Глава 23
Алекс и Максим достигли хранилища на рассвете.
Двадцать шестой день осады. Два человека. Было девять. Осталось два.
Они стояли у входа. Здание банка. Высокое. Стеклянное. Мёртвое.
Алекс смотрел на пятый этаж. Там была Лиза. Там была Сара. Там была смерть.
— План? — спросил Максим. Голос был хриплым. Усталым.
Алекс молчал. Достал автомат. Проверил магазин. Пусто. Последний.
— Один, — сказал он. — У меня тоже, — сказал Максим.
Они пошли. К входу. Дверь открыта. Слишком открыта. Как ловушка.
Алекс знал. Но вошёл. Потому что у него не было выбора.
Внутри было тихо.
Слишком тихо. Кондиционеры гудели. Серверы шипели. Но людей не было. Не видно.
Алекс шёл первым. Максим за ним. Автоматы на груди. Пальцы у спусковых скоб.
Они поднялись на лифте. Пятый этаж. Дверь открылась. Коридор. Белый. Чистый. Как операционная.
На полу были следы. Кровь. Чёрная. Густая.
Алекс опустился на колени. Потрогал. Свежая. Часа два.
— Здесь, — прошептал он.
Они пошли. По коридору. К изолятору. Дверь в конце. Закрыта. Стекло.
Алекс заглянул. Внутри лежала женщина. Белый халат. Чёрные вены. Сара.
Мёртвая. Глаза открыты. Пустые.
— Чёрт, — прошептал Максим.
Алекс не двигался. Смотрел. На Сару. На смерть. На цену.
— Она мертва, — сказал он. — Да, — сказал Максим. — А Лиза?
Алекс огляделся. Камера рядом. За решёткой. Тень. Движение.
— Лиза! — крикнул он.
Тень подошла. Лицо в тени. Но это была она. Лиза. Живая. В наручниках. В крови.
— Алекс, — прошептала она. — Уходи. — Нет, — сказал Алекс. — Я тебя заберу. — Нельзя, — сказала Лиза. — Ловушка.
Алекс схватил решётку. Тряс. Не двигается. Сталь. Бетон.
— Как открыть? — спросил он. — Не знаю, — сказала Лиза. — Код. Только у Кравцова.
Алекс отпустил решётку. Обернулся. К Максиму. — Где он? — Здесь, — сказал голос.
Из темноты вышел человек. В форме. Без оружия. Руки в карманах. Лицо... Знакомое.
Виктор Кравцов. Отец.
Алекс поднял автомат. Прицелился. В голову.
— Не стреляй, — сказал Кравцов. — Она умрёт. — Отпусти её, — сказал Алекс. — Нет, — сказал Кравцов. — Она приманка. Для тебя.
Алекс молчал. Палец на спуске. Дрожал.
— Что ты хочешь? — спросил он. — Флешку, — сказал Кравцов. — Данные. Громова. — Нет, — сказал Алекс. — Тогда она умрёт, — сказал Кравцов. — Медленно. Больно. Как Сара.
Алекс посмотрел на Лизу. Та качала головой. — Нет, — прошептала она. — Не отдавай.
Алекс опустил автомат. — Почему ты это делаешь? — спросил он. — Чтобы спасти мир, — сказал Кравцов. — Ты хочешь поработить его, — сказал Алекс. — Порядок — это не рабство, — сказал Кравцов. — Это защита.
Максим шагнул вперёд. — Где выход? — спросил он. — Нет выхода, — сказал Кравцов. — Только один путь. Ко мне.
Алекс молчал. Посмотрел на отца. На лицо. Серое. Вены. Чёрные нити. Под кожей.
— Ты болен, — сказал Алекс. — Да, — сказал Кравцов. — Но я не умру. Пока не закончу. — Что закончишь? — спросил Алекс. — Новый мир, — сказал Кравцов. — Без хаоса. Без смерти. Без выбора.
Алекс сжал автомат. — Это не мир, — сказал он. — Это клетка. — Клетка безопасна, — сказал Кравцов. — На воле — смерть.
Он сделал шаг вперёд. — У тебя есть выбор, — сказал он. — Флешка. И она жива. Или отказ. И она умрёт.
Алекс молчал. Посмотрел на Лизу. Та закрыла глаза. Знала. Что он выберет.
— Сколько времени? — спросил Алекс. — Чтобы что? — спросил Кравцов. — Чтобы подумать, — сказал Алекс. — День, — сказал Кравцов. — Завтра. В это же время. Или код. Или смерть.
Он повернулся. Пошёл к двери. — Не пытайтесь сбежать, — сказал он. — Выходы заблокированы. Патрули снаружи. Зомби в канализации. Вы заперты.
Дверь закрылась. Замок щёлкнул. Тишина.
Алекс остался. С Максимом. С Лизой. В ловушке.
Они сели в коридоре. У камеры Лизы. Три человека. Против сорока. Против смерти.
— Что делаем? — спросил Максим. — Не знаю, — сказал Алекс. — Флешка? — спросил Максим. — Нет, — сказал Алекс. — Если отдам... он победит. — А если не отдашь... — начал Максим. — Лиза умрёт, — закончил Алекс.
Лиза подошла к решётке. — Алекс, — позвала она. — Да? — он подошёл. — Не отдавай, — сказала она. — Я не стою того. — Ты стоишь, — сказал Алекс. — Нет, — сказала Лиза. — Мир стоит больше. Вакцина стоит больше.
Алекс молчал. Посмотрел на флешку. В кармане. Холодная. Металлическая. Данные. Коды. Надежда.
— Вольф, — сказал он вдруг. — Что? — спросил Максим. — Вольф в бункере, — сказал Алекс. — Взлом. Сколько? — Девятнадцать процентов, — сказал Максим. — Вчера. — Сегодня? — спросил Алекс. — Может, двадцать, — сказал Максим. — Может, больше.
Алекс молчал. — Если он взломает... — начал он. — Тогда нам не нужна флешка, — закончил Максим. — Но сколько времени? — Три дня, — сказал Алекс. — Может, четыре. — У нас есть день, — сказал Максим.
Алекс кивнул. — Тогда ждём. — А Лиза? — спросил Максим. — Держится, — сказал Алекс. — Пока мы здесь.
Лиза улыбнулась. Слабо. — Спасибо, — сказала она. — Не за что, — сказал Алекс. — Мы не уйдём. Без тебя.
Они сидели. В тишине. В ожидании. День. Ночь. День.
Вечером второго дня Кравцов вернулся.
Один. Без охраны. Без оружия.
Алекс поднял автомат. — Где ответ? — спросил Кравцов. — Нет ответа, — сказал Алекс. — Ещё день. — Нет, — сказал Кравцов. — Время вышло.
Он кивнул охранникам. Двое вышли. К камере Лизы. Открыли дверь. Зашли.
— Нет! — крикнул Алекс. Поднял автомат. Прицелился.
— Не стреляй, — сказал Кравцов. — Она умрёт anyway.
Охранники вывели Лизу. В наручниках. В крови. Слабую.
— Алекс, — прошептала она. — Прости.
Кравцов подошёл к ней. Взял за подбородок. Посмотрел в глаза.
— Последний шанс, — сказал он Алексу. — Флешка. Или она.
Алекс молчал. Автомат дрожал. В руках. Палец на спуске.
— Я не могу, — прошептала Лиза. — Не отдавай.
Алекс смотрел. На отца. На Лизу. На смерть.
— Хорошо, — сказал он вдруг. — Что? — спросил Кравцов. — Я отдам, — сказал Алекс. — Но сначала она уйдёт. — Нет, — сказал Кравцов. — Сначала флешка. — Тогда нет, — сказал Алекс.
Кравцов молчал. Посмотрел на Лизу. На Алекса. На автомат.
— У тебя есть минута, — сказал он.
Алекс молчал. Достал флешку. Посмотрел на неё. Данные. Коды. Надежда.
— Нет! — крикнула Лиза. — Не отдавай!
Алекс смотрел на флешку. Потом на Лизу. Потом на отца.
— Прости, — прошептал он.
И бросил флешку. Кравцову. Под ноги.
Кравцов наклонился. Поднял. Посмотрел. Улыбнулся.
— Умно, — сказал он. — Но поздно.
Он сжал флешку. В кулаке. Хруст. Металл. Поломал.
— Что ты сделал? — спросил Алекс. — Проверил, — сказал Кравцов. — Пустышка.
Алекс молчал. — Я не отдам настоящую, — сказал он. — Никогда.
Кравцов улыбнулся. Но улыбка не коснулась глаз. — Я знал, — сказал он. — Но я выиграл время.
Он кивнул охранникам. — Уведите её, — сказал он. — В другую камеру. Дальше. — Нет! — крикнул Алекс.
Охранники увели Лизу. В темноту. В коридор. В смерть.
— Почему? — спросил Алекс. — Чтобы ты страдал, — сказал Кравцов. — Чтобы ты понимал. Надежда — это ложь.
Он повернулся. Пошёл к двери. — Завтра, — сказал он. — Вернусь. С вопросом. Последний раз. Или флешка. Или она умрёт.
Дверь закрылась. Замок щёлкнул. Тишина.
Алекс остался. С Максимом. В темноте. В ловушке.
— Что теперь? — спросил Максим. — Не знаю, — сказал Алекс. — Флешка? — спросил Максим. — Настоящая у меня, — сказал Алекс. — Пустышка у него. — Хорошо, — сказал Максим. — Но Лиза... — Мы её заберём, — сказал Алекс. — Когда Вольф взломает. — Сколько? — спросил Максим. — Два дня, — сказал Алекс. — Может, три.
Они сели. В коридоре. У камеры. Пустой. Теперь.
— Держись, Лиза, — прошептал Алекс. — Мы придём.
Но он не знал. Придут ли. Успеют ли. Выживут ли.
Он знал только. Что флешка у него. Что Лиза жива. Что время... Заканчивается.
И что завтра... Будет последний день. Последний выбор. Последняя надежда.
Или последняя смерть.
В этом городе. В этой клетке. В этой ловушке.
Где надежда... Всегда ведёт в ловушку. Всегда.