— Хм?
В то мгновение, когда силуэт мужчины в костюме растворился в воздухе, Лу Синь мгновенно насторожился.
Секунду назад он полагал, что способность противника сродни чтению мыслей или предвидению. Именно это объясняло, почему тот всякий раз ускользал в самый момент начала атаки, наперёд знал намерения Лу Синя и траекторию его уклонений, отрезая пути к отступлению пулями и даже вынуждая прибегнуть к защите Отца.
Но теперь стало ясно: догадка оказалась в корне неверной...
Если дело не в предвидении, то как именно он угадывает чужие мысли?
Тень метнулась вперёд, но схватила лишь пустую иллюзию. Где же тогда прячется он сам?
...
— Друг мой, нам и правда стоит хорошенько побеседовать...
Прямо перед Лу Синем прозвучал тонкий голос, и мужчина в костюме неспешно шагнул к нему.
Только что этот человек метался по двору, точно загнанный заяц, спасаясь от преследующей его тени. Однако теперь он внезапно осмелел: перестал убегать, замедлил шаг и двинулся навстречу с размеренной поступью хозяина положения, полностью контролирующего ситуацию.
«?»
В душе Лу Синя шевельнулось сомнение, и тень тут же хлестнула вперёд.
Задетый ею мужчина в костюме мигом испарился, но уже в следующую секунду возник в другом месте, продолжая мягко говорить:
— Мою способность распознавали бессчётное количество раз. Вот только из-за её специфики те, кто понимал её суть, не только не могли найти против меня управу, но и сами становились куда более открытой книгой для моего взгляда...
Нахмурившись, Лу Синь шагнул вперёд.
Младшая сестра уже поймала того любителя пряток, так что больше не было нужды неотлучно сторожить дверной проём.
Если раньше поймать врага мешало то, что Лу Синь стоял на месте и тем самым ограничивал радиус действия тени, то теперь ничто не должно было помешать захвату.
С каждым его шагом тень клубилась, без остатка сливаясь с темнотой и бросаясь на возникающие тут и там силуэты.
— Будет очень жаль, если такой одарённый, как ты, погибнет в подобном месте...
Голос мужчины в костюме внезапно раздался неподалёку слева; он медленно поднимал пистолет.
Вжик!
Не успел он договорить, как тень захлестнула его, и фигура вновь растаяла без следа.
— Поначалу я собирался просто убить тебя, но ты настолько странный, что даже пробудил во мне любопытство...
Теперь силуэт возник справа, уже держа Лу Синя на мушке.
Тень под ногами яростно вздымалась, выпуская когти. Отец явно выходил из себя от нетерпения. С его-то крутым нравом терпеть подобные издевательские выходки было невыносимо. Лу Синь отчётливо ощущал, как закипает отцовская ярость, вынуждая его самого предельно концентрироваться, лишь бы удержать Отца от слепого буйства, в котором тот мог задеть и своих. А эта сдерживающая узда злила тень ещё сильнее...
Бах!
Силуэт мужчины в костюме вырос прямо перед Лу Синем и нажал на спусковой крючок.
Однако пуля внезапно прилетела из-за спины. Сверкающая синими электрическими дугами, она чиркнула по плечу.
Как ни старался Лу Синь увернуться, выстрел всё же задел его по касательной.
Пахнуло палёной тканью и странным ароматом поджаренного мяса.
Ш-ш-ш...
Тень под ногами Лу Синя мелкой дрожью заходила ходуном, словно озёрная гладь над эпицентром подводного землетрясения.
Неподалёку Младшая сестра резко вскинула голову. Сейчас её задачей было удерживать монстра, способного стирать людей из виду, но, заметив ранение брата, она не на шутку разозлилась: острые зубки заскрежетали, а глаза хищно блеснули.
Сам Лу Синь с безучастным лицом бросил равнодушный взгляд на обожжённое левое плечо.
— Не злись.
С точки зрения мужчины в костюме, этот парень снова принялся бормотать сам с собой.
— Чем причудливее кажется способность, тем она, вероятно, слабее на самом деле. Ведь таким силам приходится бесконечно усложнять ситуацию, чтобы добиться победы.
Неторопливо рассуждая вслух, он отошёл от дверей комнаты и направился к конкретной точке во дворе.
Именно там секунду назад стоял целившийся в него мужчина в костюме, прежде чем раствориться под ударом тени.
Дойдя до места, Лу Синь принялся внимательно осматриваться, совершенно игнорируя как самого противника, вновь мелькавшего то тут, то там, так и летящие в него пули. Разбушевавшаяся, беспорядочно мечущаяся тень просто перемалывала каждый выпущенный снаряд на подлёте.
В сущности, стоило Лу Синю захотеть, и этот враг вообще не смог бы причинить ему вреда.
Отец не умел защищать так тонко и бережно, как Мама, однако его грубая мощь гарантировала, что любая угроза на подступах к Лу Синю будет попросту стёрта в порошок.
Вот только сейчас главное давление на Лу Синя оказывал сам Отец.
Чем дольше затягивался бой, тем сильнее распалялась его ярость. Рано или поздно наступит предел, когда сдерживать его станет невозможно, и он сорвётся с цепи.
Нужно было уложиться в этот крошечный отрезок времени.
Подойдя к месту, где только что возникал мужчина в костюме, Лу Синь удостоверился в своей догадке и прищурился.
Земля здесь была присыпана тонким слоем рыхлой пыли — её рассыпали водители каравана в самом начале, когда пытались выследить невидимого монстра. Любой вступивший сюда неизбежно оставил бы отпечатки подошв, но хотя мужчина в костюме отчётливо появлялся на этом самом пятачке, пыль осталась совершенно нетронутой.
— Значит, тут была лишь пустая иллюзия, а сам ты сюда даже не ступал.
Проговорив это, Лу Синь зашагал к другой точке — туда, откуда прилетела задевшая его плечо пуля. Присмотревшись, он действительно обнаружил короткую цепочку следов, которая обрывалась буквально через несколько шагов. Эти отпечатки красноречиво свидетельствовали: мужчина в костюме и вправду стоял здесь, когда стрелял в него.
Жаль только, слой пыли покрывал не весь двор, поэтому проследить дальнейший маршрут врага по следам не представлялось возможным.
— Думаешь, от этих поисков есть прок?
Голос мужчины в костюме звучал всё так же холодно. Он безостановочно возникал в разных концах двора, раз за разом открывая огонь.
Из-за этих стремительных перемещений казалось, будто пространство вокруг заполонили десятки мужчин в костюмах. Каждый из них во все глаза пялился на Лу Синя своим единственным оком посреди лица: одни взгляды сочились холодной насмешкой, другие — мрачной жутью, третьи — непередаваемым глумлением.
Не обращая на него внимания, Лу Синь терпеливо продолжал поиски.
Наконец он замер на месте, уставился в одну точку и предельно сосредоточился.
В тот же миг в поле его зрения проступило огромное глазное яблоко.
Оно покоилось всего в трёх метрах от него, безмолвно вырастая прямо из капота грузовика.
Точь-в-точь такое же, как на лице мужчины в костюме: выпуклое, испещрённое сеткой лопнувших капилляров, с неотрывно смотрящим на Лу Синя зрачком.
Именно этот взгляд вызывал в душе безотчётное чувство неловкости и дискомфорта.
Лу Синь чуть сдвинулся с места, собираясь проверить, настоящий это глаз или очередная обманка.
Но в ту же секунду он ощутил на себе десятки новых взглядов.
Развернувшись, он увидел, что всё пространство вокруг неведомо когда успело зарасти глазами.
Один за другим, налитые кровью, они вращались в глазницах, сужая зрачки. Они усеяли весь двор: одни проросли сквозь кирпичную кладку стен, другие выступили на бортах стоящих рядом машин, третьи глядели с крыши мотеля. Под всеми мыслимыми углами они намертво впились взглядами в одинокую фигуру.
Странная скованность внутри усилилась, разливаясь тягучей тяжестью по всему телу.
Когда на тебя кто-то пристально смотрит, невольно возникает чувство неуверенности.
Всё потому, что чужой взгляд рождает ощущение, будто твои сокровенные мысли выставлены напоказ.
А под перекрёстным прицелом такого множества глаз казалось, словно тебя просвечивают насквозь до самого дна души.
Раз за тобой следят со всех сторон одновременно, любое твоё движение оказывается как на ладони. Это было состояние абсолютного, доведённого до предела наблюдения, когда ни один жест, ни единое мимолётное намерение невозможно утаить от чужих глаз.
...
— Так вот оно что. Твоя способность — не чтение мыслей, а наблюдение?