Глава 98. "Реверсивная ремиссия".
Следующие несколько дней прошли... Спорно. Улучшение физического состояния пациентки - Ефимии Эрби, без сомнений удивляет своей скоростью. Однако... Нельзя того же сказать о психике девушки.
Большую часть дня она безучастно всматривается в окружение, лишь иногда отрываясь на перекусы и короткие беседы с не отходящей на шаг маленький начальницей.
Медперсонал, как впрочем и ближайшие соседи по койкам, в эти дни стали избегать общества странной пациентки, а некоторые даже просили переложить их в другое крыло. Причиной этому стало поведения одноглазой охотницы с перевязанной головой.
Пустой, совершенно безучастный и безвольный взгляд Эрби время от времени приобретал зловещие оттенки, будто внутри неподвижной оболочки вспыхивают самые негативные импульсы, что только доступны человеческому сознанию.
Первичный осмотр и кратковременные беседы с, без сомнений, профессионалами врачебного ремесла, принесли весьма... Противоречивые, хоть и однозначные выводы, о коих, впрочем, Эрби даже не интересовалась.
Все ее рассеянное внимание было устремлено прочь из тела, на череду бесконечных окружающих явлений, которые она не спешила объяснять ни себе, не другим, хотя вскользь и упоминала факты их присутствия.
Первым симптомом необратимых изменений стал звон, доносящийся отовсюду, но будто изнутри головы Эффи. Она кратко, но ёмко описала это назойливое ощущение как: "Приходящий и уходящий писк, словно от неисправной сирены, а за ним... Музыка.". Исключив внешние факторы воздействия, Эффи провела достаточно долгую беседу с несколькими врачами, тщательно записывающими и анализирующими каждое слово.
Музыка, о которой так убеждённо твердила пациентка, описывалась ей как хаотичное, но мелодичное подобие классических композиций, однако же имеющее некое... Необъяснимое воздействие на нее, описать которое она не смогла, впав в ступор. Будто на мгновение уйдя в глубины самой себя, она оборвала речь, зрачок ее расширился, а пульс подскочил до опасных значений. Девушку успокаивали лишь массивные инъекции опиума.
...
На смену звукам и "музыке", пришли видения иного рода - Ефимия начала наблюдать за отдельными пациентами, концентрируя недружелюбный и даже провоцирующий взгляд на конкретных соседях, вызывая серьезный дискомфорт с их стороны. Медсестрам, неохотно пытавшихся решить эту проблему, она объяснялась так: "Слизни".
Проверки и всевозможные санитарные меры не привели к улучшению состояния Эрби, теперь одержимой новым бредом.
Девушка все так же отстранено, и совершенно непривычно для привычной ей прагматичности и скептичности, нехотя рассказывала на осмотрах о подвластных только ее взгляду явлениях.
А дальше... Начались ещё более неприятные и странные события.
...
...
Ефимия проснулась глубокой ночью, когда под высокими сводами палаты уже погасли последние лампы, погружая длинную комнату в полнейшую темноту.
Рядом, на раскладушка миниатюрных размеров, в пижаме и сеточек для волос, тихо сопит обер-фельдфебель Кант, все это время лишь молча наблюдавшая за состоянием Эффи. Почему она не уходит? Почему продолжает тратить свое время здесь? Эти вопросы уже не так сильно волнуют девушку, ведь...
На соседней койке, которую уже отмыли и заселили новым соседом - мужчиной лет сорока с лишним весом и проблемами с сердцем, снова расползлись мерцающие, будто полупрозрачные слизняки нежно-голубых и белесых оттенков.
Наличие этих тварей упорно игнорирую все прочие наблюдатели, однако Эффи... Да она и сама уже не убеждена в истинности наблюдаемой реальности, хотя четко понимает, что слизняки нацелились и нее. Будто чувствует это...
Липкие, склизкие твари беспрепятственно ползают по лицу и подушке почти полностью лысого мужчины, за ползая в нос, уши и открытый рот. Механизм их движений сразу показался Ефимии странным, но почему-то... Ожидаемым?
Каждый из слизняков движется строго вокруг головы, где они и гнездятся, и строго против часовой стрелки. Будто ритуал какой-то...
Сами по себе они не причиняют никаких видимых проблем, однако стоит этим тварям заметить, что Эффи наблюдает за ними... Как они замирают, поднимая стебли глаз, наблюдая за Эффи в ответ, будто обладают разумом.
Сегодня же группа этих существ проявила смелость, приблизившись по тумбочке к койке Эффи, разглядывая ее голову, принеся с собой и тот самый раздражающий звон, от чего Эрби и проснулась.
Девушка устала... Под перевязкой все чешется, а под кожей... Ох, этот зуд имеет совершенно иной характер - будто тысячи крохотных существ извиваются, ползают внутри ее сосудом и мышц, пульсируя с каждым движением. Под веками, внутри забинтованного глаза, под поверхностью кожи, прямо в черепе... Так кажется Эффи.
Надо встать... Прогуляться и привести разбитое сознание в порядок. Эмоции испарились, воспоминания смешались в кашу, а привычная установка Эффи дала сбой. Она не может соответствовать своей социальной роли, не может быть тем, кем быть должна и кем ей быть позволено. Ее разум заплутал в этих массивах правил и поведенческих реакций, смешав имперский рационализм с психомоторным анархизмом, лишая привычные действия любой логики и смысла.
Эффи села на кровати.
Уколы опиума, так любимые местным персоналом, заставляют ее большую часть дня дремать, превращая все тело в один большой и ненадежный источник информации. Она слушает... Слова вокруг, кашель и вздохи, шуршание газеты Эби, копошение червей в черепе, звон и музыку. Она уже поняла - когда слизни близко, ее разум теряет способность мыслить и она впадает в... Транс? Весьма неприятное ощущение. Мерзкие твари.
Эффи неуклюже поднялась, давая себе время привыкнуть к новому положению в пространстве и восстановить контроль над закостенелыми мышцами.
Толстяк перевернулся, хрюкая из-за забитого слизнями носа и инстинктивно выплюнул несколько. Гадость.
Ефимия же, борясь с судорогами и тошнотой от лёгкой передозировки опиумом, пошла вдоль палаты. Надо в туалет... Он общий и стоит в конце общего зала с кабинетами врачей и процедурными комнатами. Умыться и освежиться... В душ бы ещё сходить я но на это нет ни сил, ни желания.
Эффи кожей чувствует, что может рассыпаться на части от любого неправильного движения... Паршиво.
...
Пост дежурной медсестры пуст, хотя лампа горит, да и бульварный роман в мягкой обложке раскрыт. Ушла недавно. К черту ее.
За эти дни и после назойливых бесед, все вокруг начали сторониться Ефимию, а особенно противные санитарки и медсестры и вовсе без стеснения сплетничали о ее состоянии, пока она была на процедурах. Змеи.
Она видит их насмешливый и даже пренебрежительный взгляд, будто им приходится возиться с чем-то омерзительным, будто это они глотали личинок мух в болотах Узилища... Их глаза наполнены насмешкой и отвращением.
Охотников не жалуют, но уважают, хотя это заведение... Видимо иного мнения.
...
Прошаркав до туалета по кабельному полу, Ефимия отметила, что звон хоть и отступил, но вот булькающие стоны и хрипы из соседнего крыла, запертого на толстые двери, совершенно не позволяют ее мозгу хоть немного отдохнуть от всего этого безумия. Она устала.
Может лучше просто...
Она вспомнила перерезанное горло прошлого соседа, представив, как из раны на ее собственно шеи выползут множества червей, опустошив голову. Быть может, в ней и мозга уже нет? Они все съели.
Толкнув скрипучую дверцу, Эффи оказалась в тускло освещенном помещении с несколькими кабинками без дверей... Специфика контроля за пациентами весьма унизительна, если так подумать.
Перед потрескавшимся зеркалом поправляет макияж дежурная медсестра. Миленькая, если не считать набирающей моду манеры превращать лицо в абстракцию пигментов и кремов.
Модница лишь бросила быстрый взгляд на Эффи, хмыкнув и продолжив расчёсывать волосы. Судя по едва заметным потёртостям на коленях и носках туфель, она тут не по призванию работает... Отвратительно.
Ефимия прошагал в ближайшую кабинку, неуклюже усевшись, смотря себе под ноги.
Ей нужно взять себя в руки... Вернуть трезвость рассуждений и привести порядок в голове. Так не может продолжаться вечно, и ее, наверняка, местные врачеватели уже записали в сумасшедшие... В их глазах она не нашла ни капли понимания или веры в ее слова. Слизни? Музыка... Какой бред... Посчитали ее сумасшедшей, подверженной галлюцинациям, даже на миг не попытавшись возобладать научному любопытство и профессиональной этике. Дилетанты.
Эффи определенно стала раздражительнее за эти дни.
Может стоит попытаться наладить отношения с медперсоналом? Показать, что не такая уж Эффи и ненормальная какой ее рисуют? Сейчас ей нужна помощь этих людей и примитивные эмоции и агрессия не должны диктовать отношения общества к ее персоне. Она может себя контролировать, может и должна!
Посмотрев на дежурную, девушка прикинула, чем бы ее привлечь, но лишь разогрела в себе новый очаг отторжения и непонятной тревоги.
К черту...
Ох...
Бумаги нет... Какая оказия.
Крепеж оказался предательски пуст и даже куска газеты не оказалось... Рассеянность привела к фатальной ошибке.
Вот и повод к диалогу появился, однако...
Стоило Ефимии поднять голову, как в лампочка сигнала и в уборной произошли изменения!
В темном углу, под дальними раковинами блеснули крысиные глазки! Силуэт уродливого карлика с непропорциональным конечностями и вывернутыми ногами, выплыл из темноты. Его рот искривился в жутком оскале и он захромал вдоль умывальников.
Эффи хотела вскочить или крикнуть, но мышцы предательски свело. Лишь слабенький хрип вырвался из груди, заглушенный гулом лампочки и водой в трубах. Зараза!
Липкое чувство опасности подкралось из глубины живота, обняв сердце девушки.
Не замечающая очевидной угрозы медсестра лишь цокнула языком, не найдя блеска для губ в карманах униформы, пока уродец в странной, очень деревенской одежде приближается все ближе.
В моменте, Эффи, будто озаренная, поняла куда он идёт и что ему надо, что вызвало новую волну тошнотворного страха, непонятной природы.
Сердце забилось сильнее.
Карлик незамеченным оказался за спиной модницы, протянув худую руку под раковину. Эффи прекрасно знает, что там лежит. Вынужденная лишь наблюдать, не в силах даже пошевелиться, она вдруг снова захотела заплакать и спрятаться под одеяло, как в детстве.
Нет, ее не пугает уродец в чепчике, но нечто другое... Более темное и животное, бурлящее внутри живота, вызывает звериную тревогу и желание бежать!
— Ну чего ты меня взглядом пилишь? Что слу...
Договорить она не успела.
Развернувшись на одних каблуках, несчастная моментально получила один сильный, точный удар глубоко в мягкую плоть горла.
Лезвие опасной бритвы, ещё помнящее прошлую кровь, легко рассекло сосуды и хрящевые диски гортани, обрызгав все вокруг струйками алой крови.
С удивлённым видом, медсестричка схватилась за рану, пытаясь ее зажать, но каждый вдох выплескивает лишь новые порции крови и отшатнувшись, попытавшись опереться на раковину, она... Упала.
Все ещё дергаясь в конвульсиях и булькая.
Торжествующе хиихкнув, карлик, не сводя крысиных глазок с Эффи, положил бритву в раковину. Резко развернулся и побежал на Эффи, вытянув руки и гогоча от эйфорического, маниакального удовольствия.
Попытавшись зажмуриться, Эффи в последний момент увидела, как уродец упал на пол, уползая в темноту соседней кабинки. Свет снова моргнул.
...
...
Контроль над телом, как и ощущение реальности вернулись не сразу, но лишь когда кровавая лужа растеклась по кафельному полу, а туша медсестры перестала дёргаться.
В голове звенит, но не от слизней, но... От паники. Сердце болезненно стучится в груди, а адреналин вынуждает каждую мышцу содрогаться, пытаясь хоть как-то заставить Эффи бежать от этой дурной реальности.
Вскрывать трупы это одно, но видеть убийство своими глазами - совсем иной опыт. Убийство... Теплая кровь, зеркалом отражающая события жестокой расправы, застывший, стеклянный взгляд в пустоту и остывающая плоть... Чувство того, что эта несчастная ещё несколько минут назад дышала и сердце ее билось, заставило Эффи, с и без того расшатанным сознанием, впасть в некое подобие истерики.
Повинуясь одним только ей ведомым мотивам, девушка дрожа упала на колени, подползая к убиенной, размазывая липкую кровь по ладоням и пижаме.
Чувствуя удары сердца прямо в ушах, она инстинктивно и даже бездумно попыталась прижать края раны на шее.
Спасибо ее невозможно и мозг это понимает, но в то же время хватается за крупицы благоразумия. Как бессмысленно.
С усилием перевернув тело лицом вверх, Ефимия принялась делать массаж сердца, то и дело соскальзывая и все сильнее пачкаясь в крови.
...
Прошло ещё несколько минут, прежде чем истерика закончилась и окровительница пришла в сознание. Голова заболела, а пустой желудок извергся желчью.
Смотря на свое отражение в кровавой луже, Эффи... Что-то внутри нее надломилось снова. Что-то незаметно обрушилось в картине восприятия реальности.
Ее руки в крови.
Голова опустела и логика снова растворилась в водовороте хаотичных волн самобичевания. Эффи провалилась по всем фронтам. Бесполезный окровитель, бесполезный охотник, бесполезная дочь. Никто, лишь кончиками пальцев коснувшаяся реального мира и струсив... Поджала хвост, спрятавшись в скорлупу оправданий.
Голова опустела и единственный видящий глаз безвольно уставился на покрытые кровью ладони.
Не сойти с ума, от всей этой крови... Что-то такое говорил ей охотник с разбитой губой. Кровь... Таков из мир? Убийства ради убийств. Кровопролитие без цели и смысла, ради чего?
Ефимия не понимает, что происходит и как ей нужно на это реагировать... Ее мирок университетских стен, высокомерных школяров и помпезных аудиторий в одночасье сменился грязью, трупной вонью и безумием.
Пальцы сами потянулись к языку. Навязчивая, сладкая и пугающая мысль... Нет, ощущение. Чувство, будто отдавшись этому похотливому порыву, обратившись в безмозглые животное, она обретёт желанное.
А чего она вообще желает?
Что ей нужно?
Не важно. Пусть это сумасшествие поглотит ее, утопив в крови и бессмысленности. Пусть все закончится здесь и сейчас. Пусть кровь опьянит ее, дав силы и решимость двигаться дальше... Хоть куда-то.
Пути назад...
Нет?
Остановив пальцы у самых губ, уже чувствуя навязчивый запах железа, Эффи вдруг вспомнила мисс Кант.
Ангелочек с миниатюрным, слишком маленьким для своего возраста телом, вьющимися золотыми волосами и небесно-голубыми глазами обратил свой не по годам мудрый взор на жалкую слабачка. Прямо изнутри катающегося сознания Ефимия, свет этой малышки на бесконечно долгую секунду отрезвил ее, вернув страх.
Как бы посмотрела на нее эта малышка в этой ситуации? Как бы поступила сама мисс Кант? Поддалась бы безумию, прекрасно осознавая безвыходность своего положения или нашла бы силы бороться?
Из всех людей, знакомых Эффи, лишь маленький обер-фельдфебель явился в эту секунду. Мисс Кант... Она... Сильная. Она бы не поддалась внутренней слабости, верно?
Она... Не зверь, как Эффи. Не заурядность, скрывающая за маской скептической рациональности слабачка без воли и стержня.
Ребенок, способный одним лишь видом внушить силу духа и веру...
Рука Эффи безвольно упала вниз, обнажив неприглядную правду в кровавом отражении на полу: Эффи жалкая. Проиграла самой себе, отказавшись от воли к жизни, от самой жизни. Эффи... Не особенная. Совершенно серая заурядность - массовка, до свадьбы которой никому нет дела.
Пережив единожды травмирующее событие, девчонка рассыпалась, доказав лишь, что все ее потаённые страхи были реальностью. Рационализм проиграл слабости.
...
В следующий миг Эффи наконец вырвало от внезапно ударившего в голову запаха крови. Перед потерей сознания, она лишь заметила в отражении крови неказистые кривые ноги карлика, недовольно хихикающего над ней.
...
...
Тело отдалось болью. Будто весь накопившийся стресс разрушил и без того слабые мышцы девушки. Она открыла глаза, ощущая абсолютную, всепоглощающую пустоту. Вакуум внутри себя.
Она лежит в своей кровати. Нет крови, нет странных галлюцинаций, бреда и крови. Нет карлика, звона и тошноты.
Тишина в сердце и разуме.
Повернув голову набок, она по обычаю увидела златовласого ребенка, будто сошедшего с плакатов о расовой чистоте.
— Мисс Кант.
Свернув газету пополам одним движением пальцев, малышка выкинула бровь, вопрошающе смотря на одноглазую.
Единственное, что может сделать Эффи и что будет единственно правильным для нее... Да и для этого ребенка тоже - сознаться в собственной слабости. В несостоятельности.
Сознаться самой себе - она проиграла. Слабость оказалась сильнее воли и громких лозунгов.
— Простите меня.
— За что ты извиняешься?
Нежный, обволакивающий детский голос, высокий, но мягкий... Ах, истинно ангел с мозаики соборов. Дитя Господне достойное икон величайших соборов этого утопающего в бурлящем безумии мира.
— Я не справилась.
— Такое случается. Не думай об этом. Первая охота редко у кого выходит удачной.
Девочка вернулась к газете, закинув ногу на ногу.
— Я подвела вас, мисс Кант.
— ...
— Вы ведь слышали врачей. Мой дух не выдержал даже такого простого испытания... Моя воля оказалась такой слабой... Мисс Кант, я не справилась...
Нудные слова все никак не проходят в голову, однако Эффи уверена, эта девочка поймет ее и без слов. Она особенная. Избранная Богом.
— Слышала. Эти дилетанты мало что смыслят в реальности нашего ремесла. Эрби, я повторю тебе то, что однажды сказал мне очень умный человек, гораздо умнее меня - не надо додумывать. Не надо.
— Я слышу музыку внутри своей головы. Вижу то, чего нет на самом деле, разве вы не понимаете мисс Кант, я...
Страх от признания очевидной истины, забился комом в горле Эффи.
— Тебя нашли в туалете, над телом дежурной медсестры. Как так вышло?
Не отрываясь от утренней газеты, девочка потянулась за тарелочкой с бизе.
Эффи же снова уставилась в потолок, пользуясь этой короткой передышкой, подбирая слова.
— Ночью я захотела в туалет. Она была там, а потом появился карлик. Это злобное существо напало на нее, а я лишь сидела и смотрела, скованная страхом... Я... Не смогла ей помочь...
— Карлик?
Конечно, она не верит... Чего и следовало ожидать.
— Знаете старую сказку о крестьянке, которую отец продал королю. Девушка, якобы, могла делать золото из соломы...
— Румпельштицхен? Да, и даже видела реальный пример. В Штрадэндсберге мятежное отделение церкви проводило опыты на людях. Они собрали из паствы единого мутанта, накачав его наркотиками, неказистый уродец обладал генокодом, позволяющим ограниченно менять химическую структуру органики. Это были только имитация золота, а деградировавшие мозг вынуждал его бегать за деревенскими девками, пытаясь удовлетворить примитивные инстинкты. Гадкое задание было...
— Я видела его. Можете не верить, но вчера я видела его в женском туалете. Я оцепенела, наблюдая, как он убивает ту девушку.
— Это самоубийство. В раковине окровавленная бритва, на шее единственная рана. Видимо хотела сделать все без шума, но тут появилась ты.
— Н-нет же, это был...
— Мотив тоже имеется. Как ты знаешь, состоятельные старики с аристократическими корнями занимают многие уважаемые посты. Местный главврач славен своей связью с молодой плотью... В свои-то семьдесят... Б-р-р...
Она и слушать не стала, нагло трактуя единственную, хоть и неверную версию произошедшего.
— Я видела карлика и до этого... Он появляется в тенях, смеётся и подкрадывается, наблюдая за мной.
— ...
— Мисс Кант. Я ведь сумасшедшая, да? Я не горжусь больше ни для чего... Вы сдадите меня корпусу благодушия, верно?
Наконец газета была грубо сложена и убрана под кровать. Эби начала злиться.
— Вставай.
— Что?
— Вставай. Раз есть силы на пустую болтовню, то и на прогулку найдутся.
Не дожидаясь ответа, девочка по офицерски скрестила руки за спиной, направляясь к выходу.
...
...
На улице оказалось пасмурно и холодно, однако Эбигейл и не думала возвращаться, молча углубляясь вглубь лабиринта из живой изгороди. С регистратуры она захватила некую папку, держа ее подмышкой.
— Мисс Кант, к чему это...
— Эрби. Ты все ещё моя подчинённая и я не разрешала тебе дезертировать. Думаешь получится сбежать, поджав хвост?
Ее речь стала грубее. Она остановилась в достаточно далёкой части лабиринта, развернувшись и строго посмотрев на побитую собаку - Ефимию Эрби.
— Но ведь... Мисс Кант... Будьте благоразумны.
— И это говорит мне сумасшедшая? Ха!
— Что... Вам надо от меня? Вы же сами все видите, мисс Кант.
— Вижу. Однако это ничего не меняет. Эрби, ты считаешь, что охота лишила тебя рассудка, верно? Твои галлюцинации, бред, навязчивые мысли и депрессивные вспышки, с твоих слов, служат достаточными аргументами, верно?
Эффи поникла. Приватный разговор всегда строится по одному шаблону: одного ругают, другой молча соглашается.
— Да.
— Чушь. Я думала, человек твоего склада ума сможет это понять, но кажется придется вбивать в тебя разум. Ох...
— О чем вы..?
— Буду честна - посттравматическое расстройство имеет место быть, но остальное - категорически нет.
По учительски, не спуская глаз с девушки, малышка зашагала армейским шагом вокруг Эффи.
— Генокод... Руна, известная среди обывателей как "Глаз", "Взор" или "Озарение". Носители подобной структуры описывают эпизоды странных, неподдающихся описанию оптических и акустических явлений, граничащих с бредом. Зафиксированны упоминания: спокойной клавишной музыки без явного источника звука, постоянный звон в ушах, боли в затылочной доле, наблюдение скоплений плесневых образований и слизней в определенных местах, а так же существ, куда более развитых и опасных: мозгососы, мозгляки, бледные личинки, певдоразумные грибные колонии. Зафиксированных случаев: 1289. Подтвержденных: 736.
— Н-но...
— Молчать! Как видишь, ты совсем не уникальна в своих видениях и я не понимаю, почему должна объяснять столько очевидные вещи разумного человеку.
— Послушайте же, мисс Кант! Никогда раньше я не наблюдала подобного, так с чего бы вдруг у меня должна проявиться руна ни с того, ни с сего!?
— Генетическая память может дать о себе знать спонтанно, хотя ты права, как правило формирование генокода происходит до пятнадцати-двадцати лет.
— Вы сами-то верите в это?
— Верю.
Эби подошла вплотную, задрав голову и серьезно посмотрев прямо в глаз Эффи.
— Хватит жалеть себя. Ничего с тобой не случилось, а лишь проявилась генетика. Подбери сопли и покажи мне уверенного прагматика окровителя, а не школяра неудачника.
От такого сравнения Эффи и правда стало немного стыдно за свою истерику.
— П-простите...
— Хм... Ладно, основная тема разговора ещё впереди. Итак, пора бы уже решить вопрос о твоём будущем.
Эбигейл раскрыла папку с несколькими листами и достала один из них.
— Ознакомься.
Все ещё подавленная выговором Ефимия, не глядя на командира, взяла бумажку.
"Пациент: Ефимия Эрби...
...Диагноз: Посттравматическое нервное расстройство. Глубокие депрессивные эпизоды. Шизофрения...".
В подробной выписке из истории лечения последней недели... Четко и ясно значится то слово, которое Эффи так отчаянно избегала в речи.
Шизофрения.
Силы сразу покинули тело и все мысли вылетели из головы. Вспомнился отец... Нет... Она...
— Чушь. Я вообще поражаюсь, как из контора ещё на плаву держится. Шарлатаны деревенские.
— Что..?
— Симптомы проявления некоторых рун и правда схожи с рядом заболеваний, но такой халатности я давно не видела! Это злит...
Грубо выхватив бумажку, Эби извлекла из кармана брюк на подтяжках коробок спичек и ловко подожгла выписку.
— Ч-что вы делаете! Мисс Кант, стойте!
— Открой глаза Эрби. Лишь услышав, что ты охотница, эти неучи списали тебя в утиль. Кому хочется ковыряться с тобой? Ха! Я ещё выскажу все, что думаю они! Кхм... Фикция. Ерунда. Дошло наконец? Фальсификация и подмена понятий, вот, что это такое. У меня есть твоя мед-карта и я тщательно ознакомилась с ней. Нет у тебя никакой шизофрении.
— ...
Вытаращив глаза, совершенно потеряв связь с реальностью, Эффи лишь осталось наблюдать, как спокойная малышка с некоторой шутливостью и хладнокровием солдата насмехается над местными врачами.
— Бездари. Хоть бы справочники почитали для приличия! Уверена, их и финансируют за "статистику"... Хмпф!!! Ладно, не важно. Итак, Эрби... Сейчас перед тобой есть два пути и я бы хотела поставить в этом окончательную точку.
— Есть!
В такой ситуации даже глупо будет придаваться унынию, учитывая достаточно весёлый и язвительный настрой командира.
— Так как мне фактически продали тебя, возврат на прежнюю должность в университет тебе не грозит. Можешь попытаться построить новую карьеру окровителя. В этом случае я выплачу тебе за задание и мы распрощаемся.
— ...
Эффи же, будто жердь проглотившая, выпрямилась, внимательно впитывая каждое слово цвета нации, бегая глазом по округе.
— Либо же ты остаёшься под моим руководством и официально входишь в состав Geheimwaffe, став... Армейским охотником.
— Я... Мисс Кант, мне кажется я совершенно не пригодна для... Всего этого.
— Не сомневаюсь. Тебе предстоит выбор, Эрби: предпочтешь остаться собой старой, вернувшись в мир общественного порядка и спокойствия. Не сомневаюсь, твой отец и некоторые лояльные коллеги были бы рады видеть тебя. Либо же ты навсегда лишишься пути в серый обывательский мир, отдав душу богу, дьяволу или в кого ты там веришь. Путь охотника действительно бесславен и пропитан кровью, но одно я гарантирую тебе точно: став охотником, отныне и до конца своих дней лишь ты и только ТЫ станешь хозяйкой своей жизни. Никаких господ, никаких ограничений. Лишь ты будешь определять сколь долго тебе жить и как умереть.
Гордо выпалив всю эту речь, девочка довольно улыбнулась, направившись прочь, оставив Эффи наедине с собой и начинающийся дождем.
Красивые слова малышки... Нашли ли они отклик в сердце Ефимии?
Девушка подошла к птичьему фонтанчику, оперевшись на края и заглянув в грязную воду.
Изрядно похудевшая, болезненно серая, с ломкими спутанными волосами, выцветшими и грязными... Жалкое зрелище.
Повинуясь инстинкту, девушка неуверенно разбинтовала голову, прокручивая все, только что случившееся в голове.
Стать собой старой, стабильной и слабой или же отдать богу душу, отправившись в последний поход? Жить как мертвец или умереть на пике жизни? Тлеющий уголь рациональности или вспышка пламени безумия? Стать рабом самой себя или...
Последние бинты спали, обнажая неприглядную картину.
Омертвевшая кожа лба и виска, в сосудах которой тянутся детские грибные тяжи, лишив этот участок всякой чувствительности. Лёгкие плесневых пушок под веком и... Лопнувший, растекшийся неровной кляксой зрачок.
"Шизофрения".
Обратив взгляд в небо, отдавшись во власть холодных капель дождя, Эффи взглянула в толщу серых облаков обоими глазами. Такое красивое и чистое серое небо, такой приятный холодный дождь, такой сладкий запах сырого воздуха и воспоминания о насмешливых речах мисс Кант.
Убить или быть убитой. Стать рациональной добычей, вернув то немного благоразумие, что определяло ее жизнь или обрести личину охотника, навсегда окунувшись в котел хаоса.
Перед глазами мелькнул отец, кафедрант, редкие друзья и подружки, знакомые и школяры. Охотники и люди мухи. Мисс Кант.
Зажмурившись, Эффи извлекла все мысли, восстановив самозабвенный вакуум в голове.
Верно. Одни роли сменяются другими, так было, так есть и так будет.
— Пошло все к черту.
Тихо выругавшись, она глубоко вздохнула, поспешив намотать перевязку на лицо.
...
...
К вечеру, когда мисс Кант вернулась с очередной важной беседы с кем-то там, Эффи спокойно встретила ее, молча встав на колено, выбирая единственный правильный путь, о котором она...
Аскетичное следование общественным правилам не принесло ей душевного покоя и счастья. Если и есть в этом мире путь для нее, то это путь в бездну.
— Эрби?
— Мисс Кант. Я... Хочу последовать за вами. Возьмите меня с собой, молю.
Девочка усмехнулась и поставила поднос с жестяными кружками на тумбочку.
— Не пожалеешь?
— Пожалею. И не раз, но это то, чего я действительно хочу.
— Не спокойной жизни в застенках университета?
Разум Эффи трезв и холоден. Разбитая логика снова обретает форму, собирая себя по кусочкам. Она знает точно - ее место там, где в ней нуждаются, а единственная оставшаяся рядом с ней девчушка офицер, прямо сейчас нуждается в ней как никто в этом мире.
Ответ они обе знали заранее.
— Нет.
На кровать упала та самая папка.
— Ознакомься.
Эффи послушно раскрыла документ.
"Приказ о переводе...".
— Это... Мое? Когда вы успели?
— Не люблю возиться с документацией. Все было готово ещё две недели назад.
— Вы знали, что я соглашусь?
— Нет, но рискнула. И не прогадала. По правилам я должна была провести с тобой испытательный срок, подать документы в кучу ведомств, но погоны творят чудеса.
По детски невинно улыбнувшись, Эбигейл протянула кружечка кофе Ефимии.
Быть может, зародившийся в стенах пригородной лечебницы охотничий союз станет началом чего-то неизмеримо большего.
Впервые за долгое время, Ефимия Эрби улыбнулась по настоящему.