Глава 8-Б
Горы молчали.
Виктор Кравцов стоял у панорамного окна своего бункера и смотрел на заснеженные вершины. Где-то там, за этими пиками, начиналась Европа. Мёртвая. Тихая. Ждущая.
За его спиной гудели серверы. Стены контрольной комнаты были увешаны мониторами. На каждом — карта мира. Пять точек мигали красным на разных континентах. Пять хранилищ. Пять ключей.
И одна точка, мигающая зелёным. Здесь. В горах.
— Доложите, — сказал Кравцов, не оборачиваясь.
За его спиной стоял человек в форме IronShield. Полковник Волков. Командир частного подразделения.
— Потеряли контакт с группой Альфа, — сказал Волков. — Последний сигнал был из замка. Потом тишина.
Кравцов медленно повернулся. — Тишина? — Да. Рация молчит. GPS-трекеры не отвечают. — А вертолёт? — Сгорел. Тепловые датчики зафиксировали взрыв бака.
Кравцов подошёл к столу. Налил себе виски из графина. Рука не дрогнула. — И вы думаете, что они мертвы? — Нет, — честно ответил Волков. — Если бы они погибли, флешка бы сгорела вместе с ними. А она... активна.
Кравцов замер с бокалом в руке. — Что значит активна? — Сигнал шифрования. Флешка отправляет маячок. Кто-то попытался вскрыть данные.
Кравцов усмехнулся. — Громов, — сказал он тихо. — Хитрый ублюдок. Он зашил трекер в саму флешку.
— Получается, сын жив, — сказал Волков. — Алекс? — Кравцов сделал глоток. — Конечно жив. Он Кравцов. Выживает там, где другие сдыхают.
— Что прикажете делать? — Продолжать охоту, — сказал Кравцов. — Но осторожнее. Он знает, что мы идём по следу. Значит, будет хитрить.
Волков кивнул. — Есть ещё одна проблема. Замок. Отец Томас. — Что с ним? — Он помог им сбежать. Открыл ворота. Дал приют.
Кравцов поставил бокал на стол. Звук был громким в тишине комнаты. — Предательство? — Не думаю, — сказал Волков. — Скорее... идеализм. Он верит, что спасает души. Не понимает, что спасает вирус.
— Уничтожить замок, — спокойно сказал Кравцов. — Сир? — Волков замер. — Там гражданские. Женщины. Дети. — Там пособники врагов, — поправил Кравцов. — Вакцина — это не надежда. Это контроль. Если она попадёт в руки толпы... начнётся хаос.
— Но... — Выполнять, — отрезал Кравцов. — Через час хочу видеть отчёт.
Волков вышел. Кравцов остался один.
Он подошёл к другому монитору. На экране была фотография. Алексей. Пять лет назад. День рождения. Они ещё разговаривали тогда.
— Прости, сын, — прошептал Кравцов. — Но ты не понимаешь. Мир не готов к правде.
Он нажал кнопку. На экране появилась карта Европы. — Швейцария, — сказал он. — Первое хранилище.
Он знал, куда они полетят. Громов оставил им карту. Значит, они пойдут по маршруту. Европа. Америка. Азия. Африка. Антарктида.
— Пять остановок, — сказал Кравцов. — Пять шансов их поймать.
Он сел в кресло. Открыл ящик стола. Достал пистолет. Старый. Советский. ТТ. Из прошлого.
— Я создал этот мир, — сказал он пистолету. — Я его и закончу.
Через час Волков вернулся. — Замок уничтожен, — доложил он. — Никто не выжил. — Флешка? — Сигнал движется. Пешком. Через лес. Направление — запад. — Пешком? — Кравцов нахмурился. — Вертолёт сгорел? — Да. Они потеряли транспорт. — Хорошо, — Кравцов встал. — Это замедлит их. У нас есть преимущество.
— Какое? — Транспорт. Связь. Люди. — Кравцов подошёл к карте. — Они идут через Европу. Значит, будут пересекать границы. Таможни. Контрольные точки. — Там пусто, — сказал Волков. — Нет полиции. Нет армии. — Есть мы, — поправил Кравцов. — IronShield контролирует ключевые точки. Мосты. Тоннели. Перевалы.
Кравцов провёл пальцем по карте. — Здесь, — он ткнул в точку на границе Франции и Германии. — Перехватите их. — Сир, это широко. Лес. Горы. — Поставьте датчики. Тепловые. Движения. Звука. — Кравцов посмотрел на Волкова. — Они не призраки. Они люди. Устают. Голодают. Мерзнут.
— А если уйдут? — Не уйдут, — сказал Кравцов. — У них есть цель. Швейцария. Значит, они пойдут кратчайшим путём.
Волков кивнул. — Есть ещё один вопрос. Вакцина. — Что с ней? — Если они соберут все пять частей... что тогда?
Кравцов молчал долго. — Тогда, — наконец сказал он, — я буду там. Чтобы забрать её. — А они? — Они получат то, что заслужили. — Смерть? — Нет, — Кравцов усмехнулся. — Жизнь. В новом мире. Моём мире.
Волков вышел. Кравцов остался один.
Он подошёл к окну. Снаружи начиналась метель. Снег закрывал горы. Мир становился белым. Чистым. Мёртвым.
— Пять ключей, — прошептал он. — Пять дверей.
Он знал, что время работает против него. Вирус мутирует. Заражённые становятся быстрее. Сильнее. Умнее.
Через год будет поздно. Через два — человечество вымрет. Останутся только они. И он.
— Но я буду готов, — сказал Кравцов.
Он нажал кнопку на пульте. На экране появилась женщина. Доктор Сара. Та самая, что помогала Громову.
— Вы живы, — сказал Кравцов. — Да, — ответила Сара. — Пока. — Где вы? — В клинике. Частной. Под Мюнхеном. — Что вы там делаете? — Работаю, — сказала Сара. — Над вакциной.
Кравцов нахмурился. — Громов сказал, что вакцина разделена. — Разделена, — подтвердила Сара. — Но её можно собрать. — И вы собираете? — Пытаюсь, — Сара покачала головой. — Но есть проблема. — Какая? — Биометрия, — сказала Сара. — Нужна кровь Кравцовых.
Кравцов улыбнулся. — Я знаю, — сказал он. — И у меня она есть. — У вас? — Да. Моя. И сына.
Сара молчала. — Вы планируете собрать вакцину самостоятельно? — Планирую, — сказал Кравцов. — Но мне нужны вы. — Зачем? — Потому что вы знаете код, — сказал Кравцов. — Громов доверял вам.
Сара колебалась. — Если я помогу... что будет с вакциной? — Она будет использована, — сказал Кравцов. — Для спасения человечества. — Какого человечества? — спросила Сара. — Того, что в бункерах? Или того, что на улицах?
Кравцов молчал. — Того, что сможет заплатить, — наконец сказал он. — Я так и думала, — Сара вздохнула. — Виктор, вы не изменитесь. — Нет, — сказал Кравцов. — Не изменюсь.
— Тогда я не помогу, — сказала Сара. — Прощайте.
Связь прервалась. Кравцов смотрел на чёрный экран. — Жаль, — сказал он. — Она была умной.
Он нажал кнопку. — Волков, найди её. Клинику под Мюнхеном. — Уничтожить? — Нет, — сказал Кравцов. — Привезти. Живой.
— Есть.
Кравцов отключил связь. Подошёл к сейфу. Открыл его. Внутри лежали пробирки. Пять штук. В каждой — кровь.
— Моя, — сказал он, беря первую. — Алекс. Громов. Сара. И... Он взял последнюю. — Пациент 0.
Он поставил пробирки на свет. Красная жидкость медленно переливалась в стекле. — Пять образцов, — сказал он. — Пять ключей.
Он убрал пробирки обратно. Закрыл сейф.
— Алекс, — сказал он в пустоту. — Ты думаешь, что спасаешь мир. Но ты просто открываешь двери для меня.
Он сел за стол. Открыл ноутбук. На экране появилась карта. Сигнал флешки двигался. Медленно. На запад.
— Лес, — сказал Кравцов. — Холод. Голод.
Он знал, что они выживут. Алекс был сильным. Как он.
— Но сила не всё, — сказал Кравцов. — Есть ещё воля.
Он написал сообщение. Отправил его всем группам IronShield в Европе. — Перехватить. Живыми. Флешку целой.
Отправил. Закрыл ноутбук.
Встал. Подошёл к окну. Метель усиливалась. Снег заметал следы.
— Идите, — сказал Кравцов. — Я буду ждать.
В другой части бункера, в медицинской зоне, лежала женщина. На столе. В наручниках. Доктор Сара.
Её привезли час назад. Она не сопротивлялась. Знала, что бесполезно.
Кравцов вошёл в комнату. — Зачем вы это сделали? — спросила Сара. — Потому что вы нужны, — сказал Кравцов. — Я не буду работать на вас. — Будете, — сказал Кравцов. — Потому что у меня есть то, чего нет у вас. — Что? — Данные, — сказал Кравцов. — Полные. От Громова.
Сара замерла. — Откуда? — Из серверной, — сказал Кравцов. — До того, как он сбежал. — Вы лжёте. — Проверьте, — Кравцов бросил ей флешку.
Сара поймала её. Посмотрела на свет. — Это... — Да, — сказал Кравцов. — Всё. Пять хранилищ. Пять кодов. Пять ключей.
— Зачем вы мне это даёте? — Чтобы вы поняли, — сказал Кравцов. — У вас нет выбора. Либо вы работаете со мной. Либо умираете. И вакцина никогда не будет готова.
Сара смотрела на флешку. — А если я откажусь? — Тогда я найду другого учёного, — сказал Кравцов. — Но это займёт время. Которого у нас нет.
Сара молчала. — Сколько у нас? — спросила она наконец. — Год, — сказал Кравцов. — Может, меньше. Вирус мутирует.
— Хорошо, — сказала Сара. — Я буду работать. — Умно, — сказал Кравцов. — Но с условием, — сказала Сара. — Каким? — Когда вакцина будет готова... я решу, кто её получит. — Нет, — сказал Кравцов. — Это решу я. — Тогда я не работаю, — сказала Сара.
Кравцов смотрел на неё долго. — Компромисс, — наконец сказал он. — Мы решим вместе. — Нет, — сказала Сара. — Я решаю. Или я умираю. И вы остаётесь без вакцины.
Кравцов усмехнулся. — Вы смелая, доктор. — Я врач, — сказала Сара. — Клятва Гиппократа. — В этом мире клятвы не работают, — сказал Кравцов. — Тогда зачем вам вакцина? — спросила Сара. — Если не спасать?
Кравцов молчал. — Чтобы контролировать, — наконец сказал он. — Вот и я о том же, — сказала Сара. — Без меня вы не сможете её активировать. Код только у меня.
Кравцов подошёл ближе. — Вы шантажируете меня? — Да, — сказала Сара. — Впервые в жизни.
Кравцов рассмеялся. — Хорошо, — сказал он. — Вы победили. На этот раз. — На этот раз, — подтвердила Сара. — Но не навсегда.
Кравцов повернулся к двери. — Начинайте работу. Завтра хочу первый отчёт. — Дайте мне оборудование, — сказала Сара. — И доступ к серверам. — Получите, — сказал Кравцов.
Он вышел. Дверь закрылась. Замок щёлкнул.
Сара осталась одна. В наручниках. В бункере. В горах.
Она посмотрела на флешку в руке. — Алексей, — прошептала она. — Прости.
Она вставила флешку в компьютер. Начала скачивать данные. Все. Карты. Коды. Координаты.
— Ты не один, — сказала она экрану. — У тебя есть союзники.
Она открыла терминал. Набрала сообщение. Зашифровала. Отправила.
Куда? Она не знала. Но надеялась, что кто-то получит.
— Идите, — сказала она. — Я задержу их.
Она выключила компьютер. Легла на стол. Закрыла глаза.
За дверью слышались шаги. Охрана. Кравцов не доверял ей. Правильно делал.
— Пять ключей, — прошептала она. — Пять шансов.
Она знала, что умрёт. Рано или поздно. Кравцов не отпустит её. Никто не отпустит.
Но она сделает своё дело. Передаст данные. Даст шанс.
— Громов, — сказала она в пустоту. — Ты был прав. Только жертва может спасти мир.
Она закрыла глаза. И уснула. Впервые за неделю. Без снов. Без надежды. Без страха.
Просто спала.
Утром Кравцов стоял на вертолётной площадке. Винты раскручивались. Ветер бил в лицо.
Волков подошёл к нему. — Группа Альфа-2 готова, — доложил он. — Вылетают через час. — Куда? — На границу Франции и Германии, — сказал Волков. — Там последний сигнал.
— Хорошо, — сказал Кравцов. — Пусть перехватят. — А если не смогут? — Тогда Группа Альфа-3, — сказал Кравцов. — И Альфа-4. И Альфа-5. — Сколько у нас групп? — Пять, — сказал Кравцов. — По одной на каждый ключ.
Волков кивнул. — Умно. — Необходимо, — сказал Кравцов. — Они пойдут по маршруту. Мы будем ждать их на каждой точке.
— А если они изменят маршрут? — Не изменят, — сказал Кравцов. — У них нет выбора. Хранилища зашифрованы. Только по координатам.
Волков посмотрел на небо. — Погода ухудшается. — Зима, — сказал Кравцов. — Вирус не любит холод. — Значит, у нас есть время. — Нет, — сказал Кравцов. — У нас нет времени. Холод только замедляет вирус. Не убивает.
Волков молчал. — Сир, — наконец сказал он. — А что будет, когда они соберут все пять частей? — Тогда, — сказал Кравцов, — я буду там. — И? — И я заберу вакцину, — сказал Кравцов. — А они... они получат выбор. — Какой? — Присоединиться ко мне, — сказал Кравцов. — Или умереть.
— А сын? Кравцов молчал долго. — Алекс... — сказал он тихо. — Он поймёт. — Что поймёт? — Что я делаю это для него, — сказал Кравцов. — Для будущего.
— А если не поймёт? — Тогда, — Кравцов надел перчатки, — я сделаю это без него.
Он подошёл к вертолёту. Запрыгнул в кабину. — Вылетаю, — сказал он. — На базу Альфа-1. — Сир, это опасно, — сказал Волков. — Зона заражения. — Я знаю, — сказал Кравцов. — Поэтому я лечу.
Винты взвыли. Вертолёт поднялся. Ушёл в облака.
Волков смотрел вслед. — Сумасшедший, — прошептал он. — Нет, — сказал кто-то за спиной. — Гениальный.
Волков обернулся. За ним стояла Сара. В наручниках. С охраной.
— Вы должны быть в камере, — сказал Волков. — Я должна работать, — сказала Сара. — А для этого мне нужно видеть мир.
Волков кивнул охранникам. Они увели её. Обратно в бункер. Обратно в клетку.
Но она улыбалась. Потому что знала. Данные ушли. Сообщение отправлено.
— Идите, — прошептала она. — Я задержу их.
Вертолёт Кравцова исчез в облаках. Где-то там, в небе, шла война. Не за территорию. Не за ресурсы. За будущее.
И у каждой стороны был свой план. Своя правда. Своя цена.
Кравцов хотел контролировать. Алекс хотел спасти. Громов хотел искупить. Сара хотела помочь.
И все они были готовы умереть. За свою правду.
Ветер стих. Снег перестал. Наступила тишина.
Такая громкая, что звенело в ушах.
Кравцов смотрел в иллюминатор. Внизу проплывала Европа. Мёртвая. Тихая. Ждущая.
— Я приду, — сказал он. — И заберу своё.
Вертолёт летел. На запад. К первому ключу. К первой битве. К началу конца.
Или концу начала.
Кравцов не знал. Но он знал одно. Он начал эту войну. И он закончит её.
Даже если придётся убить сына. Даже если придётся уничтожить мир. Даже если придётся стать монстром.
Он сжал подлокотники кресла. — Алекс, — прошептал он. — Прости.
Вертолёт исчез в облаках. Оставив за собой след. Белый. Холодный. Мёртвый.
Как этот мир.
В бункере, в медицинской зоне, Сара открыла глаза. На мониторе мигала точка. Сообщение доставлено. Кто-то получил.
— Хорошо, — сказала она. — Теперь у вас есть шанс.
Она закрыла глаза. И стала ждать. Когда придут за ней. Когда придут за вакциной. Когда придут за правдой.
Она знала, что умрёт. Но она знала, что не зря.
— Громов, — сказала она в пустоту. — Я выполнила обещание.
Тишина ответила ей. Но она не ждала ответа. Она ждала конца. И он был близок.
Так близок, что она чувствовала его дыхание. На своей шее. На своём лице. На своей душе.
— Я готова, — сказала она.
И закрыла глаза. В последний раз. В этом мире. В этом аду. В этой надежде.