовать собой ради всего мира людей была вполне в духе праведного поступка.
Кардинал Кристофер пристально смотрел на Анну, нахмурившись, и молчал.
Он лично захватил Анну и привёз обратно, и знал её лучше остальных присутствующих, поэтому её поведение казалось ему до странности противоречивым. То, как она прикрывала отступление демона в Царстве Демонов, точно не объяснялось страхом перед местью за предательство, как она утверждала, — похоже, она делала это… из любви.
Но сегодня её поведение выглядело так, будто никакой любви или привязанности к демону не существовало. Может быть, она готова пожертвовать собой ради семьи?
Кардинал Конрад обвёл взглядом всех присутствующих, несколько секунд хмуро размышлял, а затем отдал приказ священникам, стоявшим возле Анны:
— Уведите её.
Священники подхватили Анну под руки и вывели из зала.
Когда она вышла, кардинал Конрад произнёс:
— Если у кого-то есть какие-либо соображения, пожалуйста, высказывайте их свободно.
По правде говоря, никто не имел ни малейшего представления, что делать с Оком Демона. Но раз речь шла о деле, от которого зависела судьба всего мира людей, как можно было не ухватиться хоть за какую-нибудь зацепку?
Поэтому они нарекли странное пространство на Грани Жизни и Смерти «Оком Демона», подогнав его под пророчество, а затем принялись искать способ проникнуть в Царство Демонов и выяснить правду.
Нужно было сделать хоть что-то.
Так думал каждый маг, у которого хватало сил на действие. Не имея других идей, им оставалось лишь хвататься за это двусмысленное пророчество.
А теперь Анна предложила им иной путь.
— Словам еретички верить нельзя, — сказал один из кардиналов. — Она одурманена демоном. Она либо хочет сбежать, либо защитить исчадие ада.
Кардинал Конрад кивнул — у него были схожие мысли.
Один из магов пятой звезды подал голос:
— Внутри Ока Демона слишком опасно, я не верю, что она сможет войти туда и выйти невредимой. И всё же, раз это возможный способ, стоит хотя бы попытаться.
Женщина-маг пятой звезды возразила:
— Это всё равно что отправить её на смерть. Изначально демон похитил Анну против её воли. По-моему, она просто не хочет жить дальше после того, как демон обесчестил её, и ищет способ умереть.
Маги пятой звезды не слишком доверяли так называемому пророчеству, но другого варианта у них не было — оставалось хвататься за эту единственную соломинку. Что до ярлыка «еретичка», для них он не имел особого значения — маги предпочитали анализировать ситуацию с иных позиций.
— Обесчестил? Вы же слышали её слова — никакого стыда в них нет и в помине, — продолжил тот же кардинал. — Её тело и душа уже принадлежат демону!
Женщина-маг усмехнулась:
— Ха. Если бы всё было так, как вы говорите, она бы ни за что не была такой сговорчивой!
В зале поднялся шум: каждый спешил высказать своё мнение, и обсуждение быстро переросло в хаос.
В конце концов, эти важные персоны, привыкшие к лести и тому, что последнее слово всегда остается за ними, придя к какому-то выводу, с большим трудом признавали чужое мнение.
Виктор молча наблюдал за этим некоторое время и, видя, что договориться у них в ближайшее время не получится, тихонько выскользнул из зала.
Он на мгновение задержался у дверей, а затем направился туда, где держали Анну.
У входа дежурили священники; увидев Виктора, они поспешили почтительно поприветствовать его.
На губах Виктора играла лёгкая улыбка.
— Обсуждение всё ещё продолжается, так что я пришёл задать несколько дополнительных вопросов.
Он говорил так, будто явился по поручению, и двое священников поспешно отворили двери, пропуская его внутрь.
Услышав шум, Анна обернулась и увидела входящего Виктора. Её взгляд невольно задержался на его длинных, шелковистых серебряных волосах, и она вдруг вспомнила, как Ротгарр когда-то разрешил ей прикоснуться к ним.
Они были невероятно приятны на ощупь.
— Святой Сын, — произнесла Анна, поднимаясь на ноги.
Она не испытывала неприязни к этому мужчине— скорее, ей было его немного жаль: ведь его тело захватил Ротгарр — и этот священный сосуд использовали, чтобы соблазнить её...
— Маг Анна, — Виктор слегка склонил голову в знак приветствия.
Анна смотрела на него, ожидая, когда Виктор изложит цель своего визита.
Однако, хотя у него явно был наготове вопрос, озвучить его он не решался.
Она вежливо сказала:
— Святой Сын, спрашивайте о чём угодно. Если смогу ответить — отвечу честно.
Виктор пожалел, что вообще пришёл сюда.
Если не спрашивать, его, конечно, будут мучить лёгкие сомнения, но это всего лишь сомнения. А если спросить и получить ответ, который он не хотел услышать, — станет только хуже, чем если бы он вовсе не задавал вопроса.
Анна, не зная, что мучает Виктора, спросила:
— Пришли ли маги к какому-то решению? Говорите прямо, я приму любой исход.
— Они всё ещё обсуждают, — Виктор покачал головой. Не желая уходить так и не получив ответа, он решил зайти издалека:
— Мне любопытно: в то время, когда демон добивался вас, вы знали его истинную личность?
Услышав этот вопрос, Анна мгновенно насторожилась.
Она понимала: её предложение, скорее всего, не примут, и они, вероятнее всего, всё же захотят поймать демона, чтобы «насытить» Око. Но как им это сделать? Хотя Балан намеренно снизил её значимость для Ротгарра, назвав её всего лишь питомицей, разве они могли устоять перед соблазном использовать её как наживку, чтобы заманить Ротгарра в ловушку?
Значит, ни в коем случае нельзя выдавать никаких сведений о Ротгарре — в том числе и то, что она способна увидеть его в чужом теле. Они уже знали о его способности к одержимости, и неизвестно, какие меры могут предпринять, поэтому нельзя было выдавать, что она способна узнать его с первого взгляда и тут же подыграть ему.
— Конечно, нет, — Анна покачала головой. — Даже вы тогда не видели истинной личности демона; как я — ещё обычная в то время женщина — могла знать об этом?
— Он ухаживал за вами, занимая тела разных мужчин, — сказал Виктор. — И вы ни разу не заметили ничего странного?
Изобразив смущение, Анна ответила:
— Нет. Я думала, что это вполне нормально — среди моих соседей тоже хватало достойных молодых людей, желавших жениться на мне.
Виктор смотрел на Анну, не в силах вымолвить ни слова.
Сомнения, которые он копил в себе слишком долго, всё же требовали выхода, и он, сменив подход на более осторожный, спросил:
— Святой Сын должен посвятить себя Богине. Когда демон занял моё тело… и добивался вас, разве вы не находили "моё" поведение странным?
Анна решительно покачала головой и, кривя душой, ответила:
— Тогда мне не казалось это странным. Несмотря на одержимость демоном, вы оставались таким же благородным и непорочным, как прежде…
Услышав это, Виктор почувствовал облегчение — выходит, демон не делал ничего непристойного с его телом.
Раз уж он затронул эту тему, то продолжил расспрашивать окольными путями:
— Но недавно, отвечая кардиналу Конраду, вы сказали, что демон до безумия увлечён вашим… телом. Неужели он ни разу не терял контроля и не совершал никаких... неподобающих действий, которые могли бы вызвать подозрения?
Не успел Виктор закончить, как заметил, что взгляд Анны скользнул куда-то поверх его плеча. Он оглянулся: в открытом дверном проёме появился ещё один священник.
— Да!
Виктор не успел толком разглядеть вошедшего — услышав ответ Анны, он резко обернулся к ней, и его сердце тревожно сжалось.
Анна изо всех сил старалась не смотреть на человека в дверях, чтобы не выдать себя. И всё же её сердце ликовало от радости.
В теле того священника скрывался Ротгарр.
Он очнулся!