Боль была превосходным учителем. Лежа в свинарнике, Разнорабочий #734 проводил инвентаризацию. Тело болело, но ни одна кость не была сломана. Его физические показатели были абсурдны. Сила, которая в его старом мире сделала бы его мифическим существом, способным гнуть сталь голыми руками, здесь, в мире мастеров боевых искусств, видимо, едва соответствовала пику стадии Закалки Основ. Он был сверхчеловечески прочным, но без единой боевой техники эта прочность делала его лишь превосходной грушей для битья. Более долговечной, не более того.
А вот Восприятие… это было другое дело. Он прекрасно видел каждый удар. Каждый замах, каждое движение мышц нападавших. Его мозг обрабатывал информацию с невероятной скоростью, но тело просто не успевало реагировать. Он был как аналитик, смотрящий замедленный повтор катастрофы, но не способный на нее повлиять. Способности имелись, но пользы от них в прямом столкновении было ноль.
Кое-как поднявшись на ноги, он выбрался из вонючего загона. Свиньи проводили его равнодушным хрюканьем. Он отряхнул с себя грязь и навоз, насколько это было возможно, и затаился в тени, прислонившись к стене. Теперь он будет умнее.
Он начал наблюдать. Час, другой. Его невероятное Восприятие позволило ему увидеть то, чего не замечают другие. Он видел не просто людей, идущих по двору. Он видел систему. Маршруты. Невидимые тропы, по которым передвигались слуги, чтобы минимизировать контакт с «хозяевами». Он видел слепые зоны патрулей, подмечал время, когда определенные коридоры пустеют. Он строил в уме карту безопасных путей, карту теневой жизни этого клана.
Выждав момент, он пристроился в хвост небольшой группы слуг, несших корзины с бельем. Они шли уверенно, сворачивая в неприметные проходы и пересекая дворы в те моменты, когда ученики были заняты на тренировках. #734 следовал за ними, оставаясь незамеченным, идеально вписываясь в роль еще одной серой тени.
Путь привел их в заброшенный сад за северной стеной поместья. Здесь, среди поросших мхом камней и диких трав, слуги остановились. И ждали. Вскоре из-за старой плакучей ивы вышла девушка.
Она была похожа на изящный, смертоносный кинжал. Не широкий меч, созданный для открытого боя, а стилет, предназначенный для одного-единственного, точного удара в сердце. Ее короткие волосы были странного, пепельного цвета. Не седые от старости, а словно выцветшие, потерявшие всякий пигмент из-за дьявольских практик, которым она себя посвятила. Одета она была в простое темное платье, не сковывающее движений. Ее красота была не теплой и живой, а холодной, функциональной, как полированная сталь клинка. В каждом ее движении сквозила сдержанная, но абсолютная летальность. Слуги почтительно склонили головы. Один за другим они начали тихо докладывать: о чем шепчутся на кухне, кто из учеников получил новое назначение, какой караван прибыл в город. Она слушала молча, ее лицо было похоже на ледяную маску — никаких эмоций, только холодная концентрация.
Простая мысль искреннего интереса по поводу её природы пронеслась в уме разнорабочего.
Запрос данных.
[СИСТЕМНОЕ ОКНО]
Субъект: Сун Лянь
Статус: Сюжетный Триггер, Второстепенный персонаж
Релевантность для задания: Высокая
Ха. А вот и она. Образцовый инструмент, — хмыкнул Голос Критика с откровенной насмешкой. — Вся ее дьявольская сила, все ее интриги, вся ее жалкая, слепая преданность клану... и для чего? Чтобы в нужный момент красиво сломаться о главного героя. Она умрет, думая, что спасает честь семьи, а на деле лишь поможет своим хозяевам стать более послушными собаками этого самого героя. Какая восхитительная, какая бесполезная верность. Просто аплодисменты.
Когда слуги закончили и разошлись, Сун Лянь еще на мгновение задержалась. Ее взгляд, до этого скользивший по пространству, вдруг сфокусировался на нем. Он застыл в тени дерева, но ее глаза нашли его безошибочно. Она видела его.
«Ты застыл здесь, чтобы что-то сообщить?» — ее голос был ровным и холодным, как речная галька. Ни удивления, ни угрозы. Лишь деловой, отстраненный интерес.
Разнорабочий #734 вышел из тени. Боль в разбитой губе заставила его улыбку получиться кривой и уродливой. Он чувствовал себя грязным, жалким, но впервые в этом мире — не бесполезным.
«Я слышал кое-что», — сказал он хрипло. «Говорят, несколько молодых учеников, один из них носит нефритовую заколку, слишком часто наведываются в кладовую с эликсирами по ночам. А еще говорят, что начальник стражи любит проводить воспитательные беседы с юными мальчиками в укромных местах».
На ее лице не дрогнул ни один мускул. Но что-то изменилось. Воздух вокруг нее словно стал холоднее на пару градусов. Ее голубые глаза, до этого отстраненные, обрели глубину. Они не стали острее, нет. Они стали похожи на два колодца с ледяной водой — спокойные, неподвижные, и невозможно было угадать, что таится на дне. Она чуть склонила голову набок, всего на миллиметр, оценивая его. Сейчас она смотрела не на избитого слугу. Она смотрела на неожиданно появившийся перед ней инструмент. Полезный инструмент.
Она молчала несколько долгих, звенящих секунд, а затем коротко кивнула.
«Полезно», — бросила она и, не сказав больше ни слова, развернулась и исчезла за деревьями так же беззвучно, как и появилась.
Разнорабочий #734 остался один. Он дотронулся до разбитой губы и поморщился. Да, он был грязью. А значит он мог использовать грязные методы.