Глава 18
Первый день осады начался с голода.
Алекс проснулся на холодном полу бункера. Спина ныла от бетона. Шея затекла от неудобной позы. Он открыл глаза. Темнота. Только аварийный свет мониторов мерцал в углу.
Он сел. Посмотрел на команду. Спали. Все. Максим у стены. Автомат на коленях. Лиза в углу. Под одеялом. Солдаты на нарах. Кто храпел. Кто стонал во сне.
Вольф не спал. Сидел у компьютера. Пальцы бегали по клавиатуре. Экран светился. Зелёным. Холодным.
— Сколько? — спросил Алекс. Голос был хриплым. Сухим.
Вольф не обернулся. — Три часа, — сказал он. — Пытаюсь обойти защиту. — Успешно? — спросил Алекс. — Нет, — сказал Вольф. — Система адаптируется. Каждый раз новый код. — Сколько времени нужно? — спросил Алекс. — Неделя, — сказал Вольф. — Может, две. — У нас нет времени, — сказал Алекс. — У нас нет выбора, — сказал Вольф.
Алекс встал. Подошёл к столу. Карта Цюриха. Красным обведён их квартал. Пятьсот метров. Клетка.
— Патроны? — спросил он. Максим открыл глаза. Сел. Потянулся. — Посчитал, — сказал он. — На каждого по три магазина. — Итого? — спросил Алекс. — Двести семьдесят выстрелов, — сказал Максим. — На девять человек. — Мало, — сказал Алекс. — Да, — сказал Максим.
Алекс посмотрел на карту. — Еда? — На два дня, — сказала Лиза. Она проснулась. Села. Потёрла глаза. — Консервы. Сухари. Вода. — Два дня, — повторил Алекс. — Потом? — Потом голод, — сказала Лиза.
Алекс молчал. Посмотрел на команду. Уставшую. Грязную. Сломленную.
— Выходим, — сказал он. — Куда? — спросил Максим. — За припасами, — сказал Алекс. — В город. — Там патрули, — сказал Максим. — IronShield. Заражённые. — Знаю, — сказал Алекс. — Но мы не можем сидеть здесь. Ждать. Умирать.
Максим встал. Потянулся. Кости хрустнули. — Сколько берём? — спросил он. — Четверых, — сказал Алекс. — Остальные охраняют бункер. — Кто? — спросил Максим. — Ты, — сказал Алекс. — Лиза. И два солдата. — А ты? — спросил Максим. — Я иду, — сказал Алекс.
Максим покачал головой. — Ты лидер. Ты должен остаться. — Я иду, — повторил Алекс. — Это не обсуждается.
Максим молчал. Знал, что спорить бесполезно. — Когда? — спросил он. — Через час, — сказал Алекс. — Рассвет. Меньше патрулей.
Они вышли в пять утра.
Туман. Холодный. Густой. Пахло сыростью. Гнилью. Смертью.
Алекс шёл первым. Автомат на груди. Палец у спусковой скобы. Глаза по сторонам.
Максим за ним. Потом два солдата. Карл. И Ханс. Оба из Альянса. Оба устали. Оба знали, что могут не вернуться.
Они шли по улице. Тихо. Осторожно. Тени. Здания. Окна. Тёмные. Пустые. Или нет.
— Где? — прошептал Максим. — Супермаркет, — прошептал Алекс. — Квартал впереди. — Охрана? — спросил Максим. — Не знаю, — сказал Алекс. — Проверим.
Они свернули. За угол. Увидели. Супермаркет. Большой. Стеклянный. Двери выбиты. Внутри темно.
— Заходим, — сказал Алекс.
Они вошли. Тьма. Запах. Испорченная еда. Гниль. Кровь.
Алекс включил фонарь. Луч выхватил полки. Пустые. Разграбленные. Перевёрнутые.
— Чёрт, — прошептал Карл. — Здесь ничего нет. — Ищем, — сказал Алекс. — Склад.
Они пошли дальше. Вглубь. К подсобке. Дверь заперта. Максим выбил. Вошли.
Внутри было лучше. Коробки. Консервы. Вода. Пачки.
— Бинго, — прошептал Ханс. — Быстро, — сказал Алекс. — Пять минут.
Они начали собирать. В рюкзаки. В сумки. Всё. Что могли унести.
Вдруг звук. Снаружи. Шаги. Множественные.
Алекс замер. Поднял руку. Стоп.
Все замерли. Прислушались. Шаги приближались. К входу.
— IronShield, — прошептал Максим. — Сколько? — спросил Алекс. — Не знаю, — сказал Максим. — Но много.
Алекс посмотрел на выход. Один. Там. Где шаги.
— Окно, — прошептал он. — Где? — спросил Максим. — Там, — Алекс указал. — В подсобке.
Они поползли. Тихо. Низко. К окну.
Шаги вошли. В магазин. Фонари. Лучи. По полу. По полкам. По стенам.
— Где они? — голос. Жёсткий. Металлический. — Ищите, — другой голос. — Кравцов сказал. Живыми.
Алекс сжал кулаки. — Кравцов, — прошептал он.
Они достигли окна. Максим вынул стекло. Осторожно. Положил на пол. — Выходим, — прошептал он.
Алекс вышел первым. На улицу. Холодный воздух. Туман. Тишина.
Максим за ним. Потом Карл. Потом Ханс.
Они отошли. На пятьдесят метров. За угол. Остановились.
— Сколько унесли? — спросил Алекс. — На неделю, — сказал Максим. — Может, больше. — Хорошо, — сказал Алекс. — Возвращаемся.
Они пошли. Обратным путём. Через переулки. Через дворы. Через тени.
Вдруг Ханс остановился. — Что? — спросил Алекс. — Слушай, — сказал Ханс.
Они замерли. Звук. Шаркающий. Множественный. Из темноты.
— Зомби, — прошептал Максим. — Сколько? — спросил Алекс. — Не знаю, — сказал Максим. — Но много.
Из тумана вышли они. Тени. Серые. Грязные. Одежда клочьями. Глаза чёрные.
— Десять, — прошептал Карл. — Двенадцать, — сказал Ханс. — Больше, — сказал Алекс.
Они окружали. Медленно. Неумолимо.
— Стреляем? — спросил Максим. — Нет, — сказал Алекс. — Привлечём IronShield. — Тогда что? — спросил Максим. — Бежим, — сказал Алекс.
Они побежали. В переулок. Узкий. Тёмный. Зомби за ними. Медленнее. Но не отставали.
Алекс бежал. Не чувствовал ног. Только сердце. В горле. Только дыхание. В лёгких.
Они выбежали. На площадь. Пустую. Тихую.
— Сюда, — крикнул Алекс.
Они забежали. В здание. Офис. Дверь открыта. Внутри темно.
Алекс захлопнул дверь. Заблокировал. Стол. Стул. Всё.
За дверью скреблись. Ногти. По дереву. По металлу.
— Ушли? — прошептал Карл. — Нет, — сказал Алекс. — Ждут.
Они постояли. Минуту. Две. Пять.
— Выходим, — сказал Алекс. — Через окно.
Они поднялись. На второй этаж. Окно. Вылезли. На улицу. Другую.
Зомби остались. У здания. Ждали. Бесконечно.
Они вернулись в бункер через три часа.
Усталые. Грязные. В крови. Не своей.
Лиза встретила их. У входа. — Живы, — сказала она. — Да, — сказал Алекс. — Пока.
Они разгрузили припасы. Консервы. Вода. Патроны. Из магазина. Ещё двести выстрелов.
— На сколько? — спросил Алекс. — На неделю, — сказала Лиза. — Может, больше. — Хорошо, — сказал Алекс.
Он сел. На пол. Закрыл глаза. Усталость накрывала. Но нельзя было спать. Нельзя было останавливаться.
— Вольф, — позвал он. — Да? — Вольф подошёл. — Как взлом? — Продвижение, — сказал Вольф. — Пять процентов. — Сколько до ста? — спросил Алекс. — Девяносто пять, — сказал Вольф.
Алекс молчал. — Продолжай, — сказал он. — Буду, — сказал Вольф.
Алекс посмотрел на команду. — Отдых, — сказал он. — Четыре часа. Потом снова выходим. — Куда? — спросил Максим. — За патронами, — сказал Алекс. — У полиции. Участок. В старом городе. — Опасно, — сказал Максим. — Знаю, — сказал Алекс. — Но нужно.
Максим кивнул. — Хорошо.
Алекс встал. Пошёл к выходу. — Куда ты? — спросил Максим. — На крышу, — сказал Алекс. — Смотреть. — Один? — спросил Максим. — Да, — сказал Алекс.
Он вышел. Поднялся. На крышу. Пять этажей. Ветер. Холодный. Пронзительный.
Алекс подошёл к краю. Посмотрел. Город. Серый. Мёртвый. Его.
Вдалеке хранилище. Стекло. Сверкает. Насмешка.
— Скоро, — прошептал он. — Скоро.
Но он не знал. Что скоро не наступит. Что впереди недели. Месяцы. Потери. Смерть.
Он не знал. Что из девяти... Останутся двое. Или меньше.
Но сейчас... Сейчас он стоял. На крыше. Ветер. Холод. Надежда.
Ложная. Смертельная. Последняя.
Но надежда.
И этого было достаточно. Пока.
Вечером того же дня Карл умер.
Алекс сидел в бункере. У стола. Карта. План. Маршруты.
Вдруг крик. Из угла. Где спали солдаты.
Алекс вскочил. Побежал. Карл лежал. На полу. Дрожал. Пена у рта. Глаза закатились.
— Что случилось? — крикнул Алекс. Лиза подбежала. Осмотрела. — Укус, — сказала она. — На руке. — Когда? — спросил Алекс. — Не знаю, — сказала Лиза. — Может, в магазине. Может, в переулке.
Алекс сжал кулаки. — Почему не сказала? — спросил он. — Не заметил, — сказала Лиза. — Быстро.
Карл закричал. Громче. Тело выгнулось. Вены вздулись. Чёрные.
— Держите его, — сказала Лиза. Два солдата прижали. Карл бился. Как зверь.
Алекс достал пистолет. — Нет, — сказала Лиза. — Может, есть шанс. — Нет шанса, — сказал Алекс. — Ты знаешь.
Лиза молчала. Знала. Что шанса нет.
Алекс поднял пистолет. Прицелился. В голову.
Карл посмотрел. Глаза. Чёрные. Пустые.
— Прости, — прошептал Алекс.
Выстрел. Один. Карл упал. Тишина.
Алекс опустил пистолет. Рука дрожала. — Уберите, — сказал он.
Солдаты убрали тело. В угол. Потом сожгут. За городом.
Алекс сел. На пол. Закрыл лицо. Руки.
— Восемь, — прошептал он. — Что? — спросил Максим. — Нас, — сказал Алекс. — Было девять. Стало восемь. — Будет меньше, — сказал Максим. — Знаю, — сказал Алекс.
Он посмотрел на команду. Оставшихся. Уставших. Сломленных.
— Завтра выходим снова, — сказал он. — Отдых, — сказал Максим. — Хотя бы день. — Нет, — сказал Алекс. — Завтра. — Ты нас убьёшь, — сказал Максим. — Мы мёртвы, — сказал Алекс. — Пока дышим. Пока боремся.
Максим молчал. Знал. Что Алекс прав.
— Завтра, — сказал он. — Выходим.
Алекс кивнул. Встал. Пошёл к монитору. Включил. Экран. Хранилище. Охрана. Смена.
— Вольф, — позвал он. — Да? — Вольф подошёл. — Сколько? — спросил Алекс. — Шесть процентов, — сказал Вольф. — Продолжай, — сказал Алекс. — Буду, — сказал Вольф.
Алекс выключил монитор. Темнота. Тишина. Только дыхание. Только сердца. Только надежда.
Ложная. Смертельная. Последняя.
Но надежда.
И этого было достаточно. Пока.
Потому что в этом городе... В этой клетке... В этой ловушке... Они будут жить. Пока могут. Пока дышат. Пока надеются.
А когда надежда умрёт... Они умрут с ней. Вместе. До конца.