Глава 1
Предисловие:
Мир расколот. Эта история тоже.
Главы с обычной нумерацией — взгляд из ада. Выжившие в городе, где каждая тень может убить.
Главы с пометкой «Б» — взгляд из рая, который стал тюрьмой. Создатели вируса в бункерах, где роскошь не спасает от совести.
Город жил своей обычной жизнью. Шум проспекта, гудки машин, люди, спешащие на работу с стаканчиками кофе в руках. Для Алексея Кравцова этот вторник ничем не отличался от сотен других вторников. Кроме одного — телефон молчал.
Алекс сидел на скамейке в небольшом сквере у торгового центра. Он не смотрел на людей. Он смотрел на экран смартфона, где висело неотправленное сообщение отцу.
«Папа, мне нужны деньги. Не на развлечения. На учебу. Пожалуйста.»
Курсор мигал. Алекс стер сообщение. Вновь набрал. Снова стер.
Виктор Кравцов не отвечал уже неделю. Для человека, который возглавлял одну из крупнейших фармацевтических компаний страны, это было странно. Но для отца, который не видел сына пять лет — нормально.
— Ты всё ещё пытаешься ему дозвониться? — голос прозвучал справа.
Алекс вздрогнул и убрал телефон. Рядом стояла Елена. Она работала медсестрой в городской клинике, куда Алекс иногда заходил просто посидеть в тишине. Она была старше его на пять лет, с уставшими глазами и вечным шарфом вокруг шеи, даже летом.
— Нет, — соврал Алекс. — Просто новости читаю.
Елена села рядом, тяжело вздохнув.
— Видел репортаж? В промышленном районе опять беспорядки. Говорят, какой-то завод закрыли, рабочие вышли с плакатами. Но полиция себя странно ведёт. Не разгоняют, а просто оцепили квартал.
Алекс пожал плечами.
— Обычное дело. Корпорации что-то скрывают, рабочие злятся. Мир горит, Лена.
— Это не просто забастовка, — Елена понизила голос. — Моя подруга работает в скорой. Говорит, за ночь было десять вызовов. Люди ведут себя... неадекватно. Агрессивные. Как будто под чем-то. Но тесты на наркотики чистые.
Алекс наконец посмотрел на неё. В её глазах он увидел то, что старался не замечать последние часы — страх.
— Что именно неадекватные?
— Нападали. Кусались. Один пациент укусил санитара до кости. Санитар сейчас в изоляции, у него лихорадка. Врачи не понимают, что это. Грипп? Бешенство?
Алекс почувствовал холодок под кожей. Он вспомнил фамилию компании, которой принадлежал завод в промышленном районе. «BioGenix».
Фамилия его отца.
— Может, просто совпадение, — сказал он, но голос предательски дрогнул.
В этот момент зазвонил телефон Елены. Она взглянула на экран и побледнела.
— Это больница. Меня вызывают срочно. Все врачи подняты по тревоге.
— Что случилось?
— Не знаю. Сказали только: «Массовое поступление. Травмы неизвестного характера». — Она встала, поправляя сумку. — Алекс, не ходи в центр. Сегодня лучше остаться дома.
— Лена, подожди...
Но она уже бежала к остановке, на ходу набирая номер.
Алекс остался один. Вокруг всё ещё было шумно. Мимо прошла девушка с собакой. Мужчина чинил велосипед. Двое подростков смеялись, снимая видео для соцсетей. Никто не знал, что город стоит на пороге.
Он снова посмотрел на телефон. В ленте новостей появилась срочная заметка:
«В промышленном районе введён карантин. Движение перекрыто. Официальная версия: утечка химических веществ.»
Химическая утечка.
Алекс знал, как работает его отец. Если Виктор Кравцов что-то скрывает, он называет это «химической утечкой».
Внезапно в конце улицы, где стояла пробка, раздался звук. Не взрыв. Не выстрел. Это был крик. Человеческий крик, полный боли и ужаса. За ним второй. Третий.
Машины начали сигналить. Люди оборачивались.
Алекс встал. Инстинкт кричал ему бежать, но любопытство приковало к месту.
Вдалеке, у перекрёстка, он увидел, как из машины вывалился мужчина. Он упал на асфальт и начал биться в конвульсиях. Рядом остановился прохожий, хотел помочь.
— Эй, мужик, тебе плохо? — крикнул прохожий.
Лежащий дернулся и замер. Тишина длилась секунду.
Потом он резко вскочил. Движение было неестественным, дерганым, будто марионеткой дёрнули за нитки. Он бросился на прохожего.
Алекс не увидел удара. Он увидел только кровь. Ярко-алую брызгу на светлом асфальте.
Толпа закричала. Кто-то побежал. Кто-то замер.
Мужчина, который только что помогали, теперь лежал на земле, а тот, первый, впился зубами ему в шею.
— Боже мой... — прошептал Алекс.
Он попятился. Телефон выпал из руки.
Это не была драка. Это не был наркотический угар. Это было что-то древнее. Животное.
Сирены завыли где-то совсем близко. Полицейская машина выскочила на перекрёсток, мигая маячками. Полицейский вышел с оружием.
— На землю! Отойди от него!
Заражённый (Алекс ещё не знал этого слова) медленно повернул голову. Его лицо было перекошено, глаза закатились, белков не было видно. Только мутная плёнка.
Он зарычал. Звук не принадлежал человеку.
Полицейский выстрелил. Один раз. Второй.
Пули попали в грудь. Мужчина покачнулся, но не упал. Он сделал шаг к полицейскому.
Второй выстрел в голову. Наконец, тело рухнуло.
Толпа выдохнула. Облегчение.
Но Алекс заметил другое.
Из подворотни, откуда вышел первый, вышли ещё двое. Потом ещё четверо. Все с одинаковой пустотой во взгляде. Все искали живых.
Полицейский перезарядил пистолет, понимая, что патронов не хватит.
Алекс наконец опомнился. Он подхватил телефон с земли. Руки тряслись так сильно, что он едва смог разблокировать экран.
Сообщение отцу всё ещё висело в черновиках.
Алекс удалил его.
Вместо этого он открыл контакты и набрал номер Елены.
Гудки.
— Алло? — её голос был заглушен шумом сирен и криками.
— Лена, где ты?
— В больнице. Алекс, не приходи! Они закрывают двери. Сюда везут их десятками.
— Кого?
— Тех, кого кусают. Они не умирают, Алекс! Они встают!
Связь прервалась.
Алекс оглянулся. Люди бежали мимо него, толкаясь, падая. Кто-то плакал. Кто-то молился.
Город, который пять минут назад был обычным, превращался в ловушку.
Он посмотрел на высотку в центре города. Там, в самом верхнем этаже, был офис его отца.
«BioGenix».
Алекс сжал телефон в кулаке. Он не знал, что происходит. Но он знал одно: это началось не сегодня. Это готовилось давно.
И его отец был где-то там. В безопасности. Пока город горел.
Алекс повернулся и побежал. Не домой. Домой пути не было. Он бежал туда, где было меньше людей. В сторону старых кварталов.
Первый день конца света начался. И у него не было плана. Только страх и имя, которое теперь звучало как приговор.
Кравцов.