Академия, в которую я вернулся спустя долгое время, оставалась прежней.
Улицы, полные юности, потеющие студенты, а также величественные здания и знакомые магазины, расположенные тут и там, рисовали знакомый пейзаж.
Для меня это место было ничем иным, как еще одним домом.
Разве это не то место, где я впервые в жизни жил вдали от родного дома?
Испокон веков слово «альма-матер» несло в себе особый отклик, который невозможно выразить всего несколькими слогами.
Однако у меня даже не осталось времени, чтобы насладиться радостным воздухом альма-матер.
А все потому, что у меня было дело, которым нужно было заняться прямо сейчас.
Я сразу же направился к зданию, где постоянно находился мой близкий друг.
Великая библиотека академии.
Это было место, где, как говорят, собраны все знания Империи, Святого Королевства и южных королевств.
Это была оценка с долей преувеличения, но количество книг, хранившихся в Великой библиотеке, было поистине колоссальным.
Я слышал, что, по оценкам, их количество достигает нескольких миллионов томов.
Вероятно, существовали еще десятки тысяч книг, которые не поддавались подсчету.
Это был результат сбора знаний со всего континента на протяжении сотен лет.
И в таком месте, где собраны знания, естественно, собирались те, кто ищет истину.
Великая библиотека всегда была полна ученых, и мой друг, идущий по пути магии, не был исключением.
Лето Эйнштейн, мой самый надежный советник и друг.
Мне не потребовалось много времени, чтобы найти его.
Потому что он был необычайно красивым мужчиной.
Даже в море книг и людей внешность Лето сияла.
Я буквально выволок его из библиотеки. Лето испугался и попытался как-то сопротивляться, но он был всего лишь магом, и одолеть мою физическую силу для него было невозможно.
С самого начала у него был только один выбор.
Поговорить со мной наедине.
В итоге Лето пришлось сесть передо мной с полным недовольства взглядом.
Мне не было жаль. У меня не было времени следить за его настроением.
Я без лишних слов перешел прямо к делу.
— Лето, ты слышал? Новости о том, что Селина пропала без вести.
— Слышать-то слышал.
Отношение Лето ко мне было крайне равнодушным.
Его лицо выражало непонимание того, почему он должен возиться со мной, когда и так до смерти занят.
По крайней мере, он явно не был мне рад.
Несмотря на это, я постучал по столу и снова высказал свое мнение.
— Нет, Лето... Я говорю, Селина исчезла! Почему ты такой спокойный?!
— Это Риа сказала?
Взгляд Лето, который переспросил меня, был совершенно безразличным.
Это был вопрос, брошенный в ответ так, словно ему было все равно.
Однако я не мог ответить так же небрежно, как Лето.
Что-то не так.
Оглядываясь назад, даже то, почему Риа пришла ко мне, вызывало вопросы. По идее, было бы нормально, если бы Лето связался со мной первым.
Лето дорожит Селиной как родной младшей сестрой.
Другими словами, когда с Селиной случается что-то неладное, Лето должен быть первым, кто сойдет с ума. По крайней мере, он не должен был сохранять такое самообладание, как сейчас.
Когда я с растерянным взглядом закрыл рот, Лето прицокнул языком.
— Иан, не слишком ли ты равнодушен к Селине в последнее время?
— ...Я?
Ответив так, я сглотнул и погрузился в раздумья.
Беспокоился ли я о Селине в последнее время?
Это был вопрос, который даже не требовал обдумывания.
Вскоре мне пришлось неловко улыбнуться.
— Разве?
— Не «разве?»... Ты спятил? Ты ведь в последнее время даже не искал Селину!
На замечание Лето я откашлялся и отвел взгляд.
Он был прав.
За последние несколько месяцев я ни разу не искал Селину.
Только если Селина сама не приходила ко мне.
До сих пор я даже не осознавал этого. Мы так долго были близкими друзьями, что мне казалось само собой разумеющимся, что Селина и Лето находятся рядом со мной.
Потому что присутствие Селины и Лето было для меня подобно воздуху.
Они абсолютно необходимы в моей жизни, но это люди, которые всегда будут рядом, даже если я не буду о них беспокоиться.
Возможно, я просто пользовался их благосклонностью, как избалованный ребенок.
Хотя у Селины и Лето тоже должна быть своя жизнь.
Пока я предавался раскаянию, Лето протяжно вздохнул.
Его взгляд глубоко поник. В его глазах, оглядывающихся в прошлое, читалась даже легкая нерешительность.
Казалось, он раздумывает, о чем ему следует заговорить.
— Тебе тяжело в последнее время?
Вот что сказал Лето после долгих раздумий.
Вопрос о том, тяжело ли мне в последнее время, был всего лишь банальным приветствием.
Но я знал. Знал, что в глубине этого голоса кроется сильная усталость.
На мгновение я замер, но в итоге пару раз кивнул.
Как бы я ни старался, мне все равно не пришло бы в голову никаких поразительных речей.
Перед Лето лучше всего было не скрывать своих истинных чувств.
— Честно говоря, тяжело... За последние несколько месяцев я отдыхал всего пару раз. Только захочешь перевести дух, как снова что-то случается...
— Ребятам, которые следуют за тобой, тоже тяжело.
С тяжестью в голосе заявил Лето.
Смысл его слов также был вполне очевиден.
— Особенно для некоторых. Тебе тяжело, но ты как-то двигаешься вперед, а вот человек, которому не хватает таланта, даже развиваться по своему желанию не может. Существует разрыв, который невозможно преодолеть, даже если выложиться на полную.
— Ты хочешь сказать, что это о Селине?
— Селина тоже много думала об этом в последние месяцы.
Примерно в это время в чайной принесли заказанные нами напитки.
Официантка, на вид молодая женщина, поставила напитки и мельком взглянула на меня. У нее было такое лицо, словно она обнаружила редкую диковину.
Нет, на самом деле не только она.
Все окружающие бросали на меня взгляды.
Среди перешептываний было довольно много разговоров, темой которых был я.
Это прямо свидетельствовало о том, как изменился мой статус за последние несколько месяцев.
Второго сына провинциального виконта Иана Перкуса больше нет.
Остался лишь Иан Перкус, восходящая звезда Империи и восходящий герой человечества.
Ради этого было пролито много крови, но далеко не каждый смог бы это повторить.
Мне просто повезло.
И наоборот, кому-то, возможно, не повезло.
Я молча сделал глоток стоящего передо мной напитка.
Прохладная жидкость потекла по пищеводу. Отчего капли пота, прилипшие к коже, стали ощущаться еще сильнее.
— Ей, должно быть, было тяжело. Как ты знаешь, люди, собравшиеся вокруг тебя, слишком выдающиеся, верно? Поэтому она махала мечом до тех пор, пока на руках не появлялись мозоли... Но от этого в одночасье сильным не станешь, и похоже, в последнее время у нее даже появились слуховые и зрительные галлюцинации.
— Слуховые и зрительные галлюцинации?
От этих слов Лето мои брови тут же сошлись на переносице.
Слуховые и зрительные галлюцинации обычно были симптомами, сопровождающими серьезные психические заболевания. Я и представить себе не мог, что Селина испытывает такое сильное давление.
Если бы я знал, то во что бы то ни стало остановил бы ее.
Сказал бы, что ей не нужно так перенапрягаться, чтобы следовать за мной.
Лето прицокнул языком, словно ожидал такой реакции.
— Брось, брось. Так болезнь только усугубится... И пока все еще более-менее. Стоит ей немного помедитировать, и симптомы снова исчезают.
Мое тело, готовое прямо сейчас сорваться на поиски Селины, вздрогнуло.
Если подумать, Лето не выглядел особо обеспокоенным исчезновением Селины.
Не потребовалось много времени, чтобы выяснить причину этого.
— Так было последние месяц-два. Когда давление становится слишком сильным, она уходит, чтобы немного перевести дух... Риа давно не видела Селину, поэтому и не знала.
— Но...!
— А ты не знал, потому что тебе было все равно.
В итоге я тихо застонал и выразил свою капитуляцию.
Мне нечего было сказать.
И о том, что Селина дошла до такого состояния, и о том, что я жил, даже не подозревая об этом.
Потому что во всем была только моя вина.
Глядя на меня, впавшего в уныние, Лето фыркнул.
— Не слишком расстраивайся. С этим ничего не поделаешь.
Вместо ответа я вздохнул.
С тяжестью на сердце мне хотелось удариться головой обо что-нибудь.
Лето продолжил давать свои спокойные советы.
— У тебя сейчас есть дела, которыми нужно заняться. Пока думай только о них.
— А если потом будет слишком поздно?
— Никто не опоздает.
Голос Лето, отвечавшего на вопрос, в котором даже не было подлежащего, не дрогнул.
Он даже слегка подался вперед.
Его изумрудные глаза светились серьезностью. Он редко показывал мне эту сторону себя.
— Ради этого все изо всех сил и стараются. Чтобы не было слишком поздно... Ты делай то, что должен делать. А с остальным мы как-нибудь разберемся.
Я делаю то, что должен делать.
Это были правильные слова.
На моих плечах лежал груз, который мог нести только я.
Прочесть письмо из будущего и спасти мир, мчащийся к гибели.
Несомненно, это была миссия, которой я должен был отдавать приоритет превыше всего остального.
Тем не менее, я не мог избавиться от горького чувства на душе, и собирался сказать хоть слово, как вдруг.
Мой взгляд случайно упал на название книги, которую читал Лето.
«Гипотеза и рассмотрение теории путешествий во времени с применением относительности пространства-времени»
Лето, даже не заметив моего взгляда, с самодовольством наставлял меня.
— А, ты слышал о леди Альпенхаузер? В любом случае, Селина, похоже, ничего не помнит, но она приходила к тебе. Как ты знаешь, ее старшая сестра славится тем, что смотрит на всех свысока...
— Лето.
Если так подумать, до периода экзаменов оставалось еще много времени.
Это значило, что у Лето не было абсолютно никаких причин выглядеть таким уставшим.
Как ни смешно, но я только сейчас осознал этот факт.
— Тебе тоже тяжело?
При этих словах рот моего друга, который болтал без умолку, закрылся.
Молчание длилось недолго.
Лето вскоре издал смешок и сказал:
— Тебе это знать ни к чему, придурок.
Это был ответ в истинном стиле Лето.
Я в который уже раз горько усмехнулся и пробормотал про себя.
Леди Альпенхаузер, значит, приходила ко мне.
В таком случае, пойти ей навстречу было бы правильным поступком, согласно этикету.
Как и подобает младшему.
К тому же, я смогу расспросить о ее последнем разговоре с Селиной.
Лето сказал, что все в порядке, но моя интуиция посылала мне странный предупреждающий сигнал.
Слуховые и зрительные галлюцинации, которые, как говорят, испытывает Селина.
Было бы неплохо разузнать и об этом.
В последнее время каждый раз, просыпаясь, Эмма щипала себя за щеку.
— ...Больно.
Глаза Эммы, бормочущей это сонным голосом, оставались затуманенными.
Ее лицо выглядело так, словно она все еще блуждала в мире грез.
Однако вскоре глаза Эммы наполнились жизнью.
Широкая улыбка на ее лице доказывала ее радость.
Ей больно.
Другими словами, это не сон.
Признание, которым они обменялись ночью на заснеженном поле.
Поцелуй, разделенный с Ианом, и его теплые объятия.
Нигде не было лжи.
Все эти воспоминания превратились в тепло, согревающее щеки Эммы.
Прикрыв покрасневшее лицо ладонями, девушка глупо хихикала.
Это было редким явлением.
Эмма была честным и прилежным человеком. Не так часто она, проснувшись утром, оставалась в плену остатков сна.
И вот она внезапно, переполненная счастьем, валяется в кровати.
Даже соседка по комнате склонила голову набок от недоумения.
Но что тут поделаешь.
Любовь может превратить чей-то мир в руины, но иногда она превращает его в цветущий сад.
Мир девушки, чья первая любовь стала взаимной, безусловно, был ближе ко второму.
Конечно, Эмма, будучи от природы прилежной, не проводила в постели много времени.
Она ничего не могла поделать с постоянно поднимающимися уголками губ, но у нее было достаточно времени, чтобы встать и умыться.
В тот самый момент, когда она собиралась выйти из комнаты.
Все началось с того, что подруга, которая шла впереди и открывала дверь, вздрогнула и отступила назад.
Только тогда Эмма почувствовала неладное и широко раскрыла глаза. Внезапно перед ней появилась остроконечная шляпа.
Незваным гостем оказалась маленькая девочка.
На первый взгляд она казалась очаровательной, как кукла, но в академии это была известная личность, чья дурная слава была известна всем.
Это была Элси Райнелла.
Пока Эмма невольно колебалась и отступала, Элси, напротив, сделала шаг вперед.
А затем, резко и в одно мгновение схватив Эмму за воротник, потянула ее на себя.
В итоге Эмме пришлось склонить верхнюю часть тела в неловкой позе.
Прямо перед собой она увидела пылающие голубые глаза.
Эмма невольно сглотнула пересохшим горлом.
Опасно.
В душе ей хотелось сбросить ее руку прямо сейчас, но перед ней стояла высокопоставленная аристократка.
Будучи всего лишь простолюдинкой, у нее не было ни единого шанса сопротивляться.
Элси не была настолько осмотрительной девушкой, чтобы тянуть время.
— Эй, давай-ка поговорим.
Окаменевшее лицо и холодный голос.
Услышав слова Элси, Эмма сразу же подумала.
Что это приказ, замаскированный под предложение.