Глава 3
Трасса была пуста. Слишком пуста для восьми вечера вторника.
Максим выключил фары и съехал на обочину. Внедорожник замер в кустах, скрытый от дороги высокой травой. Двигатель остывал, потрескивая металлом.
— Всё, — сказал Максим, поворачивая ключ в замке зажигания. — Дальше ехать нельзя. Бензин на исходе. А заправочные станции сейчас... — он не закончил, но Алекс понял.
Заправочные станции. Магазины. Аптеки. Места, где собираются люди. А где люди — там заражённые.
Алекс выглянул в окно. Вдали, за горизонтом, полыхало зарево. Город горел в нескольких местах. Оранжевое сияние отражалось в низких облаках, делая небо похожим на рану.
— Как далеко мы уехали? — спросил он. — Километров сорок. Может, пятьдесят. — Максим достал из бардачка карту, расстелил её на коленях. — Ближайший населённый пункт — посёлок Старая Речка. Там около тысячи жителей. — Много? — Для нашего положения — слишком. — Максим провёл пальцем по карте. — Но там есть охотничьи магазины. Патроны, оружие, консервы. Если мы хотим выжить дольше недели — нам туда.
Алекс посмотрел на свои руки. Они всё ещё дрожали. — Ты думаешь, это надолго? — Что? — Максим поднял взгляд. — Всё это. — Алекс кивнул в сторону города. — Сколько продлится?
Максим молчал долго. Потом сложил карту и убрал её. — Я видел такое в Чечне. Не зомби, нет. Но когда город окружён, когда связь пропала, когда военные блокируют дороги... — он сделал паузу. — Обычно это длится до тех пор, пока не останется никого, кого можно эвакуировать. Или пока не останется никого живого.
Алекс почувствовал, как холод сжимает желудок. — И что мы делаем? — Выживаем. Сегодня — ночь. Завтра — посмотрим.
Максим вышел из машины. Алекс последовал за ним. Воздух был холодным, пахло дымом и чем-то сладковатым, неприятным. Гнилью.
Они отошли от дороги в лесополосу. Максим выбрал место между двумя деревьями, где земля была сухой. — Костёр не разводим, — сказал он. — Свет привлекает. И запах тоже. — Ты серьёзно? — Абсолютно. У них зрение слабое, но движение и свет они замечают. А запах крови... — Максим посмотрел на свою биту. На ней были тёмные пятна. — Они чувствуют за километр.
Алекс сел на землю, прислонившись спиной к дереву. Телефон показывал время: 21:47. Батарея — 12%. — Лена не отвечает, — сказал он тихо. — Не будет отвечать, — Максим сел напротив, проверяя магазин пистолета. — Больницы блокируют первыми. Там очаг заражения. — Ты не понимаешь. Она могла... — Я понимаю всё, — перебил Максим. — Моя жена тоже была в больнице. В прошлом году. Рак. Я знаю, каково это — ждать звонка, который не придёт.
Алекс посмотрел на него. В темноте лицо Максима казалось старше. — Извини. Я не знал. — Не знал — нормально. — Максим вставил магазин обратно. — Сейчас главное — не делать глупостей. Эмоции убивают быстрее, чем они.
Из темноты донёсся звук. Сначала Алекс подумал, что это ветер. Но звук повторился. Низкий, гортанный. Как будто кто-то пытался говорить, но забыл, как это делается.
Максим мгновенно поднял пистолет. — Тише, — прошептал он.
Алекс замер. Звук был ближе. Шаги. Шаркающие, неуверенные. — Сколько их? — прошептал он. — Не знаю. Двое. Может, трое.
Шаги прекратились. Наступила тишина. Только ветер шумел в кронах деревьев. Алекс сжал в руке складной нож, который дал ему Максим. Лезвие было холодным.
Внезапно из темноты вышла фигура. Мужчина в разорванной рубашке. Он медленно поворачивал голову, будто что-то искал. За ним появился второй. Женщина. У неё не было половины лица.
Максим не двигался. Пистолет был нацелен, но он не стрелял. — Они не видят нас, — прошептал он. — Пока мы не движемся — мы для них часть пейзажа.
Заражённые прошли в десяти метрах от них. Алекс видел их глаза. Пустые. Мёртвые. Но они шли. Целенаправленно. — Куда они? — спросил он, когда шаги затихли. — К дороге. Их привлекают звуки. Машины. Крики. Выстрелы.
Максим опустил пистолет. Выдохнул. — Первый урок: не шуметь. Второй урок: не светить. Третий урок: если пришлось стрелять — уходи с места сразу. Звук привлечёт других.
Алекс кивнул. Он чувствовал, как адреналин медленно отступает, оставляя после себя пустоту. — Почему ты помогаешь мне? — спросил он вдруг. Максим помолчал. — Потому что Лена просила присматривать за тобой. И потому что один я бы не доехал до посёлка. Мне нужен кто-то, кто будет смотреть в оба, пока я сплю. — И всё? — И всё.
Алекс хотел спросить ещё что-то, но Максим уже укладывался спать, подложив под голову рюкзак. — Спи. Через четыре часа я тебя разбужу. Потом ты постоишь на страже два часа. Потом я снова. — А если они придут? — Я услышу. Спи.
Алекс остался сидеть. Он смотрел на огонь вдали. Город умирал. Там, в этом огне, был его отец. В безопасности. С ответами. Он достал телефон. 8% батареи. Открыл галерею. Последнее фото с отцом — пять лет назад. День рождения. Они ещё разговаривали тогда.
Алекс удалил фото. Не из злости. Из понимания. Тот человек, который был на фото, умер раньше, чем начался апокалипсис. Остался только Виктор Кравцов. Глава BioGenix.
Он убрал телефон. Взял нож. И стал смотреть в темноту. Первая ночь длилась вечно.
Где-то вдалеке выл волк. Или собака. Или что-то, что раньше было одним из них. Алекс не знал. И не хотел узнавать.